Ты – моя зависимость

Наконец-то, эта учебная неделя закончилась. Виолетта всё таки добилась того, чтобы узнать, во сколько Майк придёт ко мне. И если она серьезно будет стоять под окном, я не удивлюсь, это же Виола. А сейчас мы едем к моему дому. — Не хочешь сразу остаться? — спрашиваю у парня. — С радостью, но мне надо доделать взрослые дела, переодеться в менее официальную одежду. — У тебя вечные взрослые дела, я так вижу. Ну ладно тогда, я пошла. — Лучше бы он не переодевался. — Утром, ты кое-что забыла сделать, прошу, вспомнить, — остановив мой выход, прошептал Майк на ухо. Чувствую, на моём плече скоро будет синяк. По телу вновь пробегают мурашки, а между ног будто пошёл дождь. Ужасное сравнение, но именно так я себя и чувствую. Я в недоумении сижу и не понимаю, что я могу забыть. С моей памятью, конечно, многое, но... Поцелуй... Я без раздумий тянусь к губам Майка и целую его. Видимо ему понравилось, как в прошлый раз я взяла инициативу в свои руки, но сегодня повторять тоже самое не хочу. После того, как вспоминала это, было ужасно стыдно. А он думает совсем по-другому и углубляет поцелуй. Из-за этого, из моего рта вылетает гортанный стон. Видимо, это стало маленькой традицией. Мы оба улыбаемся через поцелуй, я это чувствую. Майк прикусывает мою нижнюю губу, а я стараюсь не отставать и делаю тоже самое, забывая о стыде и своей вежливости. Всю жизнь меня называли интеллигентной девочкой, а теперь эта сама культурность целуется со своим учителем. Мне кажется, он вечно жуёт мятную жвачку или ест конфеты. От него всегда пахнет ей, а во рту всегда именно этот вкус. И если у меня прозвище Печенька, то у него Свежая Мята. Именно из-за этого, поцелуй чувствуется ещё лучше и нет желания делать это с кем-то другим. Будто поставили высокую планку и теперь попробуй достигни её. А Майк Браун лучший во всём, поэтому, я пропала. Если ничего не получится, то я навряд-ли найду лучше. Именно поэтому, его называют зависимостью, именно поэтому он наркотик, а может, сигареты со вкусом мяты. Остановлюсь на том, что я просто не могу без него. А судя по тому, как Майк вёл себя на следующий день после поцелуя – он тоже. И разве после таких страстных поцелуев в салоне тачки обращаешь внимание на разницу в возрасте? Майк не педофил, не маньяк. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы убедиться в этом. И если хоть какой-то человек, узнав про наше общение, скажет, что это неправильно, то пусть идёт к чёрту. Нелепо прервав наш поцелуй, я решаю закончить данную минуту удовольствия и пойти домой. — Что-ж, я пошла, до встречи. — До встречи, Печенька, — улыбнувшись, отвечает Майк и отъезжает от дома, как только я закрываю дверь машины. Зайдя в дом, поняла, что предложение зайти пораньше – было не очень подходящее. Мне нужно будет прибраться в комнате, подготовить всё. Пообедать, переодеться. Хорошо, что у Майка дела. У меня есть полтора часа, чтобы убраться, хотя бы, в своей комнате. В такие моменты жалеешь, что ты не Флэш. А может посидеть в гостевой комнате. Там, практически, всегда порядок. Ох нет, там пианино. Мне одного раза хватило. Хорошо, придётся убирать. И пора бы начать уже сейчас.

𓆉 𓆉 𓆉

В дверь звонят. О нет, мне осталось совсем немного убрать. Надо было быстрее обедать. Бегу открывать дверь, наплевав на то, как я выгляжу после генеральной уборки в комнате. — Приветик, — говорю Майку и обнимаю его как можно крепче. Да, прошло немного времени, а я уже соскучилась. — Привет, Печенька. Ты сейчас уж очень тактильная, — тоже обняв меня, говорит парень. — Уж что-то занимательное делала, судя по твоей причёске, — подцепив мой хвост, который уже распался, шутит он. — Если бы не сегодняшний вечер, не знаю, когда бы я так тщательно убрала в комнате. — Значит, я очень хорошо на тебя влияю, — приблизившись к моему лицу уж очень близко, начинает Майк, — правда, Лисса? — шепчет он на ухо, слегка касаясь мочки. Вот же гад, видит же, как мне нравится такое действие. Сама того не замечая, задираю голову выше, открывая доступ к шее. Парень, решая добить меня окончательно, целует её. Ладно, если бы это был просто поцелуй, но он проводит по ней языком. Кажется, он рисует им сердечко. А теперь, немного всасывает кожу. Так резко? Я еле-еле держусь на ногах, поэтому опираюсь руками на его плечи. После окончания этих действий, которые длились, буквально, минуту, Майк отстраняется. — Что будем смотреть? — как ни в чем не бывало, спрашивает он. — Эм, — отходя от недавних действий, отвечаю — у меня не было никаких идей. Может, у тебя есть варианты? — Нет, но ты можешь включить что угодно. Я не так уж и много фильмов смотрел, как-то времени никогда не было. — Как так? И сериалы тоже? — Ну, да. В последнее время, в моей жизни была только учёба, практика, нахождение заработка и работы. Поэтому, такая банальная вещь, как посмотреть что-то – для меня редкость. — С фильмом я что-то придумаю, но можешь сказать. Неужели так сложно было найти работу? — пройдя в комнату, спрашиваю у него. — Я начал искать своё место ещё в прошлом году. Когда ты говоришь, что тебе только 25, то люди относятся к этому как-то негативно, — присаживаясь на кровать, продолжает Майк. — Одно дело, если бы у меня был большой опыт, но моя практика состоит из одного года. Это уже считается за малый промежуток в такой возраст. Я пробовал приходить во многие школы и высшие учебные заведения, но меня никак не брали. Поэтому, я еле-еле устроился на работу, где сейчас есть. И очень рад, что всё таки получилось. Как говорят, если долго мучаться – что-нибудь получится. — И где у тебя была практика этот год? — радуясь тому, что он рассказывает о себе, спрашиваю. — В другом штате, Аризона. Я родился совсем не здесь, в Финиксе. Там и учился. Однажды, в подростковом возрасте приехал в Лос-Анджелес. Мне настолько здесь понравилось, что я пообещал себе, что буду здесь жить. Так и получилось. Сначала, сюда переехали родители с младшей сестрой, а вскоре и я. — А я думала ты с Калифорнии, оказывается нет. Я мало где была, к сожалению, поэтому, в следующий раз, когда поедешь туда – зови меня. — Да, но есть ещё одна причина, почему я переехал. Всё в Финиксе напоминает о бывших отношениях. Я долго отказывался переезжать, ведь единственное, что меня держало – это она. А когда мы расстались, я вспомнил о своих детских планах и приехал сюда. Первые дни жил с родителями, а вскоре и сам купил себе квартиру. — Вот это жизнь насыщенная, я понимаю. Из-за того, что мы живём рядом с выходом к воде, никогда не приходилось ехать куда-то в другой город или штат. В этом плане мне повезло. Каждый день задумываюсь, а ведь не всем везёт. Я живу в достатке, пока другие ищут кусочек хлеба, чтобы не умереть с голоду. И меня так убивает, что я ещё смею что-то говорить про себя. То есть, жаловаться на что-то, ругаться на родителей. —  У тебя прекрасные родители, я уверен. Пообщавшись с твоей мамой, понял, что твой папа не зря выбрал именно её. — Звучит уж очень странно. — Ничего странного, это правда. С твоим отцом, к сожалению, не общался, но я уверен, что твоя мама не глупая, чтобы выбирать плохого мужчину. — Это точно. Даже если я иногда не понимаю отца, всё равно, он очень хороший. — Он у тебя требовательный. Мой папа такой же. Всегда говорил, что нужно высшее образование, учиться, карьера. А когда это всё вышло, спрашивает, когда дети и семья. Но это неважно, давай лучше фильм посмотрим. — Согласна, давай, — как можно веселее ответила я, в отличии от своих внутренних эмоций. Навряд-ли у нас что-то получится. Если Томас спрашивает, когда уже семья, то мне нет дела лезть туда. Беременна в 16 не хочу, выходить замуж до совершеннолетия тоже. Считая то, что мои родители тоже хотят для меня сначала карьеру, а потом уже всё остальное – у нас ничего не выйдет. Пазл не складывается, почему? Всё же шло ступенькой за ступенькой, как кто-то подставил подножку. — Можешь хотя бы сказать жанр, который тебе нравится? Чтобы было легче придумать. — Давай, новинки. То, что ты сама не смотрела. Ох, это сложно. Хорошо, ужастик я точно не хочу смотреть, ненавижу их всей душой. И не хочу показаться слабачкой. Боевик, детектив, драма... Нет, нет, и нет. — У меня нет вариантов, Ма-а-йк, — протянула я. — Хорошо, я слышал об одном фильме, — мне уже нравится начало, — сестра говорила. Вроде «Мой любимый враг». Можешь его включить, чтобы не мучаться несколько часов. Ищу в интернете, а это романтическая комедия. Единственное, что здесь нравится – это комедия. Может, посмеёмся. — Я пойду принесу чего-то вкусного и попить, ты пока садись поудобнее, — говорю парню и бегу на кухню. Единственное, на что я сейчас надеюсь, чтобы родители не пришли домой рано. Но насколько я помню, сегодня они не должны быть до ухода Майка, поэтому я спокойна. В миску набираю печенье и ещё какие-то бублики, которые у нас каким-то образом появились в доме. Уверена, что пальцем их никто не тронет, ведь есть печенье. В каждом шкафчике, на уровне какого-то супергероя, ищу упаковку попкорна. Я точно помню, что она где-то есть. Как на зло, в самом последнем открытом мною ящике оказалась заветная пачка. Высыпаю попкорн в мисочку и решаю сделать два захода. Сначала с двумя мисками, а потом со стаканами и бутылкой воды. К сожалению, дома газировки не оказалось, а бежать в магазин времени не было. Пихаю дверь ногой, ведь обе руки заняты, и вижу зрелище, как Майк улёгся на моей кровати. Буквально, как король. Будто это не моя комната, а его. — Что несём, мадам? — он отвлёкся от экрана телефона, чтобы посмотреть на меня. — Какие-то бублики, попкорн и... печенье, — на свой страх и риск, отвечаю Майку. — Ты знаешь, чем меня порадовать. Кстати о печенье. Я посмотрел, про что этот фильм. Оказывается, он снят по книге. И если верить отрывку оттуда, то главный герой называет героиню – Печенька. Совпадение, неправда ли? Серьезно? Это больше похоже на очередную шутку Майка. — Удивительно. Что-ж, я сейчас приду за водой и стаканами и нам стоит побыстрее начать просмотр, — выходя из спальни, говорю Майку. Через три минуты возвращаюсь в комнату. — Я нашёл, могу включать? — неожиданно спрашивает Майк. — Эм, да, конечно, — удивившись, отвечаю и ставлю стаканы на стол. — Ты уже поел из миски, хотя фильм даже не был включён. Хитрожопый. — Я попкорн не ел, наверное, лет пять. Но тут же ещё осталось. Печенье нам пополам, не стал его есть. А эти бублики, как железо, очень твёрдые. Так и знала, что не надо было их приносить. Ну ладно, что сделано, то сделано. — Эх, ладно, включай уже, — садясь на кровать, говорю ему. — И подвинься, имей совесть. Он подвинул свои ноги, чтобы было место, куда присесть и облокотиться спиной к стене. А спереди, как раз, телевизор, который я использую редко. Обычно, включаю всё на ноутбуке. Сейчас, я очень даже рада, что он есть в моей комнате. Единственное, напрягает лежащий на моей подушке Майк. Я понимаю, что гостям самое лучшее, но это уж очень странно, могу повторять сто раз. — Не хочешь сесть также, как я? — намекаю ему. — Дела, по которым мне пришлось поехать после школы – очень утомили меня. Если хочешь, то могу сесть, как ты, но мне будет очень тяжело держать себя в руках. Что-ж за дела то такие. — Хорошо, можешь лежать дальше. — Я взяла пульт и наконец-то нажала кнопку, чтобы фильм начался. В первые минуты рассказывается про жизнь персонажей. Как я понимаю, именно они и есть главными во всей истории. Девушка рассказывает, как ненавидит своего коллегу, который сидит буквально напротив неё. Не могу сказать, что сюжет мне нравится, но это же только начало. За чем я больше всего слежу, это за диалогами парня. Я уже готова услышать, когда проскочит прозвище «Печенька». Держу себя в руках, чтобы не покраснеть и дальше смотреть фильм. Но на это слово никак не намекают. Через несколько минут, я всё же слышу прозвище. Но это не Печенька. Гномик. Так даже лучше. Даже если Майк наврал. В фильме наступает момент, где Люси – главная героиня, спит на кровати и видит, видимо, очень интересный сон со своим заклятым врагом. Всё бы ничего, если бы там не было стонов. Вот и начался позор. Была бы я одна, спокойно отреагировала, но не когда рядом Майк. Боковым зрением пытаюсь посмотреть на него, а он невозмутим, как никогда. И тут в голове происходит флешбек. Я, Майк, машина, ремень. Чёрт, а вдруг, я тоже такие звуки издавала, пока спала. И вдруг, тогда, в то утро, он не подшутил надо мной и я реально произнесла тихие стоны. Не хочу в это верить. Такой позор. Возвращаюсь к просмотру фильма и вижу, как главная героиня рассказывает, что ей приснилось. Представила, если бы я такое рассказала. Тогда бы прямо там умерла со стыда. Поцелуй в лифте. Опять я чувствую себя неловко. Боже мой, недавно, я сама целовалась, а когда это показывают в таких романтических фильмах, то до ужаса не в своей тарелке. Пора закругляться, ведь я вспомнила самую главную сцену в таких «комедиях». Занятие любовью. Если здесь будут всё подробно показывать, то я точно убегу куда-то в туалет. Это стало привычкой. Оставлю Майка одного, он уж точно не стесняется. Расставание на несколько дней, героиня идёт на свидание. Дальше, милая сцена с поцелуем, фразу из которой хочется взять на заметку. О нет, они заходят в дом. Если сейчас будет секс, то я пропала. Конечно же он будет, зрители только этого и ждут. Кроме меня. Но этого не происходит. Даже не понимаю, почему, но мне это на пользу. Через минут десять, всё таки наступает момент, которого я так боялась. Радуюсь тому, что данная сцена не подробная и довольно быстро закончилась. А то бывают такие, что покажут всё подробно, расскажут, будто мы перепутали сайты. Вновь, любимым боковым зрением смотрю на Майка, а у него вновь каменное лицо. Не замечаю, как фильм уже закончился и начались титры. Поворачиваю голову к Майку, спросить отзыв. А он... Спит. Только же недавно открыты глаза были. — Майк? — тихо зову его, чтобы убедиться в том, что он уснул. В ответ получаю только тишину и его умеренное дыхание. Этот человек спит на моей кровати, в моей спальне. Замечаю, что на нём до сих пор очки и решаю аккуратно снять их и положить на тумбочку. И что теперь делать с ним. Устал, бедный. Я уверена, что он не высыпается. Если у него на самом деле много дел, то мне его очень жаль. И жаль себя, ведь скоро должны приехать родители, а я не знаю, куда его деть. Самым умным и простым вариантом – всё таки разбудить и сказать, чтобы он шёл домой. С другой стороны, это же Майк. И нет, это не просто Майк, мой учитель и репетитор, а мой... кто он мне... Как называют человека, которому ты можешь доверить любую тайну, сделать что угодно для него, и тебе жалко его будить, ведь он устаёт. Мы точно не друзья, они не целуются и не разбрасываются фразами про кражу сердца. Ладно, пускай, я лягу на кресло, ведь ложиться рядом к нему не считаю правильным. Должно быть обоюдное согласие и желание. Поставлю будильник на пять утра и разбужу Майка. Скажу ему, чтобы он шёл домой и всё закончится хорошо. А перед сном, схожу к кому-то из родителей, кто первым придёт, и скажу, что пошла спать. Тогда, никто не будет заходить ко мне в комнату перед сном. Прекрасный план. Первой приходит мама. Я говорю ей о том, что ужасно устала и пошла спать. Она целует меня в лобик и желает сладких снов. Ложусь на не очень удобное кресло и пытаюсь заснуть. Главное, не проспать.

𓆉 𓆉 𓆉

Мои уши чётко слышат какой-то звук, но глаза всё ещё закрыты. Какая-то мелодия играет уже минуту без остановки, а может и больше. Где-то я уже её слышала... Такая песня стояла на звонке у одного человека, в туалете. О боги, неужели я сплю и вижу этот момент. Может, я стану именно той девушкой, с которой вытворяли всякое. Хотя, в школьном туалете не очень хочется таким заниматься. Я открываю глаза и понимаю, что не сплю. В комнате на полном серьезе уже несколько минут играет одна и та же мелодия. Поворачиваю голову и возвращаюсь ко вчерашним событиям. Майк, фильм, уснул. Присматриваюсь, а на полу валяется включённый мобильный телефон, на который звонят. Это точно не мой телефон, тогда... Майка? О нет, нет, нет. Такого не может быть. Это тупое совпадение, Лисса, даже не думай про это. Уже подумала. Мои мысли перепрыгивают с одного на другое. Майк был в тот момент там? Это он был с кем-то? То есть, он называет меня Печенькой, подвозит, страстно целует в губы и не только, а за спиной проводит время с какими-то... бабами. Трахает какую-то телку в школьном туалете, когда перед этим пишет, как я краду его сердце? О нет, это точно тупое совпадение звонков. Такого не может быть, я себя сто процентов накрутила. Пока я размышляю об этом, телефон перестаёт звонить и я решаюсь посмотреть на время. 10:33 Мать вашу, сколько? Десять часов? Я должна была в пять утра проснуться и прогнать Майка домой, какого чёрта будильник не сработал. В этот момент мысленно бью себя по голове, ведь будильник никто не ставил. — Пс, Майк... — шепчу я и кладу руку на его плечо. — Надо вставать. — Мм, Джесс, ещё пять минут... — бормочет он. Хорошо, что я запомнила это имя. Его сестра. А то с последними событиями можно разное подумать. — Я не Джесс и сюсюкаться не буду, вставай давай, — уже более твёрдым тоном, заявляю. Видимо, данные слова помогают ему мысленно отрезвлеть и он открывает свои красивейшие глаза. — Чёрт, который час? О боги, голос. Он такой сонный и хриплый. Я испытала оргазм ушей. — Я не чёрт, но сейчас десять часов утра. Даже больше. Кое-кто не захотел досмотреть со мной фильм и уснул. — Он был такой нудный, ради Бога, прости меня. — Лучше не разбрасываться такими фразами, вдруг человек атеист. Хотя, по фразе святых печенек так и не скажешь. — Сейчас вообще не до фильма, как тебе выйти беззвучно из комнаты – вот в чём вопрос. — Окно? — показывая пальцем на него, говорит Майк. — Окно классное, вид тоже, спасибо за такое внимание, но повторюсь, у нас проблема. Ты же умный, придумай что-то. — Говорю же, окно. Точно, можно же вылезти через окно. Звучит уж очень подростково. Сколько сериалов и фильмов снято с таким сюжетом. — Слушай, это идея. Который раз радуюсь, что живу в частном доме. Ты все вещи забрал? — Я многое и не брал. Где мои очки? Тупые флешбеки с очками сейчас не в тему, Лисса. — Видимо, ты очень плохо без них видишь. Рядом, на тумбочке. Он надел их и вернулся тот самый Майк, которого я вижу каждый день. Просто, люди с очками и без них – довольно сильно отличаются. Возможно, мне одной так кажется. — Что-ж, — я подхожу к окну и открываю его, — вперёд, смельчак. Он подходит к нему и хочет уже встать на подоконник, перекинуть ногу, но вместо этого прижимает меня к нему, поставив руки по обеим сторонам. — Ты думала, я так просто уйду? — как я уже привыкла, шепчет Майк на ухо. — И даже не подарю тебе поцелуй