Раны потерянной надежды

На удивление, остаток ночи до утра прошел тихо. Я не спешила заходить в комнату, решив дать больному немного времени, чтобы выспаться. Позавтракав, я приготовила завтрак и для него, состоящий из жидкой каши с ложкой меда. Еду будем вводить постепенно. Подойдя к двери я приготовилась в любой момент отразить атаку, когда заходила. Но этого не потребовалось. Мой подопечный лежал на боку, закутавшись в одеяло, спиной ко мне. Когда я зашла, он медленно повернулся в мою сторону. Интересно он вообще спал? Синяки под глазами стали еще отчетливей видны. Бледная кожа была почти прозрачной. - Доброе утро. Надеюсь, ты голоден, - сказала я, подойдя к его кровати. Он молчал, не сводя с меня взгляда. - Что такое? Уже забыл меня? - я приподняла бровь и коснулась его лба. Он дернулся в сторону от моей руки. - Тихо, я ничего тебе не сделаю. Только температуру проверю, - успокаивающе произнесла я. Лоб был холодным. - Как ты себя чувствуешь? Он снова промолчал. - Надо же. Вчера ты был таким общительным. А сегодня решил поиграть в глухонемого? Ладно, забудь. Тебе нужно поесть, - я протянула к нему тарелку с кашей, но он даже не сдвинулся с места. - Что? Не голоден? К сожалению, мне придется тебя уговорить поесть. Иначе желудок будет болеть, а там снова тошнота и рези будут, и много чего еще приятного. Давай. Если хочешь, я тебя даже с ложечки покормлю. Только приподнимись. Я взяла подушку и посмотрела снова на больного. Он не проронил ни слова, но позволил подложить под себя еще подушку, приняв полулежачее положение. Я зачерпнула кашу ложкой и поднесла к его рту. Он чуть двинулся назад, сомкнув губы. - Слушай, ну будь умничкой. Или мне тебе сказку рассказать? Или поиграть ложкой, как самолетиком? Ты же большой мальчик, и знаешь, что организму нужна энергия. А то ты даже ударить меня толком не сможешь, если снова убить захочешь, - я усмехнулась. - Давай же. Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее я от тебя отстану. Поразмыслив над моими словами, мой подопечный все таки сдался и открыл рот, принимая пищу. - Вот молодец. Можешь ведь, когда хочешь. Давай, еще одну, - сказала я, отправив ему в рот еще ложку каши. - Хорошо. Меда зачерпнуть? Я поддела кончиком ложки вязкую субстанцию, смешав ее с кашей. Третью ложку он проглотил, медленно, словно у него болело горло. Всего его хватило на шесть ложек. На седьмой, он отвернулся, замотав головой. - Ладно. Не буду больше заставлять. Для начала и так пойдет. Теперь, давай примешь лекарства и я от тебя отстану окончательно, - я протянула ему пару таблеток, зажав их между пальцев. Он недовольно сморщился, но потом все же открыл рот, захватив губами мои пальцы и чуть их прикусив. Я едва не дернулась. А зубки-то мы все показываем. - Все, молодец. Я ухожу. Приду попозже. Думаю, ты не откажешься принять душ и переодеться, - да, помыть бы его не помешало. Вчера я не сильно обратила на это внимание, а сегодня ощутила весь спектр аромата моего подопечного. И приятного там было мало. Когда я покинула комнату больного, в кармане завибрировал телефон. При чем, его телефон. На экране высветилось имя Ханжи. Помедлив секунду я ответила на вызов. - Слушаю, - сказала я в трубку. - О, Эрика, так и думала, что ты заберешь у него телефон. Ну как там у вас дела? - донеслось с того конца. Я отошла от двери. - Ну как... Была первая попытка убийства. Потом истерика, погром в комнате и прочие прелести абстинентного синдрома. Вот, только покормила его. Сейчас он впал в апатию. Думаю, вечером снова даст жару, - проговорила я, ставя тарелку в раковину. - Ну ты держись там. Леви у нас с характером. Но к нему тоже можно найти подход. А ты это умеешь, я не сомневаюсь, - какая прелесть, меня тут даже приободрить хотят. Боятся что ли, что выкину его. - Значит, его зовут Леви. Ну хоть имя теперь знаю. А то думала обращаться к нему на "Эй, ты", - саркастически протянула я. - Ладно, ни пуха тебе там. Если что, звони на этот номер, - в трубке послышалась тишина. Я убрала телефон назад в карман. Леви, значит. Что ж, посмотрим, что ты выкинешь дальше. Ближе к двум часам дня я взяла гель для душа и шампунь с полотенцем, отправившись к своему подопечному. Он встретил меня в той же позе, что и был, когда я уходила. Только голова была повернута в сторону окна, а пустые глаза смотрели