Дети - цветы жизни

— Вернёмся на ту поляну? Мы можем идти куда угодно. Сегодня ты главный, — посмеялся черноволосый мальчик. Он взял того за руку и ждал, пока тот решиться с ответом. Юноша в ожидании смотрел в голубые глаза брата. Если его спросят, что для него красота? Это глаза Астре. Они прекрасны. — Да, пойдём, — радостно ответил ребёнок. Он сам повёл любимого братика в сторону поляны. Юноша послушно шёл рядом, держась за руку. Он перестал смотреть по сторонам. Смотрел себе под ноги. В голову врезалось то, откуда Гробовщик знает его родителей. Эта мысль появилась резко. Бледное лицо стало задумчивое, без улыбки.       Вернувшись к тому месту, мальчик схитрил — уронил малыша на листья, а потом лёг рядом: — Я, наверное, тебя уже спрашивал про Гробовщика. Но, почему ты так его испугался? Что тебя в нём напугало; смех, улыбка, а может длинные ногти? Хотя, ногти у него как у зверя. — Он сам по себе страшный и странный. Как можно сидеть в гробу и ждать, когда к тебе кто-то придёт. Это правда страшно, — объясняет ему малыш. — Ну, это да. Но, у каждого свои тараканы в голове. Например, ты заметил, что я могу лазить по мрачным местам, не боясь этого. А ты, наоборот, видишь только светлое в мире. Это сложно, — Себастьян смотрел на него. Младший действительно видел только теплоту в этом мире. Самое трудное, что можно сделать. — Просто это правда жутко. Особенно то место, где он работает. Все эти гробы…всё это. Мне страшно. — Ладно тебе, — Михаэлис с улыбкой повернулся на бок к лицу синеволосого. — Работа у него такая и для его вида она ему очень подходит, — усмехнулся юноша. Он подвинулся к тому ближе и обнял. — Зато, смотри каким ты не был трусишкой, когда атаковал меня щекоткой. — Обычное дело, — усмехнулся ребенок, глядя на старшего братика.       Домой они не собирались. Их там никто не ждёт. Разве, только праздничный пирог. Он никуда не денется. — Куда ты растёшь, Астре? Не знал, что у некоторых родных людей расходятся пути? — А у нас никуда не разойдутся! Никогда! Обещаю! — Верю, — улыбнулся брюнет. Это так необычно; зубки мальчика были такими острыми. Два человеческих клыка были не заметны, у Себастьяна же наоборот.- Не возмущайся. Тебе это не к лицу. — Хорошо, не буду, — Астре уткнулся носиком в его плечо, вдыхая родной запах. Михаэлис не шевелился. Он по-прежнему лежал рядом. Астре был, словно маленький его пушистый друг, который приходит к нему каждое утро. — Ты мне напомнил кое-кого. Красивую кошку, которая рано утром появляется на нашем дворе. Она точно также может приласкаться, утыкаясь в плечо. — Я так похож на кошку? — усмехнулся синеволосый. — Похож и это не плохо, — довольно отозвался последний. Как разговор заходит о кошках, брюнет не стесняясь, показывает, что это его любимое животное. — Только ты не пушистый, не усатый. Да, и хвоста у тебя нет. — Ну и слава Богу. Зачем мне хвост? Все будут на него наступать, — шутил малыш. Синие пряди небрежно были раскиданы на бок, чего сам мальчик не замечал. Брюнет тихо усмехнулся. Он заметил небрежное положение прядей и дотронулся до них рукой. Убирать их было бессмысленно. Мальчик всё равно лежал на боку и утыкался в плечо брата. Себастьян перевёл взгляд на небо. Уже был день. Сегодня был последний рабочий день родителей и они вернуться. Считая себя взрослым, юноша всё равно тянулся к ним. Так как работы было много, мальчика учили быть самостоятельным уже с шести лет. Он получал заботу, но мало.