Счастлив.

Ага! И снова нахожу я тебя в шкафу!

Себастьян, будь любезен, прекрати от меня убегать! Сколько раз я заставал тебя в самых запылившихся местах дома, ты валялся в куче хлама, словно набедокуривший маленький котенок. Смотришь так на меня, напуганно, отчаянно, а в твоих руках поблескивают ножницы.

А знаешь, что? Мне такое нравится! Будто ты не пытаешься своими побегами расстроить меня до глубины души, а наоборот — играешь со мной. Я люблю прятки! Особенно с тобой. Ты у меня такой хороший питомец — веселишь меня так, что процент от количества вечеров, законченных сном с широченной улыбкой все увеличивается и увеличивается! Знаешь свое дело, выполняешь свою функцию. Молодец!

Стой, куда ты убегаешь? Нет! Не бойся меня! Ну не укушу я, твою’ж мать!

***

Ой, а помнишь, как на тебя свалился шкаф?

Уже другой, не в моей комнате. Он тебе все кости попереломал. Не знаю, зачем ты его свалил, но, думаю, ты понял, что тебе это ничего хорошего не даст. Ну, если ты конечно не мазохист, любящий ощущать на себе тяжеленные предметы. Тогда, знаешь ли, мог бы позвать и меня! Я бы с удовольствием выполнил твою прихоть, мой любимый Себастьян! Свалил бы на тебя шкаф сам, попрыгал бы по тебе — только скажи, и я тут!

Только, пожалуйста, не переусердствуй. После того инцидента ты выглядел супер-пупер отстойно.

***

А ты знал, что твоя одежда находится у меня?

Мой хороший братик Лютер отдал все твое шмотье мне — все же, ты мой питомец, вот пусть я и разбираюсь с твоими вещами.

Твоя одежда полный отстой! Ну кому взбредет в голову носить такие джинсы и такую футболку? Иногда я даже рад, что брат заказал для тебя этот клоунский наряд — ты в нем хотя бы забавным выглядишь.

Я решил, что сделаю из твоей одежды куклу!

В итоге получилось хреново. Рыжие кудряшки я долго не мог уложить так, как надо, отчего они растрепались в разные стороны, а веснушки слегка растеклись по лицу. Выглядит, будто кукла прошла огонь и медные трубы, и, на удивление, все еще была жива.

Только единственное, что она прошла — путь от моего стола до гроба, в котором я сплю. Я напшикал на нее разными одеколонами (спасибо Лютеру, что тот спал, пока я пытался аккуратно украсть их у него с тумбочки), и, когда на нее давишь, она излучает какафонию цветочных запахов. Обнимая ее ночью, становится легче заснуть.

И еще, твоя одежда и вправду выглядит лучше на твоей кукольной копии, а не на тебе.

***

Я почитал в интернете — все любят кошек.

Как говорят люди — «они красивые, мягкие, пушистые, милые»… А вот мне таковыми они не кажутся!

Ну, ты видел этих коточелов в нашем доме? Ниен и Нион, два брата-акробата. Один отмороженный, от своей Сибири все никак отстать не может — окно открывает на всю, чтобы хоть какой-то холод почувствовать (а потом еще и меня ругают, что вот, внеплановое проветривание помещений устроил!), типо в Россию вернулся. Другой убьет тебя за то, что ты остатки запора ершиком не почистил. Не знаю, как Лютер их вывозит. Хотя нет, знаю. Они ж ему прислуживают, как рабы.

Но ты лучше! И тискательнее! Ты такой пухленький, особенно твоё новое тело, которое мой братец подогнал тебе недавно. Жаль что ты слишком сильно любишь прятки.

***

Меня все же беспокоит.

Мне нравится искать тебя. Но с каждым разом ты находишь места все сложнее и сложнее — благодаря тебе, мы залатали с братцем ровно 19 щелей и дыр в нашем доме, спасибо! Но, ты знаешь, что ждет тебя, если ты войдёшь в одну из еще незакрытых нами дыр?

Ты гарантированно сдохнешь. Обычные люди так хрупки, что пригодны лишь на радость моих глаз. И я хочу, чтобы ты радовал меня больше, больше! Ты такой красивый, я был бы не против запереть тебя в своей комнате и смотреть, прожигать тебя взглядом! Хочешь, я тебе принесу еды? Любую, какую сам захочешь! Или сам тебя вымою? От головы до пят, ты просто сногшибателен, я хочу, чтобы ты прожил настолько долго, насколько возможно!

Не убегай от меня больше. Я боюсь, что ты себе навредишь.

Но, если ты уж хочешь умереть, позволь это сделать мне.