куда-то мимо. На мое появление он никак не отреагировал. - Пойдем искупаем тебя. Полноценную ванну тебе пока нельзя, но душ вполне пойдет, - сказала я, подойдя к нему. Леви повернул в мою сторону голову. Поразмыслив несколько секунд, он приподнялся, свесив босые ноги с кровати. Встать решался долго, было видно, что его до сих пор трясет. Я подошла ближе и протянула руку. Он недоверчиво покосился на меня. Я молча ожидала, пока он соизволит принять помощь. Наконец, он опустил взгляд и вложил свою руку в мою, оперевшись и поднявшись на ноги. Его тут же зашатало, но я придержала его за худые плечи, помогая дойти до ванной комнаты. Там я усадила его на унитаз и отрегулировала воду. Все это время он смотрел в пол, изредка заламывая себе руки. Отрегулировав душ, я повернулась к нему, поднимая на ноги и начав расстегивать его штаны. Он схватил мои руки, сжав запястья. - Сам сможешь? - я взглянула в его мутные глаза. Он чуть кивнул, но рук не убрал. Крепкие пальцы, чуть сильнее надавили на кожу. Я ожидала его действий, стоя напротив. его руки снова затряслись. Похоже он сейчас пытается сдержаться, чтобы не начать снова все крушить. - Тише, все хорошо. Я понимаю, что тебе хреново. Позволь помочь тебе. Обещаю, что никому не скажу об этом, - проговорила я, мягко убирая его руки со своих запястий и ловко разделавшись с молнией на штанах, спустила их к ногам, оставив его в нижнем белье. - Если можешь сам снять их, давай. Я могу отвернуться, если тебя это смущает, - на это Леви мотнул головой и облокотившись о бортик ванной рукой, второй стал медленно стягивать белье. Я повернула голову в сторону, краем глаз наблюдая, чтобы он не упал. Стянув трусы на пол, мой подопечный облокотился уже двумя руками о борт и тяжело задышал, словно пробежал целый километр. Я придержала его, помогая преодолеть преграду и опуститься на акриловую поверхность. Он тут же поджал под себя ноги, обхватив их руками. Я взяла душ и осторожно начала поливать его, начиная с плеч и спины. Затем медленно подняла к голове, намочив короткие волосы и аккуратно вплетая в них пальцы, чтобы промочить полностью. После, взяла шампунь и выдавила немного на ладонь. - Можешь немного запрокинуть голову назад, - попросила я. Леви послушно, отклонился, прикрыв глаза, но не меняя позы. Я стала намыливать его волосы, мягко массируя кожу головы. Он тихо выдохнул. Это было похоже на вздох облегчения. Я решила не торопиться, минут пять проделывая массаж головы. Леви чуть прикусил нижнюю губу, расслабив мышцы лица. Похоже, ему понравилось. Смыв шампунь, я взяла мочалку и растерев по ней гель, начала тереть ему шею, переходя на плечи и спину. Когда я прошлась по левому боку он резко вздрогнул, зажмурившись. - Там больно? - спросила я. Он промолчал. Мне пришлось нагнуться и пройтись по тому месту пальцами. Он снова нервно дернулся. Возможно, трещина в ребре. Или ушиб. Будем осторожнее. Я старалась сильно не нажимать на кожу, водя по ней мочалкой. Закончив со спиной, я коснулась острого плеча больного. - Распрями ноги. Спереди тоже нужно помыть, - он послушно, убрал руки и вытянул ноги. Уж больно он покладистый сегодня. Даже настораживает. Я стала тереть его шею спереди, переходя на грудь. Ниже пояса взгляд не опускался. - У тебя болит что-нибудь? - спросила я, наливая еще порцию геля. В ответ тишина. Я все таки не выдержала. - Леви, - он нервно дернулся, услышав свое имя и соизволил поднять на меня взгляд. - Пожалуйста, давай будем сотрудничать. Я не смогу тебе помочь, если не будешь говорить мне о своем самочувствии, - я присела на край ванной. Он презрительно фыркнул. - Сколько тебе заплатили? - сипло сказал он, прожигая меня взглядом. - Достаточно. Папочка Эрвин похоже высоко тебя ценит, раз не поскупился на твое содержание. что же в тебе такого особенного? - я наклонила голову в бок, потом взяла его руку, начав неспешно тереть. Он снова схватил меня за запястье, взяв мочалку. - Я сам, - прохрипел он, начав остервенело тереть свою кожу. - Как скажешь. Я пойду постель перестелю. Если станет плохо, позови, - я встала и пошла в комнату, оставив дверь ванной открытой. Пока Леви занимался водными процедурами, я сменила постельное белье, отнеся грязное в стирку и разложила на кровати чистые вещи. Мой подопечный как раз закончил смывать с себя пену. Я вошла в ванную, выключив