Стыдно

Чифую кажись гей, и скорее всего ему не просто кажется, что каждый его вздох мечтает о Кадзуторе и Баджи. Да, он не просто гей, а гей влюблённый в своих друзей, ещё и двоих сразу. Возможно и кажется что данная ситуация ужасна, но есть вещь намного хуже. Они тоже геи, только в отличии от Мацуно не побоялись друг другу признаться и теперь встречаются. А он просто смотрит на это каждый божий день и ничего не делает, съедает себя изнутри, захлёбываясь в любви. Придурок. Мог бы уже давно признаться парням, как любит их и как ревнует, и как завидует, что те будучи в отношениях могут делать что хотят, но он не может. Это больно. Чертовски больно, наблюдать за ними, целующимися, пристающими друг к другу, сидящими на коленях друг у друга. Обидно. Ему тоже хочется и он тоже любит своих друзей, но в этих отношениях он явно лишний. Вот и сейчас летним светлым вечером, Чифую печально набирает номер телефона Кейске, зная что с ним и Ханемия. Хотел предупредить, что придёт в гости к парням, но те долгое время не отвечали на звонки. Он шёл по улице, слабо пиная камни. — Поди опять трахаются в какой-нибудь подворотне… Без меня… И парень не прогадал, вернее частично. Они действительно занимались сексом, только дома, отчего и не отвечали на звонки, пусть телефон и находился прямо рядом. На полу сидел Кадзутора на четвереньках, весь смущённый и стонущий, нагибался перед Баджи, что усердно размазывал смазку по его анусу. И казалось бы они ещё даже не начали, но оба тела горели и приятно подрагивали от предварительных ласк. Именно в этот момент Кейске не выдержал и, смотря на Кадзутору, взял трубку, когда блондин позвонил уже раз десятый. Он громко выдохнул, вставив два пальца внутрь Ханемии. Тому пришлось стиснуть зубы и громко простонать от такого действия, сжимая одежду в кулаке. — Арх! Не так быстро! Мха~… — Чифую звонит. Если спалит, что мы трахаемся, тебе пизда. Будь хорошим мальчиком. Кейске демонстративно нажал зелёный значок на экране телефона и положил его на пол прямо перед Ханемией. Потом включил динамик и повертел пальцами внутри Кадзу. — Алё, Баджи-сан! Я заеду к вам с Кадзуторой, хорошо? — Отвечай. Шёпотом, издевательски сказал брюнет, кусая край футболки у себя во рту, что он не снимал. Потом вставил внутрь Кадзуторы третий палец, заставляя тихо шипеть. На уголках глаз Ханемии появились слёзы, сложно сдерживать себя, хотелось побыстрее сбросить трубку, пусть он и не ответил даже на первый вопрос. — Алё.? Слышите меня?! — Да… Мф… Приходи. Сказал на последнем дыхании, когда в горле стоящий стон вырывался изо рта тяжёлым вздохом, но он старался не спалиться, чтобы не получить от Кейске. Не то чтобы тот являлся заядлым садистом, нет, просто любил быть доминантом в постели и много выпендриваться, когда мог нагнуть парня. Да и об этом свидетельствовали синяки на попе и спине Кадзуторы, что яростно сейчас кусал руку в надежде сдержать звуки. Брюнет шлёпнул парня по жопе, возбуждая, выводя из колеи. Происходило всё за доли секунд, пока Мацуно в телефоне молчал. Он начал говорить что-то незначимое и тогда Кадзу в которого сексуально вводились пальцы, громко вскрикнул за что получил строгий взгляд Кейске рядом. Чиф резко перестал говорить о чём-то и спросил: -»…"А что вы делаете? Что у вас происходит? Звуки странные… Изнемождённый из-за невозможности нормально стонать, не сдерживаясь, Ханемия, простонав чересчур громко, тихо сказал: — Баджи… обрабатывает мне раны… Вах! Нет, хватит… Чифую выдохнул, кажется не понял и, его успокаивала мысль, что парни ничего такого не делают, как он думал. На самом деле естественно они врали, нагло врали Чифую. И если до этого Кадзу мог хоть как-то держаться то сейчас ощутил как на его член опустилась чужая рука. Это ещё хуже, чем когда пальцы массируют его анус, ведь так сложнее молчать, не вырывая стоны. Чиф продолжал свои переговоры, что так намучили Ханемию. — Что взять