***
Игорь уже понял что маркировки в уважаемом заведении не перебиваются, поэтому грустно взирал на просрок, который впоследствии придётся выкупать своими силами и смутно представлял что ему делать с засахарившейся, лопнувшей от множества перепадов температур, лимончеллой. Внезапно над его ухом раздался хриплый, надтреснутый голос — Ты это, братишка — не грусти что она такая забродившая, а ну и забродит под полтос скидочки через ручки, — обладатель голоса захохотал, Игорь отпрянул от очевидно нетрезвого мужчины неопределённого возраста. Растительность на лице не давала определить точный возраст, прокуренный голос скрывал степень опьянения, у Игоря на затылке волосы встали дыбом от уровня конспирации высланного за ним сотрудника УГРО — Ты такой грустный и в алкомаркете-е-е — заливисто хохоча протянул бомжеватого вида мужчина, — вижу — новенький, давай объясню чо по чём у нас в городке-то — мужчина топнул, присвистнул, завертелся и залихватски схватив Дон Периньон (Катюша побледнев рванула за мужчиной, но поймала лишь воздух) крутанув, подбросил будущую половину зарплаты Игоря в воздух и присев на колено, крякнув, пискнув, поймал вращающуюся бутылку у самого пола Где-то у задних полок за спиной деда, девятнадцатилетняя Катенька впервые схватилась за сердце, а сам дед не моргнув глазом повернулся всем корпусом к Игорю широко улыбнулся приподняв второй рукой драную шляпу. — Оп-ля! Игорь был поражён. Такой редкостной неадекватной хуйни у него в жизни ещё не было. — Гениально ГЕ-НИ-АЛЬНО, — выпучив глаза только и мог повторять ошеломлённый бывший программист, слабо подёргивая конечностями в попытке продемонстрировать аплодисменты. — То-то же — довольно протянул мужчина, сверкнув золотым зубом и с кряхтением поднимаясь с коленопреклонной позы. Катенька отошла от сковавшего её ужаса, рванула к кассе, Игорь слышал утихающее вдали завывание — Михалыч, там ебанутый дед вернулся! давай как в тот раз его огнетушителем сзади подойдём йопнем! Исполнитель периньённого тулупа в свою очередь лучезарно улыбался Игорю. Он оказался не на много выше его, но только сейчас Игорь понял что тот почти его ровесник. «Только пьёт» — промелькнула ужаснувшая его мысль. Не-е-ет, сотрудник УГРО не будет в провонявших солидолом шмотках таскаться по заштатному городку и выискивать скрывающихся светил незаконного программного кода. А тем более вытворять такую превосходную неадекватную дичь. — Вы выступаете в шапито? — вежливо осведомился Игорь, пытаясь завязать разговор с удивительным мужчиной — Что? неееет! Хотя, моя то семейка — чистое шапио, ты ещё сестру мою повстречаешь — правда не здесь, она закупается в Ароматном крае, в ваш красный и не белый подвал её только после закрытия всех более-менее приличных мест только занесёт. Да я сам годную самогонку то имею, — мужчина приспустил круглые солнцезащитные очки и подмигнул Игорю. Тот был совершенно потерян. — Не бойся, паренёк, тебе бояться меня не надо! Ты дружка своего спроси кто я, а ну и кровососы эти тебе что подскажут местные. Не боись, я приду ещё. Другие фокусы покажу, — на этой фразе пугающий мужчина потянулся за ухо стажёру и выхватил из пространства рядом с Игорем розу, присев в глубоком поклоне, потягивая её молодому человеку. Игорь дрожащими руками принял подарок и сжал цветок обеими руками, держась за него как за поручень автобуса в час пик. — Ждём вас снова, — снова в трансе пробормотал он чудаковатому мужчине. Посетитель ещё раз поклонился, широко улыбнувшись и ретировался. Спустя некоторое время с сопением прибежала Катенька, сжимая выскальзывающий из потных рук огнетушитель. — Сраный дед! — в гневе обратилась она к Игорю, осознав что противник исчез, — ходит тут, докапывается, люто подозрительный мужик, не верю я что это его завод рядом с вокзалом стоит, это семейка его терпит, а не он их! Игорь встряхнул головой и побрёл за пыхтящей Катей, не додумавшись предложить ей помощь. «Завод. Удобрения.Код. Всё сначала " -подумал, вздрагивая, Игорь. Что ни говори — удивительная штука жизнь, особенно если отъехать двести км от Москвы.***
