Диггори, ты сошел с ума?

На кухне ненадолго повисла тишина, пока новоприбывшие заходили на собрание и быстро рассаживались по местам. Краем глаза я отметил, что Гарри по-канону не разрешили присутствовать на собрании Ордена и отправили на верхние этажи к друзьям. — Как прошла операция? — сразу же обратился к Грюму Дамблдор, как только все присутствующие сели за стол. — Безопасное перемещение настоящего Поттера прошло успешно, — пророкотал Аластор, ворочая во все стороны своим вставным глазом. — Встречи с магглами получилось избежать благодаря Тонкс. Погони не было. — Хорошо, — удовлетворенно кивнул директор. Я тихо выдохнул. Разумом-то я осознавал, что с Гарри ничего не приключится во время операции по перемещению, однако этот тревожный голосок в голове постоянно шептал о том, что с моим появлением в этой вселенной все изменилось. Дамблдор, узнав о благополучно пройденной миссии, сразу же перешел к насущным делам Ордена. Я слушал его и доклады остальных краем уха, погрязнув в раздумьях. Не знаю почему, но мозг то и дело возвращался к мыслям о Гарри. Конечно, я знаю, что по книгам с Гарри все будет хорошо, он одержит победу над Волан-де-Мортом и вернет мир в магическую Британию. Однако я все никак не мог перестать думать о том, как же помочь мальчику-который-выжил, хотя в моей помощи он в общем-то и не нуждался. Может здесь было завязано что-то более личное? Я невольно нахмурился — если даже не брать в расчет то, что Гарри только пятнадцать, и он точно не гей, я был уверен, что его будущее связано с Джинни. Они казались чуть ли не идеальной парой — почти что двойниками родителей Поттера. За всеми этими хаотичными мыслями я не заметил, как собрание подошло к концу. Только в тот момент, когда люди начали вставать со своих мест, я вернулся в реальность. — Седрик, можешь подойти ко мне, — позвал Дамблдор. Я осмотрел кухню — многие еще находились здесь, так как сейчас должен был состояться ужин. На столе громоздилась куча свитков, которые рассматривали Билл и мистер Уизли, в дальнем краю разлегся пьяный Наземникус. Я подошел к директору, который продолжал сидеть во главе стола. Так, значит, дело не касается крестражей. — Присядь, — он указал на стул рядом с собой, и я повиновался, с интересом поворачиваясь к нему. — Я хотел предупредить тебя насчет того, что собираюсь передать звание старосты Пуффендуя Эрни Макмиллиану. Я облегченно выдохнул. — Хорошо, это будет правильным решением, — с полуулыбкой ответил я. — Можно также попросить вас убрать меня из сборной по квиддичу и поставить капитаном Тамсин Эпплби? Загривком я почувствовал, как на меня уставилась пара глаз. Все-таки любят люди подслушивать. — Ты в этом уверен? Я твердо кивнул, и во взгляде Дамблдора пробежал огонек понимания. Судить свои способности в квиддиче я не был способен, так как еще ни разу не садился на метлу. Седрик был прекрасным ловцом и капитаном, однако я не был уверен, что смогу достигнуть того же мастерства, а подводить команду не очень хотелось. Уже представляю, сколько шума поднимет это решение среди пуффендуйцев. Дамблдор поднялся со стула, обозначая конец разговора, и проследовал за остальными членами Ордена, которые не оставались на ужин, в коридор. Пару минут спустя сверху послышался громкий стук, а затем уже знакомые крики портретов. Звонче всех, как обычно, орала матушка Сириуса. Блэк, грубо ругнувшись, понесся в коридор, и к визжаниям старухи прибавился ор мужчины. Через некоторое время вопли стихли, на