Все благодаря тебе

Чонгук ненавидит омег. Их эмоциональность, не умение здраво мыслить во время течек, их слабость. Он ненавидит в них буквально все. Слабое тело, которое не может противостоять напору альф. Чонгук ненавидит себя. Потому что его вторичный пол перечеркнул все его мечты и цели. Он омега. У него весь шкаф забит безразмерной одеждой, которая висит на нем и не понятно какого он пола. На нем ботинки с огромной платформой, которая прибавляет ему в росте сантиметров 20. Он хочет казаться сильным и независимым. Но все совсем не так. А особенно это становится заметным, когда в его жизни появляется он, ради которого хочется жить. Этот омега перевернул в Чонгуке восприятие своей натуры и теперь пытается вдолбить ему, что он прекрасен. И вначале переосмысливание своего внутреннего я складывалось очень даже хорошо, но подошло время, а точнее дата, о которой Чонгуку не хотелось и не думать и не говорить.

***

— Гук, дай мне пожалуйста тебе помочь, — Тэхён стоит перед парадной дверью и пытается услышишь хотя бы один шорох за ней. Ему обидно, что от него прячутся уже три дня и даже не отвечают ни на сообщения ни на звонки. — Тэхён, все в полном порядке, иди домой. Пожалуйста, — Чонгук говорит тихо, пытаясь тембром показать, что все и вправду в порядке. Он сидит в коридоре на полу чуть дальше от двери. Боится. Боится сорваться и пасть в руки к своему омеге. Боится увидеть осуждение в уже родных глазах. — Хватит врать, надоело. Чонгук, сколько уже можно, мы вроде проговорили все об этом, ты даже утверждал, что сам ко мне придёшь, — у Тэхёна уже глаз дёргается с этой ситуации. А ситуация такая. У Чонгука началась течка, которую он с Тэхёном собирался провести вместе. Но в последний момент он зассал. И в прямом и в переносном смысле. Он боялся, что может что-то не то сказать, либо не то сделать и все, что они строили около 2 месяцев просто сотрется в порошок. Чонгук готов терпеть эту боль, но боль, которая придёт если Тэхён от него отвернётся навсегда останется в его сердце. Оно просто не выдержит и разорвётся на части. А вот Тэхён сейчас стоит на лестничной площадке и долбит в дверь квартиры своего омеги. И самое главное, что он этого события ждал и готовился, а ему дают такой отворот поворот. Он хочет снести эту дверь к чертовой матери с петель, но понимает, что не сможет это сделать, в нем нету столько сил. Да и если бы получилось, он попросту напугает своего зайчонка и этим только ухудшит ситуацию. — Зайчонок, послушай меня, пожалуйста. Я сейчас буду задавать вопросы, а ты просто на них отвечай, но только честно. Хорошо? , — Тэхён хочет попытаться разговором донести до Чонгука всю абсурдность происходящего. — Х-хорошо, — Чонгук уже не может слушать этот голос. От него ноги подкашиваются и все сильнее зудит внизу. — Помнишь как мы впервые раз поцеловались? — Помню, — как он может забыть такое. Тогда Тэхён поцеловал его прям перед воротами университета, наплевав на чужие взгляды. А Чонгук потом весь день ходил красный и отвечал на смущающие вопросы одногруппников. — А помнишь как мы смотрели тот самый фильм? Ты тогда ещё подавился колой и чуть в обморок не грохнулся, — Тэхёну кажется, что он движется в правильном направлении. И все потому что чувствует чуть усилившийся природных запах Чонгука. Соленая карамель. Тэхён готов каждый день стоять на коленях, лишь бы немного подышать этим ароматом. — И это тоже помню, — тут Чонгука немного повело. И не только от проскользнувшей игривости в сказанном Тэхёном, но и от воспоминаний. Они тогда пошли в кино на какую то мелодраму, которую посоветовал друг Тэхёна. Зал