Где-то в лесах Миннесоты

В эту ночь Тимоти так и не смог уснуть. Проворочавшись с бока на бок и заметив, что стрелка приближается к пяти утра, он встал, начиная приводить себя в порядок. Лететь ему было всего три часа, но самолет был в одиннадцать, поэтому он решил, что валяться дальше в кровати не имеет смысла. Тимоти собирался как следует, словно это был самый важный день в его жизни. Он тщательно принял душ, намыв себя до скрипа, тщательно уложил волосы, надел на себя самые узкие джинсы и самую роскошную рубашку, которых у него было великое множество. Подумав, что идти ему придется долго и неизвестно, по какой дороге, он надел кеды, хотя склонялся к новеньким ботинкам. Завершив все это браслетом, Тимоти вытащил уже собранный чемодан и отправился вниз, понимая, что его немного потряхивает от страха. В гостиной на первом этаже Николь сидела с бокалом мартини. Выпивать в семь утра даже для нее было редкостью, поэтому Тимоти удивился. - Тимо, ты уже уезжаешь? - она встала с дивана и отставила свой напиток, обнимая сына. - Отец уехал рано, но оставил тебе конверт, там деньги, и, вот, - она взяла со стола еще один. - Это от меня. Надеюсь, тебе хватит на первое время. Если понадобится еще, сразу же говори, не хочу, чтобы ты в чем-то нуждался! - Спасибо, мама! Не думаю, что там много мест, где можно потратить… - Солнышко, ты все взял? - она кинула взгляд на чемодан. - Если ты от спрее… - Ну, ладно, - она засмеялась. - Главное, что у тебя есть деньги и телефон. А у меня твой адрес. Этот Арманд… Я хочу с ним поговорить по телефону, когда он будет готов. - Посмотрим, - Тим пожал плечами. - Не могу обещать. - Я буду по тебе скучать, - Николь снова начала сжимать сына в объятиях. - Если Арманд окажется козлом, то просто возвращайся домой, ты всегда найдешь себе хорошего парня и здесь. - Мама, слово козел не вяжется с твоей элегантностью, - фыркнул Тимоти. - Я называю вещи своими именами. Но предпочитаю думать, что это будет для тебя приятным приключением. Как же я хочу посмотреть на фото твоего избранника! Ты так мне и не показал. Может, ему больше, чем тридцать четыре? - она с сомнением взглянула на сына. - Нет, дело не в этом. Мама, мне пора, я пришлю фото, позвоню тебе - все это потом. - Солнышко, удачи! Такси уже у дверей. И, вот еще, я заказала для тебя в интернете, по отзывам очень хорошо действует, - она протянула небольшой овальный предмет, вытащив его из кармана. - Что это? - Тимоти смотрел на новую для него вещь. - Перцовый баллончик, это на крайний случай. Вдруг там, собаки… Или еще что, - Николь посмотрела на него с улыбкой. - Я не думаю, что это пригодится… - Тим покачал головой, усмехаясь. - Пригодится или нет, возьми, мне так будет спокойнее! - Ладно, спасибо мама! - Тимоти, наконец-то, распрощался, убрав средство защиты вглубь чемодана. Дорога до аэропорта была нескучной, Тимоти постукивал зубами, его дрожь не унималась, наверное, это было от волнения. А когда он сел в самолет, то начал испытывать и другие “приятные” ощущения, такие, как страх, панику, небольшое удушье. Ему еще в жизни не было так волнительно, по крайней мере, он припомнить похожего не мог. Во рту постоянно пересыхало, ладони становились влажными, в голове все мысли мешались, и Тимоти не мог поверить, что уже меньше, чем через шесть часов, он увидит Арми. Когда самолет приземлился в Миннеаполисе, оказалось, что все затянуто тучами, начинал накрапывать дождь. Тимоти купил два зонта. Один предназначался для него, второй, на всякий случай, для Арми. Трясти парня начало еще больше. Времени в запасе особо не было, поэтому он сразу поспешил на железнодорожный вокзал, быстро находя нужную платформу и ожидая своего поезда. Ехать ему было около двух часов. Вид из окна поезда поражал его воображение, это совсем не было похоже на Нью-Йорк. Тимоти