***
Остальной день прошёл как ни в чем не бывало. Арсений не игнорировал Антона, не злился, парень даже немного успокоился. Но мысли об уколах не давали покоя. — Арс, а может я всю пачку выкурю? — Ты совсем сдурел?! — А что? У меня так друга наказали…нет? — Антон, я хочу не покалечить тебя, а спасти от этой гадости. Если уж твои родители за тобой не следят. Иди чай пить. Уснул парень быстро, потому что не хотел долго думать перед сном. Он принял эту неизбежность.***
— Тош, вставай. Быстро одевайся. У тебя пятнадцать минут, — Антон не понимал, который час, и что он вообще делает. Но быстро собрался и поехал с мужчиной, который сегодня работает в больнице. По приезде Арсений усадил парня за стол, поставил перед ним контейнер с бутербродами, показал местонахождение чайника и ушёл на обход. — Мг… — сонно промямлил подросток.- Телефон забыл забрать, — он полез в карман за гаджетом, но не обнаружил его там. — Когда он успел?! — Антон покушал бутики без ютуба… — Грустно…садист, — Арсений как раз вернулся с обхода после этих слов. — Ну, как ты тут? — Нормально, я поел, — улыбнулся парень. — А ты че лыбишься? Я про уколы не забыл, даю выбор: вечер или сейчас? — Жопа сильно болеть будет? — Очень, — без утайки ответил мужчина. — Это же все-таки наказание. — Тогда сейчас, чтоб я хоть спать на ней мог. — Ой, а что же нам мешает спать на животе? — Арсений засмеялся и пошёл к шкафу. — Ты озабоченный…мне просто неудобно! Ну…где там твой этот…укол… — Уже почти, только ты мне предлагаешь его стоя сделать? Ложись на живот, спускай штаны. Порядок выбирай сам, — Антон отбросил все «СУКА, ЕБ ТВОЮ МАТЬ, Я НЕ ХОЧУ КОЛОТЬСЯ» и тихо лёг. В голове гул, хотелось бы, чтоб и в кабинете было пусто, но тут врач, который собирается дырявить его ягодицы, которые он уже обрабатывает спиртом. — Расслабься, иначе вообще сдохнешь. — Так спокойно об этом говоришь, будто только этого и ждёшь. — А кто сказал, что нет? — Подросток засмеялся и расслабился, Арсений же быстренько сделал инъекцию, постепенно вливая содержимое шприца. — Ай… — Антон шипит и ойкает, когда остаётся буквально ничего, дверь в кабинет открывается, мужчина машинально кладёт руку на поясницу парня, чтоб тот не дергался, он же не знает, кто там. — Ой, Арс, ты занят? — Нет, Лясь, че ты хотела? — Антон кашлянул мол: «Не занят?» — У меня пациент от госпитализации отказывается, а у него все запущено, наблюдать надо. Но он отказывается слушать «телку». — Понял, — Арсений закончил с уколом, — Тош, вставай, я щас приду. На, помассируй место, — он прижимает к месту укола вату и кладёт на неё руку Антона. — Потом можешь одеваться, я щас вернусь, — и они с женщиной удалились из кабинета.***
Антон стоял, лежал на животе, бился головой об стену, но сидеть было слишком больно. «Надо было на вечер соглашаться…ну ладно уж». — Ну, как жопа твоя? Ещё хочет искать неприятности? — Спросил Арсений, вернувшись в кабинет. — Уже не так сильно. А кто это был? — Жена твоего классного, Ляйсан, она у нас урологом работает, — мужчина поставил чайник. — Почему ты дверь не закрыл? — Арсений аж застыл. — Ну, эт больница, тут вообще в любой момент пациент может зайти. А насчёт нее не переживай. Она что пострашнее твоего добра видела. — Не смешно, — огрызнулся парень, смотря на смеющегося дядю. — А по мне так очень. Итак, вторая часть наказания. Вот тебе статья про вред курения, — врач отдал листы с текстом племяннику. — Чтоб к вечеру от зубов отскакивала. Я к главврачу. — Это не…честно…даже не дослушал, — Антон реально обиделся.***
Статья о курении была ну оооочень большая, но к концу дня мальчик знал ее назубок. Он пересказал все своему «мучителю», а тот только взъерошил волосы парнишки. — Молодчина. Заслужил сигарету, — «проверка полюбасу». — Ты че? Я больше не хочу. Может не надо ещё уколы? — Взмолился Антон. — Надо, Тоша, надо, но не сегодня. Сегодня поехали домой, я устал. Ты можешь на заднее лечь, все равно не сядешь, — по-лисьи улыбнулся Арсений. — Ты садюга! — А ты вредина. Антону прокололи курс витамина. Надо сказать, что желание курить это отбило*. Но материться не перестал, только мастерски скрывал, а к алкоголю страсти и не было, один раз не пидорас, как говорится. Моя страсть к курению мне очень нравится. Курю сигарету, и она повторяется Вот почему глава так называется)