Кровавые слёзы

      Вот и начался ещё один день безумия. День, когда тебе кажется что по всему дому слышно крики, хотя это уже давно не так. День, когда даже тишина начинает сводить с ума. День, когда кажется, что в любой момент тебя могут ударить в спину, выйдя из самого тёмного угла. День, когда тебя переполняет чувство, будто боль и слезы тех кто здесь погиб сейчас обрушатся на тебя. И ты это заслужил, ведь твои руки замазаны их кровью.

***

      Все кто был не на «той» стороне поплатились за свои злодеяния. Кого-то в Азкабан, кого-то на поцелуй. И моя семья не была исключением. Дело Люциуса даже не рассматривали. Сразу же после смерти Волдеморта его, как его правую руку, без всех судебных процессов впихнули в Азкабан. И, как бы там ни было, он это действительно заслужил. Того момента когда будут судить и остальных Малфоев я ждал с неким волнением, или даже страхом. Нет, я не боялся решения, которое примут по отношению ко мне. Я и так уже наперед знал что будет. Сначала суд, потом — грязная и холодная тюрьма. С собой я уже смирился, вот только для матушки я такой судьбы не хотел. Даже представлять было больно то, как она, всегда ухоженная, чистая, собранная и спокойная, будет сидеть в грязной камере и плакать. Как слезы будут течь с её прекрасных, голубых глаз. Только за маму я по-настоящему переживал. На себя было как-то все равно, только бы она никогда не увидела этого ужаса.       Помню тот день, как вчерашний. Минуты тянулись будто годы. Всё время перед глазами стоял образ моей мамы в тюрьме. Больно. Она не заслужила такие муки. Только кто будет слушать пожирателя?       Перед началом всего судебного процесса мы с мамой сидели в камере. Она обняла меня, положив свою голову мне на грудь. Она плакала, я видел это по её дрожащих плечах. Я хотел бы ее подбодрить, но как? Сказать что всё будет хорошо? А зачем лгать? Мы и так знали, что это были бы пустые слова. Всё что я мог делать, это нежно поглаживать по её спине и не показывать своего волнения. Если бы я раскис, то мама могла совсем сломаться. Ради неё я должен быть сильным. Я буду делать всё что будет в моих силах, чтобы её глаза блестели от счастья, а не от слёз.       Сам суд состоялся на рассвете. После бессонной ночи в той камере всё казалось каким-то нереальным. Мама сидела возле меня, сжимая мою руку. Она волновалась, но об этом знал только я. Она сидела с гордо поднятой головой, ровной осанкой и уверенностью в глазах. Даже представить сложно, что эта сильная женщина совсем недавно давала волю своим слезам. Я всегда поражался её умению контролировать себя и свои эмоции. Даже Люциус иногда срывался на крик, а она нет. Всегда спокойная и собранная.       Я был уверен, что уже и так всё решено, и это всё только формальность. Как бы там ни было, мы не сможем остаться безнаказанными. Вопрос только в том, насколько долгий срок. Было очевидно, что все будут против нас. Мы для них монстры. С такой мыслью обо мне я могу смириться, но не о моей маме. Её душа чище тех, кто сейчас осуждает нас. Она никому не причинила вред…       То что я ошибся в своих «предсказаниях» меня очень удивило. Чертомову Поттеру опять удалось выделиться. Когда уже должны были вынести приговор и всё должно было уже закончится свой голос подал этот шрамоголовый. Поттер вышел на середину и начал яро доказывать что Нарцисса не виновна. И с помощью его статуса «героя» ему это удалось. Он всем рассказал как она спасла ему жизнь при встрече с Волдемортом. Я даже и не знал об этом случае. Оказывается, герой всея магической Британии в долгу перед моей мамой… Ещё раз убеждаюсь, какая сильная и храбрая натура в этом стройном теле.       За то что он не скрыл этот случай я был готов его расцеловать. Хотя чему удивляться. Славетный «синдром героя». Но несмотря на мою неприязнь к этому очкарику я был ему благодарен. Я был несказанно рад, что маме не придется мучится в тюрьме.       Только потом Поттер удивил меня, и вообще всех присутствующих ещё больше. Он начал говорить, что и я не заслужил Азкабана. Я даже начал волновался о его психическом здоровье. Как такой как я, подлый пожиратель, предатель, почти что убийца Дамблдора и вообще полный кретин, может быть не виновен? Я должен был понести наказания, но спорить с Поттером не стал. Как ни как, желания жить вместе с Дементорами у меня не было. Справедливость и всё такое это конечно хорошо, но я не буду себя обрекать на мучения.       Этот защитник «невиновных» начал аргументировать такую свою позицию историей о том, как я спас его в Мэноре, не выдав Волдеморту и другим пожирателям. И что я вообще не по своей воле стал молодым приспешником Волдеморта. Здесь он был не прав, ведь я стал им как раз таки по собственному желанию. Но к словам Золотого мальчика прислушались и меня оправдали. В момент когда судья сказал: «Драко Люциус Малфой признается не виновным» я словно перестал дышать. Мне казалось что земля уходит из-под ног. Странные чувства переполняли меня. Даже не подумав, что на меня смотрят сотни пар глаз, я подбежал к маме и прижал её к себе со всей той любовью, которую я мог передать объятиями. Она поставила голову мне на плечо, и я почувствовал, как оно стало мокрым.Когда она посмотрела на меня, её глаза застилала пелена слез. На мгновение я ужаснулся, но быстро пришёл в себя, поняв, что она, так же как и я была несказаннонесказанно рада такому повороту судьбы.