видел много леса и зелени, реки, озера, иногда поезд проносился и мимо населенных пунктов, но даже тут люди и строения не имели ничего общего с тем, что он видел в родном городе. Паника никуда не уходила, она разрасталась внутри Тима, сковывая все тело и заставляя временами выпадать из реальности. Даже природа и красивые пейзажи не могли его успокоить. Когда поезд остановился на Осгуд Авеню, Тимоти понял, что ему пришла пора выходить. И то, что он увидел, еще больше его удивило. Это была настоящая глушь, несколько прилежащих зданий у дороги и полная неизвестность. Тим вышел, вытаскивая чемодан и остановился, умоляя высшие силы дать ему немного смелости, потому что тот остаток дороги, что ему предстоял, нужно было идти пешком, неизвестно куда, еще и в сторону тюрьмы. Расспросив у человека на станции, можно ли тут оставить чемодан, и запихнув его в камеру хранения, Тимоти остался налегке и, положив немного денег и телефон с айди в рюкзак, отправился в ту сторону, куда ему указал работник станции. Дорога была ужасная: пыль, грязь, постоянно пролетающие машины - белые кеды Тима приобрели грязный оттенок, а вот рту начинал поскрипывать песок. Парень злился, чувствуя, что его уложенным волосам теперь, точно, конец, еще и дождь начал усиливаться. Тимоти вытащил зонт и брел по грязной и теперь уже слегка раскисшей дороге, чувствуя, что даже зонт не спасает от дождя на все сто, его рубашка уже промокла по краям, волосы начинали слипаться, а кеды превратились в одно сплошное огорчение. Когда злой и порядком промокший Тимоти увидел здание с воротами вдалеке, его сковал сильный страх. Это точно было то место, куда он направлялся. Тюрьма, в которой находился Арми. И сейчас до нее оставалось лишь несколько минут ходьбы. Тим остановился и жалобно посмотрел назад, словно у него еще был шанс по-быстрому сбежать. Страх был силен, он почти не мог нормально соображать и стоял, остановившись на полпути и не зная, что делать дальше. Вдруг сзади раздались шаги, и, обернувшись, Тимоти увидел мужчину с собакой, судя по тому, что тот был в какой-то форме, он, точно, был работником местного заведения. - Эй, парень, ты не заблудился? - мужчина посмотрел на него с усмешкой. - Я… встречаю одного человека, - пробормотал Тимоти, ожидая чего угодно. - Отошел на безопасное расстояние? - тот рассмеялся. - Тебе нужно идти к крылу, что находится справа, заверни за угол, - он показал рукой вправо. - С центрального входа у нас только заходят, но не выходят, - засмеялся он. - С…спасибо, - промямлил Тимоти, взглянув на собаку с любовью, потому что только в собаке он сейчас видел что-то абсолютно безопасное. К тому же, пес смотрел на него с интересом и даже по-доброму. Мужчина не наврал, Тимоти пришел по назначению. Справа имелась дверь, и у нее стояли два охранника. Которые, тем не менее, разговаривать с Тимоти не собирались, но зато стали переговариваться между собой, смеясь и кивая на него, что Тимоти окончательно разозлило. Он стоял мокрый, как собака, со своим розовым зонтом и ковырял землю безвозвратно испорченным кедом, думая, что если он сегодня выживет, то это уже неплохо. Когда раздался страшный и гулкий звук открывающейся двери и одновременно залаяли собаки, Тимоти вздрогнул, но не повернулся. Он просто физически не мог шевелиться. Его сердце колотилось, как сумасшедшее, а дыхание стало рваным. Он боялся даже немного двинуться, так и стоял, развернувшись спиной к воротам. Гулкий звук и лай собак стихли, а сзади раздались шаги, от которых у Тима все похолодело. Шаги приближались, и, наконец, остановились почти рядом с парнем. - Тимоти? - раздалось позади. Это был совершенно бархатный и приятный голос, вкрадчивый и даже мягкий. Тиму пришлось повернуться, и его взгляд уперся в грудь мужчине. Арми, если это был он, был его выше, и намного, более