Дотянуться до тебя

      Был уже поздний вечер, когда Драко получил письмо. Он сидел в своей комнате наблюдая, как солнце лениво заходит за горизонт, и как ночь постепенно окрашивает небо, в этот момент большая черная сова постучалась в окно, он сразу узнал сову матери. Читая письмо в свете подсвечника, что освещал небольшую комнату, Драко замер и его руки задрожали, он боялся, что случилось что-то ужасное, ведь его мать знала, что писать письма стало небезопасно и делали они это крайне редко. Прочитав письмо он закрыл глаза и глубоко вздохнул, он знал, что кроме матери он никому был не нужен. Отец был строг к нему и никогда не проявлял заботу по отношению к сыну, иногда Драко даже казалось, что Люциус его не любит. И только Нарцисса дарила ему тепло и заботу, Драко искренне любил мать и он всегда думал о том, что замок сломает ее, но эта хрупкая на вид женщина нашла своё место, даже в этом аду, и он как сын был счастлив.

***

      Когда закончились занятия, Гермиона первым делом направилась в библиотеку, до дежурства оставалось ещё три часа и она пожелала провести их с умом. В библиотеке было пусто, она была единственной из учеников, кто стремился к новым знаниям и этот факт мадам Пинс ничуть не удивил. Гермиона улыбнулась женщине и показала ей пропуск в запретную секцию с разрешением брать от туда любые книги которые она только пожелает. Гермиона про себя постоянно благодарила декана, что она сразу, после их разговора в ее кабинете выделила девушке пропуск. Женщина нахмурилось рассматривая и прочитывая содержимое бумаги, но ничего не сказала и потом, поправляя очки, кивнула, пропуская девушку вперёд.       Запретная секция хранила множество разнообразных книг и в них было так много знаний, к которым девушка в начале всегда стремилась, но потом, узнав, что на самом деле хранят в себе эти книги — резко передумала. Эти знания впервые пугали ее ум, но иногда интерес все же побеждал, и книга за книгой в запретной секции прочитывались Гермионой. Обходя пыльные стеллажи, девушка заметила черную тонкую тетрадь, страницы ее были старые и рваные, казалось, что прикоснись к ним и они рассыпятся, но девушку это не остановило, ведь эту тетрадь она и искала. Гермиона взяла ее в руки и, оглянувшись, прихватила ещё пару книг, которые она раньше не читала и направилась в читальный зал.       Читальный зал был ей словно вторым домом за все время обучения в Хогвартсе. Она знала каждый поворот и тех, кто часто посещал это место и какие места они занимали при этом. Гермиона любила сидеть рядом с окном, тут было самое светлое место и всегда можно было отвлечься от чтения книг, посмотрев в большие, красивые витрины, а стоило посмотреть внимательно, как было видно синеву озера и очертания леса. Мадам Пинс сидела неподалеку и внимательно рассматривала читальный зал, этими действиями она напоминала Рону собаку, злую и очень несговорчивую. Мадам Пинс часто выгоняла Рона из читального зала, так как Рон втайне носил сладости или еду, когда делал домашнее задание и это злило женщину. Гарри тоже был тем, кого мадам Пинс не особо то жаловала, видимо она до сих пор помнила, как он пытался на втором курсе попасть в запретную секцию и до сих пор не простила юношу за это. К Гермионе она относилась более доброжелательно, нежели к мальчикам, ведь они обе любили книги. Иногда мадам Пинс позволяла девушке задержаться в читальном зале на 15-20 минут, что было словно щедрым даром, ведь все знали, что библиотека работает до 8 и не дай бог ты задержится, но к Гермионе это правило не относилось. Они были тут вдвоём и, посмотрев в сторону где сидела мадам Пинс, девушка заметила, как та с интересом читает книгу, время от времени поправляя очки.       До закрытия библиотеки оставалось уже пол часа, а девушка все читала черную тонкую тетрадь, выписывая информацию на пергамент. Она читала про заклинание, что использовал Малфой и Амикус и узнавала много интересного. Оказывается, что заклинание барьера было бесполезным и даже опасным. Барьер не выдерживал силу заклинания и лопался, как мыльный пузырь или воздушный шар, а само заклинание попадало не только на того, куда было направлено, но и на окружающих его людей, иногда и на самого заклинателя. Ещё был факт того, что иногда, при неправильном лечении, у людей оставались шрамы, а иногда волшебники умирали. Ещё указывалось, что если сказать заклинание неправильно, то можно было облить свои руки кислотой и повредить, а то и вовсе уничтожит свою волшебную палочку, в общем это было действительно ужасное заклинание и только Амикус считал иначе.       Когда библиотека закрылась, девушка поднялась на восьмой этаж, именно тут ей предстояло дежурить. В Хогвартсе уже было темно, но луна ещё не освещала коридоры и взяв волшебную палочку в руки девушка уверенно произнесла: — Люмос. — и яркий свет осветил коридор.       Дежурство на удивление проходило спокойно, коридор за коридором, а девушка никого не встречала, ни Малфоя, ни преподавателей и была она этому только рада. Прошло несколько часов и до конца дежурства оставалось пара минут, как девушка услышала крик и замерла, в нерешительности освещая путь вперед.       Гермиона медленно шла и крики становились все отчётливее, кто-то кричал, затем хрипел, стонал, кашлял и вдруг раздался женский смех. Чем ближе подходила Гермиона, тем отчётливее понимала, что слышит трое разных голосов, один был женский, а другие принадлежали мужчинам. Увидев яркий свет в конце узкого коридора она поняла, что звуки исходили именно оттуда. Гермиона остановилась и поняла, что кричал и хрипел все это время мальчик ее возраста, а вовсе не взрослый мужчина, как она думала вначале и, недолго думая, побежала вперёд. Стоило ей это сделать, как глаза увидели страшную картину.

***

      Малфой никогда не любил дежурства, он считал их бесполезными и что они только мешали, когда дело заходило до встреч между парочками. Плотские утехи были не новинкой в Хогвартсе, но многие об этом даже и не догадывались, а Драко в этом только убедился найдя страстно «пожирающих» друг друга учеников. Девушка была из Пуффиндуя, а мальчик из Слизерина. — Секс запрещен в стенах школы. — сухо произнес Малфой, и нарушили подпрыгнули от страха и удивления, накидывая на себя одежду и пряча обнаженное тело. — Вон в свои комнаты, пока я добрый — добавил Драко и покинул класс, больше ему никто не попадался.       Драко решил, что пара минут ничего не сыграют и направился по направлению к лестницам и там же замер, услышав крики и смех. Сомнений у него не было, брат и сестра поймали себе добычу и жадно ее мучали. Юноша посильнее сжал свою волшебную палочку от злости и рывком принялся подниматься на этаж выше, туда, где дежурила Грейнджер, ведь Драко понимал, что добром это не кончится.