Чужая

Тишину в комнате и мирный сон девочки нарушает звук открывающейся двери и тихие шаги в сторону её кровати. Мальчик забирает на постель и кладёт маленькую ладошку на бок сестры. Начинает слегка потталкивать, в надежде разбудить. Ему это удаётся. Мария слегка морщиться, то-ли от яркогих солнечных лучей, которые попадают прямо на её лицо, то-ли от настойчивый пинков. — Маша. — тихо произносит Арсений, но не замечая никакой реакции в его сторону, повторяет чуть громче прежнего. — Маша. Вставай. Уже десять часов. — на несколько секунд комната погружается в тишину, а после слышится слегка хлиплый сонный голос. — Сеня, я спать хочу. — Мария ложиться поудобнее и пытается опять пробраться в царство дядюшки Морфея, но мальчик даже не думает сдаваться. — Ну Маша. Мне скучно одному. — он кладёт голову на живот блондинки и ждёт ответа, которого не следует. Тогда он решает разбудить девочку проьпренным способом и суёт руку к её шее. Слегка отодвигает волосы и начинает легонько счикотать нежную кожу. Мария сразу дёргается и пытается убрать детские руки, на что ребёнок только смеётся. Минута мучений для Марии и мальчик сдаётся. Вместо счикотки встаёт и начинает резво прыгать на кровати со словами: — Вставай! Вставай! — матраз легко отпружинивает лёгкое тело, пока девушка открывает глаза и смотрит на это чудо, которое тревожит её сон. Крики и смех нарушает звук чего-то падающего на паркет и все резко замолкают. Маша с надеждой водит рукой по краю кровати, в попытках найти гаджет. Не обнаружив его, тут же подскакивает и смотрит на пол. Телевон упал экраном вниз, видимо отскочил, когда мальчишка прыгал рядом. — Арсений… — девочка грустно выдыхает, переворачивая на себя уже поднятый телефон. По экрану пошла паутина, оставляя на девечьей коже лёгкие порезы. — Я не хотел, Маша. Извини, пожалуйста. — Сеня опускатся рядом с сестрой и берёт её руку. — Хочешь, я тебе свой отдам? — взгляды встречаются, но видя непонимающий взор блондинки, ребёнка убегает в свою комнату, через несколько секунд прибегает обратно с синим пластмассовым изделием, на задней стороне которого нарисован какой-то мультяшный персонаж. Мария ухмыляется, а после гладит мальчика по ладошке и говорит: — Не нужно. Мой работает. Просто поменяю стекло и всё. — она целует Арсения в макушку, а мальчик вздыхает. Всё ясно. Готов Маше последнее отдать. Последнее, что у него есть. Любит. Как сестру. Как маму.  — Ну всё, тише. Не плачь. — Мария осторожно прикасается ваткой к детским коленям, пытаясь вытереть кровь и обработать рану. Мальчишка шмыгает носом, стирая с лица солёную каплю. — За что она тебя так? — Я бежал и случайно в Люську врезался. — отвечает Сеня, улыбаясь, когда вспоминает, как сегодня врезался в повариху. — А у неё кампот в руках был. Кастрюла с компотом. — Ясно… — Маше смешно от ситуации, но мальчика то жалко. — А потом… — он опять закрывает лицо ладонями, вспоминая несколько подзатыльников и колени, которыми он становился на гречку с солью. Два часа стоял. Смирно, как солдатик. — Ну всё, ничего страшного. Потерпи ещё чуть чуть. Я уверена, тебя скоро кто нибудь заберёт. — уже закончив с обработкой раны, она обнимает ребёнка. — Я всегда рядом. — Вы уже проснулись? — в незакрытую мальчиком дверь, заходит брюнетка, сонная, без очков и укладки. Настоящая. Мария быстро среагировала и спрятала разбитый гаджет под подушку. Этот жест не ушёл от взгляда старшей и слегка приподняв одну бровь, она осторожно спросила: — Что там? — Маша поджала губы, а брат опустил голову. — Ничего. — тихо, почти шёпотом.- Простынь поправляла. — А где… — замолчала Маша, понимая, что забыла имя «отца». — Саша на работе. Вот.- ответила Лукина, подвигая к девочке тарелку с оладьями. — Осторожно, чай горячий. — Очень вкусные. — мальчик кусает мучное, неосторожно наклоняя, из-за чего варенье попадает на чистую пижаму, оставляя след. — Ничего страшного. — женщина подаёт ребёнку салфетку, тепло улыбаясь. А мальчик отмечает, что ему определённо нравится его новая… Мама? — Маша, мне нужно будет отъехать, побудьте дома. Если что, в холодильнике найдёте еду. — На долго? — спрашивает Третьякова, и мысленно даёт себе подзатыльник за сказанное. — Ещё не знаю. Это не от меня зависит. Дверь хлопнула, рёв отъезжающей машины и Мария ждёт ещё около 15 минут, что бы женщина точно уехала. Блондинка заходит на балкон, доставая сигарету из пачки. Лопает кнопку ногтем, подносит к губам и делает первую затяжку, осматривая двор особняка. Желудок урчит, требуя пищу. Мария выходит из комнаты и замечает приоткрытую дверь в комнату старших. Интерес берёт вверх совести и девушка заходит внутрь. Комната практически ничем не отличается от комнаты Маши, только стола письменного нету. На прикроватной тумбочке стоит лампа, а рядом рамка. Мария берёт фотографию в руки, рассматривая изображённых. Александр, Лаура и какой-то мальчик. Брюнет, на вид около 7 лет, улыбается. Правда 2 зуба не хватает, но это не страшно. Родители тут моложе, года на 3 — 4. На стене также висел портрет этого ребёнка, только там он уже был один. Но… Кто этот мальчик? Лукина свернула во двор, припорковав машину в гараже. Из блгажника достала 2 сумки с продуктами и один пакет с какого-то магазина. Направляясь а вратам, что бы их закрыть, женщина наткнулась на соседку. — Здравствуй, Лаура. — женщина лет 42, приветливо улыбнулась шатенка, на что та ответила взаимностью. — Привет, Оксан. Ну как ты? — Лукина стала поудобнее и ждала ответа. — Хорошо. К тебе гости приехали? Шатенка сразу же нахмурились и непонимающе спросила: — Какие гости? С чего ты это взяла? — Да я сегодня на балкон вышла, а там девочка какая-то светленькая курила. Вот я и подумала…- женщина жила в особняке напротив, Лукина сразу же подняла брови, но не растерялась: — Это я…- смысла врать не было. — Я деток из детского дома взяла. Надо же как-то в себя приходить… — Оксана сразу же обняла впереди стоящую и прошептала той на ухо: — Держись, Лаура. Ты сильная.