Июнь в его лёгких

Неизвестно, когда это началось. Странное поведение Ванитаса Ной заметил не сразу. «Наверное, просто простудился…» - подумал вампир, наблюдая за тем, как его друг кашляет в белый платок. Только вот был один нюанс. Время текло, а Ванитас никак не шел на поправку. Наоборот, казалось, что с каждой минутой он становился всё более рассеянным и злым. Ной не понимал, как Ванитас, будучи доктором, мог так пренебрежительно относиться к своему здоровью. Однако в ответ на каждый вопрос из разряда «Может, тебе сходить к врачу? Или обратиться к госпоже Амелии?» Архивист стабильно получал грубый отказ. - Как дитё малое… - угрюмо бормотал под нос Ной, пока не врезался в чью-то спину. Юноша собрался извиниться, но вовремя понял, что столкнулся с самим Ванитасом. Сейчас он стоял прямо посреди улицы и внимательно всматривался в свой платок. Желая узнать, что такого интересного тот нашел в простой белой ткани, Ной попытался незаметно подглядеть, но тут же был одарен презрительным взглядом. - Чего вылупился? Пошли, проклятый должен быть где-то здесь, - Ванитас нервно скомкал платок, положил его в карман и быстрым шагом продолжил свой путь. После той ночи всё стало ещё хуже. Выходя из кабинета графа Орлока, Ванитас бросил «Я гулять» и, не дожидаясь какого-либо ответа, ушел. И не возвращался в отель до следующего утра. Любые вопросы упрямо игнорировал, а если Ной хватал его за локоть и говорил, что не отпустит, пока не получит ответы, юноша, не думая, грубо толкал вампира и снова уходил почти на сутки. Иногда Ванитас по несколько часов сидел на крыше, не желая находиться в одной комнате с кем-либо. Эта привычка и ранее прослеживалась за ним, однако еще полторы недели назад Ной не слышал постоянный кашель, доносившийся из окна. Заданий парни не брали и практически не разговаривали друг с другом. Ни советы обеспокоенной Амелии, ни крики графа Орлока, который ждал раскрытия новых преступлений, не помогали. Решив, что так продолжаться не может, Ной отправился гулять по городу в надежде найти ответ на вопрос о состоянии Ванитаса. И вот, спустя пару часов бесцельного блуждания по улицам Парижа Ной наконец-то понял… Что потерялся. Пытаясь выцепить взглядом хоть что-то знакомое, вампир ускорил шаг. Пон-Нёф, Площадь Дофина, маленькое безымянное кафе… - Гилберт? Какая встреча! Знакомый голос заставил Ноя остановиться. - Роланд? – рядом с другом вампир заметил уже знакомого темноволосого мужчину. - А вы?.. - Оливье, - кивнул паладин. - Кажется, мы с вами уже встречались. - Да, в этом же месте! Какое совпадение! – Роланд улыбнулся и, заглянув на спину Ноя, попытался что-то или кого-то разглядеть. - А Винсент разве не с тобой? Что-то случилось? Ной тяжело вздохнул. - Это долгая история. Понимаешь, Вани… Винсент сейчас болен и отказывается разговаривать с кем-либо. - Интересно… Не хочешь рассказать нам поподробнее за чашечкой кофе? Вдруг мы сможем помочь? - Роланд отодвинул свободный стул, приглашая Ноя сесть рядом. - Верно, Оливье? Нам всё равно некуда спешить. Темноволосый паладин промолчал и зажег сигарету. А Ной задумался. С одной стороны, за разговоры с Роландом на тему тонкой душевной организации Ванитаса можно хорошенько схлопотать в будущем. С другой, чем больше юноша закрывается ото всех, тем хуже он делает себе. Если Роланд и Оливье смогут помочь разобраться в происходящем, то стоит попробовать. Плетёный стул заскрипел. - На чем мы остановились? – начал Роланд после того, как Ной скромно заказал чашку