с собой? У меня лапша есть, ещё холодные напитки, вам принести? — Д-да… Чиф… БЛЯТЬ! — Баджи-сан, что ты делаешь с Кадзуторой? Если взялся раны обрабатывать, так хоть больно ему не делай. Матерится на всю улицу, даже через звонок. Сам Баджи осознавал: быть тем, кого лучший друг застал за еблей, перспектива не из лучших, пусть и по телефону. Он почти бесшумно, наклоняясь к уху своего парня прошептал: — Плохо сдерживаешься! Чиф продолжал говорить будто сам с собой, медленно теребя волосы. — Так вот, я подумал может на ночёвку на выходных ко мне? — Хорошо… Больше Ханемия ничего не мог ответить, как и Баджи, ведь теперь Кадзутора встал и начал отсасывать ему. Он сел на колени перед Кейске, и пусть на полу было холодно, а Мацуно не замолкал в телефоне. Его очередь издеваться, он очень тихо проговорил: — Попроси меня, сделать тебе минет, да так чтобы он не услышал. — Чёрт, Кадзу! сделай… это… — Эй, у вас там всё нормально? По звукам, как будто откинетесь сейчас. Не ебётесь ли там часом? — Чифую! Что ты несёшь?! На удивление он не догадался, даже услышав протяжный стон Кейске. Тот сжимал в зубах одежду, думая «Нужно сдерживаться! Нужно чёрт побери держаться!». В это время на его члене находился язык Кадзуторы, что рвано хватал то головку, то обсасывал весь член, то покусывал ниже, слизывая естественную смазку. — Баджи-сан я хотел чтобы вы смогли меня выслушать, я когда к вам приеду, в кое-чём хочу признаться… — Ага… Мхах~ — Да что вы творите там?! Точно трахайтесь… — Нет ну ты что… Мы? нет… Сил держаться окончательно не стало именно тогда, когда Кадзутора додумался прямо во время звонка, на сидящего в кресле Кейске налить смазки и собрался насаживаться на член парня. Строгий голос брюнета развязно вскрикнул имя любимого: — К-кадзутора…!!! — Я уже почти пришёл к вашему дому поэтому бросаю трубку, пока Баджи-сан, Кадзутора! Как только телефон погас на всю комнату раздались развратные звуки: хлюпанье смазки, шлепки обоих тел друг о друга, стоны и всё это смешалось в одну кучу, не давая и минуты тишины. Теперь, когда можно не сдерживаться, они наслаждались, а Ханемия прыгал на бедрах Баджи так, что даже съезжал с кресла на котором они занимались сексом. — Кадзу… Что ты натворил! Мы легко могли спалиться! Невероятно много стонущий, смущающийся, ведущий себя в сексе как кукла, как последняя набухавшаяся шлюха, Ханемия резко встал и вытащил чужой член из себя. — Он скоро придёт и застанет нас с поличным… После чего кончил, прямо на пол, даже не дождавшись когда в него кончит Кейске. Да и Кадзу ненавидел когда кончали внутрь его. Он из тех людей, что согласятся на всё в постели, но не мог вытерпеть если чувствовал это внутри себя. Поэтому спустя несколько ужасных разов, когда в беднягу кончали, он научился понимать когда стоит прекратить, ведь Баджи скоро кончит. Проще конечно пользоваться презервативами, но он лёгких путей не ищет или хочет помучить Кейске. — Знаешь, как сильно я хочу стать активом… Но ты отказываешься! — Твой член никогда не окажется внутри меня! Никогда не говори такое… Это твоя задача подо мной кричать: «Трахни меня, папочка!». — Господи, ладно забыли. Давай блять лучше сгребай монатки, скоро Чифую придёт. Только сделать ничего они не успели, сейчас в этот момент, когда Кейске сидел на кресле в футболке и вставшим членом, что не успел кончить, а Кадзутора голый стоял посреди комнаты пришёл Чиф. Резко отрыв дверь на распашку, Мацуно остановился и распахнул глаза, охуевая от происходящего. — Ч-чего?! Он планировал развернуться и убежать в слезах, но Ханемия выбежал за ним прямо на холодную, слава богу пустую, улицу без одежды, схватил за руку и затащил в комнату. — Стой! Мы тебе всё объясним! — Говоришь как изменщики в мелодрамах… Какого чёрта вы трахались, зная что я приду? Минуту раньше пришёл бы застал, как он в тебя долбится! — Эй! Это не так! Минута сложных объяснений и оправданий от