Инструкция по принятию себя.

Вдруг, откуда невозьмись, в кромешной обволакивающей темноте появились фарфоровые ступени. Они озарили своим ярким и тёплым сиянием всё вокруг. От них веяло спокойствием и уютом. Мгновенно они выстроились друг за другом и образовалась гигантская лестница, которая, словно бобовый стебель, взвилась к самому верху ущелья. Кантилена обвила своим нежным, бархатным звучанием и пол, и стены и даже, как могло показаться, самого Камило. Она проникла во всё вокруг, включая его кудри и пончо. Сам Мадригаль будто начал светиться. Прекрасней этой мелодии он не слышал ни разу в своей жизни. Поняв, что он может передвигаться, парень сразу побежал к ступеням, стараясь в этот раз не споткнуться. Подбежав к подножью лестницы он окинул взором своё прошлое пристанище, будто бы прощаясь с ним и стал бежать вверх. Камило бежал долго и наконец он увидел свет исходящий не от ступеней, а от чистого, голубого неба, такого прекрасного и свежего. Когда он отсюда выберется, то будет смотреть на него часами, а то и днями напролёт. Кантилена всё продолжала литься своим чистым и ровным звучанием, как бы помогая Мадригалю в его деле. И вот парень уже почти оказался на земле, такой яркой и свежей от травы на ней, такой благоухающей и чистой от растущих там ромашек и незабудок, но резко остановился. Он остолбенел словно истукан, ведь перед ним, на земле, прямо на краю обрыва сидела девушка. Стан её был одновременно велик и прекрасен. Длинные русые волосы ниспадали на землю, выразительные тёмные ресницы обрамляли огромные карие глаза, а на нежно-розовых губах застыла благосклонная улыбка. Парень вроде видел её, но не мог запомнить черты её лица от слова совсем. Он будто бы когда то видел эту девушку, но вспомнить похожих на неё знакомых тоже не удавалось. Её лицо будто закрыла пелена, которая не позволяла парню всмотреться в её анфас. То в ней он видел Мирабель, то Сабину, а в какой то момент ему привиделась бабулита Ричи. Девушка протягивала к нему свои тонкие, будто бы полупрозрачные руки. Даже учитывая их внешний вид, казалось, что они выдержат всё на свете, защитят от чего угодно. У Камило участился пульс и дыхание, он не понимал, что ему делать дальше: остаться на месте или побежать в тёплые объятья этой девушки. Первое он сразу отмёл, по всем известным причинам и, сделав глубокий вдох, он со всей силы побежал прямо к ней. Нимфа, спасительница, ангел или фея, парню было всё равно кем она является, ведь от девушки веяло теплом, как от той же кантилены или двери в ту самую избушку. Но так же Мадригалю казалось, что она была слишком прозрачной, слишком лёгкой, слишком нереальной, это очень настораживало. Но в одном Камило был уверен наверняка: она- его ангел хранитель, спаситель и друг, вот всё, что он должен знать. Расстояние между ними было в каких то пару метров, но тут девушка опешила, с лица слетела её нежная улыбка и она нахмурила брови не то от испуга, не то от злости. Резко обернувшись в противоположную от парня сторону она побежала куда то в даль. Девушка отдалялась с огромной скорость (или всё же парню казалось, что она была таковой) и в какой то момент превратилась в несчётное количество маковых лепестков. Они рассеялись в разные стороны, а потом, гонимые ветром, взметнулись высоко в небо и вовсе исчезли из поля зрения. Камило остановился в недоумении, но через миг на его лице появился страх. Страх потери, страх утраты, страх забвения. Он прекрасно помнил это чувство, ведь лишь на какие то пару минут он забыл о его существовании. Мадригаль прекрасно слышал, что кантилена оборвалась и звуки бьющегося на дне каньона фарфора эхом отдавались у него в ушах. Надо было бежать, он ещё мог успеть, но не выходило даже пальцем пошевелить. Мадригаль категорически не мог сдвинуться с места. Даже его чувства притупились. Пребывая в прострации он не мог даже рационально размышлять. Да бог с ним! Он в принципе разучился думать! Все его мысли будто скомковались в голове и не как не могли распутаться. Кто в этом виновен-не понятно. Последнее, что помнил парень, это то, как прямо под его ногами трескается ступень, он снова чувствует холод, глаза его закрываются и он падает в кромешную пучину тьмы.

