Рыжее отражение.

Как я и говорила, пара дней до Рождества. Сегодня как раз оно. Скоро столы будут ломиться от вкусной еды, напитков, все будут дарить друг другу подарки и веселье на всю ночь. Но не я. Да, я хочу найти своего брата и хоть как-то помочь ему в поисках. Никто об этом не знал, кроме Джорджа. Долго упрямился, не хотел отпускать, кричал, злился, но женское обаяние берёт верх над любым мужчиной. Итак, вечер. Все заняты готовкой и находятся на кухне. - У меня есть пять минут, чтобы убраться отсюда и трасгрессировать, - шёпотом диктовала я Джорджу. - Итак, ты меня прикроешь? - Постараюсь, только пока не знаю как, - шёпотом ответил он. - Мерлин, Уизли! Ты что, зря работаешь в магазине "Всевозможные Волшебные Вредилки"?! - О, точно, - хлопнул по лбу себя он. - Всё, есть идея. Когда начнём? - Сейчас! - Хорошо. Начинаем. Джордж пробрался на кухню и завёл какой-то разговор со своей семьёй. Я же быстро выбежала в прихожую, оделась и быстрым шагом вышла на улицу. "Место, где находится Гарри Поттер", - подумала я и повернулась на месте. Меня отнесло в лес. Был вечер и одной было стремновато, и тело покрылось мурашками. Я пошла на холм осмотреть окрестности, как вдруг я заметила палатку. Я осторожно стала спускаться к ней. Когда я была рядом, то подняла занавес палатки. Гарри и Гермиона сидели за столом и что-то вяло обсуждали. Но, как только они услышали шаги, то вскочили с места и направили на меня палочки. - Не убивайте! - крикнула я, поднимая руки. - Назовись, - потребовал Гарри. - Я Лили Поттер, сестра Гарри Поттера, замужем за Джорджем Уизли, у которого есть брат-близнец Фред Уизли; они работают в магазине "Всевозможные Волшебные Вредилки" в Косом Переулке; живу отдельно ото всех со своим мужем в Годриковой Впадине; я анимаг и превращаюсь в рысь, научилась на третьем курсе! Это я! - Извини, надо было тебя проверить, - улыбнулся Гарри, обнимая меня. - Ну здравствуй, сестрёнка. - Здравствуй, здравствуй, - поздоровалась я с улыбкой и обняла Гермиону. - А где Рон? Гермиона вдруг заплакала и, уйдя в дальний угол палатки, уткнулась в колени. - Я что-то не так сказала? - забеспокоилась я. Гарри вздохнул, взял меня за локоть и отвёл к столу. - Понимаешь, тут такое дело, - начал он. - Рон ушёл от нас. Гермиона зарыдала ещё громче и сильнее. - Прекрасно, - с сарказмом произнесла я. - Ну и как ты это объяснишь? - На него слишком сильно подействовал медальон. Ну ты же знаешь Рона, он вспыльчивый сильно. Вот и не выдержал. Я задумалась над темой медальона. - Дай-ка мне сюда этот медальон, - потребовала я. Гарри принёс мне медальон, украшенный знаком Салазара Слизерина. Я провела пальцем по знаку, внутри медальона что-то затрещало. - Короче его надо уничтожить. А мы не знаем как, - закончил Гарри, смотря на медальон. - Никакие заклинания не действуют, имею в виду простые. - Дай мне немного подумать, Гарри, - попросила я. - Я читала пару книг про такие вещи. Крестражи, так они называются? - Да, - ответила Гермиона, садясь рядом со мной. Глаза красные от слёз, но взгляд решительный. - Крестражи, - промычала я, разглядывая медальон. - Разрыв души. Человек разделяет свою душу и помещает в предметы, его нельзя убить, не уничтожив крестраж. Но это же безумие! Разделять душу! - Проблема в том, что Волан... - начал Гарри, но я его прервала. - Тихо! - приказала я Гарри. - Почему? - На его имя наложено Табу! Произнесёшь - пойдёшь на верную смерть с поднятыми руками! - О, извини, не знал. Так вот, Сама-Знаешь-Кто разделил душу на семь частей. Первый - это дневник Тома Реддла, второй - это перстень, который был у Дамболдора. Третий - это медальон Слазара Слизерина. Проблема в том, что мы не знаем, где искать следующие. - Слизерин, Слизерин, - пробормотала я, думая. - А что, Реддл учился на Слизерине? - Да. - И однажды он приходил в школу, чтобы устроиться на работу, - думала я. - А что, если он приходил не на работу, а чтобы сделать крестраж? И один из них в Хогвартсе? - Абсурд, - возмутилась Гермиона. - Там бы его уже нашли. Это не очень хорошее место для крестража. - Ну-ну, - тихо прошептала я. - Я где-то вычитала, давно ещё, что можно уничтожить Адским огнём. - Но мы не умеем его вызывать! - завыл Гарри. - А меч у тебя? - Нет! Меча нет! Крестраж уничтожить не сможем! Сами-Знаете-Кто убьёт нас! - Успокойся! - крикнула я. - Мне кажется, нам надо в Годрикову Впадину. - Зачем? - удивилась Гермиона. - Или ты хочешь... - Я хочу увидеть могилы родителей, - тихо ответила я. - И, думаю, там можно что-нибудь узнать. Ведь Дамболдор жил там. - Почему все знают это кроме меня?! - возмутился Гарри, надевая на шею медальон. - Идём! - Нет, Гарри, давай пойдём завтра вечером, - попросила я. - Нас могут увидеть. - Блин, хорошо! - разозлился Гарри. - И сними этот медальон, - грозно потребовала я. - На тебя он тоже плохо действует. Гарри хотел было отдать его Гермионе, но я вырвала украшение из его рук. - Ещё чего! - возмутилась я. - Я не позволю Гермионе носить эту хреновину! Ты хочешь лишиться единственного ума, который у нас есть?! Гермиона раскраснелась и неожиданно обняла меня, чуть ли не повиснув на шее. Тут я вспомнила, что хотела сказать им о беременности. - Гермиона, задушишь, - улыбалась я. Она меня отпустила, и мы уселись за стол. Я стала рассказывать им о произошедшем, о стычке с Эвил, о шраме, о том, что я нашла свой медальон, который пропал два года назад и наконец... - Я всё никак не могла выспаться всю неделю, - лукаво улыбалась я. - Теперь я узнала причину. - Какая же? - хором спросили Гермиона и Гарри, сгорая от любопытства. - Гарри, как насчёт того, что ты скоро станешь дядей? - загадочно спросила я. Гарри разинул рот. - Ты беременна! - завизжала радостная Гермиона. - Да, - заулыбалась я. - Это так неожиданно, - весело сказал Гарри. - Я буду дядей! Ох, сестрёнка я тебя поздравляю! Оба стали обнимать меня, чуть ли не повалив со стула. - Я сама места от радости не нахожу, - усмехалась я. - Джордж близнецов хочет и девочку. - Девочка это ведь так мило, - замечталась Гермиона. - Я тоже хочу девочку. Она осеклась и покраснела. - Потом хочу, когда замуж выйду, - быстро добавила она, ещё больше краснея. Лукаво блестнув глазами, я опустила взгляд, дабы спрятать улыбку. - Знаешь, Гарри, я передумала, - резко сказала я. - Давай пойдём сегодня в Годрикову Впадину. - Ну ты и охренела, - присвистнул Гарри. - То пойдём, то не пойдём. - Ничего не могу поделать, - развела руками я. - У меня теперь настроение через секунду меняется. Ну пошли, что тебе стоит? - Да пошли, пошли, - отмахнулся тот и вышел вместе с нами на воздух. Мы трансгрессировали на занесенную снегом улицу. Везде начинали праздновать Рождество. Мы пошли по улице. Из бара слышалось пение и весёлые выкрики, музыка и звон бокалов. А вот и кладбище. Тёмное, с такими же тёмными надгробиями. Казалось, заснеженная улица и кладбище - это совершенно два иных мира, будто Рай и Ад. Я стала искать могилы родителей. Много было надгробий, даже встретилась фамилия Аббот. - Может, это дальний родственник Ханны, - шептала я, опустив глаза на могилы, и пошла дальше. Гермиона то и дело останавливалась у надгробий и вскрикивала. - А нет, мне показалось, здесь написано "Поттер", - в иной раз сказала она, а потом остановилась у какого-то надгробия и шепнула: - Ребята, смотрите! - Они? - спросил Гарри. - Нет, но ты посмотри! На надгробии была высечена надпись: "Кендра Дамболдор..." и чуть ниже - "...