того, он был огромным. Тимоти не мог припомнить, был ли у него хоть кто-то среди знакомых таких вот размеров. Парню пришлось поднять голову вверх, и его рот приоткрылся. Арми был так красив, что даже в самых своих приятных мечтаниях и фантазиях, Тимоти не мог себе такого представить. Он был великолепный, невероятный и… огромный. Наверное, он мог бы сжать Тима одной рукой и сломать пополам, и это почему-то напугало парня, хотя Арми и выглядел слишком хорошо. У него были светлые, мягкие волосы. Тимоти не знал, почему они мягкие, но ему так показалось. А глаза были такие синие, что парень не мог от них оторваться даже тогда, когда его лицо стало красным. Арми чуть поднял руку, и Тимоти резко двинулся назад, роняя свой розовый зонт в страшную грязь на дороге и тут же начиная его поднимать, понимая, что теперь и все его руки в этой грязи. - Прости, - сказал Арми и сделал шаг назад. - У меня есть еще один, - дрожащим голосом сказал Тимоти и полез в рюкзак, открывая молнию. Руки тряслись, молния не поддавалась, розово-грязный зонт снова упал в только что образовавшуюся лужу. Тим был в ужасе, он не мог открыть рюкзак, а сам он был уже весь мокрый, да и Арми порядком промок. - Давай я открою, - сказал Арми, но не пошевелился. Тимоти замотал головой и упрямо дергал за молнию. Наконец, она поддалась. Зонт был извлечен и открыт. Тим протянул его Арми. - Оставь себе, ничего. Твой же весь грязный, - Арми безразлично пожал плечами. Казалось, дождь его вообще не беспокоил. На нем была кожаная куртка и джинсы с ботинками, а Тимоти, как дурак, стоял в мокрой, просвечивающей насквозь рубашке и хотел плакать от всего, что сейчас происходило. - Я тогда его обратно уберу, - психуя, сказал Тим. Арми было наплевать на его зонт. И, судя по равнодушному выражению лица мужчины, Арми было наплевать и на Тимоти тоже. - Ладно, давай сюда, - Арми протянул руку, не двигаясь с места. Тим всунул ему зонт в руку и, кое-как отряхнув свой грязный и мокрый, уже совсем не розовый зонт, водрузил его над головой. - Надо спешить, а то скоро стемнеет. Иди вперед, - мужчина кивнул, указывая на дорогу. Тимоти в жизни еще не чувствовал себя так глупо. Они шли друг за другом, наверное, к станции, не говоря ни слова. Тим хотел уже начать плакать, потому что ему было мокро, немного холодно, он был весь в грязи, а Арми с ним даже не разговаривал. Может, Арми подумал, что он какой-то не такой, каким он себе его представлял? А еще Тим испугался, потому что мужчина вел себя как-то слишком сдержанно и тихо, что совсем было не похоже на ту их переписку, которая была на протяжении двух месяцев. До станции они дошли все так же, молча. Когда Тимоти остановился, достигнув пункта назначения, Арми спросил у него безразличным тоном: - Не передумал? Тимоти посмотрел на него сердито. Что бы это могло значить? - Насчет чего? - поинтересовался он, закрывая зонт и разбрызгивая грязь. - Насчет поездки со мной в лес, - просто сказал Арми. - Нет, - Тимоти был так зол, что решил, пусть его хоть убьют, а он будет тверд, как скала, что, он зря летел, и ехал, и позорился? - Тогда пошли, автобус с той стороны, - Арми указал налево и пошел первым, Тим побрел следом, шмыгая носом, надеясь, что в автобусе будет тепло. Но тепло не было, автобус был битком забит народом, и Арми посоветовал Тимоти лезть первым, а сам пошел следом. После них туда забилось еще приличное количество людей. Тимоти стоял, плотно прижатый боком к груди Арми и при всем желании не мог куда-то отодвинуться. В один момент он даже начал пытаться чуть сдать назад, но тут же раздался голос: - Парень, тут места нет, стой и не толкайся! Арми посмотрел на Тима так, словно хотел сказать: “Какой ты жалкий, пытаешься от меня отодвинуться, а сам едешь со мной в лес.” - Я не двигался! Кажется, я наступил на что-то, - пытаясь хоть