Преодоление одиночества

Офис выглядел так, словно под утро прибыли эльфы Санты и лично отмыли полы. Они же вставили разбитое окно, вынесли мусор и оставили бутылочку пива в качестве утешения за искалеченный зад спящему на диване Заппу. Лео сидел напротив товарища, павшего жертвой своего скверного характера, и улыбался, разглядывая на экране фотокамеры фотографии с рождественской вечеринки. — С ума сойти, какое качество, — восхищенно прошептал он, показывая дисплей Сонику. Обезьянка восторженно кивала в ответ. В помещении стояла тишина, нарушаемая лишь храпом Заппа. Сегодня всем разрешили взять выходной. Точнее, им разрешили остаться дома, пока что-нибудь не случится, а это в Новом Иерусалиме всего лишь вопрос времени. Лео, очередной раз лишившийся жилья, по привычке коротал время в офисе в сомнительной компании спящего Заппа. — Доброе утро. Голос Чейн прозвучал так внезапно, что от страха парень подскочил на месте. Его камера сделала сальто в воздухе и уже готова была попрощаться со своей недолгой жизнью, но девушка ловким движением подхватила её на подлете к полу. — Ми-ми-мисс Чейн! Вы меня напугали, — затараторил Лео. — Что Вы здесь делаете? Что-то случилось? Чейн решила опустить подробности о том, что после событий последних суток она не могла найти себе место, поэтому не придумала ничего лучше, чем отвлечься на работу. — Просто решила дописать парочку отчетов. А ты чем занят? Она взглянула на экран фотокамеры, где красовался общий кадр всех членов Либры, сделанный, пока никто не потерял способность стоять ровно и смотреть в кадр. — О, хороший снимок. Лео был польщен. — Спасибо, — расплылся он в улыбке. Трудно оценить, насколько сильно она была привязана к членам группы, но глядя на эти фотографии, девушка почувствовала трепетную нежность. Вот Клаус в своём смешном колпачке, вот Кей-Кей с Догом отплясывает что-то похожее на смесь танго и канкана, вот Зед кидает дротик в Заппа, вот Запп бежит, вот Запп падает, вот Запп лежит. «Глупая макака», — усмехнулась про себя Чейн и замерла, увидев следующее фото. Лео запечатлел момент, когда она и Стивен распаковывали свои подарки. Это было обычное фото, будничная сцена, на которой они даже не смотрели друг на друга, но отчего-то область солнечного сплетения заполнилась смутной щемящей тоской. — С Вами все в порядке? Обеспокоенный переменой её настроения Лео вернул Чейн в реальность. — Да, — ответила она, пожалуй, слишком быстро, чтобы её слова были похожи на правду. — Сбрось мне тоже эти фотографии. — Конечно! — Кстати… Если бы ты был домработницей, что бы ты хотел получить в подарок? — задумчиво спросила девушка. Лео нахмурился. Чейн уже успела пожалеть, что озвучила свои мысли вслух. Действительно, что за чушь она спрашивает! Но, похоже, её младший коллега отнесся к вопросу максимально серьезно. Еще до того, как она успела что-то сказать в своё оправдание, Лео уже показывал ей список товаров в Интернет-магазине. — Стоит признать, я впечатлена. В этот момент Запп решил восстать из полумертвых, издав протяжное рычание, но был снова отправлен в нокаут. Ибо нечего слушать чужие разговоры. *** Время близилось к вечеру, и лучи закатного солнца проникали сквозь легкий тюль, заливая золотом зал ресторана. Тихо играл джаз, поддерживая атмосферу безмятежности. В будние дни здесь практически нет посетителей. Не так много жителей Нового Иерусалима могут позволить себе ужинать в заведениях подобного типа. Кроме двух мужчин в зале присутствовали лишь официант и метрдотель. Оба гостя выглядели уставшими, но что-то в их позах и выражении лиц выдавало их удовлетворенность. — Хорошая работа, — сказал Клаус. — Жаль только, что пришлось тебя вызвать в выходной. — Ничего страшного, — ответил Стивен. — У меня все равно не было планов. Он смотрел, как свет играет в его бокале. Вино было терпким на вкус, что даже немного сводило скулы. Пару часов назад им удалось остановить крупномасштабную атаку хакеров на серверы Либры. Обычный рабочий день и, казалось бы, можно быть полностью довольным собой, но какое-то неприятное чувство, которому он не мог найти название, не давало Стивену расслабиться. — Ты сегодня сам не свой, — заметил Клаус. — Если тебя что-то беспокоит, и я могу