Обречённая

Две недели меня тренеровал принц Вассаго управляться кинжалами, пока наконец я не уложила его на лопатки. — Эй, красивая, осторожно. — смеясь, он аккуратно убрал кинжал от своего горла. — Прости. Я вдохновилась твоим мастерством.— я тут же слезла с него. — Ученик превосходит учителя. Я к этому стремился. — Я не ранила тебя? — Нет. Не успела, но была очень близка к этому.— он улыбнулся.— Теперь ты готова. Нам надо спешить. Мальбонте хочет забрать рог Сунбатр. Твои друзья тоже хотят его и они уже в пути. — Мне страшно подумать, что будет, если мы все там встретимся. — Уверен, что ничего не будет, кроме разочарованных взглядов. Ты умная девочка, должна понять, что просто так ничего не бывает. Но не переживай, я точно не дам тебя в обиду.— он сжал мою руку.— В память о твоём отце, теперь я за тобой буду присматривать. — Вассаго, я слышала, что есть легенда о том, что неупокоенные души попадают в небытие и это небытие и есть царство Шепфалиума. Как думаешь, это правда? —Легенд много, Рейчел, многие из них вымысел. Другие— тысячи лет переживали свои обработки и из каждых уст звучат по разному. Правды не найти. — Значит, маленький шанс есть. — Я бы сказал, совсем призрачный. Не надо рисковать понапрасну. Это тебе не с Мальбонте пререкаться, это Шепфалиум. Создатель. Понимаешь? — Понимаю. Чуток поуважительнее. — Пошли, нас зовёт Мальбонте. Идём за рогом. — Я постараюсь узнать что-то для тебя. — вдруг серьезно сказал Вассаго. — Спасибо. — Рано. Мы подошли к предводителю нашей чеканутой стайки и он, как всегда, высокомерно начал. — Сегодня мы ещё на шаг ближе к победе! Я, ваш Господин и мои приближенные, отправимся за рогом Сунбатр. Условные проблемы уже на пути к нему. Будьте начеку. Если они поведут себя неправильно, мы атакуем школу. Со мной идут адмироны. Вы ждёте приказа. — Что?!— я ринулась, чтобы возмутиться, но принц оставил меня, схватив за талию. — Не сейчас.— он тихо прошептал мне на ухо. Мальбонте меня не услышал. И наша гордая птичка феникс, чтоб у него зад горел без вазелина, взлетела в небо. — Полетишь со мной?— я спросила Вассаго. — Хорошо.— улыбнулся он. Я свистнула три раза и перед нами с грозным раком приземлилась Ода с громким рыком. — Тебя кормят на убой, да?— похлопала я по ее шее. — Выросла, растолстела. Ода потерлась мордой о мое плечо и я по привычке поцеловала её в лоб. — Кто ты?— спросил Вассаго, когда мы забрались на дракона. Он придерживал меня за талию, «чтобы не слетела», хотя мне кажется, что боится именно он. Ну или... Нет... Нельзя. — Ты о чём? — Я о том, как у тебя получается контролировать огненного дракона? — Я её не контролирую. Она мой друг и я её люблю. — Как же так получилось, что у вас такая дружба? — Она была ранена каким-то ублюдками и брошена умирать. А я не смогла уйти. Между нами установилась какая-то связь. Я чувствую её, когда она находится далеко. А она чувствует меня. — Вы обе удивительны!— чуть громче сказал он, когда ветер стал сильнее. Мы летели вслед за Мальбонте и он резко остановился. Молча показав направление, он ринулся туда ещё быстрее, чем обычно. И когда он и другие адмироны были на приличном расстоянии, я хлопнула Оду по шее и прошептала: — Будь поблизости, пожалуйста. Не высовывайся зря. — и прыгнула вниз. Принц последовал за мной. — Надо что-то делать, Вассаго, он уничтожит школу. С ним итак что-то происходит. Такое ощущение, что он за эти пару дней сошел с ума. — Так оно и есть. Тьма поглощает его сознание, отравляет душу и закрывает сердце. — Как поэтично, я серьезно. — Я