Во мраке тьмы

Порой нужно уметь наслаждаться жизнью. Наслаждаться моментом. Ведь рано или поздно потеряешь всё это. Да, это так. Увы, или к счастью, наша жизнь не вечна, у всего есть свой конец, и каждый сам вправе решать, каким именно он будет. Можно сказать, что мой конец уже наступил. Я умер. С огромным чувством боли я умер прямо перед Хёнджином. Но разве таков мой истинный конец? Думаю, следует немного вернуться назад... — Ты умрёшь, — чётко произнёс Джисон. Вернувшись из сада, я сразу направился в свою комнату, откуда так и не ушёл Хан. Дух, видимо, решил, что это отличное место, для того, чтобы о чём-то поразмышлять, потому что он намеренно притащил сюда стопку неизвестных мне книг, разложив их прямо на небольшом столике перед диваном, на котором сидел. — Такова цена, — парень лишь пожал плечами и дал мне время всё обдумать. У меня были смешанные мысли. Я осознавал, что подобным образом я до конца не выберусь отсюда, зато пропадёт связь с демоном, что является одним из факторов, удерживающих меня здесь. Будь я бессмертным существом — с лёгкостью перенёс бы обратные изменения, но, так как я являюсь человеком, а мой организм весьма слаб перед магическими действиями, скорее всего, я просто умру после этого. Это и имел в виду Хан. — Смерть будет самой настоящей, но ты сможешь вернуться обратно в сущность человека, ведь этот мир не твоё место, и ты не можешь тут полноценно умереть. Считай, у тебя имеются свои привилегии, — проговаривал Хан, пытаясь чем-то поддержать, ведь уверенности в том, что всё получится, у меня не было. Да, я чересчур сомневался в том, что всё получится. Я не был уверен в том, что сделаю всё правильно. Второй попытки не будет. От моего решения многое может измениться. — А что произойдёт с демоном? — отчего-то этот вопрос сам слетел с языка. — Демон вернётся в свою привычную сущность. Он станет полностью таким, каким был до твоего появления, — вид Джисона был более чем радостный, но мне от этого становилось не по себе. Не знаю, от чего мне было сложнее: от того, что все действия Хёнджина — это взаимодействие маны или от того, что подобное вряд ли повторится. — Просто воздействуй на демона какой-нибудь сильной эмоцией, которую ты уже ощущал рядом с ним. Это по идее должно сработать, — задумчиво закончил парень. Впрочем, отталкиваясь от его слов и собственных убеждений, я подумал, что это будет отличным шансом, чтобы выбраться. Точно, стоило попробовать. Именно так я думал раньше. Невозможно описать словами всю ту физическую боль, что я ощущал перед тем, как умереть. Это словно настоящая пытка, ужасное мучение, от которого хотелось поскорее умереть, чтобы больше не чувствовать эту острую боль. Невыносимо. Хоть само мгновение смерти наступило быстро, до него я почувствовал, как моё тело в буквальном смысле разрывалось на части, прежде чем я совсем перестал ощущать самого себя. Перед тем как увидел пустоту. Моё состояние было таким, словно меня не существует. Будто бы душа покинула тело. Разум был полностью подавлен. Это означало, что на тот момент я не мог ни думать, ни представлять что-либо. То есть сном это не назовешь. Я видел. Но то, что я видел — это сплошная неконтролируемая пустота. Смею предположить, что время там шло точно так же, как и в том мире, где я находился сейчас. Просто я многое успел забыть из-за того, что картинка ни разу не изменилась. Весьма важный момент наконец-то случился. Я ощутил, что жив. Хоть перед глазами до сих пор виднелась тьма, однако теперь можно было ощутить себя в теле. Понять, что сейчас оно лежит на чём-то мягком и удобном. Веки неспешно открылись, и тусклый свет тут же стал для меня настолько ярким, будто я поглядел на солнце. Глаза точно забыли, что такое нормально видеть. Все цвета просто смешались. Мне потребовалось время для того, чтобы сконцентрировать свой взор хотя бы на потолке, прежде чем увести его куда-то ещё. — Феликс... — послышался знакомый голос, звучащий весьма тихо. — Феликс! — уже через секунду он звучал более звонко и воодушевлённо. Мне сложно было думать о чём-то конкретном или как-то осознавать что-либо. Мои привычные функции ощущались весьма заторможено. Однако