Шутка про BDSM

      — Люди, увлекающиеся BDSM, живут на 20 процентов успешнее остальных… — вещал с экрана этот бизнес мотиватор.       — Йэс! — победно вскинул кулак Никита.       — Можешь тогда, пожалуйста, — дурашливо попросил Юра. Он чуть привстает со стула, поворачиваясь к другу спиной.       — Что? Что ты… — Никита непонимающе посмотрел на парня.       — Точно так же… — еле сдерживая смех, просит Юра.       — Это, это не — смеется парень, уже не сдерживая широкую улыбку — это не BDSM!       — А нет? Ну ладно, — даже как-то расстроено произносит Юра.       Парень поднимает взгляд и смотрит на Никиту. Секундная тишина и ребята смеются в голос.       — Серьезно? — сквозь смех еле выговаривает Никита, понимая, что их приступ смеха уже не войдет в финальный монтаж. Юра широко улыбается, откидываясь на спинку стула.       — Ну я не мог этого не сказать!       — Действительно. Как еще ты мог пошутить про BDSM.       — Это так и просилось на язык после слов об успешных людях от этого… — Юра, все еще посмеиваясь, тычет пальцем в экран телефона, где на паузе застыло видео из TikTok.       — О да, хорошая порка и связанные руки — прямой путь к успеху. — Никита разводит руками.       — А мы же успешные, где обещанная порка? Или ты развлекаешься без меня? — бессовестно ржет Юра, поигрывая бровями.       — Нет, плетка ждет только тебя, я успел подготовиться. — широко и шкодливо улыбается Никита.       — То есть мы могли начать года 2 назад, и канал бы сразу взлетел?       Никита смеется буквально до слез, смахивая их руками.       — Да завали ты, мудак! — он тянется, чтоб шуточно толкнуть друга.       Юра почти падает со стула в попытке уклониться от рук Никиты.       — Да все, все, все! — отмахивается Юра, поправляя волосы и усаживаясь прямо. — Но советую тебе подумать о ярком элементе для наших видео, — подхихикивая, замечет парень.       Никита немного недоуменно приподнимает брови, поворачивая голову к Юре.       — Красный кляп — именно то, что нам нужно! — и парни снова срываются в громкий хохот. Они буквально складываются пополам, в мыслях прогоняя концепцию BDSM в их видео.       — Ну а что, сексуальненько! Все же вечно пишут в комментах: «Подарите мне Юру!». Вот и свяжем аккуратно, кляп в рот — плюс 100500 подписчиков! Сразу! — Никита утирает слезы смеха и пытается привести дыхание в норму.       — А почему сразу меня? Тебя свяжем, правда с кляпом особо вещать не получится, но да ладно.       — Ну нет, — тянет Никита, — мой канал. Так что связывать и трахать будем только тебя.       Юра возмущенно смотрит на друга. На его лице четко написан вопрос: почему и за что. Но долго он не выдерживает и утыкается в ладони от нового приступа смеха.       — То есть мы уже повышаем ставки до «валить и трахать»? Ну мы еще посмотрим, кого будем вязать и трахать. А то все заладил: «Мой канал, да мой канал».       Никита немного криво ухмыляется:       — Посмотрим, кого тут вязать и трахать.       — Посмотрим! — с каким-то гонором выдает Юра, уже отсмеявшись и расслабленно усаживаясь в кресле.       — Посмотрим.       Пара взглядов друг на друга, которые в шутку обещают воплотить угрозы в жизнь, но постепенно парни отходят от этой темы и продолжают дальше разгонять про проблематичное изучение английского и всякие там кирпичи.       — Ты — не кирпич!       — Так в… — Юра наиграно-обреченно отворачивается от камеры, от досады щелкая пальцами.       — А я говорил. — Никита пару раз толкает Юру в плечо, словно пытаясь привлечь его внимание. — А я говорил! Два года мы уже с тобой туда-сюда.       Юра все порывается что-то сказать, активно жестикулируя.       — То-то меня на стройку брать не хотят. Я говорю: «Намажьте меня бетоном и кладите», а они говорят: «Нет. Мы не будем». Я думаю, что с вами не так, люди? Посмотрите на меня.       Никита откровенно веселится, широко улыбаясь:       — Чем тебя намазать и куда положить? — и сразу добивает, иронизируя, — связать и кроватку под кого-то?       Юра уже готов валяться под столом от смеха:       — Да хватит уже! А то я смотрю, тебя эта тема сильно задела. А вообще, план хорош. Никто тебя не свяжет так, как я, никто не изнасилует так, как я!       