Михаил Виктор сощурившись наблюдал за стажёром поверх газеты. Наконец, не выдержав напряжения, Игорь яростно обернулся и вперил глаза в деда — Ну что не так? Михаил Виктор попыхивая айосом насмешливо поднял брови и затряс головой — Да всё так, всё так… Ты это, не отвлекайся, — и посмотрел на старые армейские часы на своём запястье. Игорь с шумом выпустил воздух из лёгких. Какой-то подвох чувствовался в словах старого матёрого кассира. И действительно — стоило только Игорю отгрузить последний ящик с жатецким гусём, как в подвал вошла радостная Катюшка — Ну продаваны, ну порадовали! Они вот буквально ту же схему что и двенадцатого прислали. Ну не дауны, а? — восторженно произнесла она, взмахивая стопкой бумаг. Игорь похолодел. — Что такое, — сипло произнёс он, от усталости забыв добавить интонацию вопроса. Катя подмигнула — Качалка, братишка! — у нас обычно прям перед концом смены новую расстановку товаров присылают — не успеешь за сегодня всё переставить — дир завтра же вырвет тебе печень на построении. И это если ещё повезёт… Глаза у бывшего программиста округлились, он обвёл взглядом видимую ему часть магазина и издал неразборчивый жалобный звук. — Да-а-а-а-а, вот сейчас и подкачаемся после сытного обеда. Хотя я с утра ещё не ела, дир умеет на подвиги вдохновлять, — Катя вздохнула и покачала головой, — ну что, делать нечего, поползли!***
Уходя с работы в два часа ночи, Игорь привалился к косяку курилки, доставая из кармана золочёную зажигалку, Миха всегда дарил памятные подарки, греющие душу. Делая глубокую затяжку он запрокинул голову назад, осмысливая свою ужасную жизнь, позволяя себе наконец пожалеть себя. Краем глаза замечая движение, он скосил глаза на полуприкрытую дверь подсобки. Луч света очерчивал фигуру что-то сбивчиво говорившего сб-шника и склонившегося над ним кивающего дира. Сб-шник глубоко вздыхал в перерывах и запивал свои горечи дешёвым растворимым кофе. Вдруг Игорь пробрала дрожь, он с ужасом смотрел на то, как огромная лапища монстра взметнулась к лицу Лёши и осторожно и трепетно убрала с лица прядь. Юноша в ответ нервно засмеялся и начал что-то лепетать, пытаясь убрать чужую руку с головы. Глаза у бывшего коллектора остекленели и он медленно и неотвратимо начал приближать своё страшное лицо к лицу сжавшегося от ужаса сотрудника. Пока Игорь накидывал ремень на ножку стоящего рядом стеллажа сотня противоречий терзала его мысли — ему одновременно хотелось спасти любимого всеми сотрудника безопасности (чудовищные размеры одной только руки Тимура Викторовича встали перед глазами) ради всеобщего блага, и в то же время ему хотелось чтобы с утренним психологическим насилием было покончено. Игорь резко втянул носом воздух — сейчас или никогда. «Я делаю это ради Милы» — пронеслась тёплая мысль в его голове — и он с лёгкой душой рванул за ремень. Стеллаж качнулся, хлипкие шурупы выскользнули из осыпающейся штукатурки и вся конструкция шаткого стеллажа с фееричным шумом обрушилась на пол. Игорь пригнулся и рванул к приоткрытой двери — главное сделать вид что он не делах, и — выскочил в проём чёрного хода. Ночной воздух встретил его прохладой и нежным весенним запахом. Там, за пределами алкомагазина была свобода и жизнь. Жизнь разливалась огнями по магистрали за углом ближайшего дома, слабым ветром шевелила ветви деревьев, готовых проснуться и пустить ростки светлой листвы. Счастливый смех компании молодых людей у подъезда, сработавшая где-то вдалеке сигнализация. Игорь наслаждался свободой и яркостью ощущений после целого дня, проведённого в душном магазине. Он вдыхал аромат земли и очнулся только после того как услышал истеричный визг пожилой женщины с балкона второго этажа старенькой пятиэтажки. Только после этого он осознал что на улице второй час ночи, а сам он только что устроил акт терроризма по отношению к флагману сети. — Только же месяц назад установили — Диана понуро собирала коробки и разбросанные пластиковые контейнеры, Игорь присел, помогая собрать разбросанные упаковки просрочки. Незаметно скосив взгляд он разглядел стоящих в глубине магазина тирана и пунцового сб-шника, перед ними стояла миниатюрная брюнетка и что-то объясняла, активно жестикулируя. Игорь довольно выдохнул и, выпрямившись собрал контейнеры, помогая донести их до второго, ещё целого стеллажа. Он мог собой гордиться.