чёрного чая. - Ах, да, болезнь! Чем же заразился Винсент? - Понимаете, я сам толком не знаю. Он постоянно кашляет, не спит по ночам. Кажется, будто ему тяжело даже дышать. Вдобавок ко всему этому… Он постоянно всматривается в свой платок, будто находит там что-то необычное. - Это могут быть просто сопли. - Оливье, будь немного тактичнее. А когда это началось? - Не помню… Кажется, после нашей последней встречи. - Понятно. Гилберт, а что это у тебя на ботинке? - А? Белый лепесток прилип к обуви Архивиста. - Опять лилии. В последнее время они постоянно залетают в наш номер. Не знаю, с чем это связано. Может, рядом открыли лавку? Хотя сейчас вроде не сезон… Лицо яшмового паладина изменилось. Ранее спокойный и весёлый – теперь Роланд стал крайне удивленным. - Оливье, а вдруг это?.. - Ханахаки? Вряд ли. Последний случай заражения был почти десять лет назад. - Да, но ведь нельзя знать наверняка! - Невозможно. Нынешняя молодежь забыла, что такое настоящая любовь. - Боже, ты говоришь, как старик. - Простите, но я не совсем понимаю… - Ною пришлось перебить спорящих. В голове ничего не укладывалось. - Что такое ханаках- хакан- хан-? - Ханахаки. Болезнь, которую завезли в Европу мореплаватели после восточной экспедиции. Удивительно, что ты не слышал о ней. Декаду назад все газеты пестрили заголовками об аномальном количестве зараженных. Оливье закурил вторую, в этот раз предложив собеседникам составить ему компанию. Ролан взял из упаковки сигарету, поднес её к зажигалке, а затем сделал затяжку. - Ханахаки - красивая, но очень страшная болезнь. Заражённый страдает из-за любви. Представляешь, в легких человека начинают расти самые настоящие цветы! Конечно, это очень пагубно сказывается на дыхательных путях. Если больной не признаётся в своих чувствах любимому, то недуг прогрессирует. Внезапно Ноя охватила паника. Всё сходится. Состояние Ванитаса стало стремительно ухудшаться в тот день, когда юноша заявил графу Орлоку о своём «проклятье». С ужасом догадываясь, каким будет ответ, Ной всё же спросил: - Роланд… А что происходит потом? - Тут есть два варианта. Первый - больной продолжает играть в молчанку и, в конце концов, умирает от удушья. Второй – больной всё-таки признается любимому человеку, узнаёт о взаимности чувств и полностью вылечивается. В венах застыла кровь, а по телу пробежала дрожь. Неужели он может погибнуть? Владелец книги Ванитаса, единственный, кто в силах спасти вампиров от проклятья прямо сейчас страдает от смертельной болезни? Ной сжал ладони в кулаки. В кожу больно впились ногти, и в груди что-то сдавило. Чувство, будто совсем скоро он в очередной раз потеряет нечто важное. Воспоминания из детства нахлынули волной. Знакомое отчаяние, когда кажется, что выхода нет. Нет, это больше не повторится! Если погибнет Ванитас, то вампиры потеряют единственную надежду избавиться от проклятья! Стул снова заскрипел. - Роланд, Оливье, спасибо! Думаю, мне пора. - Удачи, Гилберт! – прокричал яшмовый паладин убегающему вампиру вслед. Несколько минут охотники молчали. - В чём дело, Роланд? Что-то ты притих, – Оливье затушил остаток сигареты. - Да так, - Роланд повторил за ним. - Волнуюсь я немного. Сначала Оливье решил, что это шутка. Однако обеспокоенный взгляд зелёных глаз заставил охотника задуматься. - Ты действительно веришь, что наследник вампира Голубой Луны погибнет так нелепо? Уверен, он сам осознаёт, что упрямиться в такой ситуации – не самая лучшая идея. Роланд побледнел. - Ты плохо его знаешь…