это не мешало одному из присутствующих залезть на меня и обнять. — Я так волновался. Прости, что натолкнул тебя на такую глупость. Из-за меня ты мог больше не очнуться... — всё же я осознал, что ко мне обращался Джисон. Его голос сильно дрожал, и было ощущение, что он начал всхлипывать. Сколько я был мёртв? Что произошло за это время? Я опустил взгляд и увидел Джисона, который не особо-то собирался отстраняться, пока моё внимание не привлекли шаги по комнате, приближающиеся к кровати. — Контролируй свои эмоции, ему сейчас явно не до этого, — услышав и заметив Сынмина, я отметил, что, что бы тут не менялось, лично он останется таким же, каким я его уже ни раз видел. На удивление Хан и правда отстранился, после чего, отводя взгляд, начал протирать лицо. Неужели он в самом деле расплакался из-за меня? — Феликс, как ты себя чувствуешь? — тут же спросил Чонин, что был рядом с магом. — Странно, — признался я, не понимая свои ощущения и чувства. — Не удивлён. Ты долго был без сознания, к тому же твой организм со сложностью вынес всё это, — как обычно не акцентируя на чём-то визуальном внимание, проговорил Сынмин. — Поэтому пришлось вмешаться. И даже не мне, — также добавил он. — Что произошло? — желая сразу всё узнать, проговорил я весьма тихим и низким голосом, так как голосовые связки не были до конца задействованы всё это время. — Это я виноват. Прости меня, пожалуйста! Я правда хотел как лучше! — не дав продолжить начатое магу, весьма слезливо воскликнул Джисон. Его лицо выражало сожаление и некую долю подавленности. Подобные эмоции я от него видел впервые, поэтому сразу появилось чувство растерянности. — Хён, думаю, что сейчас и правда не время, — Чонин положил на плечо Джисона свою руку. — Лучше сходи умойся, — мягко дополнил он. Какой же он очаровательный юноша. Лишь шмыгнув носом, Хан послушно направился вместе с юношей к выходу из комнаты, скорее всего, как раз для того, чтобы умыться. Так я и остался с Сынмином наедине. — Что ты чувствовал утром? Почему предпочёл остаться с демоном до конца? — переходя к делу, тут же начал темноволосый. — Объясни свои действия, — он с серьёзным выражением лица сел на край кровати. В памяти всё осталось прежним, я точно помнил, что произошло между мной и Хёнджином, а также свои чувства и эмоции после. Но как это объяснить магу?.. — Сынмин... Я, кажется, подвёл самого себя... — я оценил ситуацию, в которой оказался. Мне казалось, что я действительно передал самого себя. Сынмин лишь тяжело вздохнул и прикрыл лицо рукой, напряжённо потирая переносицу. — Это было ожидаемо. Ты же человек! — с какой-то досадой произнёс он после минуты молчания. — Теперь от этого будет ещё больше проблем, — окончательно опустив взгляд и прикрыв лицо, добавил он. Таким растерянным я вижу Сынмина впервые. Мне трудно понять, что означали его слова и почему он казался подавленным чем-то. Что случилось за тот период, пока меня не было? Вскоре в комнату вернулись Джисон с Чонином. Буквально стоило им войти в комнату, как маг поднялся на ноги и прошёл в сторону выхода. — Он будет идти на поправку, но нужно время. Чонин, передай мои слова хозяину, — напоследок обратился он к парням. — Поговорим, когда оправишься, а сейчас отдыхай, — переведя взгляд на меня, коротко молвил Сынмин и, не теряя времени, покинул спальню. Наблюдая за оставшимися, я сразу обратил внимание на Хана. Он обошёл кровать с другой стороны и залез на неё, оказываясь рядом, пока Чонин, по всей видимости, пошёл докладывать. — Это был сложный период. Подобного мы ранее не видели, поэтому все немного на эмоциях после произошедшего, — смотря куда-то в сторону, весьма тихо начал Джисон, но, несмотря на это, я отлично его слышал. — То, что произошло с хозяином и поражает, и пугает... Если он был бы человеком, то несомненно ответил на твои чувства, — он перевёл на меня свой взгляд, нисколько не поднимая тон до привычного. В его глазах читалось всё то же сожаление. Он прекрасно понимает меня. Может, даже лучше, чем я сам себя. У Джисона был куда более сложный период после открытых чувств к демону. К тому же, зная его способность, я не удивился, откуда ему всё известно.

