Ad hoste maligno libera nos, Domine

***

***

Осень-зима 1963–1964 годы. Усть-Сысольск, Усть-Сысольская Держава. Усть-Сысольск начал готовиться к войне сразу же после отступления люфтваффе, и первой целью армии стал Орден Святого Георгия, базирующийся в посёлке Гайны. Внёс в это дело свою лепту и Имперский Корпус Штурмовиков, и ротмистр Долин не стал исключением. У правительства Усть-Сысольска на учёте были совершенно различные штурмовицкие части, предназначенные для завоевания различных вотчин военачальников, и тот полк, в котором была рота Долина, предназначалась именно для гайнских монахов. Покинув жену и сына, Долин вместе со многими другими штурмовиками, среди которых был и Жилин отъехал к границе Державы и Ордена. За ночь до объявления войны им тщательно всё «пережевали» по поводу противника — и тактику (как гайнскую, так и предпочтительную к использованию в отношении самого Ордена), и вооружение, которое, по словам «полевого агитатора», было крайне устаревшим и практически не продвинувшимся с первой половины сороковых годов, и даже отношение к мирным жителям и стоящим по всему Ордену храмам. Ротмистр прекрасно понимал, что Орден Святого Георгия не будет сильным противником, но лишь подготовкой. Подготовкой к ненавистным вятским лжецаристам и архангельским красным. -Да-а…-протянул сам себе Долин у стены казарм, -хорошо ещё что этот орден не заякшался с Вяткой, а то был бы нам тут… Юрьев день. Тьфу! -отплевавшись, ротмистр достал флягу и отпил из неё немного воды.-Ладно. Так как было уже поздно, то Роман Долин отправился на боковую. Война с Орденом Святого Георгия действительно была совершенно не сложной, особенно для участвовавших в ней штурмовиков. Да, что представляют из себя наспех вооружённые порой даже винтовками Мосина миряне под командованием священников? Да ничего! А уж против вымуштрованных и хорошо оснащённых штурмовиков эти бедолаги были скорее живыми мишенями. Штурмовики, включая и Долина, быстро проходили по территории Ордена, захватывали церкви, брали в плен священников. Ну и, конечно же, не стоит забывать что такие ценные для штурмовиков вещи, как религиозные реликвии и оружие, изымались. А тут и Вятка войну Ордену объявила. Однако войска Усть-Сысольска уже успели войти в Гайны. Лично Антипин вышел к армии сдаваться. Усть-Сысольская Держава взяла своё первое государство. -Ротмистр Долин, -вдруг послышался голос, -мне надо с вами поговорить. -Я вас слушаю. -Как вы знаете, по приказу нашего земного вождя Таборицкого некоторым штурмовикам-офицерам велено оставаться на территории бывшего Ордена для вербовки новых штурмовиков среди местного населения. Вы в число этих офицеров входите. -Так точно, командир! Задача будет выполнена! Тем временем правительством Усть-Сысольска был активирован новый военный план, на этот раз по завоеванию Вологды. В сторону Вологды поехали уже другие штурмовики, а Долин и его люди отправились по церквям. С винтовками наперевес, отделение из 10 штурмовиков во главе с Романом Долиным вошло в один из храмов посёлка Гайны. Прихожане и священнослужители в ужасе уставились на боевиков, но те, все как один лишь добродушно улыбнулись. Долин радостно начал свою речь. -Привет, братия и сестры! Мы пришли к вам с миром, для донесения слова Господа Бога нашего! Приведите к нам настоятеля данного храма! Один из священников вдруг перепугался и куда-то убежал. Вскоре он пришёл и вёл с собой ещё одного, относительно старого, бородатого священника. Вероятно, это и был настоятель. Долин поклонился ему и тихо заговорил. -Скажите, досточтимый батюшка… Вы же служили Ордену Святого Георгия, который тут находился? -Да, служил, что за вопросы? -А будете ли вы служить новому, моральному, христианскому государству — Усть-Сысольской Державе? -Подождите… Усть-Сысольской Державе? А что случилось с Орденом? -Это неважно. Важно лишь одно — ваша служба Усть-Сысольской Державе как единственному существующему государству Святой Руси. -Позвольте, но ведь я давал Ордену присягу! И я не нарушу её ни под каким предлогом! -прокричал настоятель, но лицо Долина оставалось неизменным, всё таким же нейтрально-гневным, как и у других штурмовиков. В момент, когда настоятель произнёс слово «присягу», ротмистр вздохнул и медленно покачал головой из стороны в сторону, из стороны в сторону. Штурмовики поняли команду и тут же взяли настоятеля под руки. Священник кричал, матерился и пытался выбраться, но 50-летний мужчина явно был слабее чем двое крепких молодых парней. В конце концов, они вышли из храма и бросили настоятеля на землю сырую. В конце концов, священник был расстрелян. В конце концов, никто из прихожан или других священников не бросился его спасать. Долин улыбаясь кивнул штурмовикам и обратился к мирянам: -Видите? Вы же не хотите повторить его судьбу? Нет, не хотите! Поэтому склонитесь же перед Державой! Люди начали падать ниц перед боевым отделением. Каждый, кто отказывался поклониться или поклонился слишком поздно становился мишенью для штурмовицких винтовок. Долин, глядя то на перепуганных