Хватило лишь слов (PWP)

      Позу эти двое уже давно изменили, теперь розоволосый лежал спиной на кровати, а бубновый сидел между его ног, не самая удобная поза для романтика, так как ноги ему надо было всё время держать пошире. Как бы Ромео не старался показать себя активом, в этих отношениях он им явно не будет. Сейчас седьмой клон лежит спиной на кровати, рубашки его давно нет на теле, на нём осталась лишь нижняя часть одежды. Всё тело мелко дрожит, всё же возбуждение от прикосновений и мыслей о дальнейшем даёт о себе знать. Одна рука философа гладит рёбра, талию, спину и живот пассива, вторая же аккуратно играет с соском парня снизу. Тот же мелко выгибает спину, тихо мычит и стонет. Скрывать звуки смысла нет, они всё равно живут одни. Данте вновь проходится рукой по рёбрам партнёра позже немного грустно и недовольно смотря Ромео в глаза. Червовый же ощутил взгляд на своём лице и посмотрел на красноволосого, начиная больше краснеть. –Данте? Что-то не так? – ему удаётся это сказать сквозь тихие выдохи и вздохи, старший ничего не отвечал и романтик вновь подал голос, – Ты просто так недовольно выг.. Агх!       Парню не позволили закончить фразу, рука что сжала сосок и укус от Данте, что пришёлся в ключицы. То ли стон, то ли вскрик не напугали красного он лишь ослабил хватку рукой и чуть отстранился от ключиц. –Да, что-то не так. Твои рёбра уже даже выступают, их можно прекрасно видеть, а тем более чувствовать, – он заканчивает эти слова и приближается к губам младшего, завлекая того в поцелуй.       Поцелуй был настойчивым и глубоким, таких раньше определённо не было. Это что-то новенькое. Седьмой всё также тихо стонет в поцелуй, когда руки философа начинают аккуратно снимать с него остаток одежды, а язык пробирается глубже и исследует полость рта пассива всё больше. Это приятно. До дури приятно. Червовый выгибает спину когда всё же перестаёт ощущать на себе одежду в принципе. Выгибается и пытается отползти, третий не мешает толком, сам прерывает поцелуй и смотрит за тем. Ромео краснеет и смотря в сторону, пытается привести дыхание в норму. Слишком много ощущений и эмоций за такой короткий промежуток времени.       Философ никак его не торопит и молча смотрит за ним, слабо ухмыляясь такой картине. Они сидят так около шести минут, но после младший подползает ближе, почти туда же где и был. –Данте, прошу.. Я знаю, что слишком наглый и развратный.. – он прерывается, считает это своим минусом, но сейчас желание куда больше этого, – Прошу давай сделаем это?       Нет, ему не стыдно говорить слово вроде "секс", но просто сейчас когда рассудок его уже немного затуманен он не может находить других слов. Забывает как и что правильно. В голове путаница и для него радость, что он вообще смог что-то сказать.       Третьему клону дважды повторять не надо и он опускает одну из рук на пресс пассива, начиная слегка гладить. Гладит так недолго, как бы он не любил ласки, всё же он тоже возбужден, после такого вида Ромео и всех действий. Аккуратно проводит рукой по органу седьмого, на глаз быстро сравнивает их размеры, чтобы понимать как может реагировать розовый на дальнейшие события. Повторяет левой рукой свои действия, аккуратно гладя член романтика, правой рукой же ищет в тумбочке что-то подходящее на роль смазки. Пока червовый тихо стонет от прикосновений, философ находит какой-то тюбик, не видит, но ощущает рукой. Достав эту находку он слабо улыбается начиная рассматривать её и читая название этой вещицы. Это и была нужная смазка. Данте роняет тихий смешок и ложит её около своих ног. Левой рукой всё также слегка водит по всему органу седьмого, иногда растирая его естественную смазку по нему же. Актив смотрит на такого парня и ловит себя на мысли, что даже хочет пропустить растяжку, но быстро её отгоняет и подаёт голос. –Ром, а ты у нас этого видимо ждал, – лёгкая улыбка с лица не спадает, третий дожидаеться, когда смущённый романтик поднимет на него непонимающий взгляд, а после продолжает, – Ну, ты у себя даже смазку под рукой хранил. Неужели прям так сильно хотел этого?       Ромео краснеет теперь сильнее всего, до ужаса стыдно от этого, но останавливаться он не хочет. Стыдно от себя и от слов Данте, что попали прямо в точку. Он действительно хотел это сделать, но озвучивать просьбу не хотел, говоря, что они ещё недостаточно много встречаются, чтобы переходить на такой уровень. Бубновый замечает некую панику в глазах, что смотрели в сторону и убирает руку с агрегата нижнего, получая на это тихий стон или выдох. Сам же приближается к губам романтика и завлекает того в поцелуй, сразу немного углубляя его и проникая внутрь языком. Ромео не против, он сам "впускает" третьего и отвечает на поцелуй прикрывая глаза, что немного прослезились. Вновь такой поцелуй. Глубокий, настойчивый, требовательный и страстный. Проходит секунд тридцать или сорок, когда старший отстраняется и облизывает губу пассива. Он почувствовал ещё во время поцелуя привкус металла, а если так, то это кровь. Бубновый слегка облизывает приоткрытые губы романтика, пока тот восстанавливает дыхание, дожидаясь когда он поднимет взгляд. Спустя минуту червовый смущённо смотрит активу в глаза, а тот в свою очередь чуть отодвигаеться. –Ромео, я не хотел тебя этим унизить или насмехнуться с помощью этого. Не кусай себя за губы, язык или щеки. Хорошо? – нежно целует в щеку и дожидаеться кивка, что означал согласия и тихого выдоха, сквозь который можно было услышать столь же тихое "хорошо".       