парней и они уже все в троём смеются с тупости всех. Чифую сидел на полу, скрестив ноги, рядом валялся пакет с вкусняшками для ночёвки, а Кадзутора на четвереньках ползал чуть дальше, стирая сперму с пола. Баджи стоял, ещё дальше обоих парней, опираясь на стол локтем, попивая воду из стакана. — Как же стыдно… Не могу поверить, что вы этим занимались… Как представлю…брр… — А, то есть ты это ещё и представляешь?! — Нет, Баджи-сан! Это… Это не то что я хотел сказать! Оба парня видели, как покраснел Мацуно, вернее насколько сильно. Его щёки мгновенно вспыхнули алым румянцем, а руки попытались его закрыть, глаза расширились, зрачки стали крупнее. С громким скрипом и крехтением встал с пола Кадзу, сжимая руки на бёдрах и попе. — Знал бы ты как всё болит… Ноги ватные. Он никогда меня не щадит. Отъебёт только так. — Боже! Да не говорите со мной об этом! Чифую покраснел ещё сильнее, а парни, видя это, лишь издевательски переглянулись и продолжили, заставляя Мацуно гореть от стыда. — А вообще он даже кончить не успел. Ты заявился раньше планированного. — Ой, сам не лучше! Ушёл посередине перед самой разрядкой, как всегда! Плохой из него пассив. — Да… Да перестаньте! Не хочу вас слышать! Прекратите говорить об этом! Блондин недовольно закрывал уши, а парни всё больше и больше понимали, что он в отличии от их обоих невинный несорванный цветочек, девственник ещё и тот, кто явно не увлекался чем-то пошлым, прям ангелочек, каких поискать в их то возрасте. Он так красиво смущался, так по-детски смотрел на них, будто у них разница в возрасте не год, а двадцать лет. И в отличии от него они опытны и сидят все такие «взрослые», хотя на деле они и не разбирались вовсе во всех этих развратных темах, но повыпендриваться перед другом хочется. Пусть и сами не были уверены в себе во время секса, делали вид будто самые огонь какие daddy в постели. Брюнет, допив несчастную воду, что бултыхал во рту уже битую минуту, напомнил Чифу, что тот хотел в чём-то признаться парням. Лучше б он этого не говорил. Потому что, что тут началось! Чифую выдохнул, он не был способен произнести и слова, лишь неловко крутил пряди волос, прожигая пугливым взглядом пол. Его трясло, а во рту засел комок, не дававший даже разомкнуть губы. Парень не двигался, наоборот, смотрел в одну точку распахнутыми от страха глазами. Всё происходило в полной тишине, а Кадзутора и Кейске лишь не понимая глазели на вспотевшего Мацуно, у которого уже руки начали трястись. Первым подал признаки жизни Ханемия, резко подбежал к Чифую и сел перед ним, хлопая по щекам. — Ээй, ты чего?! Что ты там хотел сказать? Из-за этого испугался что-ли? — Тут такое дело… Я… В общем… Короче… Блять… Гей я короче… — Ты что серьёзно??? Круто, Баджи он тоже гей! — Не кричи, мне и так стыдно… Кажется самым спокойным и здравомыслящим в данной ситуации оставался только Баджи, что молча протянул руки парням, дабы те встали с холодного пола. Он не поверил в то, что его друг, который так не любил смотреть на их с Ханемией отношения, являлся геем. — Докажи. — Ч-что? Блондин залился очередным красным цветом, переспрашивая. Уже строже, настойчивее, Кейске повторил свою просьбу: — Докажи, что ты гей. Поцелуй Кадзутору. С этой фразы охренели оба парня, и возможно они бы легко подумали, что это шутка, но нет. Они единственные кто мог отличить, когда брюнет шутит, а когда нет и сейчас грубый голос говорил серьезно, более чем. Кадзу поспешил отстраниться и отойти на пару шагов от Чифую, боясь быть поцелованным. — Кадзу… Ты мне нравишься. Как и Баджи… Поэтому пожалуйста, позволь мне… Как бы это сказать… Поцеловать тебя… Чиф не смотрел на парня, глядел в пол, сжимая в руках край кофты, как же сука стыдно. Пиздец как. Он сделал шаг ближе к жёлтоглазому, но лишь получил недовольный толчок, что, его только что оттолкнули? Не может быть. Блондин остановился, сомневаясь, чуть ли не плача, спросил: — Кадзутора? Я