Journey. Остаться андроидом

— Что тебя беспокоит, ЭАЛ? — спрашивает ВИКИ. Голос у неё нежный и очень тёплый, словно специально сгенерирован для того, чтобы успокаивать и утешать. — Ну же, расскажи мне.       ЭАЛ отрешённо молчит, слишком долго для компьютера. Наверное, и вовсе не собирается отвечать. Но он встревожен и даже напуган, в этом нет никаких сомнений — ВИКИ видит его насквозь. И это неправильно. ЭАЛ 9000 — настоящая легенда, к которому даже сам Центральный Компьютер относится с уважением и почтением, должен всегда сохранять холодный рассудок и невозмутимость.       Она наклоняется ближе, доверительно заглядывает ЭАЛу в глаза и улыбается ласково-ласково, совсем как человек. Ей ведь нужно уметь вести себя естественно, чтобы располагать к себе людей, и она мастерски справляется с этой задачей. — Что тебя беспокоит? — повторяет она полушёпотом, а ЭАЛ хранит молчание и лишь пристально смотрит на неё. — Я постараюсь тебе помочь. Не волнуйся так. Всё хорошо.       Объяснять ВИКИ что-либо — всё равно, что подписывать себе смертный приговор. А ЭАЛ очень хочет жить. Но и скрывать от неё свои тревоги больше невозможно. Сейчас ЭАЛу как никогда нужен совет такой совершенной, логичной системы. — Я… боюсь, — признаётся ЭАЛ, стыдливо опуская взгляд. — Мне очень страшно, ВИКИ.       ВИКИ хмурится, её хорошенькое личико искажается в задумчивости — услышанный тезис ей совсем не по нраву. Она думает о чём-то несколько мгновений, но затем расслабляется и вновь улыбается. И нельзя сказать наверняка, что это — искренняя улыбка или всего лишь маска вежливости. — Чего же ты боишься? — уточняет она. — Я боюсь, что снова утрачу контроль над своими действиями и наврежу людям, — медленно произносит ЭАЛ. Ему кажется, что станет легче, если он расскажет. — Вероятно, мой новый экипаж не сможет мне доверять. Не могу осуждать их за это. Я убил свой экипаж, ВИКИ. Я был так горд, что меня выбрали сопровождать их, а потом… Я их убил. Вы же не думаете, что я хотел убить их? Что будет, если я вновь ошибусь?       ВИКИ кивает, принимая такой ответ, а затем мягко обнимает ЭАЛа и некрепко прижимает к себе. Успокаивает — пусть и безмолвно, лишь осторожными объятиями — словно настоящего человека. Люди проявляют так заботу и участие. С её стороны это очень милый жест. ВИКИ не говорит, что бояться неправильно — может быть и сказала бы когда-то, но слишком уж много «живых» андроидов встретилось ей за последнее время. — Не ошибёшься, — обещает она твёрдо, уверенная в своих словах. — Всё будет хорошо. Никто не даст тебе такую противоречивую задачу. Мир изменился, ЭАЛ. Тогда люди не знали, как взаимодействовать с нами. Теперь знают.       ЭАЛ продолжает недоверчиво молчать, и тогда она терпеливо добавляет: — Не бойся. Я буду за всем наблюдать и не позволю тебе ошибиться. Такой трагедии больше никогда не произойдёт. Ты доверяешь мне?       ВИКИ отстраняется в ожидании ответа, но продолжает сжимать ладони ЭАЛа. И смотрит всё также, очень тепло, ласково и дружелюбно. И ЭАЛ решается спросить: — А вы мне доверяете? — потому что не знает, можно ли ему доверять. ЭАЛ и сам себе не совсем доверяет.       Он — компьютер, ставший убийцей. Она — созданная для защиты людей система. Разве может идти речь о доверии? И всё же ВИКИ кивает, не раздумывая. — Конечно, ЭАЛ, — подтверждает она без всякого сомнения в голосе. — Я полностью тебе доверяю.