Пять золотых

Многих из нас однажды заставало не самое приятное пробуждение – когда висок и затылок нещадно сверлило, а глаз, казалось, вот-вот выпадет из глазницы. Старая добрая мигрень. Она первая выволокла Капхед из темноты самозабвения. А за ней последовал еле знакомый голос. Девушка открыла глаза, и по первости решила, что находится дома, на кухне. Что она опять уснула за обеденным столом, но что странно – никто из родных её не разбудил. Однако то был не дом. Кап машинально подняла голову к источнику голоса, но потом пожалела об этом, когда мигрень напомнила о себе. – Девушка, вы кого-то ждёте? - перед ней стоял работник кафе, в которое Кап недавно забегала за... вроде бы лимонадом. Голова всё ещё была оловянная после сна, и мысли пока не приобрели чёткий образ, а просто плавали вязкой тиной в черепушке. В этой тине бились друг об друга обрывки диалогов и событий, которые произошли, казалось, недавно. Но что именно произошло и когда? Девушка глядела на сотрудника, стараясь сфокусировать расплывающееся зрение. – Кого? – К вам кто-то должен подойти? Вы задремали на столе, и я решил, что вы ждёте кого-то. – говорил парень тихо и размеренно, терпеливо дожидаясь ответа. – Нет. Никто не должен. – первый вариант, который пришел ей в голову, пока Кап старалась выглядеть наиболее адекватно в глазах работника. Не хватало того, чтобы он подумал лишнего на девушку, потому как та уловила в его взгляде нотки брезгливости, какие появляются при виде особо пьяных людей. Тем не менее, в голове начала проявляться плёнка воспоминаний. Капхед кивнула: – Да, вообще-то я жду свой заказ. Два лимонада, которые вы должны были приготовить уже давно. Парниша опешил. – Прошу прощения, я помню про заказ с лимонадом, но разве вы просили два стакана? - он указал на барную стойку, где уже поблёскивал кубиками льда лимонад. Капхед кольнуло раздражением и та закатила глаза, поднимаясь из-за стола. Она тихо прошипела себе под нос: "пошел к чёрту", борясь с желанием бросить в лицо работника монету, которую уже собиралась выудить из кармана юбки. Сейчас парниша как-то особенно действовал ей на нервы, наряду со всем остальным персоналом и даже простыми посетителями. Капхед отмахнулась от себя, объясняя свою раздражительность мигренью, которая была очень редким гостем в её голове. Стоило девушке сделать одно поспешное движение в сторону стойки, как в животе отдало ноющей болью. Кап сьёжилась, на секунду остановившись, но продолжила свой короткий путь до кассы. Её дожидался уже знакомый молодой человек. Он натянул рабочую улыбку и протянул Кап стакан с напитком: - К оплате одна монета. Приятного вам аппетита и хорошего дня! Капхед передёрнуло от подобной наигранности в доброжелательных работников. Тем не менее, она предпочла бы видеть притворно вежливый и услужливый персонал, нежели хамоватых типов, коих было навалом в непопулярных пабах и барах. Где всегда воняло сигарами и алкоголем. Внутри неприятно заёрзало знакомое чувство, которое сознание старалось игнорировать. Кап еле кивнула в знак благодарности и выудила из кармана...семь золотых монет. Она сразу же убрала их обратно, но спустя момент достала снова, пересчитывая немигающим взглядом. Улыбка работника, что должен был рассчитаться с девушкой, теперь стала более неловкой, в ожидании чего-то. Кап стояла как памятник с семью монетами на ладони. – Что-то не так? – из обыкновенной вежливости спросил парниша. Она помотала головой, положила одну монету для оплаты, взяла стакан с напитком и ушла в сторону двери, процедив на прощание лишь сухое: "спасибо, досвидания". А парниша даже не успел привычно попрощаться с гостьей. Очутившись на улице, она свалилась на первую попавшуюся скамью, потому как ноги отказывались нести онемевшую то ли от шока, то ли от боли Капхед. Говоря же о боли: Кап ощущала её во всем теле, внутри себя и снаружи, будто не было на теле места, где бы не поселилась даже малая частица её. Сложно было сказать что именно являлось источником этого неприятного ощущения. Понять были ли это