***

Присутствовало явное ощущение того, что всё стало лишь хуже. Несомненно, я чувствовал себя намного лучше, чем раньше. Я полностью окреп и сейчас ощущал свои истинные эмоции. Во мне есть это чувство свободы. Но, несмотря на всё это, остался некий осадок. Что-то тяготило меня и мою душу. Словно совесть мстила мне за мои проступки. За эту длинную неделю после моего пробуждения, я так и не встретил Хёнджина. Мне точно не везло: я ни разу не наткнулся на него в особняке, а сам он ко мне не являлся. Неужели избегает? Может быть, это из-за тех самых чувств, что он ощутил во время моей смерти и за период, пока я был мёртв? Джисон и Сынмин пытались кратко мне объяснить, что происходило. Однако они не смогли дать точные ответы. Парни не могли знать, что было в те моменты с демоном, они лишь наблюдали за ним со стороны. Но они отметили его злое, даже слегка подавленное состояние. Днём он был раздражительным и жестоким. Говорили, что все, кто сумел его лишний раз разозлить вне особняка, давно поплатились за это. Вечером же Хёнджин успокаивал свои эмоции и приходил ко мне. Демон не разрешал кому-то входить, пока он находился в моей комнате. Из-за этого никто не знает, как он справлялся с душевной раной. Сильная боль очень долго его преследовала. В нём было множество различных чувств, которых он так давно не ощущал. Они, как каша, перемешивались друг с другом. Контролировать это было сложно. От подобных рассказов у меня внутри всё сжималось, а глаза тут же заливались слезами. О таких последствиях я даже и подумать не мог. Я способен только представить, что было с Хёнджином. Что произошло у него на душе, как он мучился и страдал. Всё это из-за меня. Ведь из-за меня были спровоцированы чувства привязанности и любви, которые я так странно отталкивал от себя, подводя всех.. Каждый день в одно и то же время ко мне приходил Хан, а если не приходил, то это означало, что он уже был со мной. Парень больше всех ощущал чувство сожаления. Не сказал бы, что Джисон приходил лишь за тем, чтобы искупить свою вину, вряд ли. Я точно не считал его виноватым: дух и так мне сильно помогал и помогает до сих пор. За это время мы стали намного ближе друг к другу. Я чувствовал, что он правда хороший друг. Это уже второй человек здесь, с кем я ощущаю себя комфортно. Да, даже с Сынмином мы научились находить общий язык. Казалось, всё налаживалось... Но тем не менее меня душили различные чувства. Я думал, что теперь моя очередь пойти за Хёнджином. Ведь мне известно, что демон находился со мной рядом. Мне безумно хотелось извиниться, потому что это моя ошибка. А ещё... мне просто хотелось узнать, что с ним всё хорошо. Сейчас-то он является самым обычным непоколебимым демоном, что лишь одним взглядом может лишить кого-то жизни. Но даже подобное меня мало пугало. Пока Хан не пришёл ко мне, я решил наконец-то собраться с силами, чтобы наведаться к Хвану. Раньше я этого не делал из-за того, что Чонин с Джисоном настрого запретили мне выходить одному из комнаты, так как моё состояние было весьма нестабильным. Однако сейчас всё в норме, поэтому я направился прямиком на этаж выше. Это место совсем не меняется, даже не знаю: плохо это или же нет. Неуверенно постучав в дверь спальни, я послушно решил дождаться ответа, но его не было. Даже после нескольких неуверенных постукиваний — всё так же тихо. Приоткрыв дверь, я с любопытством заглянул внутрь и, быстро пробежавшись глазами по комнате, не обнаружил ни Хёнджина, ни каких-то намёков на живое существо здесь. Досадно вздохнув, я тут же расслабился, так как находился в ожидающем чего-то режиме. Но это миновало. Не задумываясь, я прошёл вглубь комнаты. Осматриваясь, я заметил весьма интересное изменение. Окна были закрыты шторами! Это меня и удивило, и обрадовало почему-то. Всё же мне казалось, что это куда лучше, чем куски различных тканей. Помимо этого я сумел обратить внимание, что на тёмной и плотной ткани штор висел какой-то лист бумаги. Издалека было видно, что на ней есть какие-то надписи, поэтому, чтобы прочитать их, я подошёл ближе. Благо написано