лестнице послышались тихие шаги, и на кухню вышли все жители дома вместе с Гарри. Поттер довольно сильно изменился с того момента, как я видел его в последний раз. Детская припухлость начала уходить с лица, представляя на обозрение мягкие скулы, худоба и угловатость никуда не делись, однако сам мальчик вытянулся, стал более мужественным. Гарри с явным интересом осматривал обстановку кухни, поправляя круглые очки на носу, когда его взгляд зацепился за меня. Я неловко помахал ему. — Привет, Гарри, — поприветствовал я парня. — Привет, Седрик, — прищурил глаза Гарри. Мистер Уизли, заметив Поттера, резко вскочил со стула и бросился к нему, энергично тряся руку, пока Билл торопливо скатывал в трубки разложенные на столе пергаменты. Я тут же начал помогать ему, дабы избежать лишних вопросов. — Гарри! Я страшно рад тебя видеть! — восклицал мистер Уизли. — С прибытием, Гарри! — сказал Билл, пытаясь ухватить дюжину свитков разом. — Надеюсь, Грозный Глаз не заставил тебя добираться через Гренландию? К нам на помощь кинулась Тонкс, но тут же опрокинула свечу на последний пергаментный лист. — Ой, прошу прощения! — Ничего страшного, милая, — недовольно произнесла Молли, взмахом палочки восстанавливая свиток. — Все это после собраний надо убирать немедленно. Билл выдернул волшебную палочку, пробормотал: «Эванеско!» — и свитки из наших рук исчезли. Я, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом Гарри, пошел к кухонному шкафу, где уже стояла миссис Уизли, и стал вынимать тарелки. Молли с благодарностью в глазах посмотрела на меня и попросила расставить их на столе. — Ну, садись же, Гарри, — сказал Сириус. — Ты, кажется, знаком с Наземникусом? — Это кто меня кличет по имени? — сонно пробормотал Наземникус, вытягиваясь на стуле. — Я присоединяюсь, я как Сириус… Джинни тихо захихикала, а я закатил глаза, ставя перед Флетчером тарелку. — Собрание кончилось, дружище, — проговорил Сириус, пока все садились за стол. — Уже и Гарри здесь. — Э? — Наземникус мрачно уставился на Гарри сквозь завесу свалявшихся рыжих волос. — Разрази меня гром, точно, он самый. Как дела-то, Гарри? — Ничего, — коротко сказал Гарри. — Если вы хотите поужинать до полуночи, мне нужна помощь, — обратилась миссис Уизли ко всем собравшимся. — Нет, Гарри, ты уж сиди, милый, отдыхай с дороги. — Что нужно делать, Молли? — с воодушевлением спросила Тонкс, вскакивая с места. Миссис Уизли посмотрела на нее с опаской. — Э… — заколебалась она, — Нет, Тонкс, спасибо, ничего не надо, ты тоже сегодня устала. — Нет, нет, я хочу помочь! — радостно возразила Тонкс и, сшибив по дороге стул, бросилась к нам. Вскоре несколько больших ножей под присмотром мистера Уизли вовсю резали мясо и овощи без всякой человеческой помощи, миссис Уизли помешивала в котле, висящем над огнем, остальные вынимали и ставили на стол тарелки, кубки и съестное. С общей помощью мы довольно-таки быстро закончили все приготовления (конечно, не без происшествий — близнецы чуть не воткнули нож в ладонь Сириуса), и сели за стол. — Очень аппетитно выглядит, Молли, — сказала Тонкс, накладывая на тарелку тушеного мяса. Несколько минут стояла тишина, перебиваемая только постукиванием ножей и вилок о тарелки и поскрипыванием сидений под едоками. Потом миссис Уизли повернулась к Сириусу. — Я вот о чем тебе хотела сказать, Сириус. В гостиной что-то засело в письменном столе, он все время потрескивает и шатается. Это, конечно, может быть боггарт, но, наверно, надо попросить Аластора