Осторожно. Чрезвычайно ядовит.

Дрим вжился в роль и в окружение очень быстро, по сути он это делал с самого своего рождения, поэтому ему не привыкать. За это время выработался своеобразный круг правил. Куришь — скрывай запах. С свап Папирусом можно особо не скрываться, как, в характере так и в курении. Инк добрый, но у него тоже есть свои тараканы. Блуберри воспринимался, как маленький лучик солнца, и поэтому Мечта часто ему умилялся, хотя и относился как к взрослому. Поддерживать положительную ауру в кругу Инка и Блуббери не всегда обязательно, хотя первый, видимо из-за этого чувствует положительные эмоции, а второй просто относится более радостно к его приходам. На деле поддерживать ауру стало своеобразным инстинктом. Никого нет — можно расслабиться, чувствуешь взгляд, присутствие и прочее — держим улыбку, добрый взгляд и ауру. Дрим обустроил дом, периодически устраивал со звёздными чаепития, и вообщем-то был вполне доволен жизнью, однако не хватало одного — брата. И когда Инк позвал на помощь, Дрим совершенно не ожидал увидеть своего брата. Покрытый негативом, с равнодушным видом, он рушил и уничтожал. Сердце сладко замерло, в голове мгновенно исчезли все мысли, тьма в душе истерически и радостно захохотала Трясущимися пальцами натянув тетеву, он выстрелил прямо перед лицом луны, надеясь что он развернется, посмотрит в глаза и они поговорят. Практически это и произошло. Кошмар обернулся, уставился ему в глаза и спустя пару мгновений улыбнулся. Это было странно, однако улыбка не была прежней. Она была больше похожа на оскал или на слабую усмешку. Сейчас положительные эмоции будут убивать его брата, поэтому Дрим убрал лук, спрятал всю позитивную ауру куда подальше, укутался в свою тёмную часть и потопал схватившись за чужую руку. Найтмер тихо усмехнулся и посмотрев на светлую макушку, которая оттаскивала его подальше ото всех, молча последовал вслед за Мечтой. *** Заведя брата в отдалённых угол от битв и криков с матами, повернулся и подняв голову, Дрим светло улыбнулся. — Я так скучал, Найт! — вцепившись в ткань на чужой спине, улыбнулся, почувствовав ответные объятья. — А я так удивлён, что не противен тебе. Удивлённо похлопав глазами, поднял голову, прикладывая подбородок к чужой груди. — Я же тебя люблю. — Странно, что сейчас это меня не убивает. — А точно. Положительные эмоции. Чуть остро растянув кончики губ, Дрим прищурился. Это больше одержимость чем любовь, все-таки Дрим был готов потопить собственную АУ во имя Найтмера. Поэтому, подумал Дрим, это его и не убивает. Любовь в плохом смысле этого слова, да и тем более сейчас, когда он укутался в отрицательную часть своей души. Не комментируя эти слова, Мечта хихикнул и пропел. — Просто я очень способный~ — с удовольствием почувствовав как его погладили по голове, солнечный улыбнулся более широко. — Ну, как тебе звёздные? — усевшись у стены, полу лежали в обнимку. — Забавные малые, я бы даже сказал добрые и хорошие, но думаю иногда они слегка не понимают слова «доброта». — Найт усмехнулся закатывая глаза. — Как и ты. — надувшись, закачал отрицательно головой. — Ты неправ! Я именно что понимаю слово «Доброта». — Но ты же не добрый. — замерев, фыркнул, кивнув. — Знать, не значит быть Найт. — опустив взгляд на руки которые лежали на чужих ладонях, хмыкнул. — Я понимаю все, но я не такой. Это мой недостаток. — У тебя нет недостатков, Дрим, хватит крутить эту пластинку. — пальцы сжались на моих руках. — Ты прекрасен, каким бы ты не был. Покрывшись жёлтым румянцем, опустил голову, скрывая глупую широкую улыбку. Всё время битвы мы просидели в умиротворенной атмосфере, болтая о чем в голову придёт. О моментах, о воспоминаниях, о новых знакомых и новых друзьях. Скупые смешки казались со стороны Найтмера для Мечты благословением, поэтому улыбка расцветала сама собой, она не несла ни капли счастья, чтобы не ранить кошмара. Однако эмоции накопленные за разговор, уходили в положительную