это было на известном для меня языке, что только сильнее разожгло интерес, и я решил прочитать. « Я предвидел твоё любопытство. Из-за этого и оставил эту записку. Я послушался твоего совета и взял одну из комнат, чтобы переделать под галерею для картин. Там ты сможешь увидеть мои работы, которые я не стыжусь показать. Только пожалуйста без теорий, это просто искусство ». Столь интересный набор слов привёл меня в изумление. Текст был написан простыми словами, без упоминаний о том, что могло случиться за всё время. Так ещё и Хёнджин настолько серьезно отнёсся к моему предложению, выкинутому совершенно невзначай. От этого было безумно интересно. Мне хотелось глянуть на картины демона, эскизы которых я уже видел и которые выглядели замечательно. Сложно представить, насколько круто выглядят готовые работы. Эта новость уже сумела здорово поднять мне настроение. Да, увидев самого демона, я был бы куда счастливее, ведь с души наконец-то сумел бы упасть тот камень переживаний, но эта записка отчего-то сняла моё волнение. Хёнджин намеренно написал и оставил её для меня. Значит, он всё же помнит, что было и не отрицает этого. Это воодушевляло. Вернувшись на свой этаж, я тут же начал искать Чонина, так как он всегда знал о каких-то изменениях внутри особняка. Мой план заключался в том, чтобы спросить об этой картинной галереи и попросить, чтобы юноша провёл меня. Я заглядывал во все комнаты, пытался найти его везде и, лишь открыв прачечную, наконец-то увидел Чонина. Он находился там вместе с другими слугами этого дома. Не успев что-либо сказать, я услышал диалог. — Сколько раз нужно повторять, чтобы ты научился складывать всё по своим местам. Тебе что, жить надоело? Хочешь, чтобы тебя хозяин выпер отсюда? Куда ты после отправишься? Ты никому в этом мире таким не нужен, поэтому научись слушаться, — одна из женщин, по виду намного старше меня, знатно так отчитывала младшего, что лишь послушно выслушивал недовольства. Такой тон и манера общения меня сильно задели. Какая бы не была ситуация или проступок, но подобное показывало огромное невежество с её стороны. Зачем настолько сильно притеснять? Терпеть такое обращение к своему другу я точно не хотел, поэтому, не раздумывая, зашёл внутрь, делая вид словно ничего не слышал, и сказал: — О, Чонин, я тебя везде искал! Мне нужна твоя помощь, можешь пойти со мной? Не обращая абсолютно никакого внимания на горничную, я обратился к юноше, что неуверенно покосился на неё, прежде чем вновь посмотреть в мою сторону. — Конечно, пошли, — слабо улыбнувшись, Чонин вышел следом за мной. — У тебя всё хорошо? — обеспокоенно выдал я, стоило нам оказаться в коридоре. — Да, просто у главной по дому сегодня плохое настроение, поэтому она ко всем цепляется. Даже меня не обошла стороной, — с лёгкой улыбкой спокойно проговорил юноша. Задумчиво прищурив глаза, я лишь кивнул на слова младшего. — Так что ты хотел? — спросил Чонин. — Я хотел узнать, где демон сделал в особняке ремон. Он оставил записку, в которой уточнил, что выбрал комнату для картинной галереи, — переходя сразу к делу, сказал я. — Может, ты знаешь, где она? — Картинная галерея? — юноша вопросительно вскинул бровь. — Я слышал, что в особняке кое-где произошли некоторые изменения, но точно не уверен, что это именно то место. Однако могу провести, — пожимая плечами, ответил младший. Я охотно согласился, после чего последовал за Чонином. Нам пришлось спуститься на второй этаж и направиться в противоположную от библиотеки сторону. Там Чонин подошёл к одной двери, открывая её. После он отступил в сторону, решив меня первым пропустить внутрь. Это было несомненно то, что нужно. Сразу бросались в глаза огромные размеры комнаты, стены которой были окрашены в чистый белый цвет, благодаря которому на картины куда проще смотреть, ведь именно их он выделяет на своем фоне. Я редко посещал подобные места в своем мире, но уверен, что эта комната выглядит так же, как и настоящие музеи и галереи. Чонин был весьма удивлён: он не ожидал увидеть подобное место и вряд ли знал о нём. Как и о картинах