Наше прошлое лето

Бабушка ушла хлопотать в дом, остальные четверо вообще не понятно где, так что Тэхен и его дьявол остались у костра вдвоем. Младший не двигается, только смотрит на огонь, не отрываясь и не дыша. Есть перехотелось, потому что... Сложно наслаждаться ужином, когда напротив тебя предел твоих мечтаний и уж слишком смущающих снов. Сокджин смеется, запускает пальцы в длинные волосы, а Тэхен из всех сил старается не залипнуть. Получается плохо. Сокджин в какой-то момент ловит взгляд, а бедный Тэхен понимает, что вот теперь он реально двигаться не может. Даже глаза опустить не получается. Звуки вокруг в одно мгновение пропадают, Тэхен видит лишь отражение огня в оленьих глазах и улыбку. Чертову улыбку, с которой все началось. - Ты хорошо себя чувствуешь? - Голос вытягивает из вакуума, Сокджин опирается локтями о бедра и вопросительно вскидывает бровь. - Да, сонсэнним. Конечно. - Тэхен вздрагивает, все-таки опуская взгляд на огонь. - Я принесу тебе выпить. Не вопрос, а утверждение. Сокджин встает со своего места и направляется в дом. Тэхен даже сказать ничего не успевает. Старший возвращается слишком быстро, но садится рядом и протягивает Тэхену кружку с чем-то горячим и очень вкусным, судя по запаху. - Вот, возьми. У тебя жар? Тэхен умрет сегодня, ей богу. Потому что у Сокджина ладонь мягкая и теплая, она вдруг ложится на тэхенов лоб, и от этого волны мурашек. - Все хорошо. - попытка улыбнуться провалилась. - Тэхен, ты горишь весь. Ну, собственно говоря, - да. Тэхен сейчас самовоспламенится к чертям. - Сонсэнним, я в порядке. Просто весь вечер близко к огню сижу. - Тэхен делает глоток, прикрывает глаза от струящегося вверх пара, а потом чуть не падает на уже покрытую росой траву. Теплые пальцы вдруг притягивают за шею, Сокджин впивается в красные от жара губы, а Тэхен роняет принесенный напиток на землю, цепляясь руками за подобие лавочки, на которой они сидят. Тэхену сладко: у Сокджина губы мягкие, а на языке еще послевкусие малинового чая. Сокджин вдруг выдыхает тяжело и отрывается первым, видя перед собой распахнутые янтарные глаза и припухшие губы. - Тэхен, я... Прости. А Тэхёна вдруг пробирает на злость. Потому что какого черта его только что поцеловал любимый человек, а теперь извиняется за это? Вся робость куда-то испаряется, и Техен поддается вперед, ловя желанные губы и запуская пальцы в темный шелк. Сокджин отвечает, притягивает младшего к себе и, кажется, загорается. Где-то за теплицей запрыгал радостный Чимин. Он победно вскинул руки, после этого подбегая к Намджуну и давая тому пять. - У нас получилось! - Он мне весь мозг с твоим Тэхеном вынес. - Намджун вдруг обвивает руки вокруг талии и притягивает младшего к себе. - Больше не будет. Я тоже уже наизусть выучил: "Нет, ты не понимаешь, он же мой препод!", - Чимин охотно льнет ближе, трется щекой и млеет, когда чужие пальцы забираются в волосы. - Малыш... - Что? - У меня есть одна идея. - Намджун улыбается, являя миру ямочки на щеках, а Чимин внутри вскрикивает от предвкушения. - Предлагаю последовать их примеру. Я безумно по тебе соскучился. Чимин секунды делает вид, что думает, а потом сам разворачивается спиной к теплице и тянет старшего на себя. Он тоже скучал. Безумно.