и её дочь Ариана". Ещё на камне было выбито изречение из Библии: "Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше." У Альбуса была сестра. Погибла раньше него. Мы вздохнули и побрели дальше. Гермиона заметила старую, неухоженную могилу. На ней был "знак из книги", как потом объяснила Гермиона. - Тут написано Иг... Игнотус, кажется, - заметила она. - Я пойду, поищу родителей, ладно? - не без яда сказал Гарри и двинулся вместе со мной. Темнота и тишина вдруг словно сделались глубже. Я огляделась, невольно подумав о дементорах, но тут же сообразила, что пение в церкви смолкло, болтовня горожан затихает вдали. Кто-то погасил огни в храме. В третий раз мы услышали звонкий голос Гермионы: - Они здесь... совсем рядом... Я поняла по её интонации, что на этот раз там наши родители. Мы пошли на голос, и чувствовала, что какая-то тяжесть сдавила грудь. Было тяжело дышать. Могила оказалась всего через два ряда от Кендры и Арианы. Надгробие было из белого мрамора, как и у Дамболдоров, оно словно светилось в темноте, так что читать было легко. Не пришлось нагибаться и становиться на колени, всё было видно. "Джеймс Поттер 27 марта 1960 года - 31 октября 1981 года. Лили Поттер 30 января 1960 года-31 октября 1981 года. Последний же враг истребится - смерть." Я читала медленно, будто у меня больше не будет времени это сделать и чувствовала, как сжимается сердце. - Это же лозунг Пожирателей Смерти! - жуткая мысль вдруг обдала Гарри холодом. - Тут совсем другой смысл, Гарри, - мягко пояснила Гермиона. - Ну ты понимаешь... жизнь после смерти... Опустив голову, я чувствовала, как по щекам текли обжигающие слёзы. Чувство, что я больше не увижу их, своих родителей, что они не увидят своих внуков, не увидят меня счастливую, давало о себе знать. И вот их прах лежит тут, они даже не узнают, что их дети стоят перед ними. Внезапно я почувствовала, что Гарри тоже шмыгает носом. Теперь я понимала, по-настоящему понимала, что такое быть братом и сестрой. Один принимает боль другого. Гарри выпрямился и положил руку на плечи Гермионы. Сегодня Рождество, надо было чем-нибудь украсить могилу, но вокруг лишь пара замёрзших веток. Гермиона поняла нас. Она взмахнула палочкой, и в воздухе появился венок рождественских роз. Гарри поймал его и положил на могилу. - Пойдем, сестрёнка, - позвал он. - Идите, я догоню, - сипло ответила я, суя руки в карманы. Они ушли, я осталась в одиночестве со своими мыслями и родителями. - Здравствуй, мам, здравствуй, пап, - начала я почти шёпотом. - С Рождеством. Да-да, сегодня Рождество. Иное Рождество, без вас и Сириуса, без нашего Лунатика, без Бродяги, даже без Хвоста. Да, пап, Сириус погиб, Белла постаралась. С Римусом я поссорилась. Питер нас предал. У тебя хорошие друзья, пап, каждый внёс своё в дело. Но не каждый остался верен до конца. Знаешь, мам, я вышла замуж. За Джорджа Уизли. Я думаю, ты помнишь Артура и Молли? Так вот это их сын, да. И знаете... знаете, я жду ребёнка и надеюсь, что дети будут похожи на вас. Мне вас не хватает, очень не хватает. Я... я... - снова полились слёзы, всё сильнее и сильнее. - Я не понимаю, за что мне и Гарри такое мучение - жить без