взглянуть, прежде чем мы это выпустим. — Как тебе угодно, — безразличным тоном ответил Сириус. — В шторах там так же, как и в кладовке, полно докси, — продолжала миссис Уизли. — Может, завтра попробуем ими заняться? — У меня просто руки чешутся, — иронично сказал Сириус. Тонкс, сидевшая напротив Гарри, потешала Гермиону и Джинни, меняя по ходу ужина очертания своего носа то на свиной пятачок, то на острый клюв. Я внимательно прислушивался к разговору мистера Уизли, Билла и Люпина о проблеме гоблинов, задумчиво рассматривая густые пучки волос из нового носа Тонкс. — Они пока темнят, — сказал Билл. — До сих пор не пойму, верят они, что он возродился, или нет. Могут, конечно, и нейтральную позицию занять. Отойти в сторону. — Я уверен, что они никогда не встанут на сторону Сами-Знаете-Кого, — покачал головой мистер Уизли. — Они ведь тоже пострадали: помните это последнее убийство целой гоблинской семьи близ Ноттингема? — По-моему, это зависит от того, что им предложат, — сказал Люпин. — И я не золото имею в виду. Если он пообещает им вольности, в которых мы столетиями им отказывали, они могут на это клюнуть. Значит, с Рагноком, Билл, до сих пор ничего не получается? — Он сейчас настроен не в пользу волшебников, — ответил Билл. — Все еще бесится по поводу Бэгмена, считает, что Министерство его прикрыло, ведь гоблины так и не получили от него назад свое золото за пари на победу в Турнире. «Ровно, как и близнецы», — я глянул на Фреда и Джорджа, которые вместе с Роном обхохатывались с рассказа Наземникуса, едва ли не падая со стульев. Молли с неприязнью посматривала в сторону Флетчера. — Наземникус, с нас, я думаю, хватит рассказов о твоих коммерческих предприятиях, спасибо тебе большое, — язвительно сказала миссис Уизли. Рон, завывая от смеха, бессильно повалился на стол. — Прошу прощеньица, Молли, — отозвался Наземникус, вытирая глаза и подмигивая Гарри. — Уилл, если на то пошло, их выторговал у Бородавчатого Харриса обманом, так что я, может, не очень-то уж и дурно поступил. — Не знаю, Наземникус, где тебя учили тому, что хорошо, а что дурно, но, боюсь, ты пропустил несколько ключевых уроков, — холодно заметила миссис Уизли. Близнецы, хохоча, уткнулись в кубки со сливочным пивом. На Джорджа напала икота. Вставая, чтобы принести на сладкое большое блюдо с ревеневым пудингом, миссис Уизли бросила на Сириуса очень неприятный взгляд. Ясно, Молли все-таки винит Блэка в том, что тот пригласил Наземникуса в Орден. Я посмотрел на Флетчера, который едва дышал от смеха, и невольно нахмурился. Кто бы что ни говорил, но здесь я с Молли был согласен. После нескольких порций ревеневого пудинга в застольном разговоре возникло расслабленное затишье. Мистер Уизли сыто и размягченно откинулся на спинку кресла. Тонкс, вернув своему носу обычный вид, сладко позевывала. Джинни, выманив Живоглота из-под кухонного шкафа, сидела на полу по-турецки и катала пробки от сливочного пива. Кот бросался за ними в погоню. — Не пора ли честной компании разойтись по спальням? — сонным голосом предложила миссис Уизли. — Нет, Молли, погоди немного, — сказал Сириус, отодвигая пустую тарелку и поворачиваясь к Гарри. — Что-то ты меня удивляешь. Я думал, первое, что ты примешься тут делать, — это задавать вопросы про Волан-де-Морта. Общая атмосфера изменилась так же стремительно, как при появлении дементоров. Если секунды назад на кухне царила дремотная расслабленность, то теперь все насторожились и напряглись. При упоминании ненавистного имени вокруг стола пробежала дрожь. Я, собиравшись было глотнуть сливочного пива, медленно опустил кубок, всем своим видом выражая осмотрительность. — А то я не задавал! — негодующе воскликнул Гарри. — Задавал Рону и Гермионе, но они сказали, что мы не состоим в Ордене и… — Они совершенно правы, — заметила миссис Уизли. — Ты еще слишком юн. Она выпрямилась в своем кресле, сжав в кулаки лежавшие на подлокотниках руки. В лице — уже ни следа сонливости. — С каких это пор, чтобы задавать вопросы, надо быть членом Ордена Феникса? — спросил Сириус. — Гарри целый месяц проторчал в маггловском доме. Он имеет право знать, что проис… — Постой! — громко перебил его Джордж. — Почему именно Гарри получит ответы на свои вопросы? — сердито спросил Фред. — Мы месяц пытаемся выудить хоть какие-то сведения, но нас не удостоили даже завалящего кусочка! — крикнул Джордж. — Вы еще слишком юные, вы не члены Ордена, — произнес Фред тонким голосом, страшно похожим на материнский. — А Гарри — пожалуйста, хотя он несовершеннолетний! — В том, что вам не рассказали про дела Ордена, я лично не виноват, — спокойно проговорил Сириус. — Так решили ваши родители. Что же касается Гарри… — Ты не вправе самостоятельно решать, что нужно Гарри, а что нет! — резко оборвала его миссис Уизли. Ее обычно доброе лицо вдруг стало чуть ли не угрожающим. — Надеюсь, ты не забыл слова Дамблдора? — Какие именно? — вежливо спросил Сириус с видом человека, готовящегося к бою. — О том, что Гарри не должен знать больше, чем ему необходимо знать, — ответила миссис Уизли, сделав особенный упор на последние два слова. Рон, Гермиона, Фред и Джордж поворачивали головы то к Сириусу, то к миссис Уизли, как будто смотрели теннис. Джинни, стоявшая на полу на коленках, позабыла о рассыпанных вокруг пробках и слушала разговор с полуоткрытым ртом. Люпин не сводил глаз с Сириуса. Я втянул голову в плечи, стараясь стать более незаметным — не хотелось, чтобы и меня приплели к ссоре, ведь я стал членом Ордена будучи студентом только благодаря поддержке Дамблдора. — А я и не буду, Молли, рассказывать ему больше, чем ему необходимо знать, — сказал Сириус. — Но, поскольку именно он стал свидетелем возвращения Волан-де-Морта, он имеет больше права, чем многие другие… — Он не член Ордена Феникса! — заявила миссис Уизли. — Ему только пятнадцать лет, и… — И он перенес столько же испытаний, как и большинство членов, — возразил Сириус. — А кое-кого и позади оставил. — Я не собираюсь принижать то, что он совершил! — закричала миссис Уизли. Ее кулаки на подлокотниках кресла подрагивали. — Но он же еще… — Он не ребенок! — раздраженно сказал Сириус. — Но и не взрослый! — Щеки миссис Уизли зарделись. — Он — не Джеймс, Сириус! — Спасибо, Молли, но я неплохо представляю себе, кто он такой, — холодно ответил Сириус. — Вовсе в этом не уверена! — воскликнула миссис Уизли. — Иногда ты говоришь о нем так, словно это твой лучший друг воскрес! — Что в этом плохого? — вмешался Гарри. — То, Гарри, что ты — не твой отец, как бы ты ни был на него похож! — ответила миссис Уизли, по-прежнему сверля глазами Сириуса. — Ты еще учишься в школе, и взрослым, которые за тебя отвечают, не следует об этом забывать! — Ты хочешь сказать, что я безответственный крестный отец? — повысил голос Сириус. — Я хочу сказать, что ты, Сириус, имеешь склонность к безрассудным поступкам, из-за чего Дамблдор требует, чтобы ты не выходил из дому и… — Давай-ка лучше оставим в стороне указания, которые