ауру, которая всегда витала вокруг. Дрим чувствовал одержимость и любовь к брату и эти эмоции летали вокруг него, заставляя чувствовать к нему тоже самое. В некотором роде он это знал, и пользовался этим. Но сейчас его тьма задавалась интересным вопросом. Будет ли чувствовать тоже самое к нему Инк и Блуббери? Раскроется ли их плохая сторона? Это даже интересно. Провожая кошмара обратно, Дрим не мог скрыть странной насмешливой улыбки. Однако встряхнувшись и вернув себе положительную ауру, добавив туда как прежде нотку влюблённости и одержимость, Мечта вернулся на поле боя. Потрепав себя и брата перед этим как следует, они сделали вид что продолжали бороться, однако на этот раз положительные теснили врагов. Солнечный пытался втирать брату проповедные мысли, мысленно подыхая со смеху наверняка как и он. В итоге Эррор, Найтмер и его компашка сбежали. *** Поставив на стол чай, Дрим как всегда, рядом, поставил небольшую тарелку с зефиром, печеньем и сахаром. Несмотря на свою «положительность», сахар мечта не очень то и любил. Да и заедать чай тоже не любил. Уже как месяц он держит ауру и то же самое количество времени, с тех пор как образовалось звёздное трио. Блу стал вести себя более ревниво, Инк более нагло. Однако если по началу они как то конфликтовали, типа делая это незаметно, когда солнце отвернется, то спустя какое то времени похоже смогли договориться. Дриму даже стало интересно, чем все это закончится, тем что они влюбляться по настоящему, либо наконец раскроют свои тёмные стороны. Мечта даже начал замечать, что Блу как и Инк начали чаще заходить. За такое короткое время началась ломка? Это было даже странно, возможно это из-за положительных чувств к нему ранее? Однако по-настоящему влюбиться мог только Блуббери, да и то, Дрим начал замечать что к нему больше отходит «одержимости», чем «влюблённости». Инк не мог испытывать эмоции без своих колбочек, однако рядом с ним, все равно чувствовал эмоции, схожие с тем когда пил розовую краску. К нему отходило больше «влюблённости». Эксперимент казался интересным, тьма внутри потешалась, Дрим же испытывал смешанные эмоции. С одной стороны, это забавно, с другой же как на это отреагирует брат? Нахмурившись, уселся за стул, взяв в руки кружку с чаем и уставился в окно. Со временем, черты лица расслабились, и мечта начал медитировать над кружкой чая, не запирая свою ауру и упиваясь воспоминаниями. Найтмер был действительно прекрасен. В обоих отражениях, он… Идеален. Тихий как луна, не заметный, практически не светивший. Однако сейчас он безжалостен, кровожаден, милосерден. И всегда он сдержан. Не позволяет лишнего ни себе, ни другим. В его понимании лишнего, конечно, и эти понимания практически всегда сходились с понятиями самого Дрима. Всё таки они росли вместе, и большинство понятий у них сходились, даже после того как Найтмер стал тем, кого мечта знает сейчас. — Дрим.? — моргнув и вернувшись в реальность, повернул взгляд на дверь и мягко улыбнулся, ещё не до конца отойдя от воспоминаний. — Добрый день, Инк, Блу. Бездушный прошёл к столу, ставя у входа свою кисть, и, махая чернике, чтобы тот прошёл тоже. Блу не заставил себя долго ждать. — Ты какой то задумчивый. — подметил Блуббери, усаживаясь за стул и беря в руки чашку с чаем. — О, да. — отведя взгляд в окно, вздохнул с лёгкой улыбкой. — Вспоминал Найтмера. — Лучше бы не вспоминал. — Инк сложил руки на груди, нахмурившись. — Он же тебя заточил в том камне, как ты вообще можешь до сих пор любить его? — вздрогнув, чуть поник. Тьма же хихикала, лукаво стреляя взглядом из-под век. — Он же мой брат. — пробормотав, печально опустил глаза в чай. — Тем более, он до сих пор может исправиться, да? — Блу широко улыбнулся наклоняясь и заглядывая Дриму в глаза. Мечта кивнул озаряя лицо лёгкой улыбкой. — Может. Где то глубоко в том негативе, спит моя луна… — глотнув чая, поднял взгляд и шире улыбнулся. — Во всяком случае, как ваши дела?