родителей! Я не понимаю, почему вы сейчас не рядом со мной, не дома, вместе с семьёй, не радуетесь, что вы скоро станете бабушкой и дедушкой, я не понимаю этого. Боже, как всё это непонятно, - я закрыла ладонью глаза. - Это настолько невозможно, насколько мне позволяет думать моя фантазия. Но я всё ещё надеюсь где-то увидеть тени ваших фигур, увидеть в родных глазах ваши отблески, вы не думайте, я вас не забуду. Никогда. Я прерывисто задышала, чувствуя, как внутри всё то холодеет, то загорается. - Прощайте, - только и вымолвила я, посмотрела на тёмно-синее небо. Рождество. Могла сидеть дома в кругу семьи и не стоять тут и не рыдать. Я направилась на улицу вслед за Гарри и Гермионой. Снова пошёл лёгкий и мягкий снег, дорогу освещали лишь звёзды на небе. Я ходила по этим улицам вместе с Джорджем, когда мы только-только сюда перебрались. Я прошла мимо нашего старого дома, где когда-то жили Лили и Джеймс Поттер. Гарри и Гермиона оказались рядом. Похоже, заклятие Доверия погибло вместе с нашими родителями. Живая изгородь успела разрастись за шестнадцать лет, прошедших с того дня, когда Хагрид забирал моего маленького брата из развалин, что лежали средь высокой, по пояс, травы. Большая часть коттеджа устояла, хоть и была покрыта плющом и снегом, но правую часть этажа снесло начисто. Я была уверена, именно там ударило отражённое заклятие. - Не понимаю, почему его не построили заново? - шепнула Гермиона. - Ну, может, его нельзя отстроить, - подумала я. - Может, это как магические раны, их нельзя убрать. Гарри не слушал. Он вытянул вперёд руку и взялся за ржавую ручку. Миг, и из земли сквозь плющ и траву стала расти вывеска, словно быстро растущий цветок. На ней появилась золотая надпись: "Здесь в ночь на 31 октября 1981 года были убиты Лили и Джеймс Поттер. Их сын стал единственным волшебником в мире, пережившим Убивающее заклятие. Этот дом, невидимый для маглов, был оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам и в напоминание о злой силе, разбившей семью." - Ни хрена себе, - присвистнула я, разглядывая табличку. Она была сплошь исписана то инициалами, то фамилиями, то пожеланиями: "Мы с тобой, Гарри!" "Удачи тебе, Гарри, где бы ты ни был!" "У тебя есть сестра, Гарри, знай!" - Свинство - портить табличку, - хмыкнула Гермиона. Но Гарри так и сиял. - Да вы посмотрите, они заботятся обо мне! Мне нравится, что обо мне так написали. Я... Я обернулась и увидела пожилую женщину, смотревшую на нас. Что-то было в ней странное, от чего хотелось поскорее отсюда смыться. - Гарри, пошли отсюда, - позвала я, беря его за руку. - Гермиона, скажи ему! Гарри не слушался, он вырвал руку и смотрел на старуху. Та поманила его пальцем. Гарри кивнул и повёл нас за собой. Женщина медленно зашла в старый и ветхий дом. Внутри воняло тухлятиной, сырьём, от этого жутко воротило. - Вы - Батильда Бэгшот? - обратился к ней Гарри. Та кивнула. Она разве не умерла ещё? - Зачем мы сюда пришли? Вы хотите что-то показать? Она опять поманила Гарри и показала на лестницу. - А-а. Лили, Гермиона, она, кажется, хочет, чтобы мы пошли за ней, - заметил Гарри. - Ладно, идём, - согласилась Гермиона. Тут Батильда толкнула её и замотала головой. Она ткнула пальцем сначала в себя, потом в Гарри и показала на потолок. - Она хочет, чтобы я пошёл один. - Почему это? - резко возразила я. Голос звонко отозвался из глубин дома. Старуха бросила на меня уничтожающий взгляд. - Спокойно, всё хорошо, - сказал Гарри. - Смотри, какая она мелкая, если что, я справлюсь. Это меня