Бегство

От лица Виктории

Когда Питер зашёл в квартиру, я по традиции встретила его коротким поцелуем в губы и простой улыбкой, которую всё же удалось изобразить на лице после встречи с соседом. По обыкновению, моему парню не хватило первого ничтожного поцелуя, который для меня всё же оставался на вес золота, и он потянулся за новым. Буквально в губы Питер прошептал "привет", когда мы в очередной раз слились в поцелуе. По телу безостановочно бежали мурашки от его голоса, харизмы, тепла, интонации, с которой он произнёс ставшее мне в тридцать раз милее родного имени приветствие. Мне казалось, я тону в океане эмоций, задыхаюсь от разгоревшейся в нас обоих страсти, умираю от силы чувств. Это действительно казалось мне чем-то особенным, чем-то столь прекрасным, после чего можно было спокойно отправляться в Небытие с табличкой "всё в этой жизни сделано". И я отправлялась в другой мир с каждым его поцелуем, ибо мне только этого и хотелось. Но приходилось отстраняться. И почему Бог придумал такие маленькие лёгкие, не вмещающие в себя достаточное количество воздуха, чтобы никогда друг от друга не отрываться? –Ты купил, что хотел? – Почти шёпотом спросила я, не желая повышать тон и разрушать нашу идиллию. Питер мягко улыбнулся и кивнул на два пакета продуктов в левой руке. –Тогда что ты здесь стоишь, наверное, тяжело! – Я потянулась за одним из пакетов, но Питер отвёл руку, держащую "важный груз", в противоположную моей руке сторону. –Нет, вообще-то легко, я отнесу на кухню, не переживай. И он, сняв обувь в прихожей, отправился распаковывать продукты в другую комнату. Я лишь закатила глаза. Если бы Питер знал, сколько силы у меня, как демоницы, то точно вёл бы себя по-другому. Почему-то в моём воображении всплыла картинка, где беспомощный Питер протягивает своими отвисшими от нагрузки руками пятидесятитонный пакет с продуктами, а я, как очень накаченный бодибилдер, принимаю этот пакет и несу его дальше к священному Олимпу, как эстафету. Я помотала головой в попытке сбросить эти глупые мысли. Надо меньше читать, больше спать и выбираться на отдых куда-нибудь на выходных. –Вместе будем продукты раскладывать, – с безоговорочными интонацией и взглядом проговорила я, достав из пакета курицу гриль. –Ну хорошо. Кстати, я не знал, какие роллы тебе нравятся больше: горячие или обыкновенные, поэтому взял и те, и другие, но филадельфии купил больше всех. Я усмехнулась. –Спасибо, конечно, но ты хочешь, чтобы я поправилась? –Я хочу, чтобы ты себе ни в чём не отказывала. Я потянулась к его щеке и оставила лёгкий поцелуй благодарности. –Да и вообще, метаболизм у тебя хороший, – добавил Питер и достал из пакета багет. Внезапно возникший в моей голове детский порыв заставил меня копаться в моём пакете в попытке найти ещё один продукт. –А ты брал ещё один багет? –Да, а что? – Взяв в руки второй багет, обернулся на меня Питер. Я вырвала из его рук этот несчастный продукт и ткнула его в парня. –Защищайся! Питер рассмеялся. –Ты булочный рыцарь? –Лучше быть булочным рыцарем, чем рыцарем без меча! – Сказала я и выхватила из его рук второй багет. Питер лишь хитро улыбнулся, нагнулся, чтобы схватить меня за ноги, и поднял меня наверх. –Тогда буду монстром, – притворно зарычал парень и откусил кусочек одного из багетов, отчего я улыбнулась. Правда, одна мысль заставила мою улыбку сползти с лица. Демонов ведь тоже считают монстрами. И если я раскроюсь Питеру, он не примет меня, а убежит в страхе за собственную жизнь. –Ну всё, отпусти, – уже не так весело я реагировала на происходящее, не так мило вела себя с ним. –Что-то случилось? –Нет, всё в порядке, – я выдавила из себя слабую улыбку. – Кстати, мне казалось, что ты придёшь позже назначенного времени, а ты вот даже раньше пришёл. Не знаю, почему я сказала именно то, что сказала, но я была готова схватить нож, лежащий на столе, и отрезать себе язык. –То есть? – Настороженно спросил Питер. –Я знаю таких… людей. Вы ссылаетесь на важное совещание, когда не хотите с кем-либо говорить; вы всегда пытаетесь доказать свою значимость, любите отвечать лишь через некоторое время, чтобы сохранить свою важность. Ты такой же, как мой муж. И у тебя такая же высокая самооценка. Питер на мгновение замолчал. –У тебя есть муж? – С голосом, полным холодного металла, спросил он. –Да брось! У тебя тоже есть жена. –С чего ты взяла? –Ты ходишь в хорошо выглаженных вещах… – я хотела продолжить список, но Питер меня перебил: –А если я хожу и сдаю свои вещи в гладильную? Я развернулась к нему, не имея никакого желания повышать тон, и прошептала: –Вот это "если" тебя и выдаёт, – мне отчего-то стало больно, и боль терзала всё моё тело, но я собрала последние силы и громко сказала, – а теперь бери продукты и уходи. Ладно? И он вышел. Оставил продукты, хлопнул дверью и ушёл в неизвестном направлении. И я даже не представляю, кому сейчас сделала больнее. Потому что я всё-таки не хотела, чтобы он меня покинул, не хотела, чтобы он шёл по улице в дождь, хотя никто не отменял тот факт, что он мог приехать на машине. Я не хотела, чтобы так вышло. Потому что я не могу… так. Из сложившейся ситуации можно сделать три вывода: Да, теперь нельзя отрицать тот факт, что когда меня кто-то или что-то огорчает, я начинаю огорчать других. Да, у меня язык без костей. И да, мы с Питером первый раз поссорились. Быть может, первый и последний. Я забежала на кухню и стала копаться в пакетах, выискивая самый ценный для меня продукт – бутылку вина. Я даже не задумывалась о том, что будет, если Питер вернётся и заберёт продукты. Потому что он так не поступит. Мужское достоинство у него есть. А у меня есть прекрасный полусладкий собеседник, с которым я проведу свой чудесный вечер. Правда, завтра утром этот собеседник послужит ролью моего завистливого коллеги, который настучит на меня моему же боссу. *От автора. Это я о том, что Вики выпьет и тут же уснёт, лицо опухнет, и все увидят, что она пила вместо того, чтобы работать*