как-то себя оправдать, сказал парень. - Я разве что-то говорил? - сказал Арми, чуть усмехаясь. Тимоти почувствовал себя еще более жалким и оставшуюся дорогу, которая длилась полчаса, если не больше, ощущал своим плечом, как вздымается грудь Арми. Арми был теплый, но вовсе не казался больше Тимоти желанным. Теперь он чувствовал только обиду и желание заплакать, потому что, наверное, он Арми не понравился. Наверное, Арми думал, что он неуклюжий дурачок из города. Это был худший день в жизни Тимоти, по крайней мере, чувствовал он себя ужасно. Особенно, когда автобус качнуло и Тимоти проехался бедром по чуть выпуклой части стоявшего вплотную Арми. Парень стал красным и дернулся, вызвав позади очередную волну негодования. Отчего Тим просто уперся в грудь Арми руками, стараясь повернуться в другое положение. Мужчина взглянул на него удивленно, и его лицо тут же омрачилось. - Ты чего? - стараясь говорить тихо, спросил он. - Не привык, что об меня трутся, - чувствуя, что сейчас сорвется, яростно сказал Тимоти. - Я об тебя трусь? - Арми посмотрел на него грозно. - Наверное, мне показалось, - Тимоти отвернулся, встретившись взглядом с какой-то грузной женщиной, которая грозила его раздавить при следующем резком повороте. Но сейчас он бы предпочел ее, потому что Арми его теперь, точно, ненавидел! Под конец поездки, Тим, потеряв большую часть нервных клеток, наконец, обрел свободу. Народ постепенно вышел и теперь они стояли с Арми поодаль друг от друга. - Мы выходим, - сказал ему мужчина где-то сбоку, когда автобус стал снижать скорость. На улице уже порядком стемнело, дождь чуть прекратился, но это не имело значения, потому что Тимоти был полностью мокрым, одежда мерзко липла к телу. Арми, казалось, ничего не замечал. - Иди за мной, тут недалеко, - бросил он Тиму и повел его за собой к дому, который был совсем рядом с остановкой. Они остановились у двери, и Арми позвонил. Через минуту открыла женщина пожилого возраста. - О, боже, Арми! - она застыла на пороге, рассматривая мужчину, а потом вдруг, словно отходя от первого шока, начала шарить в кармане халата. - Вот, ключи от машины, она в гараже. Вышел, значит? - добавила она. - Как видишь, - лаконично ответил Арми и повернулся к Тиму. - Жди, я сейчас приеду. Арми, по всему видимому, отправился в гараж, а Тимоти стоял, печально глядя на свои испорченные кеды. - А ты кто? - женщина посмотрела на Тима подозрительно. - Я… друг Арми, - пробормотал Тимоти, взглянув на нее смущенно. - Друг? - женщина осмотрела его недоверчиво. - Из тюрьмы, что ли? - Нет, из Нью-Йорка, - обиженно сказал парень. - Есть хочешь? - спросила его женщина. Наверное, Тимоти выглядел более, чем жалко, иначе с чего бы ей было задавать такие вопросы. - Нет, - Тим покачал головой. На самом деле, он не ел ничего кроме кофе в самолете, и у него слегка кружилась голова. В этот момент приехал Арми и, опустив стекло в машине, крикнул Тимоти: - Поехали, давай в машину! - До свидания, - сказал Тим женщине. Та взглянула на него с тревогой и кивнула. Пока парень садился в машину, Арми крикнул: - Спасибо, Глория, еще увидимся! И они поехали по шоссе вперед. Тимоти прилип к сидению в прямом и переносном смысле, он был весь мокрый. Ехать в лес с Арми на внедорожнике, промокшим, голодным и, наверное, презираемым его новым знакомым, было не тем же самым, о чем Тимоти мечтал, но больше ничего не оставалось. И тут Тимоти охнул, вспомнив про чемодан. - Что случилось? - Арми повернулся. - Я чемодан забыл… В камере хранения… - жалобно сказал Тимоти. - Там все вещи. Арми резко затормозил, хорошо, что Тимоти пристегнулся, иначе бы он точно вылетел в стекло. - Мне отвезти тебя обратно? - спросил Арми, глядя прямо перед собой. - Ничего, все в порядке, если хочешь вернуться… Тимоти какое-то время смотрел на Арми в немом ужасе, еще