Взаперти

— Господин Чон, он очнулся! — на той стороне трубки раздаётся счастливый голос медсестры. Она сама переживала за этого пациента, так как прекрасно знает кто такой Чонгук. — Я-я... скоро буду, — от шока парень еле выдавливает из себя слова. Сразу завершает звонок и выключает телевизор, накидывая куртку по пути в машину. Чимин был в коме почти полгода. Точнее пять месяцев, и на следующей неделе пошёл бы шестой. У него выявили делириум второй степени, как только положили на койку. В тот день да, он был мёртв, но по счастливому чуду его удалось спасти. Нормализовать дыхание, обработать раны и понять причины плохих показателей на датчиках. Всё полностью сходилось: галлюцинации, паранойя, головные боли, и возможная потеря сознания. Чонгук узнал, что если брюнет очнётся, то помнить его не будет совсем. Врачи и полиция узнали о происходящем, отец к счастью всё замял. Отношения с ним напряглись, но по работе были как и всегда официально-деловые. То место закрыли, повязав всех причастных и освободив около десяти оставшихся в живых парней. Но Тэхёна не поймали. Видимо он не был так наивен и просто сбежал. Блондин немного расстроен, что воспоминания о нём сотрутся полностью, но ради безопасности психики парня, он не скажет ни слова о тех ужасных днях. Просто попытается подменить плохое на хорошее. Тогда у Чимина будет шанс продолжать жизнь и, возможно, стать счастливым. Подъехав к больнице, он сразу вбегает в двери, встречая на пути врача, готового проводить его до палаты. Быстро обмениваясь приветствиями, они двигаются к палате брюнета. Руки вспотели уже давно, а сердце оглушило раз сто, но Чон не подаёт виду о своём дичайшем волнении. С небольшой неуверенностью поворачивает ручку и открывает дверь. Чимин лежит на койке: в маске, с ужасно худым и бледным лицом, синяками под глазами и усталым видом. При входе гостя, медленно поворачивает голову и слегка улыбается, но так слабо. Кажется это даётся ему с огромным усилием. — Мы знакомы? — тихо спрашивает Пак, когда Чонгук сдерживая слёзы подходит к нему. — Нет, — отрицательно кивает, метая короткий взгляд на врача. — Я привёз тебя в больницу, когда нашёл на улице без сознания. — Спасибо, — благодарно кивает и прикрывает глаза. Врач решает оставить их наедине –предварительно попрощавшись, покидая палату. Чонгук очень хочет его коснуться, поцеловать. Радости, что он смог прийти в себя нет предела, ведь сколько раз повторяли, что шансов меньше с каждым днём, но оставлять и этого человека Чонгук просто не мог. Сдерживая свои вырывающиеся эмоции, он подходит ближе и максимум, что себе позволяет, взять за руку крепко-крепко сжать в своей. И видимо это то, что нужно: поддержка и помощь справиться с накатившим стрессом за это огромное время. Чимин слегка улыбается и сжимает в ответ, его рука немного подрагивает от слабости, но теперь у него есть возможность стать живым человеком, а не секс-игрушкой на потехи старых извращенцев. — Я никогда тебя не оставлю, — шепчет Чон, рассматривая его лицо. Он устроит ему новую жизнь и сделает её намного лучше прежней.

Два года спустя

Сегодня важный вечер. Банкет, устроенный в честь десятой годовщины компаний отца Чонгука обещает быть интересным. Как бы отношения Чона с отцом не улучшились, выбор сына быть с Чимином он всё равно не одобрял. Чонгук без Пака никуда, и отец с матерью это прекрасно знают, поэтому просто предупредили стараться не показывать своих отношений на людях. Это было условием прихода брюнета сюда. Восстановление шло хорошо, даже слишком. В первое время Чимин совсем не спал около двух недель – приходилось вкалывать снотворные. Ночами кричал, говоря, что видел тёмные силуэты и странные голоса, а боль в голове могла довести его до слёз. Чонгук постоянно ночевал в его палате, чтобы успокоить в такие страшные моменты. Именно так они и сблизились. Точнее Чимин с Чонгуком. Второму было мучительно терпеть каждый день и делать вид, что всё в его жизни всегда было хорошо. Даже их «первый» поцелуй произошёл в той же больнице и той же палате.

