Мечтатели эгоистичны

All For Us — Zendaya, labyrinth

      когда янтарный взгляд смотрит на окно, через которое лениво светили яркие лучики солнца, так и норовившие скрыться за хмурыми плотными облаками, перед глазами всплывают воспоминания вчерашнего вечера, как она со своей супругой, возвращаясь с работы домой, игралась в снежки и кидала её в сугроб, радуясь первому снегу, выпавшему в таких больших количествах. в Японии это считалось чуть ли не самым большим праздником, особенно если встречаешь снегопад вместе с любимым человеком. на лице появляется широкая улыбка, девушка садится на кровать, вздрагивая из-за холодка, мерзко пробежавшего по спине. сегодня был законный выходной, но вероятно не для жены, что изо всех сил издевалась над собой на работе, проводя там чуть ли не всё своё время. наверняка если бы они не любили друг-друга, то Эи просто бы поселилась в своём кабинете.       из уст вырывается судорожный вздох, Сара укрывается одеялом, дабы мерзлота озноба больше не пробиралась до самых косточек. согревается она быстро, но плохое самочувствие никуда не девается, а лишь наоборот разгорается внутри, отзываясь противным кашлем, болью в горле и ужасной сонливостью. нужно принять таблетки, попить водички и ложиться спать, но до них так далеко идти, что одна мысль об этом вызывало усталость и раздражённый хриплый выдох.       телефон противно застрекотал, завибрировал, вызывая головную боль и желание просто выключить это чудо техники.       — ... да, у тебя тут ошибки в коде, исправь, — слышится знакомый отдалённый голос, от которого улыбка сразу появляется на губах. — Сара, доброе утро, как ты? уже завтракала?       — ещё нет. — сонно заявляет девушка, потирая заспанные глаза, а потом она хмурится, смотрит на дисплей смартфона. девять сорок пять, обычно Кудзё уже давно не спит, даже когда находится на выходных.       — ты звучишь неважно, ты плохо себя чувствуешь? — из трубки доносится хриплое мычание, усталый вздох, а следом громкий кашель. — я скоро приеду.       иногда Сара удивляется такой проницательности и заботы со стороны Эи, для которой обыденное поведение — это злость, холод в глазах и лице, и отреченность, но если рядом оказывается её супруга, то женщина неожиданно превращается в нежного котёнка, что во сне постоянно жмётся под бок своей хозяйки, а ещё Эи была чересчур тактильна, не отходит от Сары дома ни на шаг, и обычно они идут сразу в постель, включают какой-то сериал и долго целуются, дарят друг-другу нежность и любовь.       улыбка появляется на губах, Кудзё сонно потирает глаза, укутываясь в одеяло ещё больше, превращаясь в конечном итоге в своеобразный рулетик. глаза неумолимо закрываются, хоть девушка этого и не хотела, желала дождаться возлюбленной, но сонливость была сильнее нее. Сара не любила спать во время болезни, сны были беспокойны, а сама она слишком чутка в эти времена, просыпалась от любого шороха, да и в этот раз тоже глаза открыла сразу же, как только кровать под чужим весом прогнулась.       — привет, — шепчет нежный голос и поцелуй ощущается на лбу. девушка тяжело вздыхает, не в силах что-то ответить, она лишь обнимает Эи, тянет к себе, но та упрямо упирается. — я тебе дам градусник, померим температуру и ты выпьешь таблетки, ладно? тогда снова ляжешь спать.       — я не хочу-у.— хнычет Сара, громко вздыхая и причмокивая, чувствуя, как во рту пересохло.       — а я не хочу, чтобы ты сильнее заболела, дорога. — снова поцелуй в лоб, а заболевшая лишь хмурится в ответ. казалось, что заболеть ещё больше невозможно, настолько плохо она себя ощущала.       Эи встаёт с кровати, Сара внимательно следит за ней, а потом прислушивается, куда же идёт супруга. если на кухню, то даст жаропонижающее, обезболивающее и принесёт попить, а если в гостиную, то принесёт растворимые таблетки, от которых постоянно тошнило. девушка прислушивалась в ожидании своей участи, задержав дыхание. отдалённо слышатся всплески воды из крана, и от сердца словно отлегло. Сара с недовольным лицом, что-то невнятно бурча себе под нос, выпивает протянутые таблетки, осушает стакан и хмурится пуще прежнего, когда видит довольную улыбку Эи.       — ты очень милая, когда болеешь, но тебе надо выздоравливать, не делай из меня садистку, — женщина вновь целует Кудзё в лоб, а после отходит к шкафу с вещами, дабы переодеться, она говорит что-то ещё, но девушка уже не слушает, любуется ею и слабо улыбается, натягивая одеяло по нос. — ты не голодная? — жена мечется по комнатам, приносит большую кружку воды, делает бутерброды (только на их изготовление она была способна, другие блюда просто... сгорали или получались не очень вкусными. готовка для Эи была не доступна, к сожалению) и ставит всё возле кровати, дабы после Сара могла сама дотянуться и покушать или выпить воды.       — давай просто поспим. — шепчет Сара, обнимая Эи за талию, прижимаясь к ней всем телом, наслаждаясь этим моментом нежности.       раньше для Кудзё такие касания, такая яркая и искренняя любовь были всего лишь мечтами, горькими и кислыми, а сейчас до невозможности сладкими.       но мечтатели эгоистичны.