насторожило. Как только они ушли, я взяла Гермиону за локоть и быстро отвела подальше от лестницы. - В чём дело? - возмущалась та. - Тихо, не кричи! - шикнула я. - Не нравится мне всё это. Это не Батильда. - Как не Батильда? - улыбнулась Гермиона. - А кто же? Батильда Бэгшот, это она написала учебники, я её видела на обложке. Это она, точно тебе говорю. - Батильда умерла полгода назад, сразу после того, как её навестила Рита Скитер! - разозлилась я. - А это не Батильда. А что, если это... Сверху послышался грохот и треск лопнувших досок. - Говорила же! - крикнула я, уже взбегая по лестнице. - Бежим! Треск повторился снова, и что-то большое глухо ударило по полу. Дверь была закрыта. Я стучала туда как ненормальная, удары повторялись. - Открой, Поттер, мне плевать, кто эта старуха, это вообще не она! - орала я, и дверь разнеслась в щепки. В щель проскользнул длинный и толстый хвост змеи и ударом подкосил мне ноги. Хорошо хоть, что на спину упала. Гермиона стояла сзади и оцепенела от страха. - Оглуши её! - приказала я, кое-как вставая на ноги. - Гермиона, очнись! Я потрясла её за плечи, в эту секунду хвост прижал нас к стенке. - Вспыхни! Я попала в шкаф, он загорелся. Огненный шкаф упал на змею, та в испуге попятилась в угол комнаты. Я воспользовалась моментом, чтобы пролезть в комнату. В темноте лежал Гарри с окровавленной рукой. Он пытался достать палочку, но Нагайна его придавила. Я подбросила ему палочку к руке. Змея пришла в себя и приближалась ко мне, размахивая своим хвостом. Она будто окружила меня, и кольца стали потихоньку сходиться, я оказалась в ловушке, и ещё минуты три, и буду на том свете, если не спасу себя. - Он уже близко! - орал Гарри. - Он тут, быстрей бежим отсюда! - Я БЫ С РАДОСТЬЮ, НО Я СЕЙЧАС ЗАДОХНУСЬ! - крикнула я, и кольца на мне ещё больше сошлись. Стало нечем дышать, змея придавила рёбра. Хоть бы вынуть руку, хоть бы вынуть руку. Нагайна стала шипеть на меня и стиснула в кольцах хвоста. "Ещё немного и посинею", - подумала я. Наконец, чудом я смогла высвободить руку из объятий Нагайны. - Оглохни! - выпалила я прямо в глаза змее. Та потеряла контроль на пару секунд и ослабила хватку. Я опять-таки воспользовались моментом. - Сектумсемпра! Заклятие ударило по самому верхнему кольцу. Змея в ужасе стала разматывать кольца хвоста и ударять им по всей комнате. - Вот теперь ВАЛИМ ИЗ ЭТОГО ЧЁРТОВОГО ДОМА! - крикнула я, взялась за руки Гарри и Гермионы и прыгнула в дыру в стене. Нас перекувырнуло в воздухе, и мы трансгрессировали. Гарри стал бредить, цепляясь за шрам на лбу. Он стал говорить какие-то странные вещи. И голос всё время менялся, всё время дёргался, будто хотел что-то схватить. - Ох, чёрт возьми, у него жар! - воскликнула я, когда потрогала его лоб. Гермиона стала метаться в поисках мокрой тряпки. Не нашла. Я без дальнейших церемоний растегнула рукав рубашки и отодрала кусок. - Что ты делаешь?! - вскрикнула Гермиона. - Не надо! - Поздно, - съязвила я, намочила её и положила на лоб брату. Как только моя рука коснулась его шрама, Гарри схватился за неё и с силой стал сжимать. - Ни хрена у него хватка, - прошипела я, пытаясь вырвать руку. Наконец я вырвала руку из цепких рук Гарри. Гермиона села рядом и печально посмотрела на Гарри. - Ты как, нормально? - спросила она у меня, смотря на мой живот. - Всё хорошо, - усмехнулась я. - Спасибо. - За что? - Если бы ты не оглушила её, сейчас бы уже примеряла крылья на небесах. - Я не смелее тебя. Какой чёрт дёрнул тебя пойти за нами? - Жизнь скучна без риска, - улыбнулась