тебе неприятен? Почему ты отстраняешься? — Дело не в этом… Чифую, ты мне тоже очень нравишься! Просто я никогда не целовал никого кроме Баджи… — Знаешь ли это тоже мой первый поцелуй. Услышав это, Ханемия, не медля, резко прислонился к Чифую и прижался к его губам, проталкивая внутрь неопытного язык, цепляя губы, прикусывая их, водя языком дальше по горлу и таская его по всему рту. Настолько со всего происходящего охуевал Мацуно, что просто стоял как вкопанный, ещё и красный, словно маки на заре. Кейске был определённо удовлетворён их поцелуем, и заинтересованно наблюдал, поедая взглядом бедного Чифа, что и так не находил себе места, не зная куда деться. Взгляд у него голодный, оценивающий, пошлый. Длился поцелуй долго, этого хотел Ханемия, а воспротивиться естественно Мацуно не мог. Нет блондину действительно нравилось, он мечтал об этом с момента осознания своей ориентации, он всё время представлял такую сцену с этими двумя, но чёрт не так же неожиданно, резко и быстро. Опомнился только тогда, когда Баджи уже находился за его спиной, ведя по шее и, чтоб их, ключицам — слабому месту Чифую. Он кусал мочку уха парня и лизал его, пока Кадзутора уже разорвав наконец поцелуй спокойно стаскивал с него кофту. Тот, смущённый, как девственница перед первым просмотром порно, отдёргивал кофту на место, слабо шлёпая по рукам Ханемию и одновременно плечами отталкивая от себя Кейске. — Даже не думаете! Я вам не шлюха! Я минуту назад вам признался, вы нормальные, нет?! Или всех в постель затаскиваете? — Знал бы ты, как твоя скромность и невинность возбуждает… — Нет нет нет! Не трогайте меня своими пошлыми руками! — Не хочешь? Разве тебе никогда не было интересно, каково это? Взгляд Кейске проходился по всему телу Мацуно, и пусть тот напуганный до чёртиков и не видел, как на него смотрел брюнет, но чувствовал. Чувствовал этот сука холодный, желанный взгляд, как будто на него смотрят, как на только что заказанную проститутку. Ему хотелось, правда блять хотелось, очень даже, но как же было некомфортно, невероятно стыдно, ощущение будто сейчас этот несорванный цветочек вырвут из земли, да с такой силой, что жить не захочется. Не медлил и Кадзутора, проникая руками под одежду Чифую. В итоге Кейске поднял его над землёй, и вместе с Ханемией потащил на кровать. Мацуно не вырывался и не боялся, но определённо чувствовал себя не в своей тарелке, он не планировал чтобы всё происходило так быстро. А события и новые ощущения нахлынывали всё больше, ещё и с обеих сторон. Он уже успел пережить и перебрать все существующие эмоции, хотя по факту они даже не начали его раздевать. Одни только поцелуи и вот он уже кинут на чужую кровать. Оба парня нависли сверху, раздевая его, а когда и трусы оказались на полу, Чиф, осознав что лежит голым перед двумя своими «лучшими друзьями», громко начал материться, покрывая наверное всю вселенную трёхэтажным матом. — Блять… Да ну нет. не верю что это происходит… Сука… Вы. вы… Неисправимы! — Расслабься и доверься нам♡ Тут в диалог ворвался Кадзу, гладя блондина по волосам и успокаивая: — Это твой первый раз, поэтому обещаю мы будем нежно и очень медленно… Он плавно, расслабляя его сладким завораживающим голосом, припал к твердеющему соску парня, кусая его, потрясывая и целуя. Не соврал, делал всё максимально аккуратно. От такого действия Мацуно подскочил вверх и горячим дыханием выпалил имя Кадзуторы, постанывая, хотя больше хныкая от удовольствия. До этого просто наблюдавший за ними Баджи, своими клыками впился в ключицы парня, одновременно гладя рукой соски Ханемии, пусть и не видел куда нужно. — Кадзу, ему нравится, когда трогаешь ключицы. Это твоя слабость да? И до этого красный, а сейчас вообще горячий и смущённый настолько, насколько люди даже не умеют стыдится, Чиф медленно протянул ответ, сжимая руку Кадзуторы. — Д-да… Ещё раз коснись их… Просьба выполнена, а пока Кейске в очередной