***

Хосок проваливается в сладкую полудрему, слушая любимый голос. Чонгук лежит рядом, став для младшего огромной подушкой, и читает про мичмана Хорнблауэра и Буша. Чонгук звучит, как шум морских волн, бьющих о борт корабля. Хосоку мерещатся крики чаек и скрип мачты, на которую если смотреть - голова закружится. Чонгук гладит по спине, периодически целуя в висок, а Хосок слышит голоса на капитанском мостике и звон шпаг. - Мышонок... Спишь? - Чонгук откладывает книгу и касается губами щеки, Хосок бормочет во сне, мол, нет, на что старший улыбается и зарывается носом в пахнущие лесом волосы. - Чонгук... Не уходи. - Я никуда не уйду, Хосок. - Старший улыбается - младший льнет ближе, закидывает колено Чонгуку на бедро и тычется носом в шею. - Мой звездный мальчик. - А ты тогда кто? - Хосок почти спит, едва шевелит губами и жмурится так, что Чонгук сейчас каюкнется. - Я? Не знаю. - Ты инопланетянин. - Хорошо. - Чонгук смеется, спускается на подушке ниже и прижимает младшего к себе. - Буду твоим инопланетянином. - Только не похищай меня. - Я уже. Разве нет? - Спи. - Хосок целует в шею и снова зарывается носом в ворот футболки. И Чонгук засыпает, дыша в унисон со своим маленьким принцем.

***

Хосок просыпается. Против воли открывает глаза и несколько минут неотрывно разглядывает потолок. Окно заперто, так что звуки уже сутки непрекращающегося дождя глухие и нечеткие, похожие больше на какой-то шелест. На дворе конец сентября, а Хосок хочет вернуться в июль. Август пролетел слишком быстро. У Хосока было так мало времени, чтобы побыть с ним. Он не надышался, не насмотрелся. Чонгук ему жизненно необходим, особенно сейчас. У Хосока ломка: ему не хочется есть, он или спит, или бездумно бродит по серым улицам города. Семестр не успел начаться, а у него уже полное отвращение и неприязнь к тому, что раньше приносило радость. Без Чонгука мир Хосока потерял свои краски. А сам Хосок - смысл всего, что раньше его окружало. Все его существование сейчас было направлено на движение черного космоса в чужих глазах. Хосок скучал по объятиям, таким сильным и теплым, что казались нерушимой крепостью. По губам, пускающим дрожь до кончиков пальцев. По улыбке и смеху. Он скучал по Чонгуку. Хотел он этого или нет - Хосоку пришлось уехать. Прощание было сумбурным, слишком быстрым, словно на автомате. Горький обруч из слез сковывает горло, Хосок садится на кровати и, обняв колени, плачет. Он так долго не протянет. Ему нужен Чонгук, его инопланетянин, его первая и последняя любовь. Чонгука отправили в Токио, помогать отцу по делам. Да, Чонгук приемный ребенок в семействе Чон, но, как показало время, самый мозговитый и усердный из всех троих. Поэтому отец и взял Чонгука с собой. А когда вернет его Хосоку - неизвестно. Они созванивались время от времени, но ведь это смешно. Ты ведь все равно не дышишь в унисон, не чувствуешь, как волосы скользят в волосах, как чужие ресницы щекочут нос. Хосок так соскучился по этому, что просто не может дальше существовать без Чонгука. Чисто теоретически... У Хосока же есть деньги. Их вполне хватит на билет до Токио. В один конец правда, и только на самолет... План провальный, потому что найти Чонгука в этом чертовом городе будет невозможно. Хосок вот-вот завоет.

***

Отрывать голову от парты не хочется - Хосоку снова нужно провалиться в тяжелый, ничем не наполненный сон, чтобы ничего не чувствовать. Но в поточную аудиторию, практически снося с петель двери, врываются два недоразумения. Одно - рыжее, другое - голубое. Во всех смыслах. Сокджин тогда Тэхена чуть не придушил. Он бы это сделал, если бы Тэхен не проговорился, что ему такое нравится. - Х... Хосок! - М? - Хосок! Живо на сачок! - Чего?.. - Блять, Хоби, шлепки надел и пизданул на улицу, быстро! - Тэхен подлетает к парте и нависает над другом, сам не осознавая, что повторил кое-чьи слова. - Вы можете нормально объяснить? Сейчас пара начнется... - Хосок. - Чимин нависает рядом и впивается пальцами в предплечье. - На нас инопланетяне напали. Просили передать, что хотят видеть звездного мальчика. Хосок не сразу понимает, что именно услышал. А потом молнией подскакивает с места и исчезает в коридоре. - Как думаешь... Это точно хорошая идея? - Тэ, он за эти три недели превратился в призрака. - Ты прав. - Тэхен кивает голубой макушкой в знак согласия. - Я даже подумать не мог, что люди могут так скучать. - Попробуй чаще думать. Говорят, полезно для мозга. - Ой, завались.

