Сборник рассказов

— Узнал? — спросил Лёха.  — Нет, — понурил голову Вовка. — Отец не расстаётся с коммом…  — Ну ты и лох! — разозлился приятель. — Включай коммуникатор, сброшу простую программу. По личному коду отца узнаешь и его рабочий код доступа. Понял? Нужно только чтобы он включил комм. Начнёт с кем-нибудь болтать… Зная личный код человека, можно было войти в его квартиру, пользоваться коммуникатором и банковскими счетами.  — А он не заметит? — с опаской спросил Вовка. — У меня ещё болит задница из-за двойки. Они хотели подшутить над классной, а шутка оказалась жестокой и неудачной, поэтому оба схватили по паре по поведению за первое полугодие. Классная была в бешенстве и не подумала о последствиях для себя. Конечно, родители договорятся со школой, но пока они приняли меры к мальчишкам. Обоих отколотили, а на марсианские соревнования по махолётам класс улетел без них. С такой несправедливостью невозможно было смириться, и мальчишки решили отправиться на Марс самостоятельно. Их родители работали в руководстве крупной фирмы, которая занималась космическими перевозками и круизами, и этим решено было воспользоваться.  — Ты совсем не рубишь? — постучал себя по голове Лёха. — Твой комм соединяет тебя с абонентом и отвечает на вопросы, сам он не станет беспокоить хозяина. И у взрослых они точно такие же. Родители знают наши коды и могут прослушивать разговоры, и твой комм никак на это не реагирует. Твой запрос не будет отличаться от отцова. Найдёшь папку, в которой у него пароли… Дальше объяснять? И не чешись! Если опоздаем на соревнования, будет совсем не тот эффект. Отца сфоткал? Тоже нет? Ну ты даёшь! Первый уровень защиты на космодроме идёт по сетчатке, без неё мы не попадём даже в служебный сектор. А мне ещё нужно сварганить имитатор по твоей фотографии! Завтра школу закроют на каникулы, и я уже не попаду в мастерские. Учти, что если не успеешь, полечу один!  — Ты не пройдёшь контроль, — возразил Вовка. — Корабль не взлетит с одним капитаном, нужен навигатор. Я вообще не уверен в том, что нам это удастся!  — Есть способ это обойти, — пренебрежительно сказал приятель. — Можно угнать даже крейсер, но мы ограничимся малым круизником. Нужно жить скромнее.  — Гонишь! — не поверил Вовка. — На всех военных кораблях всегда кто-то дежурит.  — Уже три, и через час появится твой отец. Сфотографируешь коммом и сразу перешлёшь изображение. Скафандр взял? Космические экскурсии начинали с третьего класса, а наши герои были в четвёртом, поэтому у каждого хранился в школе личный скафандр.  — Уже дома, — ответил Вовка. — Беги, постараюсь всё сделать. Приятель ушёл, а он активировал комм и приказал:  — Как только я наведу тебя на отца, сделаешь голограмму его глаз и сразу отправишь Капитану. Сфотографируешь со вспышкой, чтобы не заметил луча. Голограмму уберёшь, а фото оставишь. Когда отец с кем-нибудь свяжется, соединишься с его коммуникатором вот под этим кодом, запустишь последнюю полученную программу и развернёшь для меня экран. Мальчики часто называли друг друга Капитаном и Навигатором и внесли эти ники в свои коммуникаторы. Сегодня отец пришёл раньше обычного и вознамерился до обеда уйти в свои комнаты, но сын подкрался за его спиной и окликнул. Повернувшись, Сергей Николаевич не успел почувствовать сканирующий луч, но на пару мгновений ослеп от сильной вспышки. Он машинально отмахнулся, едва не выбив комм, и сердито сказал:  — Что за выходки? Ты когда-нибудь поумнеешь? Пора бы — уже десять лет! Или тебя лупить до совершеннолетия? Для чего тебе моя фотография?  — Достал хорошую программу для прорисовки портретов. Сделаю твой и повесим в гостиной.  — Врёшь и не краснеешь, — раскусил его Сергей Николаевич. — Выведи её на экран, потом сотрёшь при мне. Вовка включил голографический экран, на котором появилось испуганное лицо отца, и стёр фотографию.  — Хороший был бы портрет, — покачал тот головой. — После каникул мне разбираться с вашим директором, смотри, чтобы ты за это время не дал мне других поводов для разборок! Вторично комм включился через пять минут.  — Ваш отец на связи, — сообщил он мальчику. — Выполнены соединение и активация программы, вывожу экран. Над коммуникатором появилась голограмма рабочего стола отцова комма. Вовка быстро разыскал нужную папку, открыл её и запомнил десятизначный код.  — Отключайся от отца и соедини меня с Капитаном! — приказал он и сказал появившемуся над браслетом изображению головы приятеля: — Код узнал. А что у тебя с имитатором?  — Не ори, — шёпотом отозвался Лёха. — Я сейчас в мастерской. Если узнают, вытурят, а я ещё не закончил работу. Но через час всё будет готово. Представляешь, какие глаза будут у девчонок?  — Круглые, — сказал Вовка. — Ох и влетит же нам!  — Ниже двойки уже не поставят, — тихо засмеялся приятель. — Родителей заставят оплатить рейс, поэтому готовь задницу. На работе неприятностей не будет. Если кому-то и влетит, то начальнику их службы безопасности за дыру в защите. Так что предки не будут сильно свирепствовать. Утром следующего дня дождались ухода отцов и занялись своим планом. Матери у обоих отдыхали в Швеции, старшая сестра Вовки училась в институте в другом городе, а Лёха был единственным ребёнком в семье, поэтому им никто не мешал. Мальчишки упаковали в сумки скафандры и те вещи, которые могли понадобиться в поездке, и вызвали аэротакси. Сначала оно забрало Лёху, а потом слетало за Вовкой.  — Возьми тёмные очки, — сказал Лёха, когда летели в космопорт. — На внутренней стороне нанесена голограмма сетчатки глаз твоего отца, так что берись за оправу. Операция прошла как по маслу. Отпустив такси, вошли в один из залов ожидания и, не вызвав к себе никакого внимания, добрались до служебного входа.  — Надень очки, — предупредил Лёха, — и не спеши, сначала я проверю коридор. Он включил собранный на скорую руку интравизор и убедился, что за дверью никого нет, после чего нажал на кнопку. Зелёный луч сканера прошёлся по очкам, считал голограммы, и дверь уползла в стену.  — Быстрее! — поторопил он приятеля. — Нужно успеть добраться до выхода, пока нет взрослых. Им повезло никого не встретить. Для выхода на поле набрали на дверях коды допуска отцов, а потом пришлось спрятаться за одну из машин космодромных служб, чтобы пропустить пилотов.  — Нам туда! — показал рукой Лёха. — Очки можешь снять, они уже не нужны.  — Здесь полно камер, — испуганно сказал Вовка.  — Большинство работает в режиме записи, — отмахнулся Лёха, — а диспетчеры сейчас пьют кофе. Я не зря выбрал это время. Ты не был на отцовой службе, а я прошлым летом всё здесь облазил. Бежим, пока никого нет.  — Виктор Борисович! — отставив чашку с кофе, позвал один из диспетчеров. — Это не ваше чадо?  — Алексей! — удивился тот. — Вот шалопай! Его не пустили с классом на Марс, так намылился с другом угнать у нас круизник! Пошли за ними кого-нибудь.  — А второй чей? — спросил начальник смены.  — Володина, — ответил Виктор. — Интересно, как они узнали наши коды? Сын недавно меня фотографировал, наверное, тогда же заснял сетчатку.  — Мне сказали, что у вас ЧП, — обратился к ним вошедший в диспетчерскую начальник космодромной службы. — Чьи это дети? Ему быстро объяснили ситуацию.  — Не нужно их задерживать, — хмыкнуло начальство. — Посмотрим, как далеко они смогут зайти.  — Уже смогли зайти на корабль, — глядя на экран, сказал диспетчер. — Коды допуска Володина и Белых. Так, они заблокировали вход. Переключаюсь на кабину пилотов. На экране двое мальчишек заняли кресла экипажа, пристегнулись и надели на головы большие для них шлемы.  — Очень профессиональное поведение, — заметил начальник. — Они начали предстартовую проверку.  — Сын много времени провёл за виртуальным тренажёром, — отозвался Виктор. — Может, пора их тормознуть?  — Передайте мозгу корабля запрещение старта, — решил начальник. — Пожалуй, их можно забирать… Показывавший кабину пилотов экран погас.  — Они отключили мозг! — взволнованно сказал диспетчер. — Процедура взлёта ведётся автопилотом. Заблокировано внешнее управление! Даю вид корабля. На одном из экранов появился круизный корабль, который уже въезжал на стартовую платформу.  — Отключите платформу! — приказал начальник.  — Управление платформой заблокировано, — сообщил оператор. — Не знаю, как они смогли это провернуть!  — Вот стервецы! — с восхищением сказал начальник. — Да не нервничайте вы так, Виктор Борисович, ничего с ними не случится. Стартуют на автопилоте, а потом подключат мозг. Посадим обратно и дадим вам с Володиным возможность заняться воспитанием. Четыре огромных пропеллера платформы набрали обороты, и она медленно поднялась над лётным полем. Такие платформы выводили корабли из плотных слоёв атмосферы, после чего включались ядерные установки. На конечном этапе вывод осуществлялся не воздушными винтами, а вспомогательными реактивными двигателями. Ждать выхода на круговую орбиту пришлось минут двадцать.  — Они не включают мозг, — сообщил оператор. — Получил сигнал, что автопилот отрабатывает полётное задание. Они ведь не могли сами рассчитать орбиту?..  — Такая способность заложена в автопилоте, — вспомнил начальник смены. — Её давно не используют, потому что экипажи работают с мозгом корабля. Но как они узнали? Вы можете проверить задание?  — Уже проверил, — ответил диспетчер. — Стандартная программа полёта к Марсу с оптимизацией в девяносто процентов. Они стартовали.  — Воспитание откладывается, — пошутил начальник. — Придётся вам с Володиным оплатить этот рейс, ну и их возвращение. Когда ваши дети расскажут в подробностях о том, как они нас обдурили, получите премию за укрепление безопасности. Может, даже не придётся платить. А ребят нужно взять на заметку. Они ещё не выбрали себе специальность?