не успев отойти от резкого торможения. - Там же все вещи, - тихо сказал он. Арми стучал пальцами по рулю. - Хочешь, можешь остаться у Глории, а утром вернешься на станцию, - сказал он. - Да я просто хочу забрать свой чемодан! - истерично крикнул Тим. - Уже поздно. Может, тогда подождешь до завтра? - Арми посмотрел на него. - Ладно, - согласился Тимоти и обхватил себя руками, чтобы не слишком было заметно, как он трясется. Потом они ехали молча. Тимоти думал, что будет дальше, ведь, это их первая встреча. А уже все плохо. Арми был такой красивый, но, кажется, вовсе не тот человек, которым он показался Тиму в общении. Может, это вообще писал не Арми? А кто-то, кто обладал более приятными навыками общения. Кажется, Тимоти слышал, что такое иногда бывает в тюрьме. Один раз они остановились на заправке. Пока Арми заправлял машину, Тимоти написал сообщение матери, что все в порядке, и они уже дома. Хотя хотел позвонить ей и, рыдая, сказать, что он полный дурак, что сюда приехал, но подумал, что нужно немного выждать, вдруг это только первый день такой. Арми вернулся и подозрительно посмотрел на его телефон, который Тим поспешно убрал в рюкзак. - Слушай, Тимоти, - сказал он, вздохнув и откинувшись на сидение. - Если ты чем-то недоволен, то лучше, давай, скажи сразу. Мне проблемы не нужны. Особенно с твоими родителями. - Да что я такого сделал? - нервно сказал Тим, отмечая, что он больше не “Тимми”, да и Арми от него не в восторге. - Ты всегда такой истерик? - спросил Арми. Тимоти дышал какое-то время, чувствуя, что он уже не выдерживает, а потом отвернулся, чтобы скрыть слезы, которые выступили на глазах. - Я полный идиот! - с обидой сказал он, едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать в голос. - Тимоти! - строго сказал Арми. Тим повернулся и тут же шарахнулся в сторону, наткнувшись на какое-то животное. Арми держал перед его носом чучело лисы. - Боже! - вскрикнул парень, сперва даже не понимая, что это шутка. - Валялось под сиденьем. Мой отец любил делать чучела животных, - засмеялся Арми. Он впервые засмеялся. А Тим еще не отошел от слез, а его уже напугали до смерти мордой мертвой лисы. - Ты плачешь? - Арми чуть наклонился, заглядывая в лицо Тима, и тут же его рука снова притащила чучело лисы, которое он озвучил, говоря тонким голоском: - Тимоти, не плачь, а то будешь следующим чучелом в этой машине. Тимоти быстро задышал, злясь. - Это отвратительно! Бедное животное! - Прости, я не хотел тебя напугать, - вздохнул Арми, убирая лису. - Почему ты плачешь? - Я не плакал, у меня аллергия на шерсть, - Тим шмыгнул носом. - Ты же хотел завести собаку или кота, - напомнил Арми. - У меня на лисью шерсть! - Тимоти отвернулся. - Не плачь, хочешь леденец? - Арми завел машину и протянул ему немного конфет, доставая из кармана. Тим смотрел на них, не решаясь взять. Есть хотелось так, что он был готов даже наброситься на леденцы. - Не бойся, это мой тебе подарок. В тюрьме больше ничего не мог для тебя купить. Они вкусные. Твердые снаружи, но внутри мягкая начинка, - Арми посмотрел ему в глаза. Тимоти осторожно дотянулся и взял немного, дотрагиваясь до ладони Арми. Она была огромная, как и сам Арми, теплая и с чуть огрубевшей кожей. - Спасибо, - тихо сказал Тим, и всю оставшуюся дорогу питался конфетами, думая, что Арми не так и плох, ведь, приготовил подарок для него, пусть это и были всего лишь леденцы. По мере того, как увеличивалось число фантиков, они все глубже продвигались в лес, еще минут пятнадцать назад Арми свернул с шоссе на проселочную дорогу и теперь за окном были только деревья и густой лес. Тимоти было страшно. Он никогда не был в лесу, а сейчас была почти ночь, темнота, и парню становилось не по себе. Арми был все так же сосредоточен на дороге и больше с ним не разговаривал. - Приехали, - вдруг резко