Рыжее отражение.

Зима берет всё в свои руки. Она накрывает поля своим снежным, пушистым одеялом, кутает деревья в белые плащи и надевает пушистые шапки. В Хогвартсе чувствовался запах Рождества. Хагрид ставил двенадцать ёлок, по обычаю. Флитвик украшал замок. Сегодня схожу к Римусу, потренируюсь с боггартом. При воспоминании про боггарта, я невольно усмехнулась: боггарт такое простое существо, а сколько может причинить боли. Я пошла по длинным коридорам Хогвартса к кабинету Люпина. Через пару минут я наконец нашла его кабинет и постучала. В ответ тихий голос: - Войдите. Я приветливо улыбнулась своему товарищу. - Здравствуй. - А, здравствуй, здравствуй, - ласково улыбнулся Римус. - Пришла потренироваться? - Конечно, - отозвалась я, закрывая дверь. - Прекрасно, - он достал большой ящик с резцами. - Но сначала позволь мне позанудствовать: я начну с теории. Я рассмеялась и села в кресло, предвкушая интересный рассказ. - Итак, Патронус. Телесный Патронус. Это что-то вроде покровителя, он будет тебе защитой против дементора. Одним словом, антидементор. Патронус - это вид положительной силы, воплощение всего, что дементоры пожирают - надежду, счастье, стремление выжить. Но, в отличие от человека, Патронус не знает, что такое отчаяние, и поэтому дементор не в состоянии причинить ему вреда, - продолжил Люпин. - Однако, я хочу напомнить: заклинание одно из самых сложных. Оно будет для тебя слишком трудным. Оно бывает не по силам даже опытным волшебникам... - Я всё равно готова, - решительно ответила я. - Что ж, ладно, - Римус встал рядом с моим креслом. - Надо сосредоточиться на одном-единственном, самом счастливом воспоминании и произнести слова, - он легко рассёк воздух, - Экспекто Патронум. - Экспекто Патронум, - повторила я. - Экспекто Патронум... Я думала, какое воспоминание мне вспомнить... Ну конечно, первый взгляд на моего маленького братца! - Я готова, - я подняла палочку. - Давай. - Внимание, палочку на готове, - скомандовал Люпин. - На счёт три: один... два... три! Крышка открылась и оттуда вылетел дементор. Я хотела произнести слова, но медальон снова стянул мне шею и стал гореть. В ушах зазвенел тот же мамин крик, пронзающий хохот Волан-де-Морта. Глаза занесло белой пеленой. Я упала. Через несколько мгновений я смогла понять, что лежу. Римус нагнулся надо мной. - Ты как? - с тревогой спросил он. - Опять голос, - вздохнула я и решила, что надо пробовать. Пробовать снова и снова. Я поднялась на ноги. - Давай ещё раз. - Съешь, - Римус протянул мне шоколадку. - Обязательно съешь. Я надкусила шоколад. Подняла палочку. Я готова, я готова. - Начинай. Снова крышка распахнулась и снова вылетел дементор. Я собрала все свои воспоминания в одно, старалась помнить самые яркие моменты. - Экспекто Патронум! - пыталась крикнуть я. - Экспек... Я даже договорить не успела, украшение опять с силой сжало моё горло. Только в этот раз я услышала ещё и крик. Крик отца: "Лили, забирай его и бегите! Это он! Это он, я задержу его!" Я снова шандарахнулась в обморок. Почему это так на меня действует?! Прошло минут пять, пока я пришла в себя. Люпин с силой бил меня по щекам. - Ты больше не будешь этого делать, - ответил Римус. Меня колотила дрожь. - Не было смеха, - ответила я, понурив голову и всё ещё в лежа, облокотясь на шкаф. - Теперь был крик. Крик папы. Я поджала колени. Римус присел рядом со мной на пол. - Ты... ты слышала голос Джеймса? - неестественным голосом спросил Римус. Я кивнула. - Он кричал моей маме, чтобы та уходила, бежала, бежала вместе с Гарри. Чтобы