я, откидываясь на спинку стула. - Ты не боишься погибнуть? - тихо спросила она. - Мне давно уже пора было сдохнуть, - усмехнулась я. - Ан нет, решили оставить меня на земле. Поверь, Гермиона, смерть - это ещё не самое страшное. Главное - не бояться встретиться со своим страхом глаза в глаза. А всё остальное мы переживем. - Говоришь как Дамболдор, - смеялась Гермиона. - Ещё скажи, что тебе дорога в Ад. - Мне там уже место забронировали, - засмеялась я. - Моя ухмылка бесит Люцифера. Будет время, надо будет с ним переговорить. Секундное молчание, и мы разразились в смехе. - Повезло Джорджу с тобой, - улыбалась Гермиона и разом покраснела. - Ай, да не то слово, - заметила я. - Без меня бы пропал. Гермиона хихикнула и гуще залилась краской. - Гермиона, - я лукаво блестнула глазами. - Расскажи мне, ты ведь тоскуешь по Рону? Та сначала замотала головой, потом кивнула, потом вздохнула и снова кивнула. - Он ведь тебе нравится? Она помолчала немного и заплакала. Как ни странно, но выглядело это мило и вызвало у меня улыбку. - Он не замечает этого, - плакала она, закрывая лицо руками. - А я пытаюсь, пытаюсь... - Какие же вы глупые, - тепло улыбнулась я. - Да любит он тебя. Кажется фразу "любит он тебя" и фразу "любит она тебя" я произносила очень много раз на протяжении трёх лет. - Как ты это определила? - хныкала та. - Он тебе сказал? - Я просто немного больше повидала, чем вы, - просто ответила я. - Уже кое-какой опыт имею. Но ты не подумай, Гермиона, ты прекрасна, ты самая умная волшебница, каких я встречала. Та вроде перестала плакать и покраснела. В этот момент Гарри пошевелился и, ухватившись за шрам, застонал от боли. - Что это было? - спросил он, не убирая рук от шрама. - Ты тут... ну... Ты разговаривал, бредил... Неважно, Гарри, - ласково ответила я, гладя его по макушке. - Как ты себя чувствуешь? - Нормально. А вы как? Не ударилась? - Вы так печётесь обо мне, словно я уже с брюхом в два километра хожу! - воскликнула я, упирая руки в боки. - Со мной всё хорошо, руку Гермиона вылечила. Укус пришёлся тебе в запястье, было тяжеловато, ты брыкался и норовил меня треснуть, - усмехнулась я. - Не знаю, чтобы без вас делал, - выдохнул тот, садясь на кровать. - Блаженно спал бы на облаках, - с сарказмом тихо сказала я. Гарри, наверное, впервые за всё это время по-настоящему рассмеялся. Скоро мы закончили разговоры и улеглись спать. *** Прошёл месяц. Это был второй месяц моей беременности, животик пока не было видно. Ночью произошло очень много нового, странного. Как обычно все улеглись спать. Рон так и не вернулся. Но я заснуть ещё долго не могла. Тем более медальон стал искриться бирюзовым. Я потихоньку стырила у Гермионы книжку со сказками Барда Бидля и словарь с переводом рун. Мало по малу, я начинала разбирать первую страницу, потом вторую и дальше. Сказка была о трёх братьях, которые обманули смерть, но потом и поплатились своей же жизнью. Сириус, когда я была маленькой, рассказывал мне сказки Бидля: Однажды трое братьев решили путешествовать. Шли в сумерках. И дошли они до реки, которая была настолько быстра, что её не переплыть, и настолько глубока, что её не перейти вброд. Но братья были сведущи в волшебных искусствах. Взмахнув волшебными палочками, они провели мост через реку. Дойдя до середины реки, братья увидели нечто, укутанное в плащ. Это была Смерть. Она была возмущена тем, что не заполучила новых жертв, но своё возмущение скрыла хитростью. Смерть восхитилась мастерством братьев и в знак своего восхищения предложила братьям