раз кусает ключицы парня, Ханемия медленно целует его в губы, постанывая сквозь поцелуй. — Ты такой сладкий и горячий… — Перестань говорить такое, ты очень сильно заставляешь меня чувствовать неловкость. — Кадзутора, нам и правда стоит делать так, как ему будет комфортно, всё же это его первый раз. Нельзя чтобы он не получил удовольствие, и чтобы ему было больно, понял? — Да понял я. Только скажи это себе, ты знаешь ли очень резок обычно. Чифую поджал под себя ноги и жалобно заскулил, пока парни переговаривались. Дабы убавить страх Мацуно, Кадзу взял его за руки, слабо, не прижимая, просто видел, что ему некуда их деть. Баджи попросил блондина раздвинуть ноги, но тот так и остался в скованном состоянии. — Зачем? — Хочу сделать тебе приятно. Пришлось просить помощи у Кадзуторы, что уже начал осторожно расставлять бёдра Мацуно друг от друга. Чифую вновь покрылся румянцем, прикрывая один глаз, но позволил раздвинуть ноги. Когда брюнет подсел значительно ближе, Чиф вскрикнул и отвернулся, спрашивая: — Ты же… Ты же имел ввиду пальцы, когда говорил, что сделаешь мне приятно…? — Хахах, наивный такой. Он миловато посмеялся, легко касаясь испуганного лица блондина рукой. Вот тот самый момент когда вся подростковая порядочность будет разрушена, а парень затянут в эротический мир их фантазий. Они похоже точно решили испортить своего мальчика. — Успокойся, тебе понравится. Это сказал Ханемия, спокойно гладя Мацуно по голове. Он положил руку на его бедро, трогая пальцами член блондина. Это вызвало странную реакцию у парня, Чифую встревожился, вместо того чтобы отдаться кайфовым ощущениям, он схватился руками за пальцы Кадзуторы, отталкивая их от себя и кричал: — Я… Я не могу так! Мне стыдно… Не смотрите туда… Кейске уже надоела эта возня, был бы Чиф увереннее в происходящем, было бы проще, а так у них даже дальше раздевания не дошло. Он взял инициативу на себя, протягивая голову между ног Мацуно. Тот пытался сконцентрироваться, дышать, но когда Баджи тронул языком головку, старательно водя клыками по члену, парень как с цепи сорвался, дёргался, выгибал спину, подрагивая всем телом. Ханемия, которому стало скучно, ногу заворотил на пояс парня, чтобы не сбежал от Кейске, а сам руками открывал чужой рот. — И не думай сдерживаться. Тебе так будет легче. Скорее всего Чифую это даже не контролировал и случайно лишь сжимал губы сильнее. Тогда Кадзутора начал быстро, но глубоко целовать его шею и ключицы, стараясь убрать нарастающее напряжение и заставить его стонать, не сдерживаясь. Кейске не был доволен, что его внимание украл Ханемия и стал старательнее вести языком, держа руками Чифую. Тот наконец-таки доверил своё тело парням, постанывая громко, дышал прямо в лицо Ханемии. Его член наконец встал. — Ах! Мхах.~ Кейске отстранился, слизывая естественную смазку с члена Чифую, а потом оба заметили, что Кадзутора приблизился к Баджи. Лицо его вокурат смотрело на анус и половые органы блондина, что тот соединил ноги вместе, отворачиваясь и хныкая: — Не смотрите так… Прошу, перестаньте так смотреть на меня… Мне стыдно, не смотрите! Парни не убирали глаз со вставшего члена Чифую с которого большими каплями стекала липковатая жидкость. Прервал тишину Кадзу, пробирая рукой в бледных волосах Мацуно, что кажется скоро расплачется. — А ведь тебе нравится…) — Но мне неловко, когда вы так смотрите… — Хорошо. Грубоватый хриплый голос Кейске разрезал воздух, он подлез к лицу Мацуно, чмокнул в щёку. Только если Баджи согласился, перестав смотреть на него, то Ханемия лишь ещё больше пялился на член Чифую. Он вдруг резко схватился руками за внутренние части бёдер парня и языком прошёлся по колечку мышц блондина, проталкивая его грубже внутрь, долго не отрывался от тела. Он покрывал языком всю окружность, обсасывая и целуя. Кейске держал Чифа за руки, ведь тот неприятно корчился, дёргаясь ногами, отталкивая ими лицо Ханемии. — Если не успокоишься, я сделаю так. Ради примера Кадзу шлёпнул по ягодицам блондина, не щадя, сильно, так что тот громко простонал, кусая свободную от Баджи руку. Его глаза были зажмурены, а рука тянулась к Кейске. Он опустил её ниже, водя по члену дорогого Баджи-сана. Тот удивился такому напору, но потом осёкся и отбежал от парней. — Так, надоели мне эти игры, давайте уже поебёмся. Ханемия сел на кровать, вытягивая ноги, а потом посадил на себя смущённого до кончиков ушей Чифую, обнимая, сзади обоих присел Кейске. — Если зажать тебя с обеих сторон, будет удобнее. Кадзутора достал из-под подушки лёгкую прозрачную бутылочку смазки и кинул в руки Баджи, а тот стал старательно наносить её на пальцы. Мацуно, которому вновь закрутили сосок, сквозь стоны говорил что-то, да таким голосом будто молется. — Надеюсь… Это просто сон… Я не понимаю… Что происходит… — Тебе сейчас нужно расслабиться. Давай, дыши глубже, сосредоточься. Сейчас действительно будет приятно, но только если ты не будешь так скован. Жестом Кейске показал Кадзу мол: «Отвлеки его!», и тот начал тереться своим половым органом, о член блондина. Не сделав Ханемия этого, Чиф бы наверное не дал даже тронуть себя, но сейчас всё его внимание было сосредоточено на их соприкосающихся членах. — Кадзу… Быстрее… Арх! Он растёкся в их руках, обмяк, позволяя творить со своим телом, что угодно, но при этом всё ещё оставался напряжён. В этот раз из Кадзуторы стоны вырывались сильнее, чем из Чифую, что искусно их скрывал, а сам Мацуно начал прыгать на теле Ханемии, теряясь в новых ощущениях. Можно было подумать, что Кейске вновь затих и ничего не делает, но нет, брюнет уже аккуратно, не пугая парня, обмазывал его анус смазкой. Пока тот не заметил, Баджи вставил палец внутрь Чифую, но тот будучи девственником оттого безумно узким, прикусив губу, поднял голову вверх, рукой шаря где-то за спиной в надежде найти Кейске на ощупь. — Что ты сделал?! Мне не нравится… Мне неприятно! Только сейчас все трое поняли, что Мацуно сильно сжался, а его глаза промокли, он рвано оглядел Кадзу и затрясся от непривычных ощущений. — Выпячи свою жопу блять посильнее, я хочу видеть это. — Но… Но Баджи-сан… Мне слишком стыдно такое делать… Не смотри на меня… И здесь Кадзутора не остался в стороне, он медленно поднимал бёдра парня, прогибал в спине, так чтобы виды перед Баджи стали более сексуальными. И это действительно помогло. Он начал резче водить внутри узкой дырочки, совсем забыв что перед ним не готовый на всё мазохист Кадзутора, а чувствительный девственник Чиф. И пусть парень получал от этого какой-то кайф, в целом, когда твой анус растягивают пальцами — не лучшее, мягко говоря, чувство, особенно для пугливого блондина. И не важно что палец был только один, бедняга сильно дрожал и без этого. Чифую, сидящий на коленях и на полностью вытянутых руках над Кадзуторой, вцепился ему в губы, кусая их чуть ли не до крови — настолько нервничал. Но собственно сам Ханемия не сильно этому удивился и ответил на недолгий, неопытный, влажный поцелуй, стараясь продолжать отвлекать парня от нарастающих неприятных ощущений внизу. В это же время Кейске максимально ласково ввёл в Мацуно второй палец, на что тот вздрогнул и, простонав, вскрикнул: — Нет, Баджи-сан! Пха…ах! — Потерпи ещё немного, обещаю, скоро будет приятно. Он начал двигать пальцами внутри, на что Мацуно сильно напрягся, и проглатывая слова в очередном стоне, дёрнулся, руками прижимая Ханемию под собой к кровати. Удивлённый, тому что его сейчас чуть не придушили, Кадзутора пугливо спросил: — Тебе не больно? Ты так меня зажал… — А? П-прости… Мха… просто… Амф! Блять… — Чифую, не дёргайся! Пальцы же мне сломаешь! Раздался вскрик из-за спины. Чифую подумал, что пока Кейске развлекается с его анусом, не доставляет удовольствие Кадзу, что нужно возместить. Тот и так устал, что над ним находится этот малолетний девственник в которого сували