она спасалась, - слёзы снова начали подступать к горлу. Я уткнулась в плечо Римуса. - Знаешь, всё это странно... - посмотрев на меня, сказал Люпин. - Я заметил, что перед каждым твоим обмороком ты хватаешься за горло, будто кто-то удушить хочет... - Удушить? - опешила я. И вспомнила, что этот медальон. Медальон всё время пытается удушить! Я сняла его и взяла в руку. Украшение излучало рыжее сияние. - Это оно, - я протянула медальон Римусу. - Это он душит. Только он не хочет меня убить, он как будто защищает меня, пытается сказать, что рядом опасность. Римус смотрел на вещь как заворожённый. - Это не тот ли медальон, что твоя мама тебе подарила? - вдруг улыбнулся профессор. - Он самый, - улыбнулась я, сквозь ещё не просохшие слезы. - А что такого? - Возможно, что твой медальон оберегает тебя, пытается защитить, когда приближается беда... Это очень, очень сильная магия... Мне кажется, тебе больше не надо заниматься. Зря я это затеял... - Но я хочу научиться защищаться! - крикнула я. Римус вздохнул и снова подошел к ящику. - Один... Два... Три! Крышка в очередной раз открылась. Дементор подлетел ко мне. Да что же это такое?! Медальон прожёг мне грудь до мяса. В этот раз я даже не успела произнести заклинание. Я как будто чувствовала боль мамы, она передавалась в моё тело, заставляла страдать. Мои губы, как и губы Лили, кричали: "Только не его, прошу, только не Гарри! Убейте лучше меня, меня!" - Лилиан! Лили! Очнись же, очнись! - пробивались слова через мой крик. "Только не Гарри, не надо!" Я в очередной раз валялась на полу. Не могла восстановить дыхание, как после долгого бега. Всё тело брала сильная дрожь. Я не могла успокоиться. Да что б вас всех... - Лили, ну очнись же, пожалуйста... - снова пробилась мольба сквозь мои крики. Теперь во мне застучала ненависть, хладнокровие. "Прочь, глупая девчонка, прочь! - срывалось с моих уст. - Ты умрешь с ним же! Дай мне убить его! Убить..." Это напоминало мне легилемецию, только тут в твою голову врезаются старые воспоминания другого человека. Я засмеялась леденящим смехом. Наконец, все воспоминания отошли. Пульс участился. Всё тело колотило. Перед глазами всё белое. Кто-то поднял меня с пола и пронёс к креслу. - Лили, Лили! Очнись! - просили меня. Наконец силы снова стали приходить ко мне. Я смогла открыть глаза. Но дрожь не унималась. - Что... что произошло? - спросила я. - Ты кричала... - севшим голосом ответил Люпин. - Ты просила о помощи, просила убить тебя. А потом ты засмеялась и просила уйти всех прочь... Я не мог привести тебя в сознание. Тебе надо в больничное крыло, ты вся бледная. - Нет! - решительно сказала я. Я хотела встать из кресла, но усталость взяла своё, Римус успел перехватить меня в падении. - Но ты должна отдохнуть, - приговаривал он. - Ты слишком устала за сегодня. И потом... выбери другое самое счастливое воспоминание, это, по-видимому, не настолько сильное. Я прерывисто вздохнула и кивнула. Встала снова на середину класса. Воспоминание, воспоминание... Что может быть самым счастливым моментом? А может быть... может... - Давай, - приготовилась я. Римус грустно усмехнулся и открыл крышку сундука. Я сосредоточилась на одном воспоминании, не давала страху обуять себя. - Экспекто Патронум, - еле слышно сказала я и тут... на пути дементора, из неоткуда, вырос лев и загородил меня от него. Я изумилась самой себе. Лев загнал дементора обратно в сундук, затем повернулся ко мне и сделал что-то наподобии поклона, а затем растворился. Римус стоял, открыв рот. И я разделила это изумление. - У