Flashback

Зима – любимое время года у Чимина. Снег волшебный, пушистый, кристальный, всегда поднимал настроение, когда его нет. Особенно, если он первый. Второй месяц Чимин просто лежит на койке, но как бы он не забыл свою жизнь до того, что произошло полгода назад, Чонгук эти дни украшал. Он четыре раза в неделю навещал его в больнице, а когда следующие дни были полностью свободны, то ночевал. Чимин благодарен этому парню, хотя знает его совсем недавно. Не понимает почему тот помогает, беспокоится, даже оплачивает лечение. Его могли перевести в психиатрическую больницу, но Чонгук не хотел таких условий для брюнета, поэтому вложил не маленькую сумму на отклонение этой идеи. Чонгук заходит точно по расписанию. Время их встреч проходит с трёх дня до самого вечера, а так до скольки захочется. Сегодня Чимин снова не мог долго уснуть, вертелся, стараясь не слушать странные звуки в углу комнаты, постоянно повторяя про себя, что это лишь галлюцинации. К сожалению Чонгук не смог с ним переночевать, приходилось постоянно ездить на совещания отца, но как только освободился, приехал сразу. Бледность с лица пропала, но синяки ещё нет. Сон так и остался слабостью даже через три месяца, что при наступлении вечера, а затем ночи, Чимин готовился заранее, принимая снотворные или просто слушая музыку. Только с Чонгуком он может засыпать более-менее быстро, хотя бы на два часа. Только Чонгук его навещает и беспокоится, ведь рядом больше никого нет. Он не помнит, что произошло с Юнги, думая, что тот его оставил. Чон расскажет, он уже придумал историю. Сейчас вся жизнь Пака состоит не из собственных воспоминаний, а рассказов блондина. Только завидев Чонгука, Чимин сразу начинает сиять. Они не виделись целых два дня, казавшихся бесконечностью. Было правда тяжело. — Привет, — с улыбкой подходит младший, садясь на край кровати. — Как себя чувствуешь? — Когда ты приходишь, лучше, — устало отвечает, кладя свою ладонь на его. — Я был в твоём институте. Юнги отчислился и уехал в другой город. Он говорил, что вы особо не общались- — Я понял. Сам виноват раз другом не считал. Надеюсь его ждёт хорошее будущее. Чон сминает найденный стих в кармане и сглатывает. Пусть всё остаётся как есть. — Поспишь со мной сейчас? Я устал. — Конечно. Быть рядом, спать, обнимать — эти просьбы всегда радуют парня как маленького ребёнка. Любая возможность сблизится делает его счастливей, ведь надежды просто поддерживать и быть рядом даже не было. Чимин мог не принять его помощь или просто потом забыть, но он цепляется за парня как за последний шанс нормальной жизни. Потому остался один и устал так жить. Чимин немного подвигается, освобождая место и сразу кладёт голову на грудь, как только Чон ложится рядом. Тело полностью расслабляется, начиная погружаться в сон. Это правда что-то необычное, Чонгук до сих пор не может понять как это работает. Брюнет всегда засыпает быстро и без кошмаров рядом с ним, а когда один не может сомкнуть и глаз. Но рад, что хотя бы так к нему приходит сон без пичканья себя лекарствами. Чон вдыхает аромат персикового шампуня и думая, что парень уже заснул, не сдерживается и целует в макушку. Так долго себя сдерживал, чтобы не переходить границы, но сорвался: не смог быть рядом не прикоснувшись губами. Но Пак не спал, его глаза поднялись и смотрят напротив, в удивлённые от неожиданности чонгуковы. Только блондин хочет что-то сказать, как наконец ощущает на своих губах его. Ничуть не изменившиеся с того раза: мягкие, нежные, вкусные. Как прикрывает глаза, чувствует, что попал в сказку. Отвечает на поцелуй быстро, углубляя, но без напора. Оттягивает нижнюю губу, вновь возвращается проникая уже языком в рот. Напор начинает идти со стороны брюнета, он сам позволяет, так как доверяет. Чонгук стал для него не просто другом, который всегда был рядом, заботился, помогал. Он стал тем, кого никогда не хватало. Человеком, который дарит свою любовь. И как бы не скрывал, Пак всё прекрасно видел. Но что влюбится сам, точно не думал. Они останавливаются только через две минуты, но потом просто молчат будто ничего и не было. Смущённый Чонгук обнимает Чимина, который лёг обратно ему на грудь и прикрыл глаза не сдерживая лёгкой улыбки. С того дня всё началось.

Flashback end

Возле банкетного стола с бокалом шампанского стоит Чимин: белый костюм, чёрные волосы и туфли, а также ослепительная улыбка. Она всё чаще стала появляться на его лице, что не может не радовать. Теперь ведь всё наладилось. Есть любимый человек, друзья, окружающие заботой и вечно поддерживающие, работа и прогрессивное улучшение здоровья. Что ещё нужно для счастья? — О чём болтаете? — подходит Чон к Намджуну и Чимину, беря со стола бокал. — Он девушку нашёл, — отвечает Пак за Джуна, который собирался сделать это первее. — Серьёзно? Ну наконец, — похлопывает по плечу. — А как же волк одиночка? — Передумал, — посмеиваясь, отвечает Джун. — Ну я пойду, мне ещё с друзьями отца знакомиться, бывайте, — начинает уходить, но резко останавливается и разворачивается. — Не думайте здесь этим заниматься, мне хватило, когда я в гостях был. И под смех друзей удаляется в толпу. Вообще-то они и не планировали, культурное мероприятие же, но Джун подал идею. Было бы странно если Чимин согласился, но он так и сделал. Зачем? Просто устоять перед оленьими глазками напротив не смог. Теперь их ждёт самая интересная часть банкета. Прямо во время речи отца Чонгука. — Благодарю всех, кто смог сегодня присутствовать на этом мероприятии, — начинает мужчина, держа в руках бокал. — Моей компании уже десять лет, а это значит, что через год я всё передам своему сыну, — кидает на место Чонгука мимолётный взгляд, но его там не замечает. Вздыхая, продолжает. — Думаю он заслужил своим непосильным трудом. Примите его как следует, он хороший и культурный парень, но это думаю вы, и так, знаете.