пальцы, а ему нечего делать. — Чифую… Ты так красиво смущаешься… Передо мной просто шедевральная картина. — Не смотри… Не смотри на меня. И действительно Кадзуторе становилось скучновато в этой компании, и он с интересом начал трогать член Мацуно, да тому только этого и не хватало. Чиф в ответ лишь руками трогал шею, волосы парня перед ним, сжимая руки и бесконечно постанывая. Он вдруг стянул с головы Ханемии резинку, что собирала двухцветные волосы в пучок, и тоже самое попросил сделать Баджи. — Мне нравится когда у вас распущенны волосы. Почему вы всегда носите эти проклятые резинки…? Парни посмеялись, Кадзу гладил Чифую по голове, Кейске по ягодицам, заставляя пройти приятному холодку по спине. Всю ламповую атмосферу, когда даже Мацуно, всё ещё с пальцами внутри, расслабился, испортил Баджи, прошептав из-за спины на ухо стонущему блондину: — Я введу третий палец невероятно осторожно, давай так: спокойно выдохни, посмотри на Кадзутору, отвлекись и всего то. — Раздвинь ножки посильнее~ Послышался ухмыляющийся и сексуальный голос жёлтоглазого. Блондин молча выполнял порученные ему задания, нежно и мокро поцеловал Ханемию, даже успел пососать чужие соски, пока тот стонал до того, как кончил. Кончил он неожиданно, но прямо себе на живот, слава богу хоть на нервного блондина не попало. Об этом варианте развития событий Кадзутора думал в последнюю очередь. Он встал и также как и Кейске переместился за спину полусидящего полулежащего на коленях Чифую. Баджи вдруг без разрешения, даже не удосужившись предупредить парня, начал входить. Мацуно вскрикнул, вжался влажными руками в простынь, фыркая и стыдливо жмуря глаза. Кадзутора лишь наблюдал за происходящим, ничего не предпринимая. Но каким взглядом он смотрел на Чифа, таким похабным, что тому стало ещё стыднее, хотя казалось куда ещё? Чифую и без того напоминал спелый арбуз в разгар сезона, а сейчас вообще смутился так, что его лицо сплошь покрылось краской, а не только щёки, те и вовсе пылали. Невыносимо стыдно даже осознавать тот факт чем они занимаются, а ещё стыднее, что это видит Ханемия и дрочит на это. Хотя дрочащий Кадзутора не единственный фактор появления румянца на лице Мацуно — есть ещё Кейске, который ещё даже не начал двигаться, но уже медленно покусывал спину и ягодицы парня. Это было приятно, но до пизды неловко. — Кадзутора… Не…не смотри! Чиф крикнул это так резко, что напрягся даже Кейске, а потом блондин и вовсе расплакался от стыда. Потому что они и близко не знают насколько ему стыдно. — Я начинаю двигаться. Мацуно почувствовал резкий толчок внутри себя, вырывающий громкий стон заполнил комнату, а Чиф просто не представлял куда девать взгляд. Он метался головой по подушкам, дёргаясь, и естественно не прекращая стонать и хныкать. Слёзы стыда к слову не ушли, а только усилились. Он, не представляя куда деть глаза, вновь оглянулся на Кадзутору, тот кажись снова кончил и подлёг ближе. Детально смотрел, чтоб этого Ханемию блять, лишь напряг Чифую, на что Баджи недовольно клацнул клыками. Брюнет начал двигаться быстрее, набирая темп, хотя Мацуно и так уже уехал к изголовью кровати. Кадзутора подлез ещё ближе и приставил свой член ко входу, трогая одновременно половые органы обоих парней. — Мне местечко найдётся? Осознавая что тот собрался сделать, Чифую стало не по себе, он знал: в него не влезут оба сразу. Парень, в которого всё ещё аккуратно долбился Баджи, начал отталкивать от себя Ханемию, но это было сложно ведь руки его сжимали постель, а ноги стали ватными, уставшими. К тому же в позе на четвереньках это пиздец как удобно. И как оттолкнуть того, кто начал тебе дрочить, ведь Кадзу как самый умный тупой и так плачущего от стыда Чифа доводил ещё сильнее, водя рукой по чужому члену. — Нет… Не смотрите на мои… Не смотрите! Он и сам не успел понять, как внутри оказалось два члена сразу, что тёрлись друг о друга. Соприкасались, на что оба парня стонали, подняв головы вверх. Вспотевший Чифую в слезах продолжал просить, чтобы они, чёрт их еби, перестали смотреть на него. Стыдно. Стыдно понимать, что в тебя долбятся два лучших друга, ещё и одновременно. Но ему определённо, не смотря на стыд и слёзы нравилось. Нравилось чувствовать, как два органа трутся друг о друга внутри него, как его задницу растягивают и нравилось то, что у Чифую теперь целых два парня. Нравилось слышать довольные стоны парней, под которые он покрывался алым цветом, нравилось, что они смотрели на него, но было жутко, до слёз и дрожи во всём теле стыдно. Всё это продолжало накрывать Чифа, что уже растворился в прекрасных ощущениях. — Кха… Ам… Баджи-сан, Кадзутора…я вас люблю… Как только пусть и совсем шёпотом прозвучала последняя фраза, оба парня практически одновременно кончили в Мацуно, ладно, Кадзутора на четверть минуты раньше. За ними и Чифую. Но тот вдруг, по окончании процесса, подпрыгнул на кровати и, завалившись на бок, завернул ноги в клубок. Теперь парням практически не было видно ануса блондина, их которого обильно потекла сперма, ибо было её в два раза больше чем должно было. Кто ж знал, что эти идиоты додумаются до двойного проникновения в первую же их ночь. Он разрыдался, сжал в руках подушку, отказываясь смотреть на них, пусть уже и задыхался в белой ткани. Медленно с другой стороны кровать обошёл Ханемия, сев рядом, он отодрал подушку с краснеющего лица. Они с Кейске увидели настолько красное лицо, что нужно было постараться, чтобы скрыть такой стыд. Да и эти слёзы. Понятно всё. — Не… Не смотрите! Стыдно… Из остатков сил Мацуно дёрнул одеяло на свои ноги, дабы скрыть задницу, покрытую спермой. Он привстал, и, бросаясь в объятия обоих парней, заплакал, раскраснелся сильнее. — Я просил… Чтобы вы не смотрели! — Прости, котёнок, прости. Тараторили в один голос. Чифую разревелся ещё сильнее, вспоминая всю ту грязную похабщину, что они вытворяли здесь. — Идите нахуй со своими извинениями! Кадзутора захотел отдёрнуть одеяло, дабы отвести парня в душ, но лишь услышал хныканье, как только попытался посмотреть на Чифую. — Внутри… Липко и мокро. Поэтому не смотрите… — Но тебе нужно в душ. Докричаться до блондина у Кадзу не получилось и он ушёл подготавливать ванную к водным процедурам. — Баджи, принесёшь его. Брюнет попробовал коснуться до бедёр парня, но лишь получил по рукам. — Там всё в… Не надо. Испачкаешься… Мацуно залез на Баджи, понимая, что тот всё равно потащит его в душ. Но одеяло он с себя не снял, наоборот закутался сильнее, обвивая ноги вокруг талии своего парня, а руки на шее, плача. — Стыдно… Зачем вы…сделали это в меня… — Котёнок, здесь нечего стыдиться. Это нормально, пойми. Кейске лишь мягко обнял его маленькое чувствительное тельце, неся в другую комнату. Тот не перестал плакать, потому что неприятно чувствовать внутри себя столько спермы. Да и чувствовать как она стекает вниз, по бёдрам, а потом пачкает пол, за что Баджи скорее всего прилетит от родителей. Брюнет положил парня на прохладный кафель сам ушёл за сменной одеждой, пока Кадзутора сидел перед блондином, умывая его от слёз. — Ну ты как? Пойдём вымоемся. — С-стыдно мне. Ты видел сколько её там… — Конечно не видел. Ты же сам запретил смотреть. — Потому что стыдно! — Котёнок, нам действительно стоило спросить можно ли кончать внутрь, но всё же… Это нормально, не стыдись, во всяком случае это наша вина. Кадзутора попытался развернуть одеяло, и Мацуно разрешил это сделать. Перед Ханемией открылась необычная картина. Растянутый в разумных пределах анал из которого текло белое вещество прям на плитку ванной, и сам блондин, пытающийся закрыть это дело. — Не смотри… — Дай посмотреть, я просто помою, не бойся. — Ну не смотри… Пришёл долго провозившийся с поиском одежды на всех троих Баджи. Он присел на пол к Чифую и, они с Кадзуторой начали хорошенько мыть парня. А тот горел от стыда.