тебя получилось, - тихо прошептал Римус. - У тебя получилось вызвать Телесного Патронуса. Телесного... - Никогда не думала, что его вызывать так сложно, - я смотрела на палочку в моих руках как зачарованная. - Это было прекрасно. Просто прекрасно. Какое ты выбрала воспоминание, что смогла вызвать телесного патронуса? - Люпин уселся рядом со мной в кресло. - Когда я была маленькая, помнишь, ты и Сириус пришли посмотреть на меня? - я невольно улыбнулась. - Тогда вы оба увидели меня впервые. Сириус взял меня на руки, а ты улыбнулся. Вот такой улыбкой, как улыбаешься сейчас... - Серьезно? - Люпин посмотрел мне в глаза. - Абсолютно, - ответила я взглядом на взгляд. - Это очень... очень сложное заклинание... Ты действительно очень сильная, Лилиан. Очень, - похлопал меня по плечу Люпин. - Я думаю, на сегодня достаточно. Ты показала себя с лучшей стороны. - Спасибо, - зарделась я. - Можно я у тебя посижу? Мне неохота идти обратно. - Конечно. Мы уселись в кресла. Начались долгие дружеские разговоры. Мы долго смеялись над временами Мародёров. - А потом мы создали карту Мародёров, - всё ещё смеясь продолжил Римус. - Жаль, Филч отобрал эту карту. - Не отобрал, - я отхлебнула чая и помотала головой. - Близнецы теперь имеют её у себя. Я не раз пользовалась ей, и она не раз меня выручала. - Серьёзно? - А то, - мои глаза лукаво сверкнули. - Особенно от старины Снейпа. Ходит тут ночью, высматривает... - У него бессоница, по-видимому, - улыбнулся Люпин. Я засмеялась. - Ну, неужели ты ещё с ним в разногласиях? Столько лет прошло... - Да я только за дружеские отношения! - возразил Римус. - Ну так, чего вы как два идиота сторонитесь друг друга? Как будто невдомек пойти и поговорить о своем, "мужском", скажем так. - Ну, может, и дойдет до этого... Мы за молчали на пару минут. - Лили, - вдруг начал Люпин. - Помнится, ты хотела стать анимагом? Помнишь, ты увидела Сириуса в облике пса? Вот тогда. - Хотела, - кивнула я. - И стала. Ну, почти. - Н-да? - Н-да, - передразнила я с улыбкой. - Ты всё-таки особенная, - Люпин осматривал меня с ног до головы. - Вызвала патронуса, причём телесного патронуса, анимаг к тому же... Он встал и подошёл к окну. Солнце клонило к горизонту. - Ну... я добилась этого, благодаря всем вам. - Но инициативу проявила ты. - Да, но если бы ты, например, не согласился помочь с заклинанием Патронуса, я бы так и не научилась. - Ну, да... - неуверенно согласился Профессор. - Всё равно ты классный, - я обняла товарища сзади. - Пусть даже и вервольф. *** Дело близилось к ночи. Я читала пару книг по анимагии и зельеварению. От сложных словосочетаний клонило в сон. Мои веки сомкнулись, из рук выскользнула книги, и я заснула. Мне снился очень страный сон: вокруг двух людей кружат множество дементоров. У этих людей нет сил. Вдруг откуда-то появляется олень. Он отгоняет всех дементоров. А на том месте, где был олень, стоял человек. До боли знакомый человек. Я побежала к нему, уже протягивала руки... Хлопнула дверь, и я проснулась. Я помотала головой, чтобы избавиться от картинки перед глазами. Люпин поднял глаза на меня. - Проснулась? - ласково улыбнулся Римус. - Мы не хотели тебя будить, прости. - А "мы" - это кто? - я устало потёрла глаза. - Профессор Снейп заходил, передал зелье. Ну и гадость же... - Так не пей! - Не могу, - отрезал Римус. - Не выпью - кто-нибудь из вас может пострадать от моих рук. Я усмехнулась. - Сколько сейчас времени? - Полночь, - отозвался Люпин. Его голос прозвучал эхом в моих ушах, я потеряла равновесие и заснула на ногах у Люпина.