***

В туалете к счастью никого не оказалось. Чонгук затягивает парня внутрь за галстук не разрывая страстного поцелуя. Его возбуждение уже упирается в ширинку брюк стоит прижать Пака к стене рядом. Держа его по бокам за запястья, спускается к шее, еле сдерживаясь, чтобы не оставить засосы. К их счастью дверь запирается, поэтому времени есть предостаточно. Чон этих речей наслушался, каждый год почти одно и то же, тогда зачем терять возможность и не провести каждую секунду этого вечера рядом с любимым человеком? Отец даже не узнает. — Я за себя не отвечаю, — выдыхает Пак, намекая, что быть потише получится вряд-ли. — Ничего, я всё улажу. Быстро расстегивая пуговицы на его пиджаке, срывает галстук и приступает к рубашке, пока парень проделывает то же самое с его одеждой. Когда верх остаётся голым у обоих, теперь есть возможность касаться горячего тела, которое опаляется от холода настенных плит. Смесь температур добавляет возбуждения, хочется уже быстрее стать слишком близко друг к другу. Пак начинает расстёгивать его ремень, одновременно отвечая на поцелуи Чона, которые слишком напорные. Кажется, хочет он сильно. Брюки опускаются до колен, и не успевает блондин опомниться, как сам уже оказывается спиной к стене. Хитрые глаза Чимина говорят, что сейчас кое-кто другой должен будет держаться и эти намёки им уже давно знакомы. Парень опускается на колени и спускает боксёры, открывая вид на каменный стояк своего парня. Эта картина заводит его больше, а то где они находятся совсем сводит с ума. Ещё раз спасибо Джуну за идею. Обхватывая у основания, подносит головку к губам, касаясь ими легонько, будто дразня, особенно, когда проводит языком. Чонгука, закусившего губу становится жаль, и Пак уже не медлит. Обхватывает головку полностью, начинает обводить её языком, смачивая слюной всё больше. Она помогает скользить по стволу лучше, и он берёт больше, глубже, расслабляет горло, пропуская насколько может. Первый несдержанный стон Чона вырывается от темпа, который начинает наращивать парень, заглатывая глубже от каждого раза. За год он отлично научился делать минет, причём Гук даже не просил. Парень захотел делать ему приятно сам. Чон кладёт руку ему на затылок, не сдавливает, лишь слегка помогает ускорить ритм. Это опять выводит его на стон, громче, чем следовало. И тут его сердце застывает, когда ручка двери дёргается. — Чонгук, ты почему не был за столом, когда я читал речь? — голос отца за дверью пугает их обоих. Или только Чонгука. Он пытается как можно тише сказать Чимину остановиться, но тот дьяволёнок только продолжает, как на зло проводя языком по венам. — М-мне стало плохо, — запинается, когда Чимин одновременно с этим начинает надрачивать. — Боже, пап... я выйду как станет лучше. — Может скорую? — Нет! Ч-честно, это скоро пройдёт, иди за стол. Шаги начинают удаляться и только как всё полностью затихает, Чон выдыхает с облегчением и очередным стоном, кончая парню в рот. Вообще не рассчитывал сделать это быстро, в планах было немного другое, но Чимин слишком хорош в этом деле, доводит до ошеломительного оргазма слишком быстро. Только вот если бы отец их заметил, прощай бизнес, отношения и здравствуй проблемы. За это Чон немного зол на Пака, но не удовлетворить его не может. — Господи, — прислоняется к стене, пытаясь привести дыхание в норму. — Больше так не делай. Отец мог нас услышать. — Разве так не интересней? — наигранно удивляется парень, обнимая Чона за затылок и приближаясь к губам, но тот ставит на них два пальца. — С каких пор ты стал таким? Это... не похоже на тебя. — Видимо с тех как повстречал тебя. Ты сам был бы виноват, надо уметь сдерживаться. — Ну сейчас я посмотрю на твою выдержку. Он резко разворачивает и прижимает парня к стене, спуская брюки сразу с боксёрами и подносит два пальца к дырочке, начиная водить вокруг, слегка надавливать и то вводить, то вынимать оттуда палец. Тоже решил подразнить и немного отомстить за такие рисковые выходки. — Чонгук, — скулит парень, недовольный этим дразнилкам. — Давай уже- Но тот лишь затыкает его поцелуем, продолжая вытворять издевательские махинации. Его немного смешит как парень поддаётся вниз пытаясь насадиться на пальцы, но Чон не позволяет. Недовольные мычания в губы помогают над ним сжалится, и парень вводит один внутрь, двигая им в стороны и начиная растягивать. Следом заходит второй, но Чимин ещё не знает, что трахать Чон его не собирается. Просто доведёт до оргазма, это будет как небольшое наказание. Брюнет стонет в губы, сильнее сжимает широкие плечи, насаживаясь на пальцы и помогая им найти простату. Второй рукой блондин начинает ему надрачивать, надавливая большим пальцем на уретру, одновременно с этим попадая точно по простате. — Держись, Минни, — усмехается Чон, специально разрывая поцелуй в этот момент. Одновременно надрачивая и трахая пальцами, он не только доводит парня до охрененного оргазма, прокусанной в кровь губы и пары вырванных на всё помещение стонов, но и до трясущегося тела, что парень чуть ли не падает на него, теряя надежду на то, что ноги смогут его удержать. — Поехали домой, — с небольшой улыбкой гладит его по потной спине и целует в висок. Получив кивок, он помогает парню одеться и ополоснуть красное лицо холодной водой. Сам приводит себя в порядок и, покидая туалет, надеется по пути не встретить отца. Вот только он как раз сейчас идёт по коридору, смотря прямо на них и чуть ли не подбегает, увидев Чимина в таком состоянии. — Что с ним? — взволнованно спрашивает, осматривая почти спящего парня. — Ему тоже стало плохо, видимо морепродукты не свежие. Я отвезу его домой и останусь. Хорошо? — Да, ладно едь. Потом позвони. — Обязательно. Покидая ресторан, он усаживает Чимина на переднее сиденье, а сам садится за руль. Парень уже спит, даже не обращая внимания на поцелуй в щёку от блондина. Чон заводит авто и они едут домой, в свою любимую квартиру, где могут быть только вдвоём и всегда рядом.

