***
Когда всё разложились, было решено собирать хворост на один огромный костёр. Дети разбрелись по окрестности, ища палки, веточки и сухую траву. Путин, Меркель и Зеленский тоже пошли на вылазку. Пока первые двое спорили, последний же не находил себе места. Он наблюдал, как Макрон общается с Ле Пен и её подругой и он счастлив. Странно, час назад его глаза выражали печаль, а сейчас смеётся. — Долго будем медитировать? Ты ничего не собрал, а мы тут топчемся уже пол часа, — к нему подошёл Путин. Зеленский вздохнул. — Да, иду. Он нехотя наклонился и поднял пару палок. Так за однотонной работой и ссорами этих двоих, Вова немного позабыл Эммануэля. Он собирал хворост и о чём-то думал. Из мыслей его вырвал возмущённый голос Меркель: — Ну, всё! Это край, — она кинула охапку веток на землю. — Собирайте сами! — Ангела, я не то имел ввиду! —постарался остановить её Путин, но девушка была слишком рассержена. Раздражённо вздохнув, Вова поднял то что собирала подруга и добавил к своему. Без неё у него как-то испортилось настроение. Зеленский решил подбодрить и похлопал его по плечу: — Ей надо время и она простит тебя. — Если бы! Я её дурой обозвал, — вздохнул Владимир. Другой Вова задумался. Такое и правда тяжело забыть. — Вы идёте? — послышался голос старосты. — Пора костёр разжигать.***
Дети собирались у остра. Вечерело, а с тем и холодело. Поэтому Путин заглянул в палатку за кофтой. Там он увидел Ангелу, она плакала. — Я тебя так сильно обидел? —спросил Владимир, опускаясь рядом. — Ты тут причём! Мои родители разводятся и папа навсегда уезжает в другую страну, — воскликнула девушка, всхлипнув. В её руках был телефон откуда она про это узнала. Парень аккуратно забрал гаджет и взял её за руку. — Я помню, как мои родители разводились. Мне было десять и это было… трудно, — признался Вова. Ангела снова всхлипнула. Парень свободной рукой уложил её голову себе на плечо. — Но потом стало легче, — тихо сказал он. — я видел маму редко, но видел. Я уверен, ты тоже сможешь видеть отца. Хоть иногда. Меркель просто молчала. Ей было больно говорить об этом, поэтому не проронив ни слова, просто лежала у него на плече. — Ты знаешь куда он едет? — через время спросил Путин. Меркель кивнула. — Вот видишь! Не переживай, всё будет хорошо. Он поднялся, аккуратно поднимая её. Девушка вытерла слезы рукавом. — Спасибо за поддержку, — сказала она. Парень ответил улыбкой.***
Зеленский не знал, куда запропастились эти двое. Поэтому сёл во всеми у костра. Рядом уселась Лена и они пару минут пообщались, но потом она переключилась на книгу, а Вова загрустил. Вдруг, он заметил Марин и её подружку Алису. Значит где-то рядом Эммануэль. А вот и он! Подходит к ним, смеётся, они говорят, а потом идут к костру. Владимир поднимается, не в силах видеть это и уходит. Он идёт всё дальше в лес и потихоньку успокаивается. Садится на ближайший камень и закрывает глаза. Как же он устал от этого всего! От рутины, от фальшивой дружбы, от ссор родителей, от этих странных ощущений. Да, именно от последнего устал больше всего. То что он чувствовует, это вовсе не дружба. Это… любовь?