Никита ошарашенно смотрит на друга, широко распахивая глаза.       — Шутка, — поднимает руки Юра. Никита качает головой, все еще тихо посмеиваясь.       Парни продолжают записывать видос, практически не возвращаясь к теме кляпов и кирпичей. Стоит Никите выключить камеру, Юра расслабленно откидывается на спинку стула, выдыхает и тянется к телефону.       — С тебя чай, а потом я пойду. А ты сиди и монтируй видос. Про связывание, — парень на секунду отрывается от телефона и ехидно улыбается.       Никита на это только закатывает глаза и встает со своего стула. В голове вырисовывается идеальный план для шутки над «коллегой». Он встает на ноги и заходит за спину Юре. Он весело ухмыляется и кладет ладони на плечи парня. Юра задирает голову и насмешливо смотрит на друга:       — Мы уже начинаем?       — Пф, конечно!       И тут начинает казаться, что шутка медленно выходит из-под контроля. Никита наигранно медленно склоняется к лицу Юры.       — А связать? — подшучивает Юра.       — Начну с малого.       Руки Никиты неожиданно мягко зарываются в волосы Юры, тянут вниз, заставляя запрокинуть голову. Последнее, на что он успевает обратить внимание, до того как поцеловать (конечно, в шутку), это растерянный взгляд Юры.       Губы мягко исследуют, не давят и совершенно точно никуда не торопятся. Длительность поцелуя явно превышает всякие рамки, но, кажется, всем на это все равно. Юра отвечает, перехватывая инициативу. Он сам тянется, руками обнимая Никиту за шею. Парень тихо стонет, позволяя чужому языку проникнуть в свой рот. Никита медленно ведет в поцелуе, осторожно ласкает, словно ждет, что в любой момент его оттолкнут. Но этого не происходит. Юра сам ластится, буквально пытаясь вылизать чужой рот. Поцелуй захватывает и становится жарче.       Слышны причмокивания и тихие постанывания. Никита с трудом заставляет себя оторваться от зацелованных губ Юры. Он ловит его поплывший взгляд. Шутка про то, кто кого трахнет, как никогда актуальна. И если так, то ведущих позиций он отдавать не желает.       — Вставай, — тихо тянет Никита глубоким голосом, вызывая мурашки.       А Юра встает и идет за Никитой, практически забывая собственные остроты про «свяжу и трахну». Они как-то слишком быстро оказываются возле кровати. И тут Никита перестает себя сдерживать. Он толкает Юру, заставляя его мягко завалиться на кровать, и сразу же сам встает на нее, нависая над парнем.       — Связывать не буду, но трахну обязательно, — шепчет Никита и снова накидывается на губы Юры.       Словно месть за такую несправедливость, Юра резко кусает Никиту за губу, на что Никита с тихим шипением отстраняется, а Юра победно улыбается. Никита лишь ухмыляется на это и несильно тянет друга за волосы, заставляя запрокинуть голову и открыть шею. Губы плавно скользят по тонкой коже, не оставляя за собой никаких следов. Юра подставляется, руками забираясь под футболку Никиты. Медленно ведет ногтями по его спине, оставляя еле заметные царапины. Он пытается стянуть с Никиты футболку, попутно отвечая на поцелуи, что вновь вернулись к его губам. Никита отстраняется буквально на мгновение, и Юра пользуется этим временем для того, чтоб стянуть чужую футболку, открывая взгляду подтянутый торс Никиты. А потом он сам тянется к губам Никиты, врываясь в его рот, лаская напористо и лишая дыхания.       Никита хаотично ласкает тело Юры, понимая, что одежда начинает довольно сильно мешать. Его руки спускаются вниз, успевая прикосновениями обласкать живот и тазовые косточки. Как-то нелепо и суматошно он стягивает с Юры штаны, а потом, наконец, оторвавшись от порядком покрасневших губ парня, пытается быстро раздеться. Он чувствует, что возбужден сам и буквально кожей ощущает, как сильно возбужден Юра. Он улыбается уголком губ и склоняется над телом парня, начиная покрывать его поцелуями, иногда несильно прикусывая кожу, иногда оставляя прикосновения чуть заметными, почти неощутимыми. Юра тихо стонет, прикусывая костяшки пальцев. Его волосы разметались по подушке, руки тянутся к голове Никиты, чтоб направлять его, а ноги непроизвольно разъезжаются в стороны, допуская к своему телу.       — Не тормози! — хрипит Юра, чувствуя, как ткань белья неприятно трется об возбужденную плоть, когда пытается снять трусы.       — Подожди, я тебя пока что положил, осталось намазать.       — Ты еще пошути мне тут! — раздосадовано рычит Юра, неосознанно подаваясь тазом вверх, пытаясь получить хоть что-то. Только Никита вовсе отстраняется, но для того, чтоб дотянуться до тумбочки.       — Так просто? — с весельем спрашивает Юра, переводя взгляд с упаковки смазки на лицо Никиты.       — У тебя есть другие идеи, где можно ее хранить?       — Нет.       — Вот и не отвлекайся, — усмехается Никита, снова накрывая собой чужое тело. Парень удобно устраивается между ног Юры, коленом раздвигая их еще шире. Он отводит одну ногу в сторону и обхватывает член плотным кольцом пальцев. Он слышит приглушенный стон и поднимает взгляд на лицо Юры. Парень лежит с зажмуренными глазами, наслаждаясь ласками, отзываясь на каждое движение.       Никита открывает смазку и окунает пальцы в прохладный гель. Стоит скользким пальцам коснуться колечка мышц, Юра вздрагивает, пытаясь уйти от новых прикосновений. Только Никита держит крепко, это и не дает отстраниться. Палец медленно скользит внутрь, принося с собой ощущение заполненности.       Пока Никита медленно и постепенно растягивает парня под собой, Юра буквально извивается на постели, почти жалея о своих шуточках про «никто не трахнет так, как я». Ощущение заполненности почти не приносит дискомфорта или боли, потому что Никита внимательно следит за малейшим изменением мимики, считывая практически каждую эмоцию. Когда внутри уже несколько пальцев, когда Никита почти заканчивает Юру растягивать, Никита задевает простату, что заставляет его друга выгнуться на постели, отрывая спину от кровати.       Никита тепло улыбается, когда видит то, что он делает с Юрой. Парень тяжело дышит и кусает губы почти до крови. Никита тянется к этим губам, целует напористо, решительно, несколько раз проводит рукой по своему члену и неторопливо входит в Юру, губами ловит прерывистое дыхание и нетерпеливые стоны. Он замирает, дожидаясь того момента, когда Юра привыкнет и будет получать лишь удовольствие без примеси боли или дискомфорта.       — Юра…       — Давай.       Парень смотрит в глаза Юре, видит этот поплывший взгляд, полный удовольствия и желания. Никита начинает двигаться. Неспешно и степенно, растягивая удовольствие, растягивая упругие стенки под себя. В комнате смешались звуки тихих стонов, шлепков кожи о кожу и частого дыхания. Руки Юры скользят по телу Никиты, оставляя на спине полосы от ногтей. Он тянется обнять Никиту, притянуть его ближе к себе, не прерывать контакта. Движения тел постепенно ускоряются, и Юра обхватывает ногами парня, словно заставляя его быть еще ближе, пытаясь слиться с ним воедино. Губы Никиты пускаются в свое путешествие, целуя шею с бешено бьющейся венкой, зубы аккуратно прихватывают кожу, язык обводит ключицы и спускается к груди. Юра выгибается, пытаясь урвать еще больше ласки. Они целуются жарко и влажно, сплетаются языками, стукаясь зубами. Каждое касание отдается стоном или тихим несдержанным вздохом. Они тянутся друг к другу, не переставая ласкать тело партнера.       Никита громко стонет, ускоряя движения, понимая, что разрядка близко. Он с трудом просовывает руку между их тел и обхватывает член Юры тугим кольцом, обводит каждую выпирающую венку, особое внимание уделяя чувствительной головке. Движения руки резкие и такие правильные. Лучше быть не может, когда член в тебе и рука на своем члене двигается в одном темпе, неумолимо приближая крышесносный оргазм.       Юра сильно запрокидывает голову и широко распахивает глаза. Узел возбуждения внизу живота, наконец, находит свой выход. Парень кончает с громким стоном удовольствия. Он сжимается слишком сильно, Никита совершает несколько быстрых фрикций и догоняет Юру. Со сдавленным стоном Никита скатывается с тела Юры, разваливаясь на кровати. Тяжелое дыхание оседает на коже, покрытой потом.       Парни несколько минут неосознанно пялятся в потолок, позволяя себе ни о чем не думать. Туман посторгазменной неги нехотя отступает, позволяя голове ясно соображать.       Юра издает ироничный смешок:       — В каждой шутке лишь доля шутки. — И колко добавляет, — Видимо шуткой было то, что я сверху.