сказал он, останавливая машину. - А где дом? - Тимоти видел только деревья. - До него идти еще несколько минут, дальше дороги нет, - сказал Арми и вышел из машины. - Иди за мной, не отставай, а то заблудишься. Тимоти готов был вцепиться в Арми и повиснуть на нем, сейчас ему казалось, что вокруг, в деревьях, какие-то шорохи и движение. Он, быстро подпрыгивая, шел за Арми, иногда оглядываясь. Арми остановился неожиданно, Тим чуть не наткнулся на него. - Пришли. Да уж, похоже, все еще хуже, чем я думал, - проговорил он. Тимоти выглянул из-за его плеча и увидел какую-то постройку, мало похожую на коттедж из его фантазий. - Это дом? - со страхом спросил парень. - Да. Он, конечно, сейчас не в лучшем виде… Но, ничего, всё можно исправить. Арми двинулся к дому, и Тимоти, чувствуя тоже, что всё еще хуже, чем он ожидал, поплелся следом. Они подошли к крыльцу, и Арми вставил ключ в замок, открывая дверь. Из дома пахнуло какой-то сыростью и старостью. Тимоти сделал шаг назад. Но Арми не был так пуглив и зашел внутрь, что-то ища в коридоре. Парень решил, что оставаться одному на улице еще опаснее и вошел следом, тут же наткнувшись на что-то и почувствовав, что теряет равновесие. Через минуту он уже больно приземлился на пол. Арми уже спешил к нему с фонариком, который, судя по всему, нашел где-то в коридоре. Тиму в лицо ударил яркий свет. - Ты в порядке? - спросил Арми, садясь перед ним на корточки. - Кажется… да, - парень потер ногу, на которую неудачно приземлился. - Будь осторожен, - Арми наклонился недалеко от Тима и что-то взял в руку, поднимая и показывая ему. - Капкан. Еще бы чуть-чуть, и ты бы в него угодил. Дом старый и неизвестно, где что валяется. Тимоти с ужасом смотрел на старый ржавый капкан. И сейчас ему казалось, что он, вряд ли, доживет до утра. - Ладно, посиди тут, так безопаснее. Я попробую проверить, можно ли как-то осветить дом внутри, нам нужно поесть и, желательно, как-то поспать. Тимоти остался сидеть в темноте и, на всякий случай, дотянувшись, захлопнул дверь, подумав, однако, что звери могли бы быть и где-то внутри дома. Ему хотелось чтобы Арми вернулся поскорее. При любых раскладах, Тим предпочитал оказаться рядом с ним, нежели с каким-то разъяренным волком. К счастью, мужчина вернулся быстро. - Я зажег свечи. Мой отец всегда имел много запасов, поэтому у нас есть не только освещение, но и даже кое-какая еда. Можешь встать? - Арми снова посветил фонариком Тиму в лицо. Тимоти начал подниматься. Нога была немного ушиблена, но, в остальном, он был цел. Однако, так как Арми стоял прямо перед ним, Тиму пришлось почти столкнуться с ним, когда он встал. - Дай мне руку, иначе опять куда-нибудь навернешься, - мужчина наощупь нашел его ладонь и легонько сжал. Тим был немного взбудоражен такой степенью их близости, хотя до этого уже испытал ладонь Арми, когда брал конфеты. Но сейчас эта рука полностью обхватывала его тонкие пальцы, и Тимоти чувствовал в ней силу и немного мозолистую поверхность кожи. Ощущения были приятными, но он не был уверен, насколько сильно можно сжимать и боялся как-то ненароком сделать что-то превышающее допустимый предел прикосновения, поэтому его рука почти болталась, как тряпка, в руке Арми, и если бы тот ее не сжимал, то ничего бы не вышло. Арми привел его в комнату, которая, судя по всему, была и гостиной, и комнатой, и неизвестно, чем еще. На столе горели свечи, но их света хватало максимум на освещение этого самого стола. Рядом был какой-то видавший виды диван, на который Арми и усадил Тима, легонько подтолкнув и отпуская руку. - У отца были запасы, на случай, если будет буря, машина заглохнет, мало ли что бывает. Так что мы сможем поесть. Ты голодный? - Арми открыл дверь в полу и доставал оттуда коробку. - Я не ел с утра, - неуверенно сказал Тим, беспокоясь, какие же запасы