от самого Брауного младшего? — продолжает он и кусает мочку уха. Я могу миллион раз шутить про Брауна младшего, но сейчас совсем не до шуток. Этот звонок свернул меня не на ту дорогу. Он уже тянется меня поцеловать, но я выскакиваю из его небольшого и обаятельного плена. — Я думаю, не стоит с утра пораньше играть в игры, а смыться с моего дома, пока никто не зашёл в спальню, — немного дрожащим голосом говорю ему. Майк поворачивается лицом ко мне, и видимо ему что-то не понравилось в сказанной мной фразе. — Ты серьезно считаешь, что мы играем в игры? Для тебя это всё развлечение? — он подходит ко мне всё ближе и ближе. И чем больше он приближается, тем грубее становится его голос. Я отступаю назад, зная, что комната не огромная и скоро мне придётся упереться в стенку, как мышь в мышеловке. — Если ты до сих пор считаешь это игрой, тогда почему я нахожусь утром в этой спальне, а не в своей? И ты меня даже не разбудила, чтобы я пошёл домой. — Ты слишком сладко спал, — признаюсь ему. — И при этом, для тебя это всё игра? Неужели, ты ничего не чувствуешь ко мне? — неожиданно задаёт вопрос Майк. Лучше бы я молчала. Зачем вообще открыла рот. Мы бы поцеловались и он бы спокойно ушёл. Нет, надо было подумать про этот долбаный телефонный звонок. А ещё вчерашние выводы, что у нас навряд-ли всё получится. Слишком быстро навалились проблемы и препятствия. — Нечего ответить? Если ты ко мне неравнодушна, без запинок сказала бы об этом... — он не успевает договорить, как я его перебиваю. — Разве так легко признаться в чувствах? Даже не в самых лучших. Если тебе легко сказать о своих чувствах, это не значит, что мне также. Сколько раз я говорила, что мы абсолютно разные, с разными целями и планами в жизни. И при этом всём, ты всё равно начинаешь с самого себя. Если ты так думаешь, не значит, что все так думают, — чувствую, что по щекам начали течь слёзы, но продолжаю, — я не могу сказать тебе о том, что чувствую, ведь каждый день ты даёшь повод сомневаться в этом. Я буквально сижу на качелях, с которых не могу слезть. Вчера, ты начал про то, что твои родители ждут семью и детей. Мне 16 лет и я не смогу организовать всё это, как бы я тебя не любила. — Ох чёрт, я призналась ему в любви... Надеюсь, он этого не заметил, поэтому поскорее продолжаю. — С утра, тебе звонил кто-то на телефон. Я сразу узнала эту мелодию. И видимо, здесь ты играешь в игры. Где ты был после того, как написал мне про кражу твоего сердца? В туалете, да? Я тоже там была и слышала уж очень интересные звуки. Неужели, ты настолько лицемерный, что после того, как пишешь мне такое, идёшь и трахаешь какую-то левую бабу? Если после семьи я ещё думала, что стоит закончить это, то сейчас – уверена. Проваливай из моего дома и иди к той шлюхе. Конечно, я несовершеннолетняя, а тебе, как «истинному мужчине» надо удовлетворять потребности. Ты же не хочешь сесть в тюрьму, я понимаю. И скажу напоследок, что когда-то, я вычислю, кто эта девушка, с которой ты вытворял всякое и скажу ей очень важную вещь. То, что трахался ты с ней, а представлял при этом меня. А теперь сваливай отсюда, пока я не выкинула тебя в это окно. Майку нечего ответить. Конечно, тут никакие объяснения не помогут. После такого, я не хочу его слушать. Он забирается на окно и решает всё же что-то сказать. — Если захочешь поговорить, ты знаешь, где меня искать, — и с грустным видом отдаляется от дома.