Тёмная семья

      Гарри и его слизеринцы были в состоянии повышенной готовности, они знали, что манипулятивный ублюдок и маленькая сучка Уизли скоро что-нибудь предпримут. Их соратники вышли из игры, и Гарри был уверен, что эти двое становятся довольно отчаянными. Но на данный момент ничего не было видно. Дамблдор наблюдал за Гарри во время еды, но он делал это весь год, так что в этом не было ничего нового. Мышиная девчонка тоже смотрела на него, но ее взгляд то менялся с влюбленного и глупого, то становился мрачным и гневным, когда она смотрела на тех, кто сидел вокруг него. И вскоре они оба нанесли удар. Это было в выходные, когда Гарри шел в библиотеку, он забыл там свой школьный рюкзак накануне вечером и хотел его забрать. В тот момент, когда он повернул за третий из последних поворотов, ведущих к библиотеке, он сразу почувствовал, что что-то не так. Его предчувствие оправдалось, когда он почувствовал, что за его спиной что-то шевелится. Он обернулся и увидел рыжие волосы своего преследователя. На него полетело заклинание, но его щит сработал быстро, и заклинание отскочило.       — Гарри, что ты делаешь? — ее голос был высоким и почти визгливым.       — Что ты имеешь в виду? Ты напала на меня с помощью заклинания, и я должен защищаться.       — Ты разве не видел, что это было любовное заклинание? Ты должен понять, что я единственная для тебя, я знаю, что ты это знаешь. Эти надоедливые слизеринцы просто заклинали тебя, чтобы ты забыл о нашей сильной любви, я знаю, что если ты дашь мне шанс, ты вернешься ко мне.       — К тебе? Или к Дамблдору? Ты должна прекратить это, Джиневра, это нездорово, и я не могу любить тебя. Не тогда, когда я люблю другую, ты всегда была для меня как сестра. Между нами никогда ничего не было, ты меня понимаешь?       — Но Гарри, мы с тобой созданы друг для друга. Дамблдор так сказал.       — И почему он так сказал?       — Дамблдор составил брачный контракт от нашего имени и пообещал мне состояние Поттеров, когда ты умрешь. — Джинни наложила новые заклинания, но все они были заблокированы барьером Гарри, и как только она прекратила, он послал ей оглушающее заклинание, от которого она не успела уклониться. Она упала с довольно громким стуком, и Гарри перенес ее в больничное крыло.       Затем он пошел в общий зал и связался с отцом через двустороннее зеркало. Наконец у них появились веские доказательства того, что Дамблдор был еще больше вовлечен в жизнь Гарри.       Вскоре вся школа была в состоянии повышенной готовности, когда все почувствовали, что кто-то практикует довольно темную магию, и все собрались в вестибюле, наблюдая, как их бывшего директора выводит отряд авроров. Министр Том Реддл наблюдал за этим арестом и с трудом сдерживал улыбку. Дамблдор сопел и сопротивлялся, но магические наручники делали свое дело, и без магии бывший директор был просто слабым стариком. Вскоре группа исчезла, и ученики не знали, что делать и что думать. Они знали, что Дамблдор не был таким добрым, как казался, и все знали о судьбе Гарри под опекой этого человека, но до сих пор не считали его плохим человеком. Но если кого-то уводили в наручниках под надзором министра, то это было плохо.

***

      На следующий день после того, как ученики получили ответы на свои вопросы, газета «Ежедневный пророк» опубликовала целый дополнительный номер о том, как Дамблдор злоупотребил своей властью как директор школы и лидер Уизгамота. Это касалось не только Гарри, но и других учеников, в том числе старших и уже окончивших школу. Рассказы не были в пользу старика: многие из его поступков были связаны с деньгами и различными способами их приобретения, а также с подкупом, угрозами семьям и даже угрозами убить некоторых членов семьи, если они не будут делать то, что он хочет. И это была только верхушка айсберга: довольно большое количество краж и попыток краж. На протяжении многих лет Дамблдор забирал детей из богатых чистокровных семей, чтобы воспитать их в других домах и сделать более лояльными к себе, а некоторых детей он убивал, чтобы линии вымирали, и это делало его одним из немногих «выживших» представителей этой линии.       Можно сказать, что весь магический мир был в смятении, все кричали, чтобы его убили, и самым популярным вариантом было оставить его с дементорами. Министерство было блокировано, чтобы никто не мог проникнуть внутрь и убить Дамблдора. В тот момент многие люди разбили лагерь у ворот министерства, некоторые — чтобы услышать первые новости о деле, а другие — чтобы дождаться своей очереди и рассказать свою историю о бывшем директоре.