воду и накинув на худое тело большое полотенце, закутывая его. С моей помощью он выбрался из ванной и опираясь дошел до кровати, присев и снова тяжело дыша. - Если тяжело, то полежи сперва, - я закинула его ноги на кровать, укладывая его на подушки. Он глубоко вдохнул запах чистых простыней, прикрыв глаза. Я отложила одежду к краю кровати. - Сможешь сам одеться? - Леви кивнул. - Тогда я зайду к вечеру. Постарайся поспать. Я уже открыла дверь, когда с кровати послышался тихий голос. - Как тебя зовут? Я обернулась. Леви смотрел на меня. - Эрика, - коротко ответив, я вышла за дверь, запирая ее. До вечера время пролетело быстро. Радовало, что мой подопечный вел себя тихо и я могла спокойно заниматься домашними делами. Сегодня нужно было поставить ему капельницу. А это могло быть проблематично. Обычно при виде капельниц наркоманы начинают яро сопротивляться, так что я морально настроила себя на очередной срыв больного. Приготовив суп-пюре с маленькими кусочками курицы и подготавливая медикаменты, я услышала шум. Откуда он доносился догадаться было не трудно. Если снова началась ломка, то придется отложить капельницу, чтобы Леви не мог себе навредить. Взяв тарелку с супом в руку, я подошла к двери. На удивление с той стороны быстро все стихло. Было предположение, что он услышал мои шаги и теперь готовится снова напасть, чтобы сбежать. Я повернула ключ, открывая дверь. Из проема мелькнула тень и в следующий миг я едва успела отскочить, от захвата руки, показавшейся из темноты. Мой подопечный налег на дверь всем весом, стараясь ее открыть и попутно ухватиться за меня. Через щель я разглядела воспаленные, горящие безумием глаза. Вот же черт! Я уперлась ногами в пол, не давая Леви открыть дверь полностью. Он всеми силами пытался вырваться, глухо и хрипло рыча, словно дикий зверь, загнанный в ловушку. Поняв, что ничего другого не остается, я плеснула ему в лицо суп из чашки. Он вскрикнул, отпрянув на миг от двери. Я тут же влетела в комнату, заломав ему руки за спину и скрутив в несильном захвате. - Пусти! Пусти меня! Сейчас же! - заорал Леви, забившись из последних сил. По его лицу стекала густая субстанция, пачкая новую футболку. - Выпусти! Я больше не могу! Мне нужна доза! Пусти меня! Я крепче стиснула его руки, думая как его утихомирить. Он рычал, брызгал слюной, хрипел, орал во всю глотку, старался лягнуть меня, пытаясь вырваться из захвата. К счастью, сил у него было не много и через несколько минут он лишь слабо дергался, продолжая хрипеть, пока вовсе не осел на пол. Я заметила, как из его носа потекла кровь. Тело снова было мокрым от пота и буквально горело. Я перехватила его поудобнее, поднимая на ноги. - Эрика... Отпусти меня... пожалуйста... я умру... мне так нужно... хоть что-нибудь... прошу тебя... мне плохо разве ты не понимаешь... - прошептал Леви, изогнувшись в приступе. - Я понимаю, Леви. Именно поэтому, не могу тебя отпустить, - сказала я, подходя с ним к кровати. Он часто задышал. - Я... сейчас... меня.. - договорить он не успел, согнувшись пополам и его вырвало на пол. Затем еще раз.. И еще.. Я тут же отпустила его, сбегав в ванную за тазом и поставив перед ним. Пока Леви на четвереньках изрыгал скудное содержимое своего желудка, я сбегала закрыла дверь и вернулась с тряпкой и пачкой влажных салфеток, убирая с пола рвоту. Потом сбегала на кухню сделав еще чая с имбирем. Когда я вернулась, Леви снова сжался на полу, шумно дыша и постанывая. Я поставила кружку на прикроватную тумбу и присела к нему, убрав прилипшие мокрые волосы с лица. Затем осторожно потянула на себя, заставив сесть. Открыв пачку салфеток, я стерла остатки ужина и крови с его лица. Он прислонился горячим лбом к моему плечу, закашлявшись. Ткань моей футболки тут же пропиталась его потом. Я неловко приобняла его за плечи, успокаивающе поглаживая. - Не делай так больше, пожалуйста, - сказала я, имея в виду его нападение. - Я умираю... мне очень плохо... - просипел он мне в плечо, содрогаясь всем телом. - Я знаю. Это просто нужно пережить. Все будет хорошо. Обещаю тебе, - я чуть покачивалась с ним на полу, положив вторую руку на чистые, смоляные волосы и мягко коснувшись губами его виска. Леви снова зарыдал, прижавшись ко мне. В этот момент мне было его действительно жалко. Хоть я ничего о нем не знала и была против того, чтобы он