Elite Whores

      С момента их с Хваном знакомства прошло уже достаточно много времени, однако Феликс до сих пор не мог смириться с двумя вещами: первое — Хёнджин до сих пор не позволял им дойти до секса, второе — он слишком любил удивлять, то своими чересчур милыми подарками, то идеями где они могут провести свидание. И Ли начинал думать что после всех этих сюрпризов с Хваном он как минимум уже ничему не сможет удивиться, ну и как максимум станет тем самым милашкой из воображаемых отношений, про которые пишут истории, только вот со стороны так оно и выглядело и Феликса это мягко говоря бесило. Вот и сегодня когда он получил от старшего сообщение с назначенным местом и временем, парень ожидал в очередной раз получить в подарок какого-нибудь мишку с сердечком и надписью «I love you», которых у него дома на полочке собралось слишком много и он бы их давно выкинул, если бы их ему не дарил никто иной как Хван… Он и сам не знал почему каждый раз останавливал себя именно этой причиной, ведь он встречался с ним, чтобы в конце концов получить он Хёнджина исключительно секс, но кажется всё пошло по-одному месту и он начал влюбляться, хоть и отказывался в это верить. Вот только сегодня его не ждал очередной плюшевый мишка, букет цветов, подвеска или коробка шоколада. Его ждал Хван и машина и гребенная ухмылка, которая точно не предвещала ничего хорошего и Ли был прав. Хёнджин привез его куда? Правильно в парк аттракционов, а куда же ещё может направится такая «сладкая парочка»?       — Ты издеваешься?! — восклицает Феликс, выходя из машины. Не то чтобы он был против парка аттракционов, просто он тут не был уже давно, а ещё всё это как бы для детей, а не для них, ещё и эти сладкие парочки…       — Ты не рад? Если хочешь мы можем… — начинает Хёнджин подходя к младшему и кладя руку ему на плечо.       — Нет, рад, просто… Во-первых, это для детей, — капризно, словно и сам маленькое дитё произносит Ли, — а, во-вторых, здесь же столько людей…       — Ты стесняешься? — удивляется Хван, — ты же элита, какое тебе дело до людей?! — искренне недоумевает Хёнджин.       — Я как бы ебусь в закрытой, звукоизолированрой комнате, исключительно наедине с клиентом, а тут я буду ходить с тобой за ручку и на меня будут пялится люди, причем осуждающе… — не выдержав выпалил Ли, пытаясь найти понимание в глазах старшего но тот лишь пожал плечами, мол и что.       — Ты не боишься выходить на улицу в юбке, потому что тебе плевать на мнение людей, главное что тебе она нравится, так почему ты не можешь поступить так же, я ведь тебе нравлюсь? — ухмыляясь спрашивает Хван и младший отводит взгляд. Каждый раз когда Хёнджин пусть даже и в шутку затрагивает тему нравится, не нравится он не знает что отвечать, точнее просто не может, даже в шутку. Последние пару лет у него не было отношений, а учитывая то, что год из них он ебался с огромным количеством людей, испытывая лишь удовлетворённость, какая может быть речь о чем-то другом? — Может ты просто в кое-то веки поверишь мне? — протягивая младшему руку произносит парень и Ли недоверчиво смотрит на большую ладонь старшего, но всё-таки поддается и сжимает её в ответ.       Старший улыбается и чмокнув протестующего Феликса в щеку тянет того в парк. Парни медленно двигаются по аллеям, пока Хван тараторит о различных аттракционах, про которые Ли уже давно успел забыть. Младший лишь кивает, когда Хёнджин предлагает на чём-то прокатиться, всё равно Ликс не знает о чем идёт речь.       Для начала старший просто предлагает прокатиться на велосипедах вокруг озера и Феликс соглашается, в его мыслях это будет более романтично под закатом, но это будет уж слишком мило, поэтому Ли отбрасывает эту мысль и сев на велосипед направляется за Хваном. Они едут по полупустым аллеям, проезжают мимо фонтанов и счастливых людей, среди которых много парочек и порой засматривались на них. Феликс хочет быть на их месте, но почему-то сам не может себе позволить.       Парни останавливаются около озера и Хёнджин отходит купить им холодных напитков, потому что на улице сегодня немного жарковато, всё-таки весна в этом году наступила довольно рано и уже во всю использовала свои права.       — Хочешь покататься на чем-то определенном? — вдруг спрашивает Феликс и смотрит прямо в глаза старшего. Тот немного задумывается, смотря в чистое небо, на котором нет ни тучки, а потом резко поворачивается к младшему и улыбается.       — Хочу на чёртово колесо, думаю это будет очень… гм… романтично, — усмехается Хван и двигается поближе к Феликсу. — Не хочешь меня поцеловать? — спрашивает парень и выпячивает губы для поцелуя как маленький ребёнок. Ли смеётся и отложив стаканчик корпусом поворачивается к старшему.       — Ну, если малыш Джинни так хочет, — подыгрывает Ли и нежно касается чужих губ, оставляя на них мягкий и нежный поцелуй с привкусом лимонада. — Тогда на колесо? — расплываясь в улыбке, отчего становится похож на яркое солнышко, Феликс хватает свободной рукой Хёнджина и переплетая пальцы тянет его за собой. Хван же чуть не разлив свой лимонад от такого активного младшего, светится от счастья, пытаясь успеть за ним. Так-то и не скажешь, что кто-то сначала был возмущён предложением погулять в парке.       — Ликс, подожди, велосипеды! — одумавшись кричит Хёнджин, оборачиваясь на позабытые ими велосипеды, опирающиеся на скамью, после чего последовал звонкий смех Ли.       Отвезя велосипеды в прокат обратно, эта сладкая парочка направилась к прекрасному чёртову колесу. Проходя мимо наслаждающихся разнообразными аттракционами людей, на лицах которых видна вся радость от наступивших тёплых деньков, Феликс замечает недалеко расположенный киоск с мороженым и загорается от идеи, чтобы попробовать его.       — Хёнджин~а, давай поедим мороженое? — восторженно произнёс Ли и тянет ещё не успевшего ничего ответить Хвана к киоску, протискиваясь между толпой.       — Афигеть, так много вкусов… — шокировано говорит Феликс. Когда в последний раз он ел какое-то мороженое помимо пломбира? Видимо после работы в «Элите» все краски ушли из его жизни и он теперь ходит, словно выцветший холст.       — Так какое выберешь? — ласково спрашивает Хёнджин, видя этот бегающий по витрине взгляд младшего.       — Это сложно…мгм… дынное, я его вечность не ел, — задумавшись сказал Ликс, смотря на старшего.       — Ого, оно моё любимое, — произносит улыбаясь Джинни, из-за чего его глаза превратились в щёлочки. — Можно два дынных, пожалуйста, — сообщает он продавщице, а потом вручает один рожок Ли, наблюдая за тем, как тот сразу принимается его есть.       — Вблизи такое большое…по моей памяти оно должно быть меньше, — удивлённо вздыхает Феликс, рассматривая колесо обозрения, заполненное людьми, сминая в руках свой купленный билет.       — Не боишься? — интересуется Хван, кладя руки младшему на плечо, после чего тот отрицательно кивает головой. — Тогда пошли займём очередь, — предлагает он, ведя того к ожидающей своей черёда толпе.       Когда пришла их очередь, парни отдав билеты залезли в кабинку. Всё больше возвышаясь над землёй, кабинка представляла из своих прозрачных стен захватывающий вид на происходящее вокруг. Феликс мог видеть прекрасные покрытые листвой деревья, люди, оббегающие их, чтобы успеть к другим аттракционам, которые будто никогда не останавливаются, Хван Хёнджин, сидящий напротив и с наслаждением рассматривающий что-то сквозь стеклянную дверку.       — Что-то хотел? — не поварачиваясь сказал Хёнджин, заставляя Ли смутиться от того, что только что несколько минут напрямую рассматривал старшего, отчего даже не заметил, как они уже почти на самой вершине. Ответив короткое «нет», он всё равно продолжил глядеть на Хвана, словно завороженный, хотя почему «как», он буквально не может оторваться от него, при этом отмечая, как же тот красив в обрамлении солнечных лучей и со спадающими на лицо прядями.       — Продолжишь пялиться или сделаешь что-то? — посмеиваясь говорит Хёнджин, а затем переводит взгляд, ожидая ответа.       Но ответа не поступает, зато теперь на его коленях сидит прекрасный парень, выбивая своим действием воздух из лёгких.       — Ты же сказал, чтобы я… — начал спокойным тоном произносить Ликс, будто он каждый день сидит на коленях старшего, хотя у самого в глазах огоньки, как его тут же перебивают поцелуем, от внезапности которого мурашки пробегают по спине. Феликс улыбается в поцелуй, сминая пухлые губы старшего, и укладывает руки на плечи Хвана, слегка сжимая. Хёнджин же перехватывает инициативу, кладя руки на талию младшего резко притягивая к себе, тем самым углубляя поцелуй, чувствуя то, как тот льнёт ещё сильней. Руки продолжают блуждать по чужому телу, желая приблизить хоть на миллиметр ближе. Воздух начинает кончаться, поэтому им приходится оторваться друг от друга.       — Хёнджин, чёрт, мы почти приехали, — кричит Феликс, пытаясь при этом отстраниться от Хвана и сделать вид, будто ничего не произошло. У него получилось, почти. Если пересесть на сиденье напротив ещё получилось, то сделать второе вообще не получается: грудь ходит ходуном, пытаясь восстановить дыхание, губы с щеками явно залились красным оттенком, а внизу живота так и порхают бабочки. А Хёнджин…даже растрёпанные волосы на нём выглядят так, будто он из салона вышел, а губы хоть и тоже приобрели оттенок, то от частых облизываний они сейчас больше похожи на покрытые блеском. Феликс завидует белой завистью, но теперь одна из его целей — это довести Хёнджина до такого же состояния, чтобы по нему было видно, как ему терзали губы, как сминали одежду в попытках прислониться ближе, как так же желанно тот отвечал на прикосновения.       Покинув кабинку они направляются на другие аттракционы. Катаются на американских горках, громко крича от страха и крепко сжимая ладони друг друга, потом крепко держались за руки, пытаясь восстановить равновесие после столь крутой поездки. Весело смеясь парни направились к автодрому и не важно что там в основном катались дети, пусть и иногда с родителями.       — Мы взрослые дети, — усмехнулся Феликс, садясь за руль маленькой машинки. — Ну-с, погоняем, — резко сорвавшись с места парень направился в сторону Хёнджина, резко вренаясь в того.       — Права для начала получи, детка, — смеётся Хван свободно разъезжая среди проворных детей, в то время как Феликс врезался чуть ли не в каждого.       Когда этот ад, по крайней мере для младшего, наконец закончился, они направились на большие качели, находящиеся прямо напротив.       — Всегда любил этот аттракцион, — закрепляя цепочку для безопасности произносит Ли и оглядывается на Хвана, сидящего позади.       — В моё детство здесь любили кататься только девчонки, — пробубнил Хёнджин и, почувствовав как они тронулись с места покрепче схватился за верёвки.       Качели быстро раскручивались по кругу, даря невероятные ощущения, которые нельзя было так просто описать словами. Ветер трепал волосы, перед глазами всё кружилось, но в то же время внутри будто бы что-то дополнялось. А может открывался тот самый замочек счастья, который так давно был крепко-крепко закрыт где-то в глубине души.       — Вспоминается детство, — тихо шепчет Феликс, закрывая глаза и поддается порывам ветра которые будто бы уносят его куда-то далеко в прошлое. Парень улыбается и открыв глаза оборачивается к Хёнджину, которого видимо не сильно радует данный аттракцион.       — Сколько кругов мы ещё будем так кружиться? — спрашивает парень ровно в тот момент, когда они замедляют движение, постепенно останавливаясь.       Весело спрыгнув с качели, Ли хватает Хвана за руку и тянет того гулять по аллеям, совершенно не обращая внимания на то, что сейчас он совершенно открыт, болтает обо всём, чём только можно. Даже о детстве, о котором уже давно никому не говорил. Собственно, после прихода в «Элиту» многое в его жизни поменялось. И тот Ли Феликс который был раньше вернулся на Землю только сегодня, благодаря ни кому иному как Хёнджину.       Прогуливаясь по аллеям под лучами закатного солнца Феликс мысленно благодарил Хвана за этот день. Пусть пока он и не позволит себе сказать этого вслух, он действительно был ему благодарен. Это «десткое» место помогло ему почувствовать себя ещё более живым, да и вообще не существующим, а именно живущим на этот планете.       — День так быстро пролетел, — уже подходя к парковке шепчет Хван, явно не хотя садится в машину и отвозить младшего домой. Была бы его воля, он бы наверное вообще не отпускал Феликса ни на шаг.       — Ага, — спокойно кивает Ли и смотрит куