Ты – моя зависимость

— Вечерний просмотр фильма, ты серьезно? — На полном серьезе. — Заманчиво, Лисса, очень заманчиво. Мои утренние мысли были о том, чтобы сегодня посмотреть что-то с Майком. Пятница всё таки. И он приходит в качестве репетитора. Незачем мне отказывать. Поэтому, мы сейчас сидим, я наслаждаюсь запахом мяты, и говорим об этом необычном предложении. — Ну, что скажешь? — Хорошо, я не против, — отвечает Майк и на моём лице мгновенно появляется улыбка. — Супер, я пошла на урок. — Стой, — схватив моё плечо, сказал парень, — ты ничего не забыла? Рюкзак забрала, больше ничего не могла оставить. Я так не выспалась, что не удивлюсь, если реально что-то забыла. — Не-е-ет... — Хорошо, иди в кабинет, — в итоге говорит он и отпускает мою руку. Странный. Как и сказал Майк, я иду в кабинет, где, наверное, мы будем обсуждать контрольную работу, про которую мне приходилось врать довольно часто. Проблема в том, что я ничего не разбирала. Махаю рукой двум самым важным людям в данной комнате и сажусь за свою парту. Что-ж, если Майк захочет вызвать меня к доске для разбора контрольной – я труп. Как только он заходит в кабинет, меня начинает не по-детски трясти. Когда у меня такое последний раз было? Наверное, никогда. — Всем привет, ребята. Я проверил ваши контрольные. Могу сказать, что вы справились, довольно, неплохо. Сейчас раздам ваши листочки и вы увидите свои оценки. Он начал ходить по рядам и раздавать листочки. Мои колени не переставали немного трястись, поэтому я просто ждала, когда этот урок закончится и я побегу подальше от всех и всего. Как на зло, мой листочек оказался самым последним. Смотрю на него и вижу оценку F*. Что? Переворачиваю листочек, где находится пустое пространство и вижу подпись: «Придётся всё же разобрать контрольную». Ну конечно, как я могла надеяться, что Майк поставит мне бал повыше. Это же школа, никакой лжи, только правда и честные результаты. Но можно было поставить и повыше. Видимо, она ставилась перед нашим поцелуем, иначе бы там стояла самая возможная высокая оценка. Хотя, с другой стороны, вдруг эта подпись несёт подтекст, по типу: «Я буду стоять с ремнём, и на каждом неправильном ответе – буду бить им». Нет, Майк не такой. Это уже моя фантазия пошла в ход. — Лисса Райт, будьте внимательнее, я вас сотый раз зову к доске, — говорит, на повышенном тоне, учитель через весь класс. Как сказал какой-то человек, не опять, а снова. Я говорила, что буду труп, если меня вызовут? Ну вот, только подумала – сразу сбылось. Не зря мне твердили, что мысли материальны. И не только позитивные. — Несите сразу свой листочек и будем разбирать, какие задания вы не сделали, — твердит Майк, перед тем, как я собираюсь подходить к доске. Он специально издевается? Знает же, что я сделала буквально два из десяти заданий. И то, списала. Я уже стою у доски и специальным стилусом пишу условия задачи. Хоть и это кажется трудным, но я справляюсь. Что делать дальше? Никто не знает. Поэтому, я вновь, как идиотка, стою и просто втыкаю в одну точку, спиной к классу. А что ещё? Можно сразу закидывать меня помидорами, говорить, какая я тупая и как вообще учу дополнительно математику, если сейчас не могу решить элементарную задачу. В кабинете тихо, поэтому даже подсказать будет не вариантом. Долбаный Майк. Конечно, на его уроке все сидят тихо, но ни-черта не понимают в предмете, а просто делают умный вид. — Я не знаю, как решить эту задачу, — решаюсь сказать я и нарушаю гробовую тишину. Смотрю внимательно на Хьюго и вспоминаю, что моё враньё всплыло. Можно считать — я осталась без друга. — Могу садиться обратно? — Нет. В моей голове пробежало миллион матов вместе. В смысле, нет? — Будем решать вместе эту задачу, если вы не знаете, как сделать это самостоятельно, — продолжает Майк и я злюсь на него ещё больше. Ужасная ситуация, ужасный день. Он мне уже не нравится. — Посмотрите внимательнее на этот конус. Рисунок должен помочь решить задачу. Я смотрю на этот конус бесконечное время и мой мозг не придумал ничего иного, чем: «Это просто фигура». — Вам просто нужно вспомнить, как найти высоту конуса и задача очень быстро решится. Вспомнить. Смешно. В моей голове сейчас только предыдущие несколько дней, дорогой Майк. И только ты можешь знать, почему именно так. Почему в данный момент моя голова не может вспомнить элементарных вещей. Для меня сейчас существует не нарисованная фигура, а очень даже живая и человеческая. Всё это тело, который в данный момент направлено спиной ко мне. Спиной. Чёртов Браун. Он стоит полностью одетый, но мои мысли решают совсем по-другому. — Мне надо выйти, — говорю я и понимаю, что это звучит не очень правильно, особенно в данный момент, когда я отвечаю у доски. — Если вы собираетесь посмотреть ответ на своём телефоне... — Мне срочно надо в туалет, — перебиваю его я. — Хорошо, идите, — почти сразу сдаётся Майк, и я как можно быстрее выхожу из класса. Первый день февраля и такой ужас. Самое время начать ненавидеть все дни, а особенно, дни этого месяца. Как и вчера, прибегаю в любимейший туалет и умываюсь. Мне нужно охладиться от всего. А ещё, мне нужно поплакать. Прям сейчас. В эту же минуту. И я плачу. Из моих глаз сами текут слёзы, даже не стараюсь их сдерживать. Мне уже откровенно параллельно, что мои глаза вновь будут, как у панды. Теперь, я уверена, ко мне никто не захочет подойти. Сбежала с урока, наврала другу. А Виолетта... Разве что она может меня понять. Всегда понимала. Если я сейчас вернусь в класс, то на меня посмотрят, как на тупую истеричку. Даже если это правда, не хочу, чтобы это подтверждалось взглядами одноклассников. Поэтому, я остаюсь в туалете до конца урока. Ко второй геометрии, думаю, приду. Куда я денусь? А пока что, зайду в кабинку, чтобы хорошенько поплакать, пока на это есть достаточно времени. Не думала, что у меня бывают истерики, но сейчас – именно так и происходит. Я сижу на закрытом унитазе, что выглядит не очень красиво, но мне, опять-таки, до глубины души плевать. А мои слёзы льются в несчастную салфетку уже минут 5 без остановки. Всё таки, когда-то придётся выйти из этого убежища и показать людям своё красное лицо. И я делаю это, как только звенит звонок о начале перерыва. Лучше бы просидела на унитазе, чем выходила из своего укромного места. Жалко, что рядом не было вчерашних ребят, хоть какое-то веселье. Захожу в класс, а тут не густо. Совсем. Один Майк сидит за учительским столом и пишет какие-то бумаги. Видимо, он занят, поэтому решаю откинуть все вопросы, по типу: «Зачем ты поставил мне плохую оценку?» «Почему вызвал к доске?» и всё подобное. Закрываю дверь кабинета и ухожу искать Виолетту. Как же я надеюсь, что она мне поможет. Хотя бы своим присутствуем. В коридоре вижу Хьюго. Хорошо, пусть он теперь меня ненавидит, но у меня вопрос жизни и смерти. — Слушай, Хью, ты не видел Виолу? — подбегая, спрашиваю у него. Судя по его реакции, на моём лице полный кошмар. Хотя, я посмотрелась в зеркало перед выходом. — Она, кажется, пошла на второй этаж, в поисках тебя. — Огромное спасибо, — сказала я и решила пойти именно туда, но рука Хью остановила меня. — Стой. Ты в порядке? Нет. Я не в порядке. — Да, конечно. Просто плохо написала контрольную, подумаешь. Меня же не посадят под домашний арест из-за этого. Конечно же я не буду сидеть целые выходные за домашним заданием и учить эти теоремы и примеры. А, да, кстати, — достав телефон, я открыла наш общий чат. — Вот, теперь можете забыть о таком человеке, как Лисса Райт. Лисса покинул(а) чат — Ли, спокойно, успокойся, — взяв меня за плечи, начал Хьюго. — Давай, я поговорю с учителем, может, он не будет ставить оценку. — Какая