***

Чонгук не спит уже давно, готовит завтрак для своего любимого, который до сих пор не проснулся и что-то бубнит себе под нос. Это стало проявляться реже, но все же, когда он сильно устаёт, состояние может довести до какого-нибудь кошмара. Именно поэтому Чонгук давно купил радионяню на всякий случай. Нужно знать заранее какие у него могут проявиться приступы. Но в этот раз он не кричит, никого не зовёт, а просто... плачет? Чонгук слышит странные звуки и решает уменьшить газ, чтобы проверить как парень себя чувствует. На всякий случай по дороге в комнату заходит в ванную и берёт в аптечке успокоительные. Смотрит на упаковку и вздыхает. Как же это надоело. Лечение идёт уже долго, а симптомы всё равно могут вернуться. Ну да, врачи сказали, что это может остаться на всю жизнь. Именно поэтому Чонгук останется с Чимином до конца. Потому что любит и заботится. — Минни? — заглядывает в светлую от лучей комнату и замечает спящего Пака в слезах. Настроение сразу спадает почти на весь день, когда такое случается. Неделями, может даже месяцами Чимин может жить как самый обычный человек без страхов и галлюцинаций, но иногда наступают моменты, когда Чонгук боится сказать лишнего о тех днях, потому что остатки памяти просто издеваются над Чимином. — Малыш, проснись, — он немного толкает его в плечо, но тот не реагирует. — Чимин? Парень резко вскакивает, садясь на кровать, и дышит настолько тяжело, что кажется задохнётся. Держится за грудь, запускает руку в волосы и продолжает плакать, только беззвучно. Просыпаться так для него самый кошмар. — Опять этот сон? — поглаживает Чон по спине и подаёт воду с успокоительным. Если руки парня настолько дрожат, значит да. Он чуть ли не разливает воду и не давится ей от собственных слёз. Ужасные сны того, что он забыл, стали как плата за хорошую жизнь. Иногда Чонгук боится, что с ними он всё вспомнит. Его психика до сих пор в нестабильном состоянии, а если вспомнит, сломается навсегда. — Юнги точно уехал? — неожиданно спрашивает парень. — Почему он ни разу мне не написал, когда так рвался дружить? Почему? — Чимин, успокойся, он уехал. Просто... наверное не может- — Мне нужно к его родителям, — парень начинает подниматься с кровати, но Чонгук его останавливает, придерживая за плечи. — Что ты делаешь? Отпусти. — Выбрось это из головы. Если он тебе приснился, не значит, что с ним что-то произошло. Ты просто себя накручиваешь. — Но ты- — Чимин! — повышает голос. — Помолчи. Я стараюсь лучше для тебя, не разрушай, что мы построили. — О чём ты говоришь? Не разрушать что? Я просто хочу убедиться, что с ним всё хорошо, — снова пытается встать, но Чон грубее укладывает его на кровать, продолжая держать за плечи. — Ты не понимаешь. Пожалуйста, просто пошли завтракать и поедем в парк как и хотели, — Чон еле сдерживается. Он так хочет высказаться о том как глупо хочет поступить Чимин и разрушить самого себя, но допустить этого не может. — Не заставляй меня поступать неправильно. Почему-то последние слова вселяют в Чимина страх и небольшое недоверие. Чонгук говорит слишком странно, будто что-то скрывает. А необычные фразы точно сюда не вписывающиеся начинают добавлять сомнения по поводу снов. Вдруг всё это было взаправду? Не зря снится этот странный шрам на затылке, который во сне был как клеймо. Мёртвое тело Юнги, страдание от насилия, страх перед неким Тэхёном и единственная надежда на спасение – Чонгук. Неужели всё это просто обычный сон? Тогда почему с такими подробностями? Или это не выдумка сознания... — Ладно, прости, — опускает глаза Пак, решая всё равно потом всё выяснить. — Пойдём. За столом была полная тишина, пока они ели и даже не смотрели друг на друга. Чонгук думал, что за парнем теперь придётся следить, чтобы не натворил глупостей, а Чимин наоборот, думал когда подобрать момент, чтобы сходить к родителям Мина. Если он узнает всё там, может эти кошмары уйдут на совсем? Звучит глупо, но лучше попробовать хоть это. После завтрака, также молча, они поехали в парк. Напряжение между только возрастало, но Чон чувствовал, что переборщил. Может в порыве переживаний он взболтнул лишнего, но надеется, что Чимин никуда не пойдёт проверять, иначе придётся принимать крайние меры. Блондин сделает всё, чтобы Пак не возвращался к ужасному прошлому. Не зря же он заплатил всем в институте парня, чтобы они говорили ему о переезде Юнги. Только так он может его защитить. — Что означает твоё тату? — снова озадачивает неожиданным вопросом и это пугает всё больше. — Знаешь кто такой Хосок? — Нет не знаю. Тату