принять её дары. Старший брат был воинственным. Он попросил самую могущественную на свете волшебную палочку, такую, что её хозяин мог бы победить в поединке любого соперника. Смерть отломила ветку растущей неподалёку бузины, сделала из неё волшебную палочку и дала её старшему брату. Средний брат был гордым. Чтобы ещё больше унизить Смерть, он потребовал силу воскрешать мёртвых. Смерть подняла камень, лежавший на берегу, дала его второму брату и сказала, что он может возвращать мёртвых. Младший брат был самым мудрым из всех братьев. Поэтому он попросил у Смерти такой дар, чтоб Смерть не смогла найти его, если он наденет это. Смерти ничего не оставалось, и она отрезала часть своей мантии-невидимки, и дала её младшему из братьев. После этого каждый из братьев пошёл своей дорогой. Старший брат забрёл в одну деревню и победил в поединке волшебника, с которым был в ссоре. Затем он зашёл на постоялый двор и стал хвастаться своей волшебной палочкой. В ту же ночь к нему пробрался вор, перерезал ему горло и украл волшебную палочку. Так Смерть получила первого брата. Средний брат вернулся домой и воспользовался воскрешающим камнем. Три раза повернул он камень и, о чудо, перед ним стоит девушка, на которой он собирался жениться. Но она умерла незадолго до свадьбы. Девушка была холодна и печальна. В конце концов брат не смог вынести тоски, сошёл с ума и повесился, чтобы навсегда остаться со своей любимой. Так Смерть забрала среднего брата. Третьего брата Смерть искала очень долго, но так и не смогла найти. В конце концов младший брат состарился и отдал мантию-невидимку своему сыну, а сам вышел навстречу Смерти. И они, как равные, ушли из этого мира... Я долго смотрела на первую страницу книжки. Над первой буквой был нарисован странный знак-треугольник, в нем был круг, а в круге - черта. Меня это заинтересовало, я добралась до сумочки Гермионы и стала искать какие-то словари, искать значение знаков в словаре рун. Но нигде этого нет! Это не может быть знак из книги, он нарисован от руки. Я захлопнула книжку и заметила что-то светящиеся и серебрянное. Вспышка серебра подкралась к палатке. Я достала палочку и направила на палатку. Вдруг оттуда вышла гиена. Нет, не настоящая, а Патронус. Она посмотрела по сторонам и направилась ко мне, потом прыгнула на кровать к моим ногам и уставилась на меня белёсыми глазами. - Здравствуй, - улыбнулась я. - От кого ты? Тут гиена открыла пасть и заговорила знакомым мне и родным голосом: - Привет, дорогая моя Лили. Нас с Фредом задержали Пожиратели. Но ты не беспокойся, мы отбились! Отделались парочкой порезов и синяков. Очень соскучился по тебе. Надеюсь, у вас всё хорошо. Послушайте наше радио "Поттеровский дозор". Следующий пароль - "Дамболдор"! Люблю тебя, не унывай, мы скоро встретимся! Гиена встала на все четыре лапы, сделала что-то вроде поклона и испарилась. Сердце стало тепло трепетать. Я знала теперь, что они живы, что Джордж здесь, рядом. Я улыбнулась пару, оставленному от гиены, и прижала к себе книгу. Когда у нас будет ребёнок, я обязательно прочитаю ему эту сказку. Я заметила, что Гарри нет в кровати. Не беда, наверное, пошёл погулять. Я уснула, оставив книжку в руках, но шум посреди ночи разбудил меня. Гермиона же спала и ничего не слышала. Слышался шёпот, топот и лязг железа. - Что за ночь такая? - пробурчала я, вставая с кровати и беря палочку. Моей радости не было предела. Передо мной стояли довольные и почему-то мокрые Гарри и Рон. Рон вернулся. Сразу захотелось извиниться перед ним, за все