***

      Говорят, что Азкабан — самое худшее наказание, что это место, после пребывания в котором тебе не удастся остаться при своём уме. Только вот… Нету пытки страшней твоей собственной совести. Когда каждый метр твоего дома напоминает о прошлом, о твоих ошибках, о смерти. Хотя сложно уже это называть домом. Как любила говорить моя мама: «Дом — это не место, это чувство». В детстве я считал это бредом, но сейчас понимаю, насколько это правдивые слова. Вроде как я там, где провёл всю свою жизнь, но уж слишком сильно мне хочется сбежать отсюда. И я пытался это сделать. Только от себя самого не убежать, а от воспоминаний не спрятаться. Почему же я просто не использовал Обливиэйт? Всё очень просто. Я выбрал неправильный путь. Это моё наказание. Я должен помнить.       Прошло довольно много времени с окончания всего этого, а я никак не могу воспринимать, что можно жить по-другому. Что у меня наконец появился шанс на будущее, о котором я мечтал будучи ребенком. Да, мое детство закончилось ещё тогда, когда в шесть лет на порог Мэнора впервые ступил мой первый наставник, который должен был обучать меня всему. С того момента я должен был становиться мужчиной. Истинным и достойным наследником древнего чистокровного рода Малфоев. С того момента у меня не было права на ошибку. Вот только мой жизненный путь и представления о самой жизни и были моей самой главной ошибкой. Все, что я делал, было неправильно. Поведение, мнение о других, поступки. Абсолютно все. И за это время, я наконец это осознал. Мне отвратно от самого себя, но это был мой выбор. И пусть мне всегда будет за это стыдно, но прошлого не вернуть. Есть только одна вещь о которой я никогда не пожалею. Я предпочел семью. И даже если из-за этого выбора у меня теперь и не очень спокойная жизнь, но я никогда бы не хотел что-то изменить. У всех «героев» я научился одному. Даже если мы не можем изменить прошлое, всегда есть шанс улучшить будущее. И я это сделаю. Даже если будет больно и сложно. Никто ведь не обещал что жить легко. А я хочу научиться именно жить, а не выживать.       Малфой-Мэнор, который уже не первое столетие служил родовым жилищем Малфоев, пострадал больше всего. Безносый ублюдок вместе со своими приспешниками почти полностью уничтожил его. Уцелело только одно крыло .Самое маленькое и непримечательное из всех. Наверное только из-за этого его не сровняли с землей. Там было не так то и много комнат. Несколько гостевых та спален, два зала, кухня, что как раз таки находилась под этой частью Мэнора. И последнее что уцелело это библиотека. Пожиратели, видите ли, не очень то и интересовались книгами та знаниями. А чего же от них ещё следовало ожидать? Хотя, как не странно, сами Малфои очень ценили эту часть их дома. Ведь в ней было кое-что очень важное. Конечно, вы можете сказать что это довольно много, но я скажу, что по сравнению с тем, былым величием, Мэнор стал очень маленький. И всё же, есть ещё кое-что, что осталось невредимым. Подвалы. В которых пытали невинных людей. Да, сейчас я признаю это… А раньше я думал что мы всё делаем правильно. Что они предатели крови которые не достойны жизни. Но я выучил этот урок. Никто не заслуживает смерти. Вы можете спросить мол: «А те, кто убивает? Убийцы?! Разве и они не заслужили смерти?» Увы я вас огорчу… Для убийцы смерть будет наградой, ведь есть много чего хуже конца жизни. Только для героев «смерть — наказание для зла, и одновременно благородство для них самих». Смерть — это конец, вне зависимости от того кем вы были.       