Мистер Наивность

      Антон, галантно развалившись на удобном диване в гостинной, увлеченно играет в фифу на плойке, прикусывая губу каждый раз, когда посылает пас не тому игроку. Он корит себя за кривые пальцы и дальше продолжает играть, вовсе забывая про окружающий мир.       Арсений бережно закрывает потрепанную книжку и откладывает ее на тумбочку. Пару дней назад он попросил Антона сходить с ним в библиотеку и помочь с выбором книги, на что Шастун закатил глаза и не хотя повернул ключ зажигания в машине. Они провели три часа в наискучнейшем (по мнению Тохи) месте, в котором даже дышать трудно — парню казалось, что своим недовольным сопением он отвлекает большую часть книжных червей или тех людей, пришедших сюда ради того, чтобы поработать в тишине. Поэтому, как только Арс сумел выбрать себе книжонку, Антон пулей вылетел из библиотеки, намереваясь закупиться пивом в ближайшем супермаркете — настолько ему было некомфортно находится там. Нет, книжки-то он читал! Просто само место нагнетало. Вот в домашнем уюте, с кружечкой фруктового чая под рукой, Шастун бы с радостью прочел какое-нибудь из произведений Чехова, не отвлекаясь на приходящие в телефоне уведомления.       Кресло у Антона удобное. Денег у него явно достает, судя по уютной квартире и одежде с кучей украшений. Да еще и машина какая! Арсений искренне рад, что Шастун ни в чем не нуждается. Но вот подарки от него брюнет принимает с трудом — он ведь ангел-хранитель. Как никак, Арсению не нужны дорогие побрякушки и новомодная одежда. Хотя, он должен признать, что одежду любит — Антон считает, что из Арсения вышел бы потрясный стилист или дизайнер.       Арсений встает с удобного креслица, поправляет плед на сидушке и окидывает взглядом рабочий кабинет — тот, на удивление, выглядит вполне убрано и чисто. Обычно, следить за порядком приходится брюнету, но, видимо, Антона замучила совесть, и он решил прибраться. Все-таки в обязанности ангела-хранителя не входят пункты про уборку. Брюнет улыбается уголками губ, проводя пальцем по полке с фигурками — ни пылинки. Шастун постарался на славу.       Взгляд голубых глаз цепляет маленький тюбик, стоящий на краю стола. Арсений, заинтересовавшись, берет в его в руки, принимаясь изучать.       — Детский крем?..       Поджимая губы, ангел пытается понять, что это. В человеческом мире он не так давно, но уже знает о вредности курения и фастфуда. Также, благодаря интернету и компьютеру, которыми научил его пользоваться Шастун, Арсений многое узнал про современную моду, технологии, чутка про сленги и мемы. Еще он намеревался почитать про здешнюю мифологию, но пришедший Антон отвлек его, сказав, что собирается готовить макароны с сыром. Брюнету сиё простое блюдо нравится, и Шаст это прекрасно знает.       Схватив тюбик, Арсений выходит из комнаты и направляется в гостиную, немного топчась возле входа — Антона отвлекать не хочется, тем более в его долгожданный отдых. Есть вариант погуглить, что из себя представляет детский крем, но Арс все время забывает, как включать компьютер…             — Арсюш, ты чего у двери жмешься, как неродной? Залетай! — внезапно говорит Антон, не отрывая взгляда от плазмы телевизора. Брюнет поджимает губы и проходит в глубь гостинной, присаживаясь на край диванчика с бирюзовой обшивкой. — Что-то случилось?       — Нет. У меня к тебе есть один вопрос.       — Сейчас, дай мне две минуточки, как раз завершу игру.       