находился здесь, но просто бросить его в таком состоянии я не могла. Не в этот раз. В голову пришло смутное чувство дежавю. Перед глазами встала комната и распростертое тело парня, бившегося в конвульсиях и умоляющего не бросать его. За этим шла захлопывающаяся дверь. Я тяжело выдохнула, отгоняя непрошеные воспоминания. Рука дотянулась до кружки с чаем и поднесла ее к губам больного. - Выпей. Полегчает, - немного отстраненно сказала я. Леви накрыл дрожащей рукой мою, делая глоток. В этот раз он осушил всю кружку. Похоже, его сознание держалось на тонкой ниточке между агонией ломки и реальным миром. Как только он выпил чай, я поднялась с ним на ноги. Благо, он весил достаточно немного. Хоть это не есть хорошо, но мне это помогало поддерживать его тело. Я заставила его лечь на кровать и вытянуть ноги. - Леви. Нужно поставить капельницу, - сказала я, смотря в его глаза. Он снова нервно дернулся. - Нет. Нет! Не надо, - запаниковал он, начав отодвигаться от меня. - Тихо, тихо. Не бойся, - я удержала его за плечи, но он снова начал брыкаться. - Нет! Не трогай меня! Не надо! - его голос снова начал срываться на крик, в глазах читался неподдельный ужас. - Леви, успокойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. Мы же сотрудничаем, помнишь? Мы должны помогать друг другу. Сейчас ты должен помочь мне. Успокойся пожалуйста, - я положила руку на его горящую щеку, погладив. Он замер от прикосновения. Его глаза метались из края в край, губы что-то невнятно бормотали. Я терпеливо ждала, когда приступ паники пройдет, не убирая руки с его лица. В какой-то монет он чуть прижался к ней, а глаза сфокусировались на моих, словно ища подвох. Я не отводила взгляда, мысленно упрашивая его довериться мне. Все же, он сдался осторожно протянув руку. - Вот так. Хорошо. Не бойся. Ты молодец, - тихо говорила я, приготовив капельницу и промокнув ватку в спирте, начала обрабатывать сгиб его локтя. - Не оставляй меня... - прошептал он, отвернувшись и закусив губу - Не оставлю. Обещаю. Я буду рядом, - я перетянула жгутом его руку и найдя вену, аккуратно ввела иглу. Он зашипел, всхлипнув. - Тихо, все хорошо. Я с тобой. Я погладила его по плечу, сняв жгут и отрегулировав поток лекарства в капельнице. После перелезла на кровать с другой стороны, забравшись на нее с ногами и присев сбоку от больного. Он упорно смотрел куда-то в сторону, кусая губы и жмуря глаза. Я успокаивающе погладила его по ноге, слегка массируя мышцы. Он тихо простонал, но лицо его заметно расслабилось. Я продолжила скользить пальцами по его ноге, надавливая на нужные точки. Массажистом я не являлась, однако основы знала хорошо. И кажется, Леви это заметно отвлекало, потому я подключила вторую руку, работая уже обоими. - Расскажи мне что-нибудь, - тихо попросил мой подопечный, не меняя угол обзора. - Что ты хочешь? - спросила я, перейдя с его бедер на икры и разгоняя загустевающую кровь. - Что угодно. Только, не тишина, - Леви прикрыл глаза, несколько раз шумно вдохнув. Я покопалась в памяти, выбирая, что может подойти. На ум пришла детская сказка, которую я слушала, когда болела. - Однажды, в далеком крае, где еще не было цивилизации, жили были король с королевой..., - начала я тихим, монотонным голосом. Слушал Леви или нет я не знала, сосредоточившись на массаже и повествовании, попутно следя за капельницей. После одной сказки, было еще две истории. Леви больше не издавал ни звука, спокойно лежа в одной позе, изредка вздрагивая, когда я сильно надавливала на чувствительные места. Когда капельница закончилась, я аккуратно вынула иглу из вены, прижав к ней вату. Синяки от уколов героина немного посветлели, хотя все еще были заметны. Леви лежал с прикрытыми глазами. Только по его дыханию я поняла, что он не спит. - Тебе все еще больно? - спросила я, усевшись на крае кровати, благо она была двухместной. - Немного легче. Голова кружится, - тихо ответил мой подопечный, не открывая глаз. - Я пока буду здесь. Прослежу, чтобы не начались судороги. Постарайся уснуть. Могу еще сделать массаж, если хочешь. Леви коротко кивнул. Значит, это на него хорошо действует. Что ж, если продолжать так дальше, то возможно ломки удастся пережить намного легче. Я снова перебралась на другой конец кровати, скрестив ноги по-турецки и заскользив пальцами по ногам больного. Он снова затих.