прихожан, то на спокойнейших штурмовиков, у которых, тем не менее, читалась явная ярость и гнев во взгляде, сам в душе искренне радовался тому, что люди склонились перед Державой. Воистину, винтовка рождает власть, и что же было для человека мысль о винтовке, как не благословение Божие? Ротмистр взмахнул рукой снизу вверх, и один из боевиков крикнул «ВСТАТЬ». После чего Долин обратился к Жилину, который был в его отделении: -Младший унтер-офицер Жилин, вы назначаетесь здесь за главного. Я надеюсь вам понятна ваша задача? -Так точно, мой командир. Поставленная мне задача по ликвидации и сдерживанию ереси, атеистических и большевистских в данном храме будет непременно выполнена! -Верные слова, младший унтер-офицер! И не забывайте, что за свои слова вам придётся отвечать. Перед всей ротой штурмовиков, перед судом и перед Богом. В подмогу вам выдаются ефрейтор Кузьмин и ефрейтор Максимов. Долин выдохнул. -Ну что ж, парни, нам пора идти. Столько еретической гнили осталось после этого Ордена, а нам это всё разгребать! Ну что ж, такова воля Божья и воля земного вождя нашего Таборицкого! -с этими словами ротмистр отдал своей роте честь. Солдаты, в свою очередь, отдали честь ему в ответ и вышли из монастыря. И это лишь один случай. Долинцы чистили священников по всему бывшему Ордену. Гайны, Соликамск, Березники и огромное количество других сёл, деревень, посёлков и мелких городов — штурмовики были везде. По пути они, конечно же, следуя приказу, вербовали местное население для вступления в ряды Имперского Корпуса Штурмовиков, ну и, конечно, не забывали про чистки людей, которые считались штурмовиками «неправоверными». К моменту окончанию операции в гайнских землях войска Усть-Сысольска уже захватили Вологду, и когда это донесли Роману Долину — он впал в экстаз, смешанный с некоторым разочарованием, ведь по мнению штурмовика, его люди убили недостаточно еретиков и завербовали недостаточно правоверных воинов на территории бывшего Ордена. Экстаз ротмистр испытал также и потому что весть о завоевании Вологды дошла до Романа Матвеевича вместе с объявлением об окончании срока действия «долинского» полка в Гайнах. А тем временем наступил 1964 год от Рождества Христова и Долин отправился домой, к семье, в славный град Усть-Сысольск. Ротмистр приехал домой после битв, домой, в Усть-Сысольск. Он вернётся в свой офицерский кабинет, в котором он проводит большую часть своего времени. Проводил он и до начала полномасштабной войны. Однако как-то это неприлично и не подобает православному христианину — забывать о семье. Поэтому Долин решил на несколько дней пожить в своём доме, в котором достаточно долгое время руководила именно жена, за отсутствием мужа. Долин зашёл в свой дом и первое, что он увидел, была приятно удивлённая жена и не менее удивлённый сын. -Рома! Рома, мой дорогой Рома, ты вернулся! -радовалась жена штурмовика, крепко обнимая его, -наконец-то ты вернулся с этих вечных боёв к нам, к семье! Как я по тебе скучала, дорогой! -Лида, любимая! Как ты там жила без меня? Как Арсенька? -с улыбкой на лице сказал штурмовик. -Ой, а Арсенька просто замечательно! Он тоже по тебе очень сильно скучал и говорил, что он тоже хочет стать таким как ты, стать штурмовиком! -Герой растёт, что сказать! Лида отпустила своего мужа, и тот подошёл к своему 6-летнему сыну и поднял его на руки, от чего мальчик рассмеялся. -Привет, Сенюша! Я ненадолго пришёл с войны! Мама рассказывала, что ты хочешь стать штурмовиком, таким как я, твой папа! Сенюша, ты настоящий молодец, Я тобой по-настоящему горжусь, и когда в России, у нас, будет настоящее православное государство, я обещаю — я сдам тебя в кадетский корпус. Арсений ничего не ответил, а только рассмеялся. После чего ротмистр серьёзно завёл разговор со своей женой. -Послушай, милая, я…как бы это сказать… Приехал сюда всего на несколько дней. Исключительно для того чтобы вас повидать. Возможно — в последний раз… -Как в последний раз? -А вот так. Я штурмовик, я должен проводить своё время на передовой, командуя другими штурмовиками. Меня и пристрелить могут, в общем-то. А могут схватить, начать издеваться и забить до смерти камнями. А могут- -Прекрати, Рома! Это слушает твой сын! -Ну да. Пусть слушает! Он же сам хочет стать штурмовиком, вот и пусть слушает, что его может поджидать… А сейчас, позвольте мне удалиться в свою комнату. Долин ушёл в свою комнату, снял верх формы и вновь принялся размышлять. На этот раз предметом размышления был следующий противник на пути Усть-Сысольского завоевания. Вероятнее всего, им будет…вятский князь. Да, это будет весело, очень весело. Долин достал из шкафа бутылку вина, которую он тщательно прятал как от своих родственников, так и от возможной проверки со стороны штурмовицкого начальства. Налив немного алкоголя в стопку и осушив её, ротмистр отправился спать. Приезд Долина домой произошёл за несколько дней до наступления православного Рождества 7 января. Долин безусловно встретит этот праздник в кругу семьи, но после — вновь направится на линию фронта.