ему сейчас предложат. Есть хотелось сильно, но страх был не менее силен. - Надеюсь, ты ешь консервы? - Арми вытащил коробку и выкладывал из нее что-то. - Консервы? Ну… я не пробовал, - Тимоти слышал о консервах, но пробовать ему их не приходилось. Это считалось в их доме едой, о которой пишут в учебниках, вроде той, что входит в состав сухого пайка в армии или те запасы, чем пользуются люди в случаях стихийных бедствий. - Сейчас попробуешь, - усмехнулся Арми. - Мясо с фасолью и овощами. Ну, как? - он подошел к столу, ставя на него множество баночек. - Еще есть много вяленого и соленого мяса, но не уверен, что ты такое будешь… Мой отец делал сам. Оленина. - Боже милостивый, - сказал Тимоти и сам удивился таким словам. - Похоже, ты вообще ничего не ешь, такой тощий… - Арми мельком взглянул на него. Тимоти молчал. Он так и думал, Арми не нравились такие, как он. Конечно, наверное, в тюрьме у него были накачанные парни с идеальными телами. Тим таким похвастаться не мог, он был худым, даже хрупким. - Давай есть по-быстрому, спать будешь на диване, а я лягу на чердаке. Остальные места в доме лучше проверить, когда станет светло. - Как это, на чердаке? - со страхом спросил Тим, который уже открыл банку и с наслаждением ел то, что было в ней, удивляясь вполне приличному вкусу. - Ну, в доме есть и второй этаж, и чердак. Но там могут быть крысы, я не думаю, что жизнь тебя к такому готовила. - Я один тут буду, что ли? - Тимоти поставил банку на стол. Арми посмотрел на него с интересом. - Хочешь со мной на чердаке? - А эти крысы… они большие? - Тимоти не знал, что ему делать, крыс он боялся, но оставаться тут одному в темноте… Эта идея была не лучше. - Ну, чуть меньше кошки. Дети. А бывают и родители приходят, - Арми чуть наклонился к нему, улыбнувшись. - Я лучше утром посплю, я просто посижу со свечой, - решительно сказал Тим. - Давай тогда я лягу на пол. Здесь. А ты спи на диване, - Арми закончил есть и начал что-то искать в большом шкафу, который был у стены. Тимоти немного переварил эту информацию. Это было лучше, чем чердак с крысами… Но Арми… На полу… - Это неудобно, - заключил Тимоти. - Мне все равно, я привычный, - Арми кинул на подлокотник дивана что-то белое. - Похоже на простынь. Лучше что-то постелить на диван. Разденься полностью. - Что? - Тимоти замер. - Ты в мокрой одежде. Лучше все снять и повесить сушить. Тут есть одеяло. И оно даже не слишком старое, накроешься и будет тепло. - А у тебя тоже есть одеяло? - Тимоти беспокоился, представляя Арми без одеяла. - Шкура какая-то, медвежья, - Арми вытащил из шкафа что-то страшное. - Ей и накроюсь. Давай, раздевайся и укладывайся. Я пойду закрою дверь изнутри, а то мы можем проснуться с посторонними дома. Арми ушел, оставив Тимоти одеяло и простынь. Парень не очень хотел раздеваться полностью, но мокрая одежда ужасно липла к телу, поэтому он решил, что чему быть, того не миновать, быстро стащил джинсы и рубашку, носки и грязные кеды, и расстелил простынь. Трусы были мокрыми, но снимать их было как-то страшно, однако, Тимоти понимал, что от них на диване будет мокро. Пришлось снять, но, в отличие от одежды, их Тим засунул под подушку, как самое сокровенное. Когда Арми вернулся, Тимоти уже был под одеялом. Несмотря на весь кошмар обстановки, он сейчас чувствовал тепло и некоторую сытость, его глаза начинали слипаться, слишком силен был стресс от сегодняшнего дня. Арми начал снимать одежду, и глаза Тима тут же разлиплись. Но он опомнился и зажмурил их, отворачиваясь к спинке дивана. По звукам, Арми закончил и чуть подвинул стол, устраивая себе спальное место и укладываясь недалеко от дивана Тимоти. - Спокойной ночи, - осторожно сказал парень, желая хоть как-то сгладить сегодняшний день. - Спокойной ночи, Тимоти, - Арми заворочался и затих. Так началась новая жизнь Тима.