***

Шаги эхом отбиваются от стен, Хосок стрелой мчится к большой лестнице, ведущей к выходу из корпуса, а после выбегает на улицу, широко распахнув глаза и судорожно оглядываясь по сторонам. - Здравствуй, мышонок. Чонгук на себя не похож: в белой рубашке под длинным черном пальто, волосы зачесаны назад и кожа бледная. Чонгук устал, но на губах вдруг загорается та самая улыбка, в которую Хосок так горячо влюбился. - Чонгук... Младший налетает на старшего, обхватывает руками шею и повисает, почти сразу чувствуя то, по чему так сильно скучал: руки. Сильные, теплые, обнимающие его и прижимающие к себе так крепко, как только возможно. Хосок плачет. Потому что вдруг становится легко до дрожи за ребрами, слезы застилают глаза, а младший лишь сильнее льнет ближе, желая не оставить ни миллиметра между собой и космическим гостем. - Я скучал... Я так скучал, Чонгук... - Голос прерывается из-за всхлипов, пока чужие пальцы гладят волосы, а губы целуют в висок. - Все хорошо, маленький. Я здесь. И я тоже безумно скучал. - Чонгук берет лицо младшего в ладони и большими пальцами смахивает слезы, продолжая смотреть в глаза. - Чонгук... Ты... Ты ведь не... Не уедешь больше? - У Хосока ресницы от слез слиплись и губы дрожат. И Чонгуку хочется их поцеловать. - Нет, мышонок. Не уеду. Я договорился с отцом, так что теперь у меня есть своя квартира в Сеуле. Я окончательно сам могу распоряжаться своим временем и заработком, так что... Может, будем жить вместе? - Чонгук смотрит на то, как в любимых глазах блеснуло что-то. Оно было похоже на утренний солнечный луч. Такие лучи теплые, они танцуют на щеках, будя ото сна, они светящимися иглами пронизывают воздух и солнечными зайчиками прыгают по зеркалам. - Ты серьезно?.. - Абсолютно. - Я согласен. - Хосок улыбается. Он уверен, что вот-вот взлетит от накрывшей его сладкой легкости. Кажется, именно это люди называют счастьем. Хосок закрывает глаза, когда чувствует чужие губы на своих. Они все такие же теплые и мягкие, Хосок обмякает в чужих руках, находя в себе силы лишь улыбнуться в поцелуй, когда Чонгук прижимает ближе, после зарывается носом Хосоку в шею и дышит. А потом по хосоковой коже скользнуло что-то горячее и влажное. Чонгук плачет.

***

- Слушай, пацан еле дожил, прости ему половину пары. - Голос Намджуна на том конце провода немного раздражает, на что Сокджин лишь хмыкает. - Да я вижу... Вцепился в него, как в спасательный круг. - Как будто вы с Тэхеном не такие. - Намджун, это другое! - Это двойные стандарты, братишка. - Намджун во всю смеется, а Сокджин лишь закусывает губы. - Намджун. Спасибо, что устроил все это. Я следил за Хосоком все это время, если бы не ты... - Просто помой посуду сегодня. - У меня свидание. - У меня тоже. - Ну ты и говнюк, Намджун. - Я тоже тебя люблю, хен. Кладу трубку. Сокджин стоит у окна в коридоре корпуса, неотрывно следя за картиной внизу. А потом улыбается, пряча телефон в карман брюк. Потому что Чимин - лучший генератор идей, Намджун - лучший исполнитель. А Тэхен... Сокджин его просто до потери пульса любит.