Я всегда найду тебя

Скука. Страх. В запертой комнате совершенно было нечего делать. Кеа лежала на постели, бессмысленно глядя в потолок. Тан ушел еще рано утром. Сбежать? Голой? Без денег и документов? Кеа тоскливо посмотрела в окно. Кричать? Горло болело после вчерашнего минета. Анус распирала пробка. Хотелось есть. Тан сказал ей, что никакой пищи, кроме его семени, она не получит за свое непослушание. Кеа пропихнула палец под ошейник, надетый Таном, и потерла кожу. Она подошла к зеркалу и осмотрела отражение. Ничего не напоминало о вчерашнем дне в ее облике. Разве что губы были необычно сухими. Она снова распахнула все двери в шкафу. Пустота. Ни книг, ни одежды, ни даже старых настолок. Ничего. Девушка подошла к туалетному столику. И он был пуст. Даже обычной уходовой косметики, и той не было. Холодновато: толпы мурашек пронеслись по телу, от заледеневших ног до макушки. Кеа вернулась в постель, поежившись от прикосновения холодных простыней. Куда ушел Тан? Насколько поняла Кеа, у него отпуск, а значит он не мог быть на работе. Заскрежетал ключ в замке, так неожиданно, что девушка вздрогнула и поплотнее завернулась в простыни. — Привет, милая. Она, благо лежала к двери спиной, закрыла глаза, притворяясь, что спит. — Хитрюжка, я знаю что ты не спишь. Тан сел на постель рядом с девушкой и погладил ее по щеке. — Открой глаза. Она подчинилась. — Привет, — голос звучал глухо и бесцветно. — У меня для тебя подарок. Он кивнул на пакет, стоящий рядом с постелью. — Что это? — равнодушно спросила она. — Полюбуйся. Он протянул ей непонятный тюбик. — Крем для жиросжигания? — Ты слегка полновата. Я больше худеньких люблю. — Тогда исчезнет грудь, — хмыкнула Кев. — У тебя железистая, а не жировая структура груди. Значит, у тебя будут роскошные сиськи и тонкая талия, — ласково улыбнулся он и сжал одну в руке. Он передал ей пакет. — Здесь уходовые вещи. Ничто не делает женщину привлекательной так, как регулярный уход. — Никогда я не буду привлекательной для тебя, урод! — вскочила она резко с постели. — Отпусти меня немедленно! Верни мне мои вещи, тварь! Тан медленно поднялся с кровати и развернулся в сторону стоящей обнаженной девушки. — Так ты благодаришь меня за проявленную заботу, сучка? Он медленно двинулся в ее сторону. Она так же медленно отступала к стене, подальше от него. Вжалась в угол, но Тан не останавливаясь, подошел к ней и наклонился к ее уху: — Ты никогда не выйдешь отсюда, дрянь, — горячий шепот обжег холодное ухо. — Сиди здесь одна, пока я думаю над твоим наказанием. Она вжалась в стену, зажмурив крепко глаза и осмелившись их открыть только тогда, когда вновь заскрежетал ключ в замке, вновь запирая ее. На негнущихся ногах она подошла к оставленному Таном пакету. Кеа перебрала баночки, тюбики, коробочки. Крем для жиросжигания. Крем от растяжек. Уходовые крема для рук, ног, тела. Скраб для лица. Скраб для тела. Обезбаливающая мазь. Заживляющая мазь. Антимикотик? Она отложила его в сторону. Гель для душа. Маска для волос. Шампунь. Кондиционер для волос. Скраб для волос. Девушка вновь взяла баночку с антимикотиком в руки. Зачем тут она? Заскрежетал ключ в замке и Тан вновь зашел в комнату. — Забыл отдать. Он бросил на постель тюбик со смазкой. — Я заметил у тебя разноцветный лишай, — проговорил он, заметив баночку с антимикотиком в руках Кеа. — Мило, ты теперь тоже будешь ходить пятнистый. — Он не заразен, милая. Просто раздражает вид этих пятен. Он сел рядом с ней и ласково провел по спине ладонью: — Совсем скоро твоя кожа будет ровной и красивой. — Тан,. — произнесла она после непродолжительного молчания. — Здесь совершенно нечего делать! Мужчина вновь улыбнулся: — Ты будешь учиться ухаживать за собой. Со всей тщательностью. Пока тебе скучно тут, но ты начнешь полноценный уход за собой, а это займет много времени. Если через пару недель меня удовлетворит вид твоей кожи, то я принесу тебе книги. — Я не хочу вообще здесь находиться! — вскочила резко Кеа. — Выпусти меня отсюда! — Придется, — ласково улыбнулся Тан. — Ты уже нарвалась на порку, сучка. Мое терпение не безгранично. Он схватил сопротивляющуюся девушку, перекинул ее через свое колено и свободной ногой зафиксировал ее ноги. На беззащитные ягодицы с силой опустилась мужская рука. Первые удары девушка повизгивала, пытаясь вырваться, но потом, осознав бесплодность своих попыток, просто кричала, когда Тан бил по пылающим от боли участкам кожи. — Пожалуйста! Перестань! Мне больно! Хватит! Тан остановился и посмотрел на красные отпечатки его рук на ягодицах. Девушка дрожала от всхлипываний и со стоном