тоже. Ты же знаешь, что Шепфа разделил его на светлую сторону— Бонта и тёмную— Маля. Бонта держали в башне и он мог учиться, познавать мир, правда, через окно. А что было у Маля? Страх. Боль. Отчаяние и чувство мести. Шепфалиум взращивал в нем ненависть и сейчас она как никогда активна. Он становится параноиком. Убил трёх демонов и отступника ангела, потому что считал, что они готовят заговор. — Не слышала об этом. — Он держит тебя в неведении. Ты ничего не знаешь о нём, ты не знаешь крайности его жестокости. Ты не знаешь о пленных и о их судьбах. Хотя, я уверен, что и он не знает. Я ночью слышал женский плач. Я не стал подходить ближе, чтобы не засветиться. Но там было одно из двух: либо её истязали либо...— он отвернул взгляд и сжал челюсть так, что на скулах появились жевлаки. — Либо изнасиловали... — Я не хочу думать об этом. Ты знаешь, можно пережить побои и унижения, но то, что потом чувствуют женщины после пережитого во втором случае, это не описать. В Риме я такое видел часто. Раньше считалось нормальным, прийти в дом и взять любую понравившуюся рабыню. Особенно страшно было тем, кто проходил через это впервые. Голодные солдаты, насилующие женщин из деревень и городов, которые захватывали, они были похожи на цепных псов. Злость вымещали либо на поле боя, либо сверху на женщине. — Я слышала, что они были больше любителями друг друга. — Не все. Старшим чинам приводили самых лучших женщин, кто-то даже зарабатывал этим за ночь с легатом. Центурионы тоже могли себе позволить ночь. А вот остальные... Низы,так сказать. Им уже приходилось брать, что осталось. Либо старая проститутка, больная сифилисом или чем-нибудь ещё, либо девки крестьян. Жены, дочери... Им везло меньше всего. Пропуская через себя не менее дюжены за ночь, совсем молодые умирали к утру. Были, конечно, и однополые сношения, но это скорее исключение. Когда рухнул Рим, мир вздохнул спокойно. Из стальных и непобедимых воинов, они превратились в развратных пьяниц и разжиревших аморальных ублюдков. Женщины им не уступали. Сейчас на земле таких можно называть шалавы. Не шлюхи, которых было много вынужденных, особенно среди рабынь, а именно то, что я сказал. Они спали с другими мужчинами ради удовольствия. — Как познавательно, но я думаю, это было, есть и будет всегда. В любое время и в любой стране. — Нет, сейчас на земле развита правовая система. — Однако, она совсем не совершенна. Многие преступления оказываются безнаказанными. — Ты будешь удивлена, но раньше за это не наказывали. Раньше мстили. Естественно, если кто-то посмел обесчестить дочурку, сестру или жену представителей знати. Потом дочь или сестру выпихивали замуж и забывали о них, как страшный сон. — Добрый двадцатый век принес нам равноправие. — Здесь оно итак было. Лишь надо добиться успеха в карьере. — Скучно. — засмеялась я. — Надо разузнать о пленниках. — тихо прошептала я. — Наконец.— строго сказал Мальбонте. — Нужно было оставить Оду, чтобы не привлекать внимания. — Зачем ты вообще на ней летела? — Мало ли понадобится помощь. — Обошлись бы без дракона. — Мальбонте... По поводу школы...— я сделала шаг ближе и тут же получила звонкую пощечину. Почувствовав кровь от разбитой губы, я вытерла её рукой. — Не смей перечить мне, ты поняла?— он был спокоен.— Тебе многое было позволено, но ты совсем не видишь границ дозволенного. Это война, девочка. Ты приняла сторону. — уже мягче сказал он. На секунду мне показалось, что в его глазах мелькнула тень Бонта. — Я поняла. Но не стоит забывать, что я сказала изначально. Мне нужна только цитадель. Только они. — Ты получишь их. А дальше, либо убирайся, либо воюй на моей стороне, в противном случае, я убью тебя. — Я поняла. — За мной.