Младший согласно кивает, но в мыслях сам же понимает, что может соврать таким способом. Наперёд знает, что скорее всего вновь будет кусать себя, лишь бы не сказать чего-то лишнего.       Старший вновь берёт тюбик со смазкой, открывая его и наливая достаточно прохладной жидкости себе на пальцы правой руки. Подносит руку к сжатому колечку мышц и аккуратно растирает лишнее количество всё ещё холодной жижи вокруг. Седьмой мелко вздрагивает и расслабляет тело как может, он и сам знает, что если не сделать этого, то будет лишь хуже и неприятнее. Данте приближается к лицу пассива и начинает аккуратно и слегка целовать того в губы.       В это же время красноволосый всё же подносит свой средний палец к промежности и аккуратно, неспешно вводит его. Боль доставлять не хотелось. И романтик тихо выдыхает, чуть жмурясь, но не сопротивляясь всем этим действиям. Бубновый вводит палец до конца и первые минуты не двигая им, следит за младшим, что всё это время лежит с закрытыми глазами и тихо выдыхает, а после появляются неспешные и аккуратные движения пальцем. Так проходит пару минут и после добавляется второй палец, из-за которого Ромео слегка прикусывает щёку и мычит чуть сжимая простыню в своих ладонях. Старший вводит до конца и второй палец, начиная двигать ими и разводить в сторону, всё также следя за червовым. На самом деле он переживает, что может навредить или доставить дискомфорт своему парню, поэтому всё время следит за тем - проверяет реакцию и убеждается, что ещё не ошибился. А розоволосый спустя уже три минуты привыкает и к этим ощущениям, поэтому допускает тихие стоны, что скорее были похожи на выдохи и перестаёт кусать свою щеку. Философ продолжает эти действия на протяжении ещё четырёх минут, а потом не очень незаметно для Ромео добавляет третий палец. Привыкнуть он толком не даёт и вновь толкает пальцы вглубь и разводит их внутри пассива, от чего тот уже полноценно стонет и чуть выгибает спину. Пальцы у Данте длинные и ощущений добавить явно могут.       Красноволосый не думает убирать пальцы даже когда Ромео уже буквально скулит и просит их заменить. Он лишь продолжает почти что трахать младшего пальцами и активно искать заветную точку. Он её находит спустя две минуты как червовый просто мелко дрожал от движений внутри, а когда она была найдена то пассив распахнул глаза, после закрывая их, и ощутимо вздрогнул, глуша свой стон рукой, что был бы явно громче всех остальных. И старший довольно улыбается доставая свои пальцы и вытирая их наспех о свои штаны, что вскоре уже лежали с нижнем бельём на полу. Обычно бубновый бы не вытер руки о свою одежду и не скинул бы её так на пол, но только вот сейчас ситуация такая, что такие вещи беспокоят его меньше всего.       Романтик тихо выдыхает и открывает глаза, смотря за парнем, что уже использовал смазку на свой половой орган и приблизился к розоволосому ближе. Он накрывает его губы своими и сразу углубляет этот поцелуй, он нужен для того, чтобы младший сейчас отвлёкся. И во время поцелуя философ придерживая одной рукой свой член, подставляет его к аналу червового, позже начиная входить. Ромео конечно же это чувствует и его глаза мелко слезятся не столь от боли, сколь от страха, что будет дальше, но он не сопротивляется, лишь пытается расслабиться полностью. Растянули его достаточно и больно ему быть почти что не должно, но всё же не всё проходит так гладко, когда старший делает мелкий толчок дабы войти до конца то Ромео прерывает поцелуй и несильно громко вскрививает, закрывая глаза. –Мгха!~ Д.Данте.. Мф~.. – была некоторая боль, что вскоре исчезла и уже через три минуты романтик кивнул обеспокоенному Данте, – Ты можешь двигаться, не беспокойся за меня. Х'ах!~       Бубновый не думал долго и вправду сделал первый толчок не сильно глубокий, скорее короткий и медленный, но он всё равно вызвал стон у младшего. Актив начал усыпать чужое тело поцелуями и поглаживаниями, параллельно делая новые толчки внутри того. –Мфх.. Ах~ Ну, Даня, прошу быстрее.. Не ты ли говорил, что возможно будешь груб? Я хочу большего, прошу тебя.. Мха!~ Фха~ Ха! Ах да!~       Стоны стали в разы громче и звучали куда развратнее, когда бубновый пере тал сдерживаться и взяв младшего поудобнее за бедра, вышел из того почти полностью, а после толкнулся обратно до конца. Ромео сжимал простыню руками и сам старался насадиться больше на член актива, после же вновь выпуская из себя стоны. Какое-то время поза оставалась такой и старший продолжал входить в пассива, но вскоре он аккуратно перевернул седьмого. Красноволосый продолжал толчки попадая по простате и заставляя Ромео выгибаться в спине иногда подавляя свои стоны, но двоих парней это сводило с ума и доставляло слишком много эмоций. Продолжалось так довольно долго, позу меняли ещё несколько раз, но единственное что волновало парней это они сами и удовольствие, что они получали.

Утром они будут невероятно помяты и довольно всем этим, хотя и смущение найдёт себе там место.