Кукла

Когда я был маленьким, то дружил с соседской девочкой. Я не помню как ее звали, но помню как красивы были её длинные волосы. Они были цвета рассвета. Когда она бывала у нас, то после неё я находил золотые нити по всему дому. Еще я помню румянец на щеках и алые губы. Только вот глаза не помню, но думаю и они были очаровательны. У всех детей, что я хоронил были прелестные глазки. У тебя они тоже очень красивые, когда они еще чуть-чуть подсохнут я смажу их формалином. Жаль, что это необходимо и твоей нежной коже, но иначе ты покроешься трупными пятнами. Потерпи чуть-чуть, моя милая, и потом я надену на тебя новое платье (оно очень красивое) и расчешу волосы. Так что я говорил... Ах да, я говорил про её глазки, которых не помню... Знаешь, её мама была строгой женщиной и часто не выпускала свою дочь из дома в наказание. Иногда она сбегала через окно в своей комнате и стучалась ко мне. И тогда мы уже сбегали вместе. У нас в деревне с неизвестно каких времен стоял Старый Дом. Все дети его боялись. А мы нет. Потому что там было тихо и спокойно, и никто из беспризорных мальчишек не доставал. В Старом Доме особо не было развлечений. Мы просто ходили по этажам, рассматривали узоры на паутине, искали царапины на стенах и выдумывали для каждой сюжет... Но нам нравилось так проводить время, мы были особенными детьми, которым покорился Старый Дом, и было бы неблагодарно не видеть в этом привилегий... Ну как тебе платье, моя куколка? Правда, красивое? Оно точно получше того рваного и грязного, что на тебе было... И кто только оставил тебя в таком состоянии? Да и волосы похоже придется отмывать от крови, что-то ее многовато. У прошлой девочки случайно сломалась шея, когда я опустил ее голову в раковину. Надеюсь, с тобой такого не произойдет. Ведь ты самый подходящий экземпляр, моя милая. Пока буду мыть тебе волосы, расскажу еще чего-нибудь. Ведь вы, маленькие девочки, так быстро начинаете скучать! Она очень не любила, когда скучно. Тогда она начинала вести себя как непоседливый ребенок и требовала, чтобы я ее развлекал. Сейчас я понимаю, что был очарован ей в такие моменты. Иногда она ходила к мистеру... Нет, не помню его имени. У него было самое большое поместье в деревне, и раз в неделю он приезжал, чтобы его проведать. Я не любил такие дни, потому что знал, что сегодня её буду развлекать не я. Она говорила, что они с Мистером друзья и что ему нравятся её глаза (как же жаль, что я их не помню!). Я не понимал, как могут дружить маленькая девочка и взрослый мужчина, но, поразмыслив, решил, что ничего удивительного - ведь она очень умная и лучше всех в деревне говорит на французском! Но продлилась их дружба недолго. Вскоре её мама начала запирать девочку дома, как только видела карету Мистера на горизонте. Один раз я даже видел, как женщина ругалась с ним, когда он подъехал к их дому. Этот случай очень разозлил мою прелестную подругу, после этого она несколько дней была не в духе и проклинала свою мать. Глупышка... Ну вот, моя милая, теперь твои волосы переливаются как янтарь! Какие же они длинные... Да, как у нее. Ха-ха, может ты это и есть она? Ох, нет, я знаю, моя куколка, что ты не можешь быть ей. Ведь я сам видел её труп тогда... Как я уже говорил, моя подруга была очень зла на свою мать. После того, как она отравила домашнюю кошку, её снова заперли дома. Но она вновь прибежала ко мне. Через окно я помог ей забраться ей в мою спальню. Она вся дрожала. Я накинул на неё одеяло, но, присмотревшись, понял, что дело не в погоде. Маленькая и хрупкая она плакала! Плакала, и её слезы капали на мою постель! Обводили её раскрасневшиеся щеки, маленькие пухлые губы, а затем разбивались о мою запачканную мечтами о ней простынь! В огне свечи её слезы казались такими же золотыми, как и волосы. Это было так красиво, что вспоминая это, я жалею, что не убил её сам. Она говорила что-то о своей матери, о Мистере... а потом поцеловала меня. Её губы были влажные, но теплые. Она предложила сбежать вместе. Я решил, что это лишь её очередные капризы, поэтому сказал, что это лучше обсудить