— скомандовал он и мы дружной стайкой ринулись за ним. Войдя в лес, я ощутила тошноту. Что-то здесь было явно не так. Пока Вассаго был занят разговором с Кохорото, я догнала Мальбонте. — Где мы? Как только я сюда вошла, у меня такое чувство, будто меня сейчас вырвет. — Лес скорби. Не уходи далеко от других, здесь могут быть ведения.— ответил он как ни в чем не бывало. Будто не он отвесил мне пощечину несколько минут назад. — Понятно. Мы всё равно разбрелись. Я шла прямо за Мальбонте и вдруг передо мной возник отец. Его бледное лицо выражало гнев. — Ты мой позор, Рейчел!— в ярости сказало ведение. Я молча шла дальше. — Из-за тебя я умер. Ты хотела занять мое место возле Сатаны. Ты убила меня!— он потянул ко мне руки. — Бери выше, пустышка, я хочу занять его место. Сатана откинул копыта.— улыбнулась я. Призрак ощетинился. Мальбонте развернулся и коснулся рукой до призрака и он просто расстроился. — Кого видела?— с любопытством спросил он. — Отца. Он обвинил меня в смерти и сказал, что я хотела занять его место возле Сатаны. — Мило.— не выражая никаких эмоций, сказал Мальбонте. — Ещё никто не смел издеваться над здешними полтергейстами. Поздравляю, у тебя новый враг. — Я не думаю, что вернусь ещё сюда. Противное место. — Что поделаешь. Не бывает легко. — А что даёт нам этот рог? — Он дизорентирует Сунбатр. Они нужны мне для сражения. — Ты же сказал, что нас хватит для сражения с цитаделью. Мальбонте, я прошу тебя, будь честен со мной. — Сначала ты. Что у тебя с принцем? — Ничего. Мы друзья. Он тренерует меня. Это же твой приказ. — Я не про это. Надеюсь, вы не планируете ничего против меня? — Нет. Пока у нас одна цель. — А потом ты вернешься в школу и будешь моим врагом. — Это зависит от тебя. Будешь ли ты мне врагом. Иначе я не пойму, зачем ты делаешь меня сильнее. Ты знаешь, что я не пойду против своих. — Своих...— как-то многозначительно повторил он за мной и я разглядела среди кустов друзей. Ребекка, Вики, Мими, Дино, Геральд и Люци... Сердце больно отозвалось в груди и мне стало не по себе. Мальбонте просто вышел к алтарю и забрал без усилий рог у Ребекки. — Спасибо, что подержала.— улыбнулся он. — Уходим. — Мальбонте!— вышла Ребекка. — Тебе не победить!— рявкнула она в ему в спину. — Пожалуйста...— прошептала я. Он посмотрел на меня и улыбался: — Разберись с ними. — Я не стану им вредить или убивать их.— я сжала челюсть. — Я разве это сказал? Разберись с ними и догоняй.— сказал он и исчез за деревьями. Ребекка достала кинжал и процедила: — Беги за своим хозяином. — Он не мой хозяин, Ребекка. — Не смей даже произносить моё имя. — Мама, не надо, пожалуйста! Это же Рейчел.— вцепилась в ее руку Вики. — Вот именно. Это же рейчел.— пренебрежительно ответила она дочери. — Вали, откуда пришла.— зарычал Люци.— Рог у него, тебе нечего больше здесь делать! — Как невежливо, а ещё мнишь себя аристократом.— из кустов вышел Вассаго.— Или мне все же поспорить с тобой за трон, как истинному наследнику ада?— похоже, у них с Люци давний спор. — Принц Вассаго...— прошептал Геральд. — Добрый день.— он вежливо поклонился. Клоун.— Геральд, сколько лет, сколько зим? — Достаточно, чтобы забыть. Я не думал, что ты опустишься так низко, служа ему. — Я не слуга. Сейчас у меня иная задача. Выполняю просьбу друга. Если ты понимаешь, о ком я. — Так это ты втянул её в это? — Она куда сообразительнее, чем ты думаешь. И да, Ребекка... — Серафим Ребекка!