Хёнджина, которых тут было много. — Вау, это так необычно,— издалека прозвучал шокированный голос юноши. — Согласен, — улыбнувшись уголками губ, сказал я и с интересом подошёл к первой картине, что была возле входа. На ней был изображён фантастический пейзаж: высокие горы, которые доставали прямо до облаков. В нём были задействованы более тёмные и холодные тона, чем на других картинах. Ощущалась своя загадочная атмосфера. Деревья, находящиеся на первом плане, были выполнены в чёрном цвете, тем самым давая больше подсказок о том, что это было тёмное время суток. Хоть мои познания в искусстве не велики, но я с уверенностью могу сказать, что работа была выполнена в привычном корейском или китайском стиле. Именно подобный стиль написания использовали пару столетий назад. Это завораживало. Двигаясь дальше и рассматривая другие картины, я замечал всевозможные пейзажи, изображённые в том же стиле. Но куда больший интерес во мне вызывала картина с осенним лесом. В ней был задействован белый цвет, что будто засвечивал местность, словно лучи солнца. Помимо этого, по центру вдали, был изображён человек, стоящий к зрителю спиной. Он был в национальном ханбоке, вот только подобное носили больше воины тех времён, из-за чего это было куда интереснее. Смотря на эту работу, неожиданно я почувствовал резкую головную боль, в то время как уши полностью заложило. Перед моими глазами оказался тот же самый лес и человек. Вот только так, будто я там и находился. Прямо как живое воспоминание. Неизвестный человек повернул голову в мою сторону, слабо улыбнувшись, после чего сразу пропал. Мне показалось другое место, где-то на улице возле рынка, и рядом находился тот же человек. Он что-то говорил, но, что именно, я не слышал, из-за чего это всё больше походило на воспоминания. Как неожиданно появилось, так и пропало, я вновь вернулся в реальность. Не понимая, что именно только что было и кого я видел, я лишь взглянул на следующую картину, которая для меня показалась знакомой. Хотя уверен, что в жизни такого не видел. Резко перед моими глазами всё пропало. Я ничего не видел и не слышал. Только стоило мне об этом подумать, как передо мной изменилось всё. Густой лес с множеством деревьев спереди и сзади. Слышен стук лошадиных копыт, что гулом раздавался по окрестностям. Вскоре я заметил человека, лицо которого невозможно было разглядеть, так как оно было скрыто, и лошадь, что издавала характерный стук своими копытами. Неизвестный с огромной скоростью мчался куда-то по лесу. Несмотря на это, я свободно мог наблюдать за этим. Словно это сон. Ведь я тут даже не имел собственного тела, словно выступал в роли наблюдателя. Неожиданно послышалось ещё больше подобных звуков и теперь стало ясно, что неизвестный от кого-то убегал. Но, рассмотрев людей, что бежали позади, я сумел предположить, что это была своеобразная стража. Однако больше всего вопросов вызывал парень впереди. Точно! Это тот самый парень, изображённый на том полотне, а также тот, что будто бы появился в воспоминаниях у меня в голове. Это была самая настоящая погоня, пока человек, скрывающий свою личность, не достиг тупика в виде высокой скалы. Вот он конечный путь. — Вам больше некуда бежать, Ваше высочество, прошу оставить все попытки сбежать, — остановившись, поговорил парень с картины. — Ты настолько мне не веришь, что вспомнил про официоз? — язвительно и с неким раздражением проговорил убегающий. Его голос мне показался знакомым. — Пойми, я тоже не хочу этого, но таков приказ короля, — с долей сожаления ответил парень. — Это всё бред! Ты считаешь предателем меня, но совершаешь ту же ошибку передо мной! — громко воскликнул неизвестный в плаще. — Прости... — опустив голову, произнёс полководец. Стоило ему это сказать, как часть стражей слезла с лошадей, начав окружать человека в плаще. Один из воинов уверенно наступал, поэтому убегающему пришлось вскочить с лошади. Он, не раздумывая, достал саблю, решив обороняться. Это был очень смелый поступок, который повёл за собой начавшуюся битву. Неизвестный блестяще держал оборону. Он