сползла с его колена, когда почувствовала, что мужчина больше не держит ее. — Тебе будет очень больно всякий раз, если ты будешь непослушной, сладкая. В ответ он услышал только тихие рыдания. Мужчина вытащил ремень из брюк и быстро связал ее руки за спиной. Затем, расстегнув пуговицы, он освободил свой член от одежды, и, взяв всхлипывающую девушку за волосы, вошел в поддрагивающий горячий рот. Ее щеки были мокры от слез и Тан грубоватыми движениями стер влагу с кожи. — Давай, соси, сделай мне приятно. Нравится мой вкус? Член вторгался все глубже в рот, задевая заднюю стенку глотки. После очередного раза Кеа закашлялась и Тан отпустил ее. — Ты проголодалась? — неожиданно спросил ее он, когда она смогла восстановить дыхание. — Да. — Пойдем. К удивлению девушки, он помог ей подняться, и повел из комнаты, крепко держа за запястье. — Прикрой глаза, — шепнул ей он. — Я могу споткнуться, — возразила она. — Не споткнешься. Девушка закрыла глаза и, ведомая Таном, зашла на просторную кухню. — Открывай. Девушка открыла глаза. На довольно широком столе стояло несколько бумажных пакетов с продуктами. — Что бы ты хотела съесть? Приготовь. Он отпустил ее руку и Кеа неуверенно подошла к столу. — Смелее. Девушка перебрала содержимое. Рыбо, мясо, птица, причем все разных видов. Овощи, фрукты. Девушка отложила в сторону огурцы — хотелось остро джабара гири. Взгляд упал на курицу и рис. Кеа счастливо улыбнулась: тушеная курица с рисом — что может быть лучше? Пока девушка разбиралась с продуктами, Тан убрал остальное в холодильник и по просьбе Кеа вытащил глубокую сковороду. Девушка бросила в посуду курицу и поставила ее на плиту. Ожидая, пока она закипит, она быстро нарезала лук и бросила его в закипевшее мясо. Туда же отправились лавровый лист, соль и перец. Помешав и прикрыв крышкой кастрюлю, она поставила вариться рис и приступила к приготовлению джабара гири. Рис закипел, когда Кеа закончила нарезку огурцов. Девушка взяла ложку подцепила несколько рисинок, чтобы оценить готовность и вкус. — Никакой еды, милая, — перехватил он ложку и попробовал сам. — Ты наказана. Немного сыровато. Кеа слила воду и добавила рис к полуготовой курице. Закрыла крышкой: — Еще полчаса. — Хорошо, — улыбнулся Тан. — Может, пока займемся делом? — Каким? — посмотрела на него Кеа. — Меня возбуждают хозяйственные девушки. Мужчина положил руку на голову девушки, вынуждая ее встать на колени и приспустил штаны. Головка члена ткнулась в губы девушки. «Никакой еды, кроме моей спермы, не получишь», — вспомнила Кеа его слова, когда он застегивал ошейник утром. Она открыла рот, вбирая член до половины, смазывая его аккуратно языком. — Ох, детка, — мужчина сжал ее волосы. Она резко подалась вперед, позволяя члену проскользнуть в горло, расплющивая нос о его лобок. Тошнота подкатила к горлу и заглушила на время чувство голода. Кеа так же резко подалась назад, глубоко дыша. Может, если она сделает ему приятно, он простит ее и отпустит? Девушка ускорила темп, Тан глубоко дышал, не сдерживая стонов. «Какие же жадные движения», — подумал он. — «Я… Сейчас… " Когда сперма брызнула в горло девушки, она немедленно проглотила ее, практически не успев почувствовать вкус. — Смотрю, ты сильно проголодалась, крошка, — он взъерошил ей волосы. Колени подгибались от воспоминаний о жадных засасывающих движениях. — Воды, милая? Он набрал воды в рот и приник к ее рту. Она жадно проглотила: вода в душе была отвратной на вкус, и пить хотелось сильно. Тан не прервал их странный поцелуй, а наоборот, скользнул языком в ее рот, крепче прижимая девушку к себе. — Хочу тебя. Он легко посадил ее на стол и, быстро вошел в нее, буквально одним движением. Она застонала, ощутив, как больно впиваются в кожу края анальной пробки под его натиском, а мужчина зарычал, почувствовав игрушку через тонкую перегородку. Он закинул ее ноги к себе на плечи, и принялся вколачиваться в нее, ощущая, как задевает головкой шейку матки. Руки грубо выкручивали соски, оставляя на них красные отметины. Толкнувшисьв последний раз, он резко вышел из нее, истащив ее со стола за волосы, ворвался в ее рот. В горло тут же ударила тугая струя спермы и Кеа, давясь, проглотила ее. — Умничка, — хлопнул ласково он ее по щеке. — Такой мне ты нравишься больше. Кеа, не говоря ни слова, выключила плиту, втягивая носом аромат свежеприготовленной курицы. Тан ласково взял ее за руку и повел к выходу с кухни. — Я голодна. — Ты сегодня получила две порции спермы. Достаточно с тебя на сегодня. Кеа в ярости взглянула на мужчину, но не сказала ничего и послушно поплелась в свою комнату.