завтра и что она может остаться у меня (я очень этого хотел). И представляешь, моя милая! Она очень разозлилась на меня! Просто чертовски разозлилась! Мне кажется, будь я тогда очередной кошкой в их доме, то она отравила бы меня без раздумий, с таким негодованием она обрушилась на меня! Ох, эта маленькая девочка с драгоценными волосами... Она сказала, что никто её не любит, представляешь? Что все хотят лишь совратить её, но не более, вот что она сказала! А потом она, подобно маленькому зверьку, просто выскочила в окно. Я прильнул щекой к еще влажным пятнам от ее слез и уснул, думая, что завтра нарву для неё цветов, и она простит меня. Моя сокровенная, мне кажется твои глазки готовы. Не бойся, это не больно. Кожей я займусь чуть позже, сейчас я хочу чтобы она была мягкой, к тому же, ты еще пахнешь жизнью. Какой подарок подарил мне господ в этот заснеженный день! Однажды какой-то мужчина принес мне девочку чуть старше тебя, лет пятнадцати на вид, и знаешь, ее труп так вонял, что я закопал его практически полусидя, так мне хотелось избавиться от этого зловонного тела! Напомни, на чём я остановился... Да, на том, что она покинула меня... Но я еще не подозревал насколько. Как и было задумано, я нарвал для нее цветов в саду, а именно нарциссов - ей они очень нравились. Но не успел сделать и пару шагов в сторону соседского дома, как меня окликнул голос её матери. Встревоженная и заплаканная она бежала навстречу мне. Она спросила не видел ли я её дочь со вчерашнего дня. И знаешь что, ха-ха? Я сказал, что не видел с тех самых пор, как её посадили на домашний арест. Сказал так, потому что дурное предчувствие вдруг резко обязало меня найти её первым и убежать уже вместе. Женщина продолжила с криками бегать по деревне, а я сразу понял, где бы она могла меня поджидать. В Старом Доме. Да, я думал, что найду эту девочку, спрятавшуюся в углу одинокого здания в ожидании моего прихода. Мысль о том, что она могла убежать без меня не приходила мне в голову точно так же, как и мысль о её смерти. Крепко сжимая букет нарциссов, я окольными путями - дабы не быть замеченным - пробрался к Старому Дому. Блеск её дивных волос в проёме двери, моя непроизвольная улыбка и... О, какой изощерённый грех был над ней совершён! Её маленькое тело безжизненно валялось на гнилых досках, и можно было пошло добавить, что взгляд её утратил былой блеск, вот только... у неё не было глаз. Лишь пустые, в кайме засохшей крови, глазницы смотрели на меня. Ладонь её была проткнута гвоздём, торчащим из дощатого пола - как грубо её обронили! Но кожа её ещё не покрылась пятнами благодаря холодной ночи, волосы, хоть и были местами окрашены багровым, все так же переливались в свете солнечных лучей, просачивающихся сквозь щели в стенах.. О, если бы не эта ужасная расправа над её глазами я бы подумал, что она ещё жива! Я бы запомнил её такой, какой она была при жизни... В безмолвном ужасе нарциссы упали к ней из моих рук. В этой композиции она казалась одним из этих цветов... В слезах я припал к её телу, и его холод до дрожи испугал меня. Подол её платья был разодран точно так же, как и у тебя, моя куколка. Какое печальное совпадение! Я скорбел над её телом до самого вечера - казалось, я не мог оставить её снова одну. Особенно в холоде её собственного тела. Потом её тело найдут вместе со мной, уснувшим рядом, а Мистер уже никогда не покажется в деревне... Долго её труп преследовал меня во снах - так долго, что я и забыл её внешний вид при жизни. Забыл даже её имя. Но благодаря тебе... О, как ты похожа на неё, дитя!..Благодаря тебе я вновь увижу её живой! Разбитые блики отражаются в твоих зрачках, завораживая мою плоть. Какие прелестные глазки! Наверняка у неё они были такие же... Да, такой ты и была, моя желанная. Такой тёплой и красивой девочкой, с чудесными длинными волосами цвета звёзд и такими же золотыми ресницами. Я лишь добавлю румян твоим щекам и ты станешь совсем живой, моя куколка. Лишь твоё тепло исцелит меня... Да, то тепло, что он забрал тогда у тебя... А потом мы убежим вместе, моя милая, я обещаю.