ловко и безжалостно справлялся с каждым, кто на него наступал. От таких резких движений с этого парня всё же спал плащ, из которого показались тёмные и весьма длинные волосы. Казалось бы, оборонялся он отлично и мастерски, но всё же просчитался в собственных действиях: один из стражей подкрался сзади, как та ещё крыса, и вонзил кинжал прямо в спину незнакомца. Парень задержал дыхание и тут же остановился, из-за чего я точно смог разглядеть его чересчур знакомое лицо. Хёнджин... Перед глазами всё пропало, в то время как я находился в смешанных чувствах. Человек, что пытался скрыться, был Хёнджином... Что я только что видел? Прошлое, воспоминание или же галлюцинация? Не сумел я отойти от происходящего, как очутился в подобном лесу на мёрзлой земле. Мне до конца было сложно оценить своё физическое состояние, но куда сложнее было осознать и понять, что именно я только что видел? Не является ли место, в котором я сейчас находился, неким подобием сна? Проведя рукой по земле, я точно ощутил то, к чему прикасался: сухую землю, что лишь пылью оставалась в ладони. Это реальность. Но какая из? Осматривая местность, я понимал, что в этом лесу нахожусь впервые. Он не похож на те места, где я мог быть раньше. Тут намного больше растений и различной живности. Приподнимаясь с земли, я был слишком шокирован всем происходящим и даже немного напуган. Странные события слишком быстро сменялись одна за другой, не давая конкретных ответов, а лишь напротив — вызывая больше всевозможных догадок. Этот мир настолько необычный и неизвестный, что тут легко почувствовать собственную беспомощность. Слегка отряхнув одежду, я прижал руки ближе к своей груди и начал делать неторопливые шаги вперёд. Куда? Да куда-нибудь. Местность тут была однотипной, а я даже не знал, что мне делать здесь и куда идти. Однако у меня и выбора особо не было. Сидеть на земле и чего-то ждать — слишком глупо. Впереди я, вроде как, не видел каких-то препятствий, а шаги мои были неторопливыми, но отчего-то я не туда наступил, а моё тело повалилось на землю прямо перед крутым холмистым склоном, с которого покатилось прямо вниз. Больно ударяясь об землю, что была застелена листвой с деревьев, моя, ещё живая, плоть всё же достигла своего конца. Когда динамичные действия прекратились, а склон закончился, я наконец-то смог хоть немного осмыслить произошедшее. Моя неосторожность привела к тому, что сейчас моё тело без каких-то признаков жизни валялось на земле. Несомненно, я был жив и мыслил здраво, однако, получив слишком много ссадин и повреждений, я понял, что трудно было задействовать любую конечность. Всё безумно жгло от различной боли. Так подставить самого себя ещё нужно уметь. Постепенно дав своему телу кое-как абстрагироваться, я не спеша начал шевелить конечностями. Благо они были целы. Всё-таки я не в полном порядке. Повреждения были, и их с лёгкостью можно заметить, так как в некоторых участках выступила свежая кровь. Сильно сжав руки в кулак и стиснув зубы от боли, я всё же начал приподниматься, терпя жгучие ощущения. Пока мои жалкие попытки более чем оправдывали себя. Вдали я услышал звуки бьющего металла, а также торопливые шаги. Не сказал бы, что подобные звуки внушали какое-то доверие, но, скорее всего, это означало, что я здесь не один. Собравшись с остатками сил, я рывком встал на ноги, после чего покосился и опёрся о кору дерева. Стоять мог — уже радовало. Теперь же, ступая с ещё большей осторожностью и внимательностью, я, слегка хромая, шёл в сторону звуков, хоть это и было тяжело. Благо вокруг было множество деревьев, о которые я опирался пока шёл. Прошлый мой опыт меня абсолютно ничему не научил, раз я попёрся в разгар событий. Я точно неисправим. Подойдя довольно близко, я наконец-то заметил движения и фигуры, вызывающие их. Мне показалось это всё хаотичным, а картина — безумно знакомой, но стоило мне приглядеться получше, стало ясно почему так. Я застал очередное сражение, схожее с тем, что мне виднелось словно воспоминание. Но куда больший интерес вызывал демон, участвующий в этой битве на