— гордо задрала нос мать Вики. — Что ж... Принц Вассаго, мадам. Адмирон Арья. Или Рейчел. Как тебе удобнее, серафим. Это значит, дорогая, что вы с ней равны по статусу и морщить столь симпатичный носик не стоит. — Адмирон?— вышла вперёд Мими. — Когда успела?— в ее глазах мелькнул азарт. — За какие заслуги?— спросила Ребекка. — Видимо, трахается хорошо.— вякнул Люци. Я улыбнулась и подошла к нему. — Скучал? — Подобного сброда везде хватает. Видимо, Мальбонте настолько не опытен, что ему хватает и тебя. — Да?— я ощутила ярость и со всей силы вокзала ему по лицу. Он тут же приготовился к атаке и я даже не успела понять, как Вассаго оказался так близко, что остриё его кинжала грозилось проткнуть горло Люци. — Оу...— широко улыбнулся принц.— У вас любовь. — С ним? Ты меня плохо знаешь. Я лучше с жабой буду. — Мне слишком много лет, дорогая. Такое я вижу издалека. — В этот раз тебя подвело зрение. — Да? Тогда почему его оскорбления тебя задели больше всего? — Потому что он мешок дерьма. — Не спорю. Может, ты уже скажешь, что хотела и мы будем возвращаться? — А какой в этом толк? Они все равно сделают по своему. — Не скажешь— не узнаешь. Я обернулась к остальным. Во взгляде Мими читалось:«Эй, мы вам не мешаем?» — Мальбонте хочет напасть на школу. Не делайте глупостей. Эту битву нам не выстоять. — Кому Нам? Мы по разным сторонам, адмирон. — Мне нужна только цитадель. Мы уже говорили об этом, Ребекка. Как бы вы все ко мне не относились, я не буду против школы и друзей. — У тебя больше нет друзей! — Говори за себя, Люци!— сказала Вики. — Она рискует, что говорит нам это. — Мальбонте ей разрешил. Но я бы ему не доверял. И ты полная дура, если веришь ему.— повернулся он — Я больше никому не верю, Люци. В особенности, тебе. Я не изменяла тебе ни телом, ни помыслом. А ты сразу накинулся на другую. Пытаешься сейчас выставить виноватой меня? — Я не пытаюсь. Ты предала всех нас. — Это не так!— моя грозная маленькая Мими...— Она приходила к отцу. Кстати, он не винит тебя. Возвращайся с нами. Пожалуйста... — Прости, малышка, я не могу. Там больше нет места для меня. Я очень ценю тебя и твое отношение к нашей дружбе, но путь назад мне заказан. А в тюрьму я не хочу.— виновато улыбнулась я, целуя ее в нос.— Возможно, когда-нибудь, через несколько лет, мы снова будем рядом, но сейчас война. И запомни. Не с тобой и ни с кем-либо из школы я не стану воевать. — Поэтому Рейчел уйдёт.— добавил Вассаго.— Они с Мальбонте это уже обсудили и он пообещал убить её, если она не пойдет за него или не исчезнет в принципе. Но, боюсь, дорогая, тебе придется исчезнуть сейчас. Мальбонте не доверяет тебе и при любом удобном случае он убьет тебя. Он не смог дать тебе другую семью, потому что ты любишь прежнюю, а значит, ты не принадлежишь ему. Так что, вот.— он протянул мне свой кинжал. — Вассаго, не смей!— закричала Ребекка. — Я тебя обманул. Я знаю путь туда,куда тебе надо. Как только решишься, напои своей кровью сталь и она укажет тебе дорогу.— он улыбнулся, проигнорировав серафима. — Я должна убить себя? — Нет. Просто сделай надрез и ты появишься там, где тебя ждут. Наверно, — он оглянулся.— я пойду с тобой. Нет ни малейшего желания драться с Мальбонте сейчас. — Рейчел, не делай этого!— ко мне протянула руку Ребекка.— Это забвение, понимаешь, на сколько это опасно? — Мими, забери Оду.— я посмотрела на свою подругу. — Три свистка, помнишь? Позаботься о ней. — Нет! — крикнула Ребекка, но я уже воткнула лезвие в руку. Вассаго сжал его ладонью и всё исчезло.