помочь… Стивен поднял на него удивленный взгляд. — Ты считаешь? Хотя… — на минуту он задумался, пытаясь сформулировать мысль, не дающую ему покоя. — Ты когда-нибудь думал о том, каково это — иметь семью? Теперь настала очередь Клауса удивляться, однако всем своим видом он источал невозмутимость, чтобы не спугнуть момент откровенности его товарища. — Я имею в виду, — продолжил Стивен. — Как бы сказать… У Кей-Кей, например, есть муж и дети, но при нашей работе нет стопроцентных гарантий, что она вернется целой и невредимой после очередного задания. Да и мало кто захочет отношений с человеком, который может в любой момент исчезнуть на день, два, месяц. Он тяжело вздохнул. — Мне все больше кажется, что любовь и отношения придуманы для кого-то другого, кто имеет спокойную работу и не рискует каждый день своей жизнью. Для нас же это роскошь. Стивен замолчал. Он даже не мог вспомнить, когда последний раз вот так просто говорил с кем-то по душам. Чем больше он говорил, тем сильнее росла в нем убежденность в правильности его выводов, но ответ Клауса его поразил. — Конечно, мы боремся за порядок в этом городе. Здесь живет много хороших людей и существ из другого мира. Однако наше отношение к этому миру все-таки отличается от того, которое есть у Кей-Кей. Она не просто хочет хорошего будущего для этого города, она его жаждет для своих детей. И для детей её детей. Это поддерживает в ней такое сильное желание жить. Не только для себя, но и ради них. Так что, я думаю, что взаимная любовь — это чудо, которого заслуживает каждый. И если уж это чудо произошло в твоей жизни, то нужно принять его с радостью. В этот момент Стивен смог, наконец, дать имя чувству, которое начало разъедать его еще во время дьявольской вечеринки, когда люди, которых он называл своими друзьями, оказались предателями* (отсылка к 5 серии 2 сезона). Да, он знал с самого начала, что их отношение к нему — ложь, но эта иллюзия была настолько сладкой, что хотя бы ненадолго он позволил себе поверить, что такая жизнь для него возможна: дружба, любовь, барбекю по выходным, просыпаться с кем-то близким в одной постели. Поэтому в тот вечер ему было так невыносимо возвращаться в пустой дом. Поэтому он чувствовал опустошение, когда этим утром Чейн покинула его дом. Стивену было одиноко. — Да ты романтик, — грустно улыбнулся он Клаусу. — Это правда, — ответил тот. В молчании они допили вино. Пора было возвращаться. *** В течение следующего дня Чейн не удавалось улучить момент, когда Стивен был бы один. Она буквально следила за каждым его шагом в надежде вручить подарок благодарности для Ведетт, но все безуспешно. Выходной закончился, поэтому офис напоминал проходной двор, и к вечеру она совсем выбилась из сил. Кто бы мог подумать, что мастер разведки провалит такую простенькую миссию, как вручение пакета. Окончательно отчаявшись, она приняла из рук Гилберта чашку успокоительного чая и наблюдала очередную драку между Заппом и Лео, в которой второй очевидно сдавал позиции. — Ты что-то хотела? Она даже не заметила, как Стивен оказался рядом с ней. Вскрикнув от неожиданности, она пролила на себя чай. — Вот что бывает, когда внезапно подкрадываешься к людям, мисс Чейн, — язвительно заметил Лео, за что получил блюдечком в темечко. — Прости, — обеспокоенно сказал Стивен. — Я заметил, что ты целый день наблюдаешь за мной. Что-то случилось? Щеки её воспылали от смущения. Не хватало еще, чтобы он подумал, будто она сталкерша. Хотя, если быть честной, именно так она себя и вела. — Нет-нет, — замахала руками взволнованная девушка. — Просто… Она поднялась на цыпочки, чтобы достать до его уха, и прошептала: — Я хотела попросить тебя передать от меня подарок миссис Ведетт в благодарность за то, что так помогла. Так же шепотом мужчина ответил: — Ты можешь сделать это лично, если хочешь. Приходи завтра к нам на ужин. Ведетт готовит отличный бифштекс. В животе Чейн вспорхнула стая бабочек. То ли от того, что Стивен был так близко, что она могла почувствовать его дыхание, то ли от предвкушения грядущей встречи. — Что это у вас за секреты? — Запп скорчил недовольную рожу. — Не твоего ума дело, вшивая обезьяна! На этой радостной ноте очередной рабочий день в офисе Либры подошел к концу.