мечах. Увидев волосы алого цвета и лицо Хёнджина, я понял, что ощущаю чувство дежавю. Примерно тоже самое я только недавно видел. Тоже битва, тоже все против одного. Вот только сейчас Хёнджин был куда увереннее в своих действиях. Против кого он бился и зачем оборонялся, я не знал, да и не мог понять из-за скрытых лиц и тёмной одинаковой одеждой у всех действующих лиц. Затаив дыхание, я осознал, что это взаправду. Что я вижу примерно тоже самое, что и в воспоминаниях. Закрались сомнения, что увиденное может повториться и здесь прямо сейчас. Перед моими глазами... Правда, стоило мне лишь подумать об этом, как Хёнджин взял последнего в тяжёлую хватку, держа рядом острую саблю. Хван явно что-то ему говорил, однако чёткость слов до меня не доходила. Невозможно было понять, что именно было сказано. Хотя для меня это стало слишком безразличным, ведь в один момент я сумел осознать, что мои ноги больше не могут удерживать тело в одном состоянии. Мне пришлось упасть, заняв сидячее положение. Боль слишком невыносима, чтобы терпеть. Из-за этого я попросту забыл о происходящем прямо перед своими глазами. Я прикрыл их, пытаясь как-то унять физическое мучение. Мои действия вызвали характерное шуршание листвой, на звук которого я глупо не обратил внимание, продолжая елозиться на месте. В какой-то момент я почувствовал тяжёлую хватку в области своей руки. Нисколько не сориентировавшись, я до конца не осознавал, как передо мной оказался Хёнджин. Это наша первая встреча спустя такое длительное время. Мы давно друг друга не видели, и я был бы рад, что наконец-то это случилось, если бы не почувствовал холодное железо прямо возле своей шеи. Шокировано смотря прямо на демона, я непроизвольно задрожал, а также ощутил безумно сильный холод от самого красноволосого. Совсем как раньше. — Ты мне помешал, — равнодушным тоном начал он. — Я не люблю тех, кто стоит у меня на пути, а ты сейчас именно такой, — монотонно проговорил Хёнджин, тон которого отливал явной ноткой раздражения. От такого тона и выражения лица Хвана становилось не по себе. Это настораживало и пугало. Произнести хоть слово я абсолютно не мог да и не знал нужно ли. Сейчас моя жизнь в очередной раз находилась на грани смерти. Вот только сейчас что-то тянуще грызло душу. — А знаешь, что я делаю с теми, кто мне мешает? — продолжал говорить красноволосый, сильнее сжимая рукоять сабли. — Верно, от них я незамедлительно избавляюсь. Взгляд Хёнджина резко сменился на жестокий и коварный. В нём не было абсолютно ничего живого. Ощущалась пелена страданий и сплошных мучений. Жажда мести и желание смерти. Именно это читалось в глазах демона. Именно это и представляло всю его сущность, показывая, каким он является на самом деле. Острая боль в шее только подтверждала всё это. Он безразличен, он не чувствует сожаление. Его не мучает совесть: красноволосый делает лишь то, чего желает без задней мысли. — Хён... Хёнджин...— мой голос явно дрогнул от накативших эмоций. Мне было безумно страшно, но больше всего меня пугало далёко не то, что я могу оказаться мёртвым, а то, что я могу умереть от рук самого демона. Это слишком иронично. — Пожалуйста... не стоит...— я чувствовал себя жалким, но при этом ничего кроме этого я не мог сделать. Моё тело слишком слабое, а хватка Хёнджина слишком сильна для меня. Выбраться силой никак. Шмыгнув носом, я ощутил, как тонкая капля крови потекла по изгибам моей шеи. Я ему абсолютно безразличен и никакие предупреждения не смогут его остановить, так как их попросту нет. Я был в отчаянии и, казалось бы, уже принял свою участь, просто взглянув столь жалким и ничтожным взглядом в дикие глаза Хвана, что словно блестели в отражении моей ярко голубой радужки. Что-то явно изменилось, ведь, резко остановившись, Хёнджин попросту отвёл свой взгляд и, не задумываясь, откинул саблю вместе со мной. — Хван Хёнджин, этого достаточно, думаю, вы и так совершили слишком много ошибок... Неосторожно бродя возле края пропасти, в конечном итоге просто споткнёшься и свалишься вниз. После этого сожаления не будут иметь какую-то силу.