обиды, ссоры, вообще за всё плохое между нами. Ведь я так давно его не видела. - Рон, ты вернулся! - радовалась я, обнимая его. - Мы тебя так ждали! Я знала, ты вернёшься! Рон, похоже, ошалел от моих слов, но явно смягчился в мою сторону. - Он нашёл меня, когда я почти утонул, - заметил Гарри. Уши у Рона запылали. - Утонул? - переспросила я, смотря на меч в руках Рона. - Подождите-ка. Это же меч Гриффиндора! Где вы его нашли?! Гарри и Рон переглянулись, Гарри гордо поднял вверх медальон Слизерина, разбитый пополам. - Вы его уничтожили! - шёпотом восклицала я. - Боже мой, да неужели?! Наконец-то! Блин, я так рада! Рон, ты просто умница. Уши Рона запылали ещё больше, он явно был рад, что его наконец похвалили. - Извини, Лилиан, за всё, что я тебе наговорил раньше, - извинился тот на одном дыхании. - Я давно тебя простила, - улыбнулся я. - Прости и ты меня за всё. - Я и не обижался, - хмыкнул тот. - Слушай, я видел Джорджа. Ты, случаем, не... ну... Ты не ждёшь ребёнка? - Догадался, или кто сказал? - съехидничала я. - Да, я на втором месяце. - Ух ты, ребёнок! - воскликнул тот, будто впервые услышал о таком, как дети. - А Джордж, гад, ничего мне не сказал. Поздравляю. Я слабо ему улыбнулась. В бой вступила Гермиона. Рон обратился к ней: - Я слышал голос. Твой голос. Из делюминатора, - сказал он ей. - Он привёл меня сюда. Та некоторое время смотрела на него, а потом замахнулась рюкзаком и стала бить его по всем частям тела. - Рон... Уизли... Ты... Последняя... Задница! - кричала она на каждый удар. - Ты чего? Я же вернулся! - возмущался Рон, уворачиваясь от удара. - ВЕРНУЛСЯ?! НЕТ, ВЫ ПОСМОТРИТЕ НА НЕГО! - орала Гермиона и истерически рассмеялась. Она ушла в палатку, мы втроём переглянулись и зашли за ней. Гарри и Рон сначала наперебой рассказывали об их встрече, как Гарри увидел Патронуса в виде лани, она его привела к озеру, там был меч Годрика Гриффиндора. Как появился Рон, вытащил Гарри с мечом, как Рон разбил медальон. При упоминании медальона, Рон вдруг помрачнел и отвернулся от нас. Всё встало на свои места, все расселись и стали заниматься своим. Рон всё ещё был мрачным, я подсела к нему и положила руку на плечо. - Что случилось? - мягко спросила я. - Извини, - сказал он севшим голосом. - Я жалею, что ушёл. Знаю, я поступил как... Он оглядел палатку, будто ища ругательное слово, и вышел наружу. Я вышла за ним и скрестила руки на груди. - Ты вроде как всё это наверстал сегодня. Вытащил меч. Уничтожил крестраж. Моему брату жизнь спас. - Звучит куда круче, чем есть на самом деле, - пробурчал Рон. - А оно всегда звучит круче, чем есть на самом деле, - тихо ответила я, склонив голову на бок. - Мы тебе это который год толдычем. Мы одновременно шагнули друг к другу и обнялись. Ну вот, теперь он мне как брат. - Знаешь, ты не думай ничего плохого про Гарри и Гермиону. Я была с ними всё это время, ну нет между ними ничего. Когда ты ушёл, Гермиона очень сильно плакала, она плакала днём, может, и ночью, я не видела, она очень сильно по тебе скучала и страдала, я не могла её утешить, хотя, может, мысль о том, что ты жив, давала ей возможность не опуститься до дна. Рон посмотрел мне в глаза, будто не верил, что всё это реально было и есть. Мы снова зашли в палатку. Гарри пробовал новую волшебную палочку, свою он сломал. - Главное, чтобы она не насылала на меня стаю птиц, - шепнул он Гарри. - Я и сейчас могу это сделать, - послышался тихий голос Гермионы из-под одеяла, но я заметила, как Рон по-тихому улыбается, доставая свою бордовую пижаму.