Прости, я влюбился в другого
4 апреля 2022 г., 05:55
Это не должно было случиться. Не должно было случиться вот так. Феликс всего лишь хотел порадовать своего парня на первую годовщину. Не на очередную стодневную дату, к которым в этой стране испытывают особую любовь, а настоящую годовщину отношений.
Год жизни, который привнёс так много светлых эмоций, тёплых чувств и лучистого счастья. Год, за который они успели начать жить вместе. Год, в котором его любимый художник раскрашивал их жизни множеством ярких красок.
А сейчас всё это утекало, словно песок сквозь пальцы. Стоило ли хвататься за те жалкие песчинки, которые стремительно покидали ладони?
Сердце выдало бешеный удар по грудной клетке и резко ухнуло вниз. Последующий за этим вдох был болезненным.
Жаль, что не последним.
Феликс по пути с учёбы заскочил в художественный магазин, который так любил его парень. Он думал, что найдёт там вдохновение для подарка, а нашёл своего художника. Обнимающим и целующим другого.
И этот другой, хоть и смутился немного из-за внезапного зрителя, не особо-то отстранился от объятий. Будто этого было недостаточно, незнакомец выдал издевательское:
— Вы что-то хотели?
«Умереть, например?»
Застыв, Феликс наблюдал, как его любимый человек меняется в лице. Как он побледнел, затем покраснел. Как страх, сожаление и вина захлестнули его взгляд. Как родные губы открывались и закрывались, не в силах найти слов для оправдания.
Губы, которые целовали его буквально сегодня утром.
Губы, шептавшие этим же утром признания в любви.
Губы, которые спустя несколько часов касались уже другого человека. Почему? Зачем?
Пульс бешеным ритмом отдавался в висках, глухим шумом заложив уши. Глаза размытым движением уловили порыв любимого подойти, коснуться. Но рука, только протянутая в его сторону, дрогнула и обречённо опустилась.
Феликс молча развернулся и просто ушёл. Не хотелось ни с кем разговаривать, никого видеть. Чувствовать и дышать, желательно, тоже.
Как в тумане дойдя до какого-то парка, он сел на скамейку, где провёл чёрт знает сколько часов. Идти было решительно некуда — не возвращаться же в совместную с уже не его художником квартиру, в самом деле.
А к друзьям сейчас не хотелось. Озвучить им эту историю вслух казалось чем-то за гранью его возможностей.
Начавшийся вскоре ливень не изменил планов. Феликс лишь подобрал колени к груди, чтобы хоть как-то компенсировать объятия, которых он лишился.
И, когда казалось, что всё хорошее в этом мире исчезло, появился Бан Чан с его зонтиком, обаятельной улыбкой и очаровательными ямочками.
💙
Чан слушал историю, затаив дыхание. — Вот же мудак, — выдал он, стоило Феликсу закончить. — Нет, я всё понимаю, бывает, что любовь проходит и в сердце находит дорогу кто-то другой. Но это! Это же предательство! Он так ничего тебе и не сказал? — Нет, — Феликс всё так же держал чашку обеими руками и, смотря в её содержимое, часто-часто моргал. — Давай завтра заберём твои вещи, поживёшь пока со мной, а там посмотрим, — решение пришло быстро и показалось Чану самым правильным. Феликс уставился на него во все глаза. — У меня есть свободная комната, всё равно никто из родных в ближайшее время не собирается приезжать в гости. Так что, добро пожаловать! — Это неудобно, ты так не считаешь? — осторожно ответил Феликс. — Неудобно спать на потолке — одеяло падает, — улыбнулся Бан Чан. — Если бы тебе было куда идти, то ты бы уже был там, разве нет? Феликс отвёл взгляд. Ему было куда пойти, но он туда не хотел. Или не мог. Безумно хотелось укрыться в убежище, чтобы было время прийти в себя. Поэтому он просто кивнул. — Давай я покажу тебе комнату? — предложил Чан. — Можно я пока с тобой побуду? — тихий голос был едва слышен. — Не хочу оставаться один. — Конечно, — мягкая улыбка и снова эти ямочки. Они так и заснули на диване за просмотром каких-то забавных шоу.💙
— Подняться с тобой? — спросил Чан, когда подвёз Феликса к его дому. — Нет, я должен сам с этим разобраться. Спустя полтора часа и несколько ходок вещи были погружены в машину. Бан Чан обеспокоенно посмотрел на покрасневшие глаза Феликса, но не решился задавать вопросы. «Прости, я влюбился в другого». Слова пульсировали в голове, болезненным эхом отдаваясь в сердце. «Всё случилось так внезапно. Я… Я не знал, как сказать». Как же горько. Просто до тошноты. — Тебя отвлечь как-нибудь или пока оставить в покое? — спросил Чан, когда они принесли вещи в комнату Феликса. Тот качнул головой в неопределённом жесте, рассеянно глядя в одну точку перед собой. — Я пойду готовить, если захочешь, присоединяйся, — Бан Чан, неловко переступая с ноги на ногу, с сочувствием смотрел на Феликса, сидевшего на кровати с потерянным видом. Дождавшись едва заметного кивка, Чан вышел, тихонько прикрыв дверь. Феликс не пришёл. Когда он не вышел из комнаты и к вечеру, Бан Чан решил проверить состояние гостя. Не дождавшись ответа на стук в дверь, он всё же заглянул внутрь. Феликс лежал, свернувшись комочком. Его приоткрытые губы пересохли, лицо покраснело и, понимая, что это может значить, Чан приложил ладонь к его лбу. Так и есть, температура.