значит, что просто люблю рисовать с надеждой, что получится что-то стоющее. А теперь хватит этих вопросов, мы уже приехали. Они останавливаются возле парка аттракционов, куда планировали сходить ещё в начале недели. Вопросы Чимина начинают волновать всё больше, становятся открытыми и полностью совпадают с тем, что произошло. Если он узнает, что Юнги на самом деле мёртв, то поймёт, что целых два года жил во лжи, стараясь строить идеальную жизнь. Он возненавидит Чонгука, а этого он не переживёт. Всё дорогие люди бросили его, но Чимина сам он не отпустит. Сначала решают зайти на колесо обозрения, посмотреть на виды Сеула и постараться разрядить обстановку, которая за столь долгое время никогда такой не была. Поднимаясь выше, Чонгук краем глаза замечет обиду парня. Когда он чувствует себя неловко или не комфортно, то постоянно перебирает пальцы и смотрит в пол. Это он уже давно понял и выучил. Действительно тогда он поступил грубо, стоит извиниться. Чон пересаживается на его сторону, подвигается ближе и кладёт руку на талию, прислоняя парня к себе. — Прости меня. Просто, — вздыхает, — всё сложно. Поверь, я всегда хочу для тебя только лучшего, но это обычные сны и верить им – детская глупость. — Знаю, — облокачивается на плечо, прикрывая глаза. — И ты меня. Наконец они оба улыбаются за это утро. Только вот улыбка Чимина спадает быстрее, принимая задумчивый вид. Чонгук этого не замечает, просто прижимает ближе к себе, поглаживает талию и смотрит на виды восходящего солнца. Пока что этот день налаживается, что не может не радовать, но остальная часть ещё впереди и планы на неё у Чимина имеются. Пак так и сидит в объятиях Чонгука даже ни разу не посмотрев на прекрасный вид. Ему это не нужно, вопросы поважнее забили голову и расслабиться невозможно. Спускаются также быстро и покидают первый аттракцион. Так как утро, людей не много, а значит и очередей нет. Можно заходить развлекаться в любом месте без долгих ожиданий. — Куда хочешь? — не выпускает блондин из объятий до сих пор, даже когда они отошли от колеса на приличное расстояние. — Мне не по-себе, я отойду, — включает актёрские навыки и, выбираясь из тёплых рук, направляется в сторону уборной. — Скоро буду. — Хорошо, я возьму нам по мороженному, — кричит Чон вслед и сразу идёт к ларьку. Милая девушка предлагает разные вкусы для парочек, даже одно на двоих, но Чон берёт два обычных с вишней и шоколадом. Залезает в карман и обнаруживает, что карту оставил дома. Отлично, вот и перекусили. Последнюю наличку потратил на колесо, значит они здесь с пустыми карманами. Придётся ехать домой. Только он собирается уйти, как сзади звучит знакомый голос. — Я оплачу, — говорит мужчина в пальто и шляпе, протягивая деньги. Чонгук медленно поворачивается и застывает, стоит увидеть того, кто сломал жизнь очень многим, особенно Чимину. Ким Тэхён. И как он ещё посмел свободно разгуливать по городу, когда совершал такие вещи, а потом просто сбежал оставшись безнаказанным? Его объявили в розыск, но спустя год просто забили, подумав, что он уже где-нибудь сдох. Чон хотел бы, чтобы так и оказалось. Блондин оставляет приличное поведение к которому приучен с детства и просто на глазах у девушки хватает мужчину за воротник. Тот лишь улыбается, но ничего не предпринимает. Остался таким же завышенным гордым ублюдком. Или нет? — Какого хера ты тут делаешь? — встряхивает парень с гневом в глазах. Еле сдерживается, чтобы не убить прямо здесь. — Вернулся за новыми куклами? Его ты не получишь. — Расслабься, на это у меня нет времени, — не убирая улыбки продолжает, — рак печени. Я скоро сдохну как ты и хотел, — смеётся. — Но лисёнка видимо ты тоже не получишь. Я видел как он сел в такси. — Ты лжёшь! — кричит в лицо, но спокойное напротив бесит ещё больше. — Проверь сам. Конечно Чон сомневается, но... чёрт. Он ведь точно помнит как брал карту. Щупает карман ещё раз, но теперь не находит ключей от машины. Значит Чимин их украл и поехал домой к Юнги?! Твою мать. Чонгук бьёт мужчину в живот, а следом в лицо, что он ударяется головой об тележку ларька и теряет сознание под вскрик девушки. — Вызовите полицию, он в розыске, — просит девушку и как та испуганно достаёт телефон, бежит к дороге. Пытается поймать любую машину, но никто как на зло не тормозит. Тогда выбегает на встечку и расставляет руки в стороны. Синяя BMW сигналит и останавливается, пока водитель кроет парня матами. Как только Чон открывает переднюю дверь, тот сразу замолкает, понимая кто рядом с ним. Иногда быть популярным выручает. — Вези ***, деньги позже переведу на карту. Тот сразу жмёт педаль газа, возвращая прежнюю скорость под сто пятьдесят километров в час. Водитель постоянно вытирал ладони об джинсы, слишком волновался рядом со знаменитостью почти всей страны. Зато подзаработает хорошо, именно поэтому едет максимально быстро. Подъезжая к дому, он замечает, как Чимин стоит возле двери и готовится постучать. Ему самому неловко, с родителями Мина он не общался, только знал где тот живёт, когда однажды прогуливался с ним за забытыми красками. Теперь сомневается правильно ли он поступает. Что-то внутри подсказывает, в жизни после этого визита произойдут кардинальные изменения. — Чимин, стой! — слышит за спиной и как замечает бегущего Чонгука, сразу стучит в дверь. Чонгук подбегает к парню, хватает его за запястье и начинает уводить, но тот упрямится и вырывает руку, возвращаясь к двери. Чонгук злится, раз брюнет не хочет по-хорошему, придётся по-плохому. Он закидывает его на плечо и начинает нести к машине. Не обращает внимания на возмущения, удары по спине и дёрганья. Раз пытается сделать лучше, значит будет предпринимать всё. С этого дня их отношения не будут прежними. — Э-это похищение? — пугается водитель, когда ему на заднее сидение закидывают неизвестного парня. — Семейные разборки, — отвечает Чон, закрывая дверь. — Вези обратно в парк. Всю дорогу Чонгук молчал, пока Чимин копался в телефоне. Он пытался найти информацию о происшествиях около двух лет назад, и когда начал вбивать в поисковике имя Ким Тэхёна, блондин выхватил телефон и выключил питание. — Ты можешь успокоиться и просто посидеть? — повышает голос Чон, кладя телефон в карман. — Почему ты себя так ведёшь, Чонгук? Думаешь после этого я не буду сомневаться во всех странностях? Что ты скрываешь? — Я всё тебе расскажу, но не сейчас. Пожалуйста, давай оставим эту тему? Машина как раз вовремя останавливается возле парка и Чон, переведя водителю на карту две его зарплаты, покидает машину, вытаскивая Чимина за руку. Он держит уже не так грубо, так как понял что в тот раз переборщил. Как бы он не злился на любопытство парня, причинять ему боль и разлюбить не служит причиной. Чимин ему слишком дорог, но сам себе может испортить жизнь даже не подозревая. Они садятся уже в свою машину, Чонгук забирает у Пака ключи с картой, и они едут домой. Этот день, и так, уже испорчен хуже некуда. Чимин будет долго в обиде, а мириться сейчас даже нет желания. Нужно остыть обоим. Чтобы разбавить давящую тишину, блондин включает радио со спокойной мелодией, которая заканчивается через минуту. — Хозяин борделя, похищавший молодых парней два года назад сегодня был пойман и поступил в полицейский участок. Ким Тэхён- Чонгук сразу выключает радио, но уже поздно. Чимин всё услышал. Он услышал имя, услышал, что всё это было на самом деле. Сейчас он большими глазами смотрит на Чонгука, пытаясь опять включить радио, но накатившая паника не даёт ему мыслить спокойно и разумно. — Э-это было взаправду? Чонгук! Ты мне врал? — он давится слезами, дышит всё чаще, кажется сейчас сорвётся. — Я не могу подвергать тебя опасности, пойми же! — кричит, вжимая педаль сильнее. Он не смог защитить. — Да, было! Всё это правда, но ты должен меня понять- — Мне снилось как надо мной издеваются почти каждый день! Это был не сон? Два года назад, когда я очнулся в больнице и не узнал тебя. Это было после побега? — Да. — Как ты мог молчать? — Я старался, блять, ради тебя! — Ты врал мне два года! Значит Юнги правда мёртв? — Твою мать, Чимин- Удар. Машина врезается во встречную, практически сминая капот до лобового стекла. Чонгук лежит на руле, кровь стекает с головы до самой груди, проникая под рубашку. Полуприкрытыми глазами смотрит напротив, на Чимина: правая часть лица в крови, она в волосах, на одежде и руках. Его глаза закрыты, кажется не дышит. Чон не может ничем пошевелить, просто лежит и смотрит на любимого человека, который кажется мёртвым во второй раз. Глаза слезятся, слёзы смешиваются с кровью и стекают по щекам. Он пытается позвать, докоснуться, сделать хоть что-то, чтобы помочь, но просто лежит без шанса пошевелиться. Дверь со стороны Чимина открывается, какой-то мужчина подхватывает его под подмышки и вытаскивает на дорогу, укладывая на асфальт. Следом Чон чувствует руки на своём теле и также оказывается на улице. Из горла вырывается кашель вместе с кровью, которая пачкает залитую кровью одежду. Чонгук проклинает себя за этот случай, одновременно с этим ненавидит. Надеется, что Чимин будет жив, и готов умереть ради этого сам.