Брюнет коротко кивает и устремляет взгляд на экран телевизора, наблюдая за игрой. Антон умело обращается с джойстиком и довольно улыбается, когда игра идет, как по маслу. Арсений особо не вникает в игровой процесс, который быстро ему надоедает. Ему намного интереснее рассматривать неряшливые кудряшки Шастуна, голова которого располагается слева от него. Вообще, Антон лежит странно — туловище удобно лежит на диване, а ноги свисают с подлокотника. Брюнет не понимает смысл такого расположения.       Антон, без нотки стеснения, укладывает голову на бедра Арсения. Последний, по-началу, пребывает в недоумении, но спустя пару мгновений выдыхает и запускает свободную от тюбика руку в мягкие русые локоны, приятно пахнущие цитрусом. Пальцами он заботливо массирует чужую голову, наблюдая, как Антон расплывается в мягкой улыбке. Сейчас Шастун больше напоминает приластившегося кота, что забавит Арсения.       — Так-с, — по прошествию двух минут говорит Антон, откладывая в сторону джойстик. — Спрашивай, что ты там хотел, — он поднимает взгляд болотных глаз на ангела, ежесекундно встречаясь с лазурным небом, обрамленным длинными ресничками.       — У тебя на столе я нашел детский крем… — начинает Арсений издалека. Антон моментально заинтересовывается. — Я хотел спросить из чего он сделан… Неужто из…       Арсений отводит взгляд, передавая в руки Антону тюбик. Шаст, удивленный таким вопросом, хлопает глазами, читая этикетку крема. В голове парня проносится множество мыслей и вариантов ответа.       Антон выбирает самый забавный.       — Я могу рассказать тебе, из чего он сделан, но понимаешь…       — Что?              — Это секрет, — серьёзно заявляет Антон, замечая, как в глазах ангела загорается любопытство. — Я поделюсь секретом только с тем, кто умеет хранить тайны!       — Я умею!       Арс смешно хмурится и сжимает губы в тонкую полоску. Антон улыбается во все зубы и резко принимает сидячее положение, наклоняясь к брюнету, намекая на конфиденциальность разговора. Ангел отзеркаливает его движение, склоняясь к лицу Шаста, замечая крошку-родинку на его носу.       — Из чего сделан апельсиновый сок?       — Из апельсина.       — Из чего сделано клубничное варенье?       — Из клубники… — медленно отвечает Арсений, понимая, куда ведет этот диалог. — Погоди-погоди! Только не говори, что…       — Да-а…       Эмоции на лице Арсения такие искренние и читаемые, что тот больше похож на ребенка, а не на оберегающего ангела. Антон, видя, с каким шоком брюнет глядит на крем, всеми силами пытается не заржать, но внутренне он уже во всю кричит от смеха. Шастун кашляет в кулак, в попытке привлечь внимание Арса на себя.       — Обещаешь никому не говорить? — уточняя, спрашивает Антон. Брюнет утвердительно кивает, так и не взглянув на парня.       — Но… откуда берут детей, чтобы сделать из них крем?       — А для чего нужны детдомы? Половину детей оттуда вывозят на плантации и… вообщем, там все очень трудно! Долго рассказывать!       — А ты как об этом узнал?       — Я сбежал с одной плантации.       Арсений охает и роняет тюбик на пол. Он с теплыми объятиями накидывается на Антона, целуя того в щетинистую щеку. Ангел утешительно шепчет ему нежные слова на ушко, не представляя, как Шастуну было тяжело.       — Уже все хорошо, Арс. Давай поужинаем? Я проголодался, — Антон аккуратно отстраняет от себя Арсения, у котрого глаза на мокром месте. — Эй, ну ты чего? Все ведь хорошо! Пойдем, я тебе макароны с сыром сделаю? Хочешь? Еще сосисочек разогрею.       — Хорошо…       Шастун заботливо берет ангела на руки и относит на кухню. Благо, кухня и гостинная находятся в одном помещении, поэтому Антону не составляет труда пройти пару шагов и усадит Арсения на барный стульчик. Брюнет заметно приуныл, что, конечно, от Шаста не скрывается. Он понимает, что смеяться с такой ситуации неправильно, но его всего распирает от смеха. Боже, какой же Арсений наивный ангелочек...