я получаю от Дамблдора! — громко перебил ее Сириус. — Артур! — набросилась миссис Уизли на мужа. — Артур, поддержи меня! Мистер Уизли ответил не сразу. Снял очки, медленно протер их мантией, не глядя на жену. Заговорил лишь после того, как аккуратно водрузил их на место. — Дамблдор понимает, Молли, что положение изменилось. Он согласен с тем, что теперь, когда Гарри находится в штаб-квартире, его надо в какой-то мере ввести в курс дела. — Да, но одно дело «в какой-то мере», другое — поощрять его задавать любые вопросы! — Что касается меня, — тихо начал Люпин, отводя наконец взгляд от Сириуса и встречаясь глазами с миссис Уизли, быстро повернувшейся к нему в надежде обрести наконец союзника, — Я считаю, что лучше пусть Гарри узнает факты — не все факты, Молли, только общую картину — от нас, чем получит их в искаженном виде от… других. Римус буквально на секунду дольше нужного задержал понимающий взгляд на близнецах — все-таки Люпин прознал об уцелевших Удлинителях ушей братьев. Миссис Уизли, тяжело дыша, все еще оглядывала стол в тщетных поисках поддержки. В какой-то момент Молли глянула прямо мне в глаза, но я лишь трусливо отвел взгляд — Гарри в любом случае должен был узнать, что происходит. — Так, ну что ж, вижу, я в меньшинстве. Я только вот что скажу: у Дамблдора наверняка были причины для того, чтобы не позволять Гарри знать слишком много. Я как человек, принимающий интересы Гарри близко к сердцу… — Он не твой сын, — тихо сказал Сириус. — Все равно что сын! — яростно возразила ему миссис Уизли. — Кто еще у него есть? — У него есть я! — Так-то оно так, — поджала губы миссис Уизли, — Но беда в том, что тебе трудновато было о нем заботиться, пока ты сидел взаперти в Азкабане. Я сморщился, будто от пощечины, не сводя округлившихся глаз с Блэка. Сириус начал подниматься со стула. — Молли, из собравшихся за этим столом ты не единственная, кто печется о Гарри, — резко сказал Люпин. — Сириус, сядь! Нижняя губа миссис Уизли задрожала. Побледневший Сириус медленно опустился обратно на стул. — Я думаю, мы должны послушать, что скажет сам Гарри, — продолжал Люпин. — Он уже достаточно большой, чтобы решать за себя. — Я хочу знать, что происходит, — мигом выпалил Гарри, не смотря в сторону Молли. — Очень хорошо, — сказала миссис Уизли прерывающимся голосом. — Джинни, Рон, Гермиона, Фред, Джордж! Немедленно выйдите из кухни. Взрыв негодования. — Мы совершеннолетние! — разом завопили Фред и Джордж. — Гарри можно, а мне нельзя? — взвыл Рон. — Мама, я хочу послушать! — захныкала Джинни. — Нет! — крикнула миссис Уизли, встав с места и сверкая глазами. — Я категорически запрещаю! — Молли, ты не можешь запретить Фреду и Джорджу, — устало возразил мистер Уизли. — Они действительно совершеннолетние. — Они еще школьники. — Но в юридическом смысле они взрослые, — сказал мистер Уизли все тем же утомленным голосом. Лицо миссис Уизли было уже пунцовым. — Так, ладно, Фред и Джордж могут остаться, но Рон… — Гарри так и так все расскажет нам с Гермионой! — горячо воскликнул Рон. — Ведь расскажешь? А? — неуверенно добавил он, встретившись с Гарри глазами. — Конечно, расскажу, — пообещал мальчик, на что Рон с Гермионой просияли. — Отлично! — крикнула миссис Уизли. — Отлично! Джинни, спать! В конце концов, когда Джинни утопала спать (громко, с явным недовольством, и в добавку разбудив по дороге портрет миссис Блэк), в столовой остались лишь члены Ордена Феникса и Гарри. — Итак, Гарри, что бы ты хотел узнать?