***

Врачи молчат уже двое суток. Чимин так и не пришел в себя после операции, пульс слабый, как и сердцебиение. Пришлось зашивать рану на голове и руке, а также сотрясение третьей степени принесёт новые проблемы на нездоровый мозг и психику. Чимин уже не станет прежним, да и не был он таким никогда. Делирий врождённый, значит с самого рождения эта болезнь развивалась, а ужасные обстоятельства помогли процессу ускориться. У Чонгука травмы не менее серьёзные, требуют серьёзного ухода и лечения. Ушибы рёбер, лёгких и головы. Но его свои не волнуют совсем. Сколько раз он спрашивал о состоянии Чимина — тишина. Никто ничего не знает, хотя на самом деле они просто не хотят волновать Чонгука, ведь по-правде говоря, шансов у брюнета мало. Даже родители Чона переживают за парня. Они приехали сразу же как узнали об аварии. Им просто очень повезло остаться в живых, так как водитель другой машины скончался на месте. Ему было шестьдесят восемь, поэтому слабое тело не выдержало таких травм. — Господин Чон? — дверь тихо приоткрывается, заходит врач с бумагами в руках и его вид немного пугает. — Я пришёл сообщить о состоянии вашего друга. Если бы не боль в груди, парень вскочил с кровати, но может только аккуратно привстать и сесть на край. — Как я и говорил, травма головы серьёзная, — перелистывает страницу. — Но вдобавок с болезнью это увеличивает риск вдвойне. Вам постоянно придётся находиться рядом с ним, так как теперь возможны приступы эпилепсии. Но это если он выживет. Простите, но шансы очень малы, — он останавливается как замечает Чонгука, запустившего руки в волосы. — Мне очень жаль. Вы можете сходить к нему. Чонгуку и не надо думать над этим предложением, сердце давно просится его увидеть, в каком бы состоянии парень ни был. Осознание таких новых сложностей в жизни просто убивают Чона изнутри. Он правда надеялся, что всё будет хорошо, что они смогут жизнь вместе долго и счастливо как в типичных детских сказках, но... никогда не бывает всё так идеально. С помощью врача, он проходит коридоры, наконец добираясь до палаты любимого. Рука дрожит возле ручки двери, страшно увидеть его состояние, больно понимать что виноват сам. Доктор помогает открыть дверь, понимая что сам парень слаб не только физически, но и морально. Им обоим хорошо досталось. Снова этот вид. Больница, белые стены и человек который просто не заслуживает всего этого. Слабое пиканье аппаратов сердцебиения в тихой комнате, оно так пугает, потому что в любой момент может просто запищать. Это отвратительное чувство в душе напрямую убивает. Чимин. Чем он заслужил столько страданий? За что его наказание одно из самых жестоких на Земле? Он же просто обычный, ни чем не отличающийся от всех людей человек. С самого детства по сей день, целых двадцать лет он просто существовал. Не было цели, друзей, семьи, любви... Не было ничего. А что изменилось сейчас? Цель? Прожить вместе долго и счастливо. Друзья? В основном они друзья Чонгука, а для Чимина просто знакомые, кроме Намджуна. Семья? Чонгук. Любовь? Чонгук. Но после двухлетней лжи, можно считать что всё построенное разрушилось. Осталось ничего. Он вернулся к истокам. Чонгук подходит медленно, нерешительно, смотреть в лицо страшно: синяки, зашитые раны, кровоподтёки... парень думает что попал в кошмар. Болит не только собственное тело, но и сердце, но и душа. Блондин жестом просит врача выйти, и как тот покидает палату, садится на стул, рядом с койкой парня. — Прости меня, Минни, — шепчет не сдерживая подступающую пелену слёз. Стесняться нечего, сейчас он может только плакать и извиняться. — Господи, я такой идиот, — всхлипывает кладя свою руку на его ладонь слегка сжимая. — Пожалуйста, не оставляй меня. Без тебя я ничто. Прошу... — приближается к щеке и целует. — Я люблю тебя больше жизни. Срывается. Слёзы больше не идут понемногу, они льются водопадом. Прижимает бледное тело к себе, обнимает как никогда крепко, боится отпустить будто от этого зависит его жизнь. Ком в горле не позволяет дышать, Чон кашляет, а открывая глаза видит на ладони кровь. Сейчас они оба на дне, но Чимин видимо сильнее. Чонгук отрывает взгляд от руки, когда слышит то что боялся больше всего. Долгое пиканье аппарата. Тело парализует, он не понимает почему стоит, ничего не осознаёт когда бригада врачей врывается в палату подбегая к брюнету с нескрываемой паникой. Понимают что если не спасут, Чонгук это так не оставит. Разряд. Чонгук стоит на месте, до сих пор не в силах овладеть своим телом и попытаться что-то сделать. Разряд. Постепенно приходит осознание происходящего. Понимает что сейчас может настать тот самый момент, а он просто стоит и смотрит. — Прибавь! Разряд. Чонгук срывается с места расталкивая врачей, которые держат его со всех сторон. Кричит, кашляет, но продолжает. Падает на колени и начинает рыдать. — Время смерти 22:24.

