Неловко вышло.

Костюм, который подобрали стилисты, для выступления, был очень красивым, даже слегка открытым. Единственное, что выбивалось, это корсет, который изначально затянули слабо. Это ощущалось, словно он сейчас попросту сползёт вниз, как штаны без ремня. До выступления оставалось сорок минут. Финальная репетиция уже прошла, теперь оставалось набраться сил перед выступлением. Все сидели в своих комнатах, полностью одетые в костюмы и накрашенные. Солист решил воспользоваться такой возможностью и затянуть корсет, чтобы тот на нем не болтался. Красную ткань пришлось отстегнуть, чтобы та не мешалась. В принципе можно было выступать и без этой ткани, но стилистам и дизайнерам было виднее, как должен выглядеть этот костюм. Резкий механический звук. — Так, вот как будет выглядеть сегодня наш медвежонок, — дверь резко открылась и на ее пороге оказался басист группы. От неожиданности Фазбер чуть не подпрыгнул, но резко вытянулся, когда увидел Монти. — Монти! Тебя стучать не учили? — воскликнул Фредди на действие басиста. Тот лишь усмехнулся и облокотился об дверной проем, скрестив руки на груди. — А ты научись двери закрывать, может быть стучать начну, — ответил тот. Солист лишь цокнул в ответ. — Зачем пришёл? — Ну-у-у, знаешь, мне было невтерпёж увидеть твой новый костюм, — сказал Монти подходя все ближе и ближе к солисту, пока не положил руки ему на талию и не притянул к себе. — И кто бы мог подумать, что для тебя выберут такой открытый, — говорил он, глядя прямо в глаза Фазбера. Одну руку Монти убрал с талии и взял ею подбородок Фредди, поднимая его чуть выше. — Нет, — сразу ответил Фредди, ставя барьер, в виде правой руки, межу его лицом и лицом Монти. — Никаких поцелуев перед выступлением, забыл? Монтгомери лишь недовольно фыркнул, беря солиста за запястье рукой, которой держал подбородок. Перевернув руку другой стороной к себе он прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, оставляя короткий поцелуй на ней. — Не забыл, но в руку могу хотя бы? — спросил он, прикладывая тыльную сторону ладони к своей щеке. Солист лишь закатил глаза и вырвал руку из «лап» Монти. — Раз уж здесь, то помоги, пожалуйста, корсет затянуть. — Эту хуйню? А что я буду с этого иметь? — Ты знаешь. Басист убрал руку с талии Фредди и отошёл от него. Солист подошёл к столу и упёрся в него руками. Монти встал позади, развязал узел на корсете и резко дёрнул шнурки на себя. — А-а-а-а-ах! — вырвалось из уст Фредди, когда Монти резко дёрнул шнурки. Когда Фазбер осознал, что произошло, то сразу схватился руками за лицо. Хотелось провалиться сквозь землю. — Чего нахуй?! — выпалил Монти на действия Фредди. Парня вся эта ситуация смутила не слабо. — Ты таким громким никогда не был, а тут. — Прекрати, я сейчас со стыда сгорю! Монти завязал шнурки на корсете и практически лег на солиста сверху, дыша ему прямо в ухо. — Медвежонок, ты чего? Я же любя, — сказал Монти. От теплого дыхания Фредди ещё сильнее вжался в стол. — Ты злишься что ли? — спросил парень, беря Фазбера за плечи и поворачивая лицом к себе. Лицо Фредди было полостью красным. Он всячески старался избежать прямого зрительного контакта с Монти, всё время смотрел куда-то в сторону, отворачивал голову. Почему-то закусывал нижнею губу. — Н-н-нет, — наконец-то подал голос Фредди. — Просто…просто, как-то неловко получилось… — Знаешь, а ты не стыдишься издавать такие звуки, когда мы вместе, а тут покраснел даже, — сказал басист, проводя тыльной стороной ладони по щекам солиста, как тот сразу потянулся к нему. Обхватил ногами его торс, руками ближе пододвигая лицо Монти к себе. Оба смотрели друг на друга. Никто не собирался нарушать устоявшуюся тишину. Всё было понятно без слов. Как до этого сказал Фредди: никаких поцелуев перед выступлением, но про объятья он ничего не говорил. — Может всё-таки позволишь? — спросил Монтгомери, первым нарушая тишину. Солист положительно кивнул. На губах стало тепло и влажно. Главное было не перестараться, чтобы ничего не размазать по лицу. Так нежно и аккуратно. — М-м-м! — промычал Фредди, ударяя того легонько кулаком по спине, чтобы тот прекратил. — Ты мне конфету в рот положил? — спросил Фазбер, когда басист прекратил целовать. Тот лишь усмехнулся. — Ну да, а что? Ты же любишь сладкое съесть. — Люблю, но когда успел ее в рот себе положить? — Когда ты ко мне спиной стоял. — До или после этого? — После. Это обычно называлось сладким поцелуем, в прямом смысле этого слова. Обычно это делал Фредди, брал какую-нибудь круглую шоколадную конфету, клал себе в рот, а во время поцелуя проталкивал её языком в рот Монти. Тот не особо любил сладости, но с удовольствием съедал их, когда Фредди так делал, а теперь настала его очередь так сделать. Проглотив конфету Фредди быстро выбрался из объятий Монти и надел обратно на себя ту красную ткань. — Ну нихуя ты быстрый, куда спешишь так? — спросил Монти. — До концерта ещё тридцать минут. — Знаю, — ответил Фазбер. — Но мне надо быть за кулисами уже. Передай остальным чтобы те начали подходить, когда останется двадцать минут, — сказала Фредди, надев свой цилиндр с голубой ленточкой на голову. — Увидимся на сцене! От того застенчивого парня ничего не оставалось. Теперь Фредди снова был собой. Главное чтобы эта яркая звезда не угасла ближе к вечеру.