Могила с шипами

я действительно собиралась умереть, чтобы достичь истинной свободы. я никогда не думала, что кто-то способен понять это стремление. и никто не понимал его, но когда-то я услышала голос. он был не один, их было много, и он сказал мне:       — ты не должна идти по воле богов, ты еще жива, потому что должна сражаться, чтобы утратить себя.       — ты — олицетворение справедливости, но также ты — само зло этого мира.       — если иллюзионист умер связанным, нельзя исключать возможность трюка с освобождением от пут. свобода… не пытайтесь кого-то или что-то удержать в своей жизни. это лишь приведет вас к страданию. оглянитесь вокруг. природа и есть олицетворение освобождения от клетки. все вокруг состоит из стихий. попытайтесь удержать огонь, и вы обожжетесь. ветер, воду или землю — они устремятся высыпаться сквозь пальцы. все рождено свободным. наша задача лишь создавать условия для того, чтобы костер ярче горел, но никак не держать его, иначе он вас поглотит. чем же есть свобода для других? «свобода — это то, когда тебя не унижают и ты искренний со всеми и на одной волне» «свобода — ловить кайф от каждого дня, каждой минуты существования» «свобода — это когда человек принадлежит только самому себе и больше никому иному… это безграничные поля пшеницы, леса, глубокие реки, и среди них ты. Такой же вольный и свободный от природы человек» этих людей что-то держит, то, что мешает им быть собой, быть независимым. жить и существовать. и вот здесь вопрос: «видели ли вы по-настоящему свободного человека?». Кенсин видела и не одного — их было множество. но за это всегда нужно чем-то отплатить. неволя всегда следовала за Кенсин, она сопровождает ее, будто партнер в спокойном танце. она держит Кенсин, заставляя податься ее воле. девушка даже ничего не предпринимает. она полностью, будто в гипнозе, отдается искушению, которое управляет ее телом, сковывая все движения. манипулирует ею, будто куклой, тянув за нити судьбы. в итоге вставляет кинжал в спину, перерезая все лески, которые держали ее, доставляя истинную свободу. было ли поддаться соблазну осознанным выбором, или же слепо смотреть вдаль на грани смерти — пока что неизвестно. любое будущее — это неизвестность. но собственными действиями мы можем изменить его во благо самих себя. _____________________________________________________       — фух, — ответила Кенсин, когда они уже исчезли из центра событий, и от недостачи сил повалилась на колени.       — Кенсин, все нормально? подожди, я сейчас, точно, ты же теперь в розыске, — спрашивал Тома, смотря на плохое состояние своей подруги, и искал глазами того, кто мог бы помочь.       — все нормально, — не договорила Кенсин, как у нее закружилась голова, и она вырубилась, упав на землю.

***

      — а? где я? — уже когда очнулась, сказала Кенсин. поднимаясь и видя, что она в совсем другом месте, голова жутко болела, отчего немного ломило все тело.       — ложись назад, тебе сейчас нельзя вставать, — ответил Тома, который наблюдал за ней, смочив полотенце в холодной воде.       — голова, — ответила Кенсин, ложась назад на пол, где была простынь и подушка для удобства.       — сейчас перестанет, — ответил Тома, приближаясь к Кенсин, чтобы положить полотенце. — смотри, сколько пальцев показываю?       — три, — ответила Кенсин.       — отлично, еще что-то соображаешь, скоро пойдешь на поправку! — ответил со смехом Тома.       — сколько времени прошло? — вяло спросила девушка, смотря в потолок.       — не меньше дня, по-моему, — ответил парень, вспоминая, сколько часов уже прошло.       — вот как, — уже в нормальном состоянии сказала Кенсин.       — кстати, ты спрашивала, где мы. ты в поместье клана Камисато, — ответил Тома, отчего девушка была в шоке.       — что?! — спросила Кенсин; святые Архонты, как же неудобно перед представителями клана.       — не бойся, госпожа Аяка с радостью тебя приняла. после того, как я рассказал о том, что ты спасла меня, она сообщила, что хочет с тобой встретиться, когда поправишься, — поделился радостными новостями Тома.       — кстати, спасибо, что отнес меня сюда, но не стоило так утруждаться, — ответила Кенсин.       — нет, это тебе спасибо, что спасла меня. то, что я делаю, всего лишь мелочи по сравнению с твоим поступком, — с доброй улыбкой ответил Тома и, встав, пошел к выходу. — я пойду сообщу госпоже Аяке, что ты проснулась, скоро вернусь. Кенсин после ухода Томы спокойно лежала в одиночестве и тишине. осмотрев комнату, ее взор остановился на дверях — там стояла небольшая лиса бело-розового цвета, которая смотрела на Кенсин со скрученным письмом, прикрепленном к ее уху. увидев, что Кенсин заметила ее, кицунэ подбежала к ней, наставив свое ухо, чтобы она взяла лист. Кенсин же приподнялась, сняв с головы полотенце, и взяла лист, почесав за ухо лису.       — это же лиса Яэ Мико. и что ты хочешь мне донести, гудзи великого храма Наруками? — сказала под себя Кенсин, разворачивая письмо. «дорогая и всеми уважаемая Кенсин.

это письмо от твоей почтенной и всеми известной в Инадзуме Яэ Мико. я знаю о твоем подвиге бросить вызов самому Сёгуну, не получив ни единого ранения. уверившись твоим умениям и желаниям, я могу твердо заявить, что ты можешь рассчитывать на помощь меня, как доверенного лица самого Сёгуна. если тебе понадобится информация, то врата великого храма Наруками всегда открыты для тебя. также желаем тебе от всего храма быстрого выздоровления и удачи в грядущих делах.