уже разница, поздно. — Нет, я пойду и... — Нет, — остановила его, — ты никуда не пойдёшь. — Почему это? — Потому, что ты не обязан отвечать за мои действия. Уже можешь забыть обо мне и о том, что я была в твоей жизни. Я ужасный друг и человек, — отпустила его запястье и пошла на поиски Виолетты. Лисса [8:58am]: Ты где? Виола [8:59am]: Такой же вопрос к тебе. Выбежала из класса и не вернулась до конца урока Лисса [9:00am]: Где тебя искать? Виола [9:01am]: Второй этаж, конец коридора Я не стала долго думать и побежала к подруге. Чёртовы ступеньки. И так все силы пропали, так теперь подниматься надо. Когда в нашей школе появится лифт? — Очень красивый вид, — кто-то шепнул мне в спину. Так и знала, что надевать юбку был не самый лучший вариант. Я пулей повернулась к человеку, который посмел сказать такое. Ну конечно, ну конечно. Кто же ещё мог сказать такое, как не Майк, мать его, Браун. — Отвали, — кинула я и во мне появились силы преодолеть последующие несколько ступенек. — Уф, как мы заговорили, мисс Райт, — схватив моё плечо, чтобы я не двигалась, продолжил Майк. — Куда спешим, — шепнул парень на ухо и прикусил мочку. Нет, сердце, не подводи меня. Сейчас, должен работать мозг. Хоть когда-то ему суждено это делать? — Ты издеваешься, да? Ставишь меня в неловкое положение, — не выдержав, сказала я. Люди вокруг начали смотреть на меня, как на идиотку. Мне не привыкать, но я схватила Майка за руку и потянула подальше от лишних глаз. Я двинулась обратно на первый этаж, в кабинет математики. Там точно никого не должно быть. Как только мы ступили ногой через порог, я продолжила вываливать всё, что накопилось. — Ты издеваешься, Майк, я это вижу по твоим глазам. И если у меня на лбу написано, когда я вру, то у тебя, — провела пальцем по этому месту, — когда ты пытаешься унизить меня. Зачем ты это делаешь? Вызываешь к доске, когда понимаешь, что я не смогу ответить. Ставишь плохую оценку, но знаешь, как отец отнесётся к низкому балу. За такой короткий промежуток времени ты узнал обо мне буквально всё. И этим пытаешься сделать больно. Зачем... — по моим щекам вновь текло миллион солёной воды. — Я не издеваюсь, Печенька, — спустя тишину из десяти секунд, сказал Майк и потянулся рукой к лицу, чтобы вытереть слёзы. — Специально, я бы никогда не вызвал тебя к доске, но твоих оценок очень мало. Их буквально нет. Эти пробелы я обязан заполнять, это моя работа. А контрольная... я не ставил тебе никакую плохую оценку, это было только на листочке. Если ты вспомнишь, я уже об этом говорил, — он убрал руку с моего лица и потянулся крепко обнять меня. Точно. Тогда, когда у меня болел живот. Мне в тот момент настолько было одновременно хорошо и плохо, что я совсем забыла о той фразе. — Хорошо, значит, нам придётся заняться геометрией, — успокоившись, сказала я. — Жаль, что просмотр фильма накрыло цунами. — Мы можем начать со следующей недели. И если у тебя есть свободное время, то добавим занятие в понедельник. Тогда, всё точно наладится. — Ты всё таки хочешь посмотреть фильм со своей ученицей и подругой? — Ты больше, чем ученица или подруга. Ты... Звонок. Чёртов звонок на урок. Ненавижу его больше всего. Из-за него, Майк не закончил фразу. В класс зашла Виолетта и мне вновь стало стыдно. Видимо, теперь у меня точно не будет друзей. — Ты чего не пришла? Я тебя ждала, — немного повысив голос, спросила Виола. — Долго рассказывать, но со мной всё хорошо. Видишь. — Да, по твоей растёкшейся туши – это очень видно. На перемене расскажешь, что произошло, а пока что, держи салфетку, — протянув руку, сказала Виолетта. У них у всех традиция давать мне их? — Спасибо, спасибо, спаси-и-и-бо, — благодарно протянула я. — Тише, присаживаемся. Продолжаем урок, — сказал Майк и я погрузилась в мир фигур и цифр. Наверное, впервые за последнее время.