Год спустя

Время уже позднее, но это не останавливает Чонгука после тяжёлого рабочего дня поехать на могилу Чимина. Ровно год назад умер не только он, но и Чон. Каждый день не имеет смысла. Работа – дом – работа. Однообразие сводит с ума, а оставшееся время жизни он просто тратит на работу. Врачи прописали таблетки, на которые он давно забил. Может хочет сдохнуть побыстрее. Надоело всё это. Нудный офис погружается в тьму, давно остывший кофе насыщает своим запахом весь кабинет, а Чонгуку до всего плевать. Он уже решил, что всё что здесь есть, всё что получил за этот год — просто бесполезно. На улице прохладно, даже пальто не спасает от холодного ветра. Он быстро добегает до своей машины, садясь за руль и потирая руки от прохлады. Уже десять вечера, нужно поторопиться, чтобы успеть сделать всё как раз вовремя. Рядом лежит чёрный пакет, из него выглядывает букет цветов и фотография в рамке. Они сделали её три года назад как съехали в квартиру Чона. Чудесный был день. Время поджимало, но Чонгук успел приехать как раз вовремя. Место, в котором не пожелаешь быть никому. Кладбище. Сотни могил, сотни погибших тел и душ, а пролиты миллионы слёз. Блондин забирает пакет, покидает машину и ленивым шагом приближается всё ближе. Каждое посещение этого места поглощает не только морально, но до боли эмоционально. После первых поездок, Чонгук долго не мог приходить в себя. Он вёл себя как безумец, боялся как огня, не спал ночами подряд потому что кошмары были слишком реальны. Пережить тот день это и значило начать жить в этом кошмаре. Вот он... Пак Чимин 13.10. 2001 — 7.05. 2022 Чонгук глотает очередной ком и садится на колени, кладя букет на могилу, а рядом ставит фотографию. Проводит ладонью по надгробию с его изображением. Улыбается. Кто же знал что это фото может приносить столько боли? Они ведь не думали в тот момент ни о чём кроме своего будущего. Снова кашель. С каждым днём всё сильнее. Не зря срок около трёх лет. Всё равно Чонгук рано или поздно умрёт. Надоело это оттягивать. На дне пакета лежит последний шанс на встречу. Последняя надежда на успокоение души и избавление от этого кошмара. Больно, страшно, грешно. В который раз плевать. Он достаёт пистолет и подносит к виску. — Я соскучился, малыш. Выстрел. Время 22:24.