;; Roi du Poison, please don't poison yourself

      Рук стоял под дверью старосты и не решался, ни уйти, ни постучать. Всё тело сковало тяжёлое бремя страха, хотелось просто думать, что он ошибся, что всё это обычная случайность, что ему просто кажется, и на самом деле Вил в полном порядке, а охотник лишь накрутил себя, но на деле парень прекрасно понимал что все его мысли правдивы. Но надо было действовать, сколько Хант откладывал этот разговор, если помедлить ещё немного, то можно будет лишиться Вила навсегда или же болезнь прикуёт его к больничной койке на достаточно продолжительное время. Как бы сильно не боялся охотник, а такого он допустить ни в коем случае не мог.        Делая глубокий вдох, и мысленно желая себе удачи, блондин набрался сил, и всё же постучал, но ответа не последовало. Стук повторился, но настойчивее, в ответ всё та же тишина. — Roi du Poison? — решился спросить Рук, очередное молчание стало последней каплей. До этого Хант дожидался ответа, но сейчас он пришёл сюда не просто поболтать. Охотник потянулся к дверной ручке и осторожно, будто боясь спугнуть добычу, приоткрыл дверь, от увиденной картины, парень невольно выдал: — Oh mon Dieu(О, мой Бог) — прошептал юноша и прошёл в комнату, закрывая за собой дверь, ведь он прекрасно понимает, что сделает только хуже, если из общежития кто-то увидит старосту таким. Перед ним предстал Вил, сидящий на кровати, и держащий в руках большой осколок разбитого зеркала, казалось тот старался посмотреть на самого себя, но взгляд его был пуст, словно тот вовсе ослеп, а из самих глаз текут редкие слёзы. Хант присаживает рядом с Шенхайтом и с осторожностью кладёт руку на его плечо, тем самым легонько приобнимая. Староста вдруг посмотрел на Рука и его глаза расширились так, что можно было подумать, что только сейчас охотника заметили, но Король яда не промолвил и слова, лишь слёзы потекли ручьём.       Рук оказался полностью растерянным, потому не нашёл ничего лучше, кроме как дать Шенхайту выплакаться, а после уже поговорить. Лучник переместил руку на осколок, который держал Король яда и мягко перенял зеркало, вслед за этим положил сломанную часть зеркала на кровать, на это Шенхайт никак не возразил и только шмыгал носом, попутно вытирая слёзы, на место которых приходили новые.       Охотник прижал к своему плечу Вила, и стал мягко поглаживать того по волосам и спине, на что Король яда только вцепился в чужую руку, словно боясь потерять. — Ну-ну, mon beau(мой прекрасный), всё хорошо, — Лучник мягко улыбнулся, шепча старосте на ухо.

***

      Вылакав, казалось бы слёзы которые могли сразу несколько человек, Вил наконец вытер последние слёзы, вокруг глаз кожа была красной из-за того, что тот часто проходился там рукой, а головой болела так, что казалась что она раскалывается на множество кусочков, как недавно разлетелось зеркальце, а пиджак Ханта в области плеча был чуть ли не насквозь мокрым.       Однако, разговор ещё даже не начинался, а поговорить стоило, но не сейчас, парням стало так спокойно и хорошо, что их разморило, Шенхайта от того, что он наконец выплакался, а Руку от того, что сидел так около получаса рядом с любимым человеком, пускай тот и плакал чуть ли не навзрыд. Потому, было принято решение лечь на боковую. Так и легли, на одной кровати прямо в одежду в обнимку, зато донельзя счастливые. Лучник точно решил для себя что уж лучше поговорить с кем-то, чем смотреть на его мучения.