Июнь в его лёгких

Они сидели на кровати и молчали. Ванитас собирался с мыслями, а Жанна просто не знала, что ей следует говорить. Признаться честно, девушка совсем не понимала, что здесь делает. Всё произошло очень быстро. Ещё час назад она гуляла с господином Лукой, а сейчас сидит в запертом госпожой Доминик номере на одной кровати с Ванитасом! После их последнего разговора об отношениях девушки больше не затрагивали тему правильной стратегии в общении с парнями. Может, госпожа Доминик решила таким образом помочь? Однако, помнится, она осудила идею действовать быстро и решительно… Нет, что-то здесь определенно не так. Перед тем, как Жанну повели в Париж, Доминик сообщила, что Ванитас чем-то болен. И что только она может помочь ему. Жанна робко взглянула на парня. Он выглядел очень усталым и измученным. И эти цветы вокруг… - Ванитас… Что случилось? Сердце снова забилось с бешеной скоростью. А ведь Ванитас только-только успокоился. Как же он сейчас жалок. В словах Ноя определенно есть доля правды. После того, как Доминик ворвалась в номер, оставила Жанну и ушла куда-то со своим другом детства, предварительно заперев дверь, Ванитас не проронил ни слова. Иного выхода нет. Придётся всё рассказать. Какая разница, если Жанна не ответит взаимностью? Он умрёт в любом случае. После отказа нужно будет позвать Доминик и Ноя, чтобы они отпустили их. И максимально быстро уйти, неважно куда, лишь бы она не узнала правду и не стала нести ответственность за очередную мертвую душу. Вобрав в легкие столько воздуха, сколько было возможно при их плачевном состоянии, Ванитас повернулся к девушке. - Жанна, я… Он забывает все слова, стоит ему встретиться с прекрасным взглядом янтарных глаз. - М? Наклоняет голову вбок. Так мило. - Ты… Мы… Нам надо поговорить. Ванитас сжимает простыню. Кажется, совсем скоро начнётся ещё один приступ. Надо успеть всё сказать. Речь получается несвязной и слишком быстрой. - Помню, что говорил это во время нашей первой встречи. И в конце нашего свидания тоже. Все эти чувства были мне в новинку, и я не понимал их. Но сейчас всё по-другому. В груди Жанны что-то сжалось, когда она поняла, что хочет сказать вампирский доктор. Знакомый голос ещё никогда не звучал так сладко. - Жанна, я люблю тебя! В комнате было совсем не тихо. Казалось, что стук двух сердец доносился даже до соседей. Ванитас сконцентрировался на дыхании, пока не услышал женский всхлип. Осмелившись поднять взгляд, юноша увидел слёзы. - Жанна… - он аккуратно пододвинулся к плачущей девушке. - Почему? Она сама не знала. После того, как прозвучали слова Ванитаса, её сердце пропустило удар, а глаза наполнились слезами. - Ванитас… - только могла всхлипывать Жанна. - Ванитас, я… Прости… Прости, что я тоже люблю тебя! Он не мог поверить в услышанное. Захотелось переспросить. Несколько раз. Несколько десятков раз, чтобы убедиться в реальности происходящего. - Жанна, почему ты извиняешься? – Ванитас нашел в себе силы нежно взять её за руку. - Просто, - девушка постаралась вытереть слёзы тыльной стороной ладони, - ты же не любишь тех, кто любит тебя. После того случая в Жеводане, я осознала, что не могу думать о тебе так, как раньше. И всё это время я гадала, как мне вести себя рядом с тобой, чтобы ты не ушёл! Парень захотел прямо сейчас ударить себя. Ну какой же он идиот. - Жанна, взгляни на меня… Тонкие пальцы в черной перчатке нежно коснулись мягкой кожи. Убрав большим пальцем остатки слёз, Ванитас наклонился ещё ближе. - Твои чувства не отталкивают меня, а делают только счастливее. Блестящие розовые губы, которые только что облизнула девушка, находились на непростительно близком расстоянии. Ванитас решил продолжать действовать, пока адреналин не покинул его тело. Всё также аккуратно он прильнул к Жанне. Их поцелуй был нежным, совершенно не таким, как в городе или в заброшенной хижине. Мягкие уста двигались медленно. Ванитас пробовал их на вкус, будто это самый лучший десерт в Париже. С каждой секундой Жанна хотела большего. Толкнув Ванитаса, она нависла над ним и углубила поцелуй. Ни один алкоголь не дурманил голову так, как это делали сладкие губы, пушистые локоны и мягкие округлые бёдра. В тонкую талию захотелось впиться пальцами. Когда воздуха ни у кого не осталось, они оторвались друг от друга. Пытаясь перевести сбившееся дыхание, Ванитас понял, что совсем скоро потеряет контроль над своим телом. - Думаю, нам лучше остановиться. Сюда в любой момент могут заявиться те двое. И только Жанна успела слезть со смущенного Ванитаса, многострадальная входная дверь снова отворилась. - Ну как вы тут, голубки? – Доминик вальяжно прошла мимо ребят, чтобы открыть окно. - И даже не постучала. А что, если бы мы были заняты чем-то важным? - Не были бы. Посмотри на себя, ты от трех простых слов сидишь красный, как маков цвет. - Я не красный! Здесь просто душно! - Ванитас, как твои легкие? – о ханахаки – главной причине всего происходящего – вспомнил только Ной. Ванитас вдохнул полной грудью и понял, что мешающих цветов больше нет. - Я… Я здоров! – от переизбытка эмоций он широко улыбнулся. - Жанна, я вылечился! Всё благодаря тебе! Тем временем Доминик и Ной стояли у окна и наблюдали за счастливыми влюблёнными. - Ты доволен, mon chéri? - Конечно! Ванитас жив, ему не угрожает опасность, а у вампиров всё ещё есть надежда на спасение. Спасибо большое, Доми! Без тебя всё могло бы закончиться по-другому. Крепкие объятия на секунду выбили девушку из колеи. Столь родное тепло как обычно успокаивало и дарило счастье. - Месье Ной, - в дверном проеме показалась взволнованная Амелия, - граф Орлок в бешенстве, потому что вы уже полторы недели не берёте никаких заданий! Он требует вас в свой офис сейчас же! - Ну вот, видишь, до чего ты нас довёл?! – вампир подошёл к Ванитасу, всё ещё сидевшему на кровати, и поднял его за локоть. - Собирайся, нам лучше не опаздывать. Ещё хуже себе сделаем. - Хорошо-хорошо, - проворчал Ванитас перед тем, как отправиться в ванну. - Доми, Жанна, я вас проведу. - Не надо, mon chéri. Ты прав, вам нельзя опаздывать. Мы с Жанной сами дойдём. - Хорошо. Тогда до встречи! Попрощавшись с парнями, девушки отправились в Альтус.

***

- …а потом он признался! Мне стало так хорошо, что я заплакала… - Ах, Жанна, ты такая чувствительная! Доминик замедлила шаг. Её собственный голос эхом раздался в голове. В горле почему-то запершило. - Возможно! Просто я никогда раньше не… Госпожа Доминик, вы в порядке? Вдоволь откашлявшись, она почувствовала, что во рту что-то застряло. Доминик поднесла ладонь ко рту. На фиолетовой перчатке, практически сливаясь с ней из-за цвета, лежал маленький лепесток астры.