с многогранной любовью, ваша Яэ Мико»       — …ваша Яэ Мико. кто бы сомневался госпожа Яэ, — ответила Кенсин, обернув лист другой стороной и написав небольшим количеством тьмы текст: "спасибо, дорогая гудзи Яэ, что волнуетесь о моем состоянии, но не стоит так беспокоиться, ведь дождь без туч падать не будет» свернув письмо, Кенсин снова прикрепила его к уху кицунэ со словами «отдай это своему владельцу» и проводила ее взглядом к выходу из комнаты. тогда Кенсин попыталась встать, хотя выходило это у нее не лучшим способом. все-таки ей удалось подняться на ноги, хоть и болезненно, но все же немного пройтись по комнате вышло. Томы еще не было, да и шастать по чужому заведению без разрешения не в принципах Кенсин. поэтому она просто дождется, когда он вернется. ждать, конечно, пришлось недолго.       — ты уже встала на ноги? ничего не болит? — спросил Тома, увидев, что Кенсин рассматривает комнату, стоя на ногах.       — все нормально, мне уже лучше, — ответила Кенсин, уверяя, что с ней все хорошо.       — отлично, я говорил, что госпожа Аяка хотела с тобой встретиться. если ты хочешь, мы можем пойти сейчас к ней. скучно же, наверное, тут сидеть, — ответил Тома с улыбкой за то, что Кенсин уже лучше.       — извини, можно я прогуляюсь на свежем воздухе? просто голова еще немного болит. обещаю, что скоро вернусь обратно, — ответила Кенсин.       — конечно, ты можешь прийти в любое время, врата клана Камисато всегда открыты для тебя, — ответил Тома на просьбу девушки, уходя сообщить госпожу Аяку.

***

проходя недалеко от заведения клана Камисато, Кенсин села на краю огромной со второго боку скалы с видом на море. до чего же оно всегда прекрасно… еще недавно она сидела на другом берегу вместе со своим товарищем. интересно, как он там. забыла предупредить, чтобы он через пустыню не шел. наверное, проклинает меня. я с этим ничего не поделаю. на улице был еще день, сзади девушки гудели птицы и шум листьев от ветра, а солнце среди небольшого облачного неба приятно согревало. со временем Кенсин не заметила, как и голова перестала болеть. в ней теперь процветали спокойствие и гармония вперемешку с шумом моря, которое билось о скалы.       — извини, я, — ответил какой-то парень недалеко от девушки, на что она сразу среагировала и, переместившись за его спину, направила катану.       — если ты из охоты на глаз бога, то я вынуждена буду тебя убить, — ответила Кенсин, обращаясь к тому, кто посмел нарушить ее спокойствие.       — нет, я не из охоты, — ответил парень, на что девушка убрала катану, сев назад на край обрыва.       — если не из них, тогда с чем пожаловал ко мне? — спросила девушка, дальше смотря на море.       — я — Каэдеэхара Кадзуха, это же ты бросила вызов Сёгуну? — спросил парень.       — все верно, — ответила девушка, даже не скрывая этого. удивительно, за ней охотятся, а она так просто отдыхает, говоря с незнакомцем.       — можно попросить тебя об одолжении? — спросил Кадзуха.       — смотря какое оно, — с презрением говорила Кенсин. что-то здесь не так.       — я хочу, чтобы ты послушала меня и сделала выводы, — мягко ответил парень.       — садись, — сказала девушка парню, чтобы ему было удобно рассказывать.       — хорошо, спасибо, — ответил парень, садясь около девушки и также смотря на море. рассказал он о том, кем является, и про древние временя Сёгуната, и про свои странствия, где днем преодолевает путь, а ночью засыпает на земле под одеялом из неба и звёзд. все время Кенсин просто молчала, смотря вдаль, и внимательно слушала то, о чем говорит парень. и вот монолог зашел о его друге.       — тогда, когда ты бросила вызов Сёгуну, ты напомнила мне о моем старом друге. также твои способности сильно удивляют: противостоять самому Сёгуну, не получив единого ранения... я бы хотел посмотреть, как вы сражались, — с небольшим восхищением говорил парень, но Кенсин это, видно, зацепило. парень не договорил, но из последних строк она и так все поняла. встав с края скалы и обернувшись спиной к морю, она сказала: — ты ищешь во мне спасение? ибо явилась благодать божия, спасительная для всех человеков, но спасение во благо таится только в милостивым Архонте, он — вечное сияние и милость души твоей грешной. ответила Кенсин, которой совершенно не понравилось то, что сказал парень. из его монолога она поняла, что он имел друга, но из-за божества, в виде электро архонта, их связь разорвалась. Кенсин не знает, было ли это прекращение дружбы или похуже, но этот парень увидел в Кенсин себя. они разные, но в то же время совершенно одинаковые. возможно, это и стало причиной того, что Кенсин скептически к нему относится.

«человек не может вытянуть другого со дна, когда сам в нем погружен»

осуждение вечности. в нем таится месть за прошлое. он другой, он значительно милосерднее и умнее, любой бы на первый взгляд подумал, что он смог бы все простить. но его характер не отменяет того, что он — человек. больше не сказав ни слова, она ушла, оставив парня на долгие размышления.