***

      В Хогвартсе было довольно спокойно, студенты все еще обсуждали бывшего директора, но ажиотаж уже пошел на убыль. Прошел уже месяц, и судебный процесс, который был организован, выглядел просто смешно. У Дамблдора не было никакой защиты, никто не был настолько глуп, чтобы пытаться оправдать его действия, и все знали, что он будет осужден в той или иной форме, поэтому суд был скорее посвящен тому, каким образом его следует наказать. Было решено, что он будет лишен магических способностей и помещен под строжайший надзор в Азкабане с постоянной охраной из двадцати дементоров.       После суда большая часть имущества Дамблдора была распределена между семьями, которым он причинил вред. Гарри пока ничего не слышал, но он понимал, что он не является приоритетом, и в данный момент ему жилось хорошо. Но вскоре их покой был нарушен. Это произошло сразу после того, как были поданы десерты: двери зала были открыты в спешке и с большой силой, и пара авроров сопровождала группу, которая вошла в зал. Гарри узнал мадам Бонс, своего отца, а затем еще пару сотрудников министерства, но последние двое в группе заставили студентов затаить дыхание — это были, без сомнения, темно-синие мантии с белой вышивкой, которые носили сотрудники Департамента тайн. Группа подошла к директрисе Макгонагалл, она создала барьер конфиденциальности, и они начали разговаривать. Ученики не могли ничего слышать, все, что они могли делать, это следить за выражением лица своей директрисы. Сначала она выглядела строго, как обычно, но вскоре ее лицо просветлело, она была шокирована и злилась, но затем ее гнев сменился яростью, и в конце концов она вернулась к своему строгому выражению лица, но свет в ее глазах выдавал, что новости были скорее положительными. Барьер был снят, и группа, сопровождаемая пожилой ведьмой, направилась к столу Слизерина. Гарри начал испытывать чувство страха, и у него взволновался живот.       — Гарри Реддл. Ты пойдешь с нами? — спросила мадам Бонс, и в ее голосе не было места для споров. Он поднялся со своего места, Драко тоже собирался идти, но Гарри попросил его подождать. Драко посмотрел Гарри в глаза, кивнул и сжал ему руку, прежде чем они расстались. Гарри последовал за группой, они прошли по знакомым коридорам и вскоре оказались в кабинете директрисы за орлом-горгульей. Гарри сел перед столом, Макгонагалл села за ним, а остальные члены группы расселись по кабинету, Бонс заняла другое кресло рядом с Гарри. Гарри выглядел сбитым с толку, он ждал, пока кто-нибудь заговорит первым, и этим человеком оказалась мадам Бонс.       — Гарри, я знаю, что это будет для тебя шоком, и могу заверить тебя, что то, что я собираюсь рассказать, — чистая правда. Думаешь, ты можешь мне довериться?       — Это будет зависеть от того, что вы мне расскажете, — сказал он, звуча довольно дипломатично.       — По крайней мере, пообещай, что выслушаешь меня до конца. Гарри только кивнул.       — Что ж, это нелегко, но я скажу тебе, что мы изучили дела Дамблдора и еще не совсем закончили, что касается тебя, но осталось не так много. Но перейдем к важным вещам, Гарри. Когда мы обыскивали одно из помещений Дамблдора, мы нашли двух человек. Они были введены в состояние комы и стали пленниками, но, как они нам рассказали, когда магия Дамблдора исчезла, их принудительный сон тоже исчез, и до сих пор они ждали, потому что знали, что происходит. По-видимому, Дамблдор приходил к ним каждый год и рассказывал им о том, что произошло, а затем делился своими планами на твое будущее. Оба они хотели найти тебя, но не были уверены, как ты это воспримешь, и не знали, почему они стали свободными, поэтому ждали…       Гарри терял терпение, он знал, что Бонс пытается оправдать этих людей, и он также знал, что она очень старается не раскрыть их личности, поэтому он выразил свое раздражение.       — Мадам Бонс, я ценю ваши попытки объяснить, но вы можете назвать мне имена этих людей.       — Если вы уверены, мистер Поттер. Это ваши родители, Джеймс и Лили Поттер.