был наполовину забит, но так как они взяли места на последнем ряду, то можно сказать были одни. Все вначале шло хорошо, даже немного скучно, но в один момент все резко поменялось. На экране появилось эротическая сцена, где омегу поливают взбитыми сливками и вдобавок кладут сверху всякие фрукты и ягоды. Чонгук в тот момент сидел и не шевелился, ему казалось что он даже не дышит. Но вот Тэхёна вся эта ситуация забавляла. Он положил свою руку, которая ранее покоилась на плече Чонгука, на бедро парня, тем самым заставляя Чона все больше покраснеть. Его всего трясло. И от стонов, исходящих из динамиков, и от поглаживаний на бедре. Вечером, когда Гук был уже дома, он признал, что если бы Тэ не остановился, то позорно бы кончил прямо в штаны. — Хорошо, очень хорошо. Тогда я задам последний вопрос, но самый важный. Хорошенько подумай над ним, — Чонгук уже не может терпеть эту пытку, он готов прямо сейчас распахнуть эту чёртову дверь, но все же решает дослушать, — Все эти случаи происходили в людных местах, всем было пофигу на нас и в каких мы отношениях. Так почему же ты, спустя кучу времени, начал бояться своих чувств и свою природу? — Ты не так все понял, — Гук готов заплакать, ведь он совершено не боится осуждения общества, ему плевать если все от него отвернутся и уже вроде ему начало нравится быть омегой, — Я совершено не этого боюсь. Я боюсь что могу что-то не так сделать или сказать и ты отвернешься от меня. — Зайчонок, открой дверь. И зайчонок его слушает. Чонгук медленно поворачивает замок и нажимает на ручку. Перед ним стоит его омега. Но вместо неприязни и злобы в его глазах читается только любовь и понимание. Тэхён ничего не говоря подходит к Чону и обнимает его. Очень крепко обнимает так чтобы не смог оттолкнуть. — Ты теперь понимаешь, что накрутил себе глупые мысли? , — Тэхён видит как плечи у парня чуть подрагивают, глаза закрыты, а сам Чон уткнулся носом ему в шею. — Да, я как всегда разволновался из-за обычного дела, — Чонгук благодарен Тэхёну. Он объяснил ему, что в любви нет границ. Тэхён положил одну ладонь на талию Чона, а вторую на плечи, тем самым массируя их и пытаясь расслабить своего зайчонка. — Я могу сделать гнездо из твоих вещей? , — Чонгук подживает губы и ещё плотнее закрывает глаза, не хочет чтобы видели как он волнуется. Пытается сдерживаться, но руки сами лезут под майку любимого. — Конечно можешь, что за глупые вопросы. Если хочешь, то я могу помочь тебе, — у Тэ замирает сердце, когда на него смотрят глаза, которые сияют ярче любых звёзд. Чон кивает, берет Тэ за руку и ведёт в сторону спальни. Когда они зашли, Чонгук открыл шкаф и начал доставать из него свою любимую и пропахнувшую им одежду. На кровать полетели толстовки различных цветов, майки и штаны разного кроя. Так же на ней появились некоторые вещи Тэхёна, которые Чонгук у него иногда одалживал и не возвращал. — А я то думаю куда делась эта майка, — в руках у Тэхёна была его майка с нарисованными на ней единорогами, — А ты говорил, что она девчачья. — Ничего подобного я не говорил, — Чонгук вырывает майку из рук и укладывает в почти уже сформированный круг. — Оно прекрасно, — Тэхён говорит это без какого либо преувеличения. Он смотрит на вещи которые аккуратно выложены в небольшой круг и улыбается. На сердце теплеет и хочется быстрее лечь на кровать. — Благодаря тебе. Все только благодаря тебе…

***

Сколько времени они провели вместе, просто лёжа рядом и вдыхая запах друг друга ни один ни второй не знал. После всего что случилось в тот день Чонгук стал новой версией себя. Версией в контрой он любил себя таким какой он есть.