***

Что то щекотало нос парня, от чего он активировал свои мимические мышцы. Милая маленькая божья коровка разгуливала по его он невольно поморщился. Милая маленькая божья коровка разгуливала по его лицу вбирая удобное место для посадки. Но кроме божьей коровки рядом с парнем была......... -АААААААААА, -очень громко крикнул парень увидев жука на своём носу. -УААААААААА, -не менее громко вскрикнула девушка. И вот началась опера Фигаро в исполнении поистине великих певцов. Такие высокие ноты взять очень сложно, но они справлялись с совершенством. Иногда проскакивала между их «пением» и ария Царицы ночи и даже Дивы лагуны. -Да что здесь происходит?! Чего вы разорались?! , -громко вскрикнула вторая девушка стоящая у дома, ознаменовав тем самым конец оперы, ну или антракт, это как дело пойдёт. Парень с девушкой очень охрипли. У обоих глаза были в две копейки и пялились они ими то на друг друга, то на третью. Камило откашлялся и, потерев заспанные опухшие от слёз глаза, привстал и решил как то разрядить обстановку. --Кхм…доброе утро? , -неуверенно произнес тот. «Лучше бы ничего не говорил, только хуже сделал"-пронеслось у него в голове. -И вам до-доброе утро, г-г-господин Мадригаль, -сказала девушка стоящая перед ним. Выглядела она знакомо, но парень не как не мог понять кто она. -Глупая ты, Лили. Видно же, что у человека похмелье, а тут ещё ты разоралась, у него наверно из-за тебя голова уже раскалывается, -сказала закатив глаза её подруга: — Правда ведь? Девушка была абсолютно права, разве что парень ещё ни разу не пробовал алкоголь, но в остальном она не допустила никаких ошибок. Солнце светило прямо в глаза и парень поморщился. Только сейчас он смог нормально видеть. Перед ним стояло две девушки относительно одного возраста. У обеих были русые волосы и карие глаза. На этом их сходство, пожалуй, заканчивалось. У той, которая недавно так чётко исполняла партию старых качелей, были огромные очки с широкими линзами; волосы, торчащие всеми способами в разные стороны, были недлинные: до плеч, но она всё равно умудрилась схватить две пряди и закрывать ими своё лицо. На ней было длинное оранжевое платье на котором было вышито что то нецелесообразное, а сверху красовалась розовая блузка. «Очень.......эксцентрично», -подумал про себя парень. На второй же, видимо её сестре, была красивая белая рубашка и плиссированная красная юбка. Длинные, аккуратно уложенные волосы, были собраны в высокий хвост. Спина была ровная, как натянутая струна, а сама она, скрестив руки на груди, выгнула бровь и ожидала ответа от Мадригаля. Опомнившись, тот заулыбался и, подмигнув ответил: -От вас, миледи, ничего не утаишь. Девушка скривила рот в усмешке. Наконец парень вспомнил этих молодых барышень. Это те самые девушки с площади. --А теперь, раз мы всё прояснили, не могли бы вы объясниться, господин Мадригаль? , -скорее приказывая, а не спрашивая сказала девушка. -На счёт чего, милая? , -спросил парень, не понимая, что от него ждут. -Перестаньте так неформально разговаривать, мистер, а насчёт вашего вопроса.....кхм, просто хотела поинтересоваться, что вы делаете в шесть утра у нашего домика?», -сказала с издёвкой в голосе девушка. Парень на секунду нахмурил брови. «У нашего домика»? Так что, они живут в этой лачужке? Эх, ладно, это не особо важно. Хотя постойте… Они живут в ЭТОЙ лачужке? Там где я только вчера слышал кантилену? О господи, так это значит, что я нашёл ту, которая играла мне эту мелодию». -Простите меня, *manzanilla, больше не повторится. Просто вчера я был на одной наипрелестнейшей вечеринке и немного перебрал. А теперь, пожалуйста, вопрос на вопрос. Кто вчера находился в этом доме поздно ночью и играл на фортепиано? Девушка расхохоталась. Парень немного удивился её выпаду, но вида не подавал. --Ну во первых, этот дом, несколько лет назад построил мой дед, очень любивший играть на пианино, но год назад он скоропостижно скончался и теперь мы сюда не ходим. Во вторых, наш отец запрещает играть нам на фортепиано, поэтому ни она: -она указала на сестру-: ни я не умеем на нём играть. Так что никто не мог исполнить вам мелодию ни вчера, ни когда либо ещё. У парня округлились глаза. Что то внутри съёжилось и упало. Казалось даже земля пошатнулась после последней фразы девушки. Что? Опять он теряет свой шанс на спасение? Почему в последнее время это происходит так часто? Его мысли перебила всё та же девушка, -ох, тут оказывается было открыто. Господин Мадригаль, всё же, кто то мог вам играть вчера, видимо с замком что то случилось и дверь оставалась открытой всё это время. Хорошо что вещей здесь никаких не было, ну разве что кроме фортепиано. Парень будто схватил вылетающую из него душу и всунул в себя обратно. Всё хорошо. Шансы выбраться из того места есть. Камило нервно улыбнулся, потому что вспомнил о том, что у него в родственниках имелась очень заботливая особа, которая, буквально, могла прыснуть в него молнией за то, что он не ночевал сегодня дома. Мадригаль, быстро попрощавшись с девушками побежал в Каситу, молясь всем богам, чтобы Пеппа не заметила его пропажи. Только у самой двери в дом он вспомнил о том, что так и не спросил имён этих девушек. Всё таки он абсолютный идиот.