За время войны Мэнор практически утопал в крови. И не только людской. Здесь умирали не только те, кто не сумел угодить Лорду или перешел ему путь. Нет. Здесь пали и те, чья цель жизни — помощь. Домовые эльфы. Только один остался. Точнее одна. Но я не использую её «по назначению». Она мне что-то сроду друга. Что же произошло с другими? Всё максимально очевидно. Беллатриса использовала их как ничего не стоящую живую мишень. На них она испытывала свои заклинания и зелья. И то чудо что хоть кто-то остался в живых после такого.       Не меньше пострадал сад. Его былая краса и пышность сошли на нет. То, что было гордостью Малфоев все эти годы было безжально уничтожено. Это было семейным местом, где даже в глазах Люциуса иногда можно было увидеть теплые эмоции. А Нарцисса пропадала здесь почти всегда. это было местом гармонии и спокойствия. Но никому до этого не было дела. Пожирателям так скучно жилось, что они просто спаплюжили его, ничего не оставив. Стерли с лица земли, как говорится.       Хочу ли я всё это восстановить? Наверное, всё же нет. Да и зачем это делать? Слишком много воспоминаний хранят эти стены. Как и хороших, так и плохих. Я пока не готов ворошить старые раны. Но даже если бы и хотел вернуть всему свой прошлый вид, возможности нет. Министерство Магии, несмотря на то, что я был оправдан выписало очень большой штраф. Они содрали с нас неимоверное количество денег и имущества. Все древние артефакты, даже самые безобидные, были изъяты. А что уже говорить про тёмные. Даже семейные драгоценности матушки были бессовестно забраны. В числе конфискованных вещей были картины, гобелены, да что там говорить, даже книги. Не меньше пострадал счёт в Гринграссе. Можно сказать, что он и вовсе больше нам не принадлежит. Большую половину забрали по приговору суда, а то, что осталось министерские крысы потянули себе в карманы. Из денег у нас остался только тайник Люциуса, который он прятал в своем кабинете. И к моему большому удивлению, его не тронули. Хотя, как я потом узнал, отец защищал его магией крови, поэтому и не удивительно что он остался в моём распоряжении. Хоть министерские нышпорки и перерыли весь Мэнор в поисках наживы им не удалось преодолеть защиту. Как ни как, а магия крови считается как одна из самых сильных. Того что было в тайнике может хватить года на два, если конечно «немножко» экономить. Так что восстанавливать замок я и не хочу, и не могу. Но если я всё же решусь, то сначала мне придется восстановить былой почет фамилии. А это будет ой как непросто. Потерять легче чем обрести. Истина, которой отец научил меня ещё в детстве.