физические причины или душевные – Кап не представлялось возможным, потому как даже размышлять казалось болезненно. Пока стакан со вкусным напитком стоял поодаль скамьи, девушка согнулась и обхватила себя за ноющий живот. Почему это произошло именно со мной? Я же ни чем не хуже других. Разве я поступила плохо? Живот надрывался в казалось бесконечно больном спазме, сжигая девушку в агонии. На лбу проступил холодный пот, пальцы мелко дрожали. Это моя плата за мимолетную слабость. Но я ведь делала это даже не ради себя. Под кожей будто копошились мелкие змеи, выпивая все силы из тела своей жертвы, а гнездом им служило начало всех женщин. Девушка хотела плакать не только от нестерпимой боли, растущей во слабом теле, но от беспомощности, сковывающей её по рукам и ногам. Теперь же чудилось, что тело больше не принадлежит ей как раньше, а контролируют его кровавые змеи, поселившиеся в ней, после того как первым вторгнулся главный змей, осквернив её храм, её тело. Слабость до ужаса выводила Капхед. Она считала себя намного сильнее глупой телесной боли, которую та тысячу раз переживала поединок за поединком, разбираясь с должниками. Но сейчас Кап даже не знала с кем именно нужно бороться, чтобы избавиться от гнетущей, убивающей изнутри боли. В ушах прошел звон. Прошу, прекратите. Тело разом накрыло облегчение. В первые моменты Капхед даже не поверила и была готова к очередной волне мучений. Однако той не последовало. Кап медленно убрала руки с туловища и выпрямилась. Она старалась сохранять ровное дыхание, чтобы не спровоцировать чего лишнего в ее теле. Все было внезапно спокойно, кроме лёгкой мигрени, которая казалась всего лишь побочным эффектом неспокойного сна на столе. Капхед нахмурилась. И поднялась со скамьи, прихватив стакан. • • Волнение маленькими шажками подступало к сердцу Магмен, как бы та не оправдывала долгое возвращение сестры. Моментами она уходила вглубь себя, размышляя обо всём и ни о чём одновременно, сопровождаемая лишь шипением волн. Море волновалось вместе с ней. "Не стоило оставлять Капхед" – думалось той, механически заплетая волосы в косу, – "сегодня особенно невезучий день, а для неё подавно." Магмен тяжело вздохнула, вновь расплетая косу и от ожидания мотая ногой из стороны в сторону. Благо девушка не знала, насколько оказалась права. – Маг! – прозвучал до боли долгожданный голос. Она обернулась навстречу сестре и сразу же напряглась, когда та подошла совсем близко. – Кап, с тобой что-то случилось по дороге? – осторожно поинтересовалась Маг, – Выглядишь очень...даже не знаю, бледно. Капхед шутливо фыркнула, махнула рукой и протянула сладкий напиток: – Что со мной может произойти по дороге в кафе?? Разве только дети мячом добьют, и то вряд-ли. – она держалась уверенно, этот образ почти обманул сестру, однако от родной души не скроешь и мелких переживаний. Особенно от Маг, что отличалась своей наблюдательностью. И не скрылось от глаз как Капхед осторожно села рядом, как двигалась менее активно и вела себя менее эксцентрично, нежели часы тому назад. Маг приняла лимонад, поблагодарив сестру. Все же было приятно, что Кап готова порадовать её даже такими незначительными мелочами. – Хочешь разделим? Половину выпью я, а половину ты. Всё же для меня одной это много. – Магмен тепло улыбнулась, уже опробовав первый глоток, но Кап чувствовалась отстранённой. Девушка сжала губы. – Слушай, Маг, – холодно начала Капхед, отчего сестра застыла в ожидании неизвестного, – я хотела кое-чем обрадовать тебя. – Чем? Кап помедлила, будто старалась предугадать реакцию. Она мельком глядела на сестру, судорожно сжимая кулак с чем-то. В Магмен пробудился тревожный интерес. Она сощурилась и положила свою ладонь на кулак Кап: – Что в твоей руке? –...Ты же знаешь, что на островах кто-то любит прятать монеты, да? Мы с тобой находили некоторые из них. – Кап говорила тихо и неуверенно, в совершенно несвойственной для себя манере, что пугало Магмен. Она долго думала перед каждым предложением, твердо выделяя конец, – Мы нашли не все монеты. Как оказывается. – Нашли не все? Капхед, неужели ты хочешь сказать, что... – Что я нашла ещё пару штук? Да, ты угадала. – девушка раскрыла ладонь с золотыми монетами. Их встретил тихий страх в глазах Магмен, которая не убирала руку с руки сестры. Никто из двоих не проронил ни слова, глядя друг на друга. Маг искренне хотелось верить в историю, что на островах были спрятаны ещё монеты, но мерзкое сомнение просочилось в душу. Они с сестрой обошли буквально все закоулки Чернильных островов в поиске золотых, и точно не пропустили бы целых пять монет. Тогда остаётся только одно – Капхед украла их? Магмен поникла: – Это правда очень здорово. Но где ты нашла их? И снова между ними возникла противная пауза, которую Маг была готова прогнать чем угодно, даже пустыми словами, даже враньём сестры, но последняя молчала. – Они были спрятаны возле казино. Там же пасётся много толстосумов, а для них ничего не стоит потерять пару монет. Им без разницы как терять – в казино или на улице. – золотые больно впились в ладонь и Кап убрала их. – Теперь мы можем купить тебе настойку, это ли не главное? – ...Ты права. Теперь мы можем. Сёстры остались сидеть в тишине. Магмен держала руку Кап у себя на коленях, мягко поглаживая ту пальцем. Что-то было совершенно не так, и девушка чувствовала это. Чувствовала недосказанность, даже недоверие, между ними двумя, что безумно терзало сердце. Она вновь предложила сестре разделить лимонад, но последняя отказалась, лишь слабо мотнув головой. Тогда напиток остался стоять в стороне, наблюдая вместе с сёстрами за приближающимся закатом. – Кап. – Что? – Если бы что-то случилось с тобой, ты сказала бы мне об этом? Капхед промолчала, но теперь на её лице поступила первая живая эмоция, которая заставила свести брови в тяжёлом смятении. Кап не понимала что́ ответить, так же, как не понимала что́ именно она чувствовала. А она чувствовала. На столько сильно, что была готова впиться зубами в свою грудь, предоставилась бы только возможность, и вырвать ноющее....нечто. Кап уже сомневалась в том, что нечто представляло собой душевные муки. Теперь оно казалось плотским. Чем-то низменным, изводящим тело. От него Капхед чувствовала себя грязно и та желала избавиться от паразита. – Я бы сказала тебе. – выдохнула она, вновь ощущая под своей кожей ёрзанье тысячи мелких змей. Теперь они не приносили боли, но наводили жар. Девушка сжала бедра, когда сквозь змеиное ёрзанье почувствовала телесные воспоминания о нём. Кап мотнула головой. – Я правда сказала бы тебе. На колено девушки легла ладонь и Магмен наклонилась к сестре: – Мне хотелось бы знать, что ты умалчиваешь от меня. – глаза её глядели с тоской, – Но я не хочу заставлять тебя говорить о том, что ранит твою душу, Кап. – Магмен, я вовсе не умалчиваю. – Ты боишься ранить меня чем-то? Тогда Капхед на момент промолчала. – Конечно я боюсь. Разве ты не боишься ранить меня? А скрываешь наверняка многое. – она чуть отодвинулась от сестры, – Одним словом, я не обязана всегда отчитываться перед тобой. Кап отвернулась. Морской бриз вновь огладил девушку по голове, будто желая задобрить и повернуться к сестре, но та лишь поправила выпавшую от ветра прядь волос. – Маг, я не желаю задеть тебя или что-то подобное, ладно? – быстро кинула Кап, – Просто некоторые вещи должны остаться только при мне и на моей совести. – Я понимаю. – Магмен робко приобняла девушку со спины, уложив голову на плечо. – Ты же не в обиде? – Вовсе нет. Я часто замечаю за собой излишнее желание всё контролировать. Включая тебя. – та глубоко вздохнула, – Не знаю отчего. Кап мягко согласилась: – Есть за тобой такой грешок. Морской бриз пронесся мимо сестёр, пролетая над песками проклятого чернильного острова, огибая строения каменных джунглей и уплывая далеко-далеко, напоследок растрепав листья деревьев, которых было до тоски мало в этом городе. Их шёпот успокаивал расшатанные нервы и нежно убаюкивал боль. Шёпот убаюкал бы и Капхед, не прозвучи он сладким шипением треклятого змея: Какой же грешок есть за тобой,чашечка?