***

Камило бы отдал всё на свете, лишь бы это всё побыстрее закончилось. Атмосфера очень угнетала и вызывала ощущение того, что на парня вскинули огромный булыжник в триста раз тяжелее его самого. Дышать с каждым вздохом и выдохом становилось всё труднее. Воздуха катастрофически не хватало. Надо почаще проветривать, а то и задохнуться ж можно! Камило заламывал свои пальцы, так истошно молящие о милости мучителя. Но не только на них обрушилась кара небесная, бедные щёки со внутренней стороны были обкусаны и из маленьких ранок (как это ощущал Мадригаль) капельками вытекала густая кровь. Язык Камило, изжёванный несколько раз своим хозяином, был уже в ауте. Ладони были мокрыми от волнения, а по лбу текла одинокая капля холодного пота. «Господи, если ты есть, убереги меня от мучительной смерти. Если ты считаешь, что мне суждено умереть, то пусть это будет быстро. Аминь» — проносилось в голове у паря. Ему было почти до невозможного страшно поднять голову. Но поддавшись каким то мыслям он всё же сделал это опрометчивое деяние. Перед глазами Камило предстала поистине ужасающая всем своим видом картина: Пеппа Мадригаль, широко улыбалась и ритмично притоптывала ногой по полу Каситы. В какой то момент она быстро дёрнула головой, да так резко, что у неё аж шея затрещала. Один глаз, в такт ритму ноги, шаловливо дёргался. Когда она заметила на себе взгляд сына, то над её головой стала вырисовываться туча. Тёмная, пышная и очень, ОЧЕНЬ пугающая. Мысленно трижды ударив себя по голове за столь опрометчивое действие, парень снова уставился в пол. --Сынок, -по телу пробежала ужасная дрожь, а по спине к уху сманеврировал неприятный холодок, -Ты где был, милый мой? Хотелось сквозь землю провалиться. Парень открыл было рот, но вдруг, о чудо, его сестра Долорес (которая в этот момент стала самой любимой сестрой), подошла поближе и встряла в этот односторонний диалог, -Мам, он же с утра ушёл горожанам помогать. Я ещё так удивилась, знаешь ли. Что бы наш Камило и встал пораньше? Да ни за что. Я бы и своим глазам не поверила, если бы всё отчётливо не расслышала. Однозначно, Долорес прекрасна во всём, а особенно во вранье. Пеппа облёгчённо выдохнула. — Что ж ты молчал всё время, милый? Молодец! Наконец то за ум взялся! , -женщина подошла к сыну, на этот раз абсолютно искренне и как то по доброму улыбнулась и обняла его. Тучи как не бывало. «Долорес, милая Долорес, как же твой брат тебя любит» — читалось в обращённом к спасительнице взгляде парня. Девушка кивнула ему, как бы говоря «пожалуйста» и пошла дальше по своим делам. Отпрянув от сына, Пеппа, всё продолжая улыбаться заговорила, -Хорошо конечно, что ты так старательно начал выполнять свою работу, но больше так не делай. Ты меня очень испугал, Камило, -женщина провела рукой по кудрям парня-, ну ладно. Теперь твоя помощь нужна мне. А точнее твой сестре Изабелле. Бедняжка заболела, а как ты знаешь, единственное, что не может излечить Джульетта, так это именно простуда. -Так как мне ей помочь? , — всё недоумевал парень. --Тут такое дело, знаешь ли, когда Иза болеет, она ничего кроме кактусов создать не может, а на свадьбу Фернандесам нужны цветы. С рождением Изабеллы, все цветочные лавки закрылись, так что им негде взять их. Все твои родственники уже заняты, так что не мог бы ты нарвать пару букетиков? , -женщина, не ожидая ответа, уже протянула парню корзину, --Рассчитываю на тебя, сынок. Раздосадованно выдохнув, Камило взял предмет и направился на поляну. На какую именно он не знал, ведь собирать цветы, как же это удивительно, он выходил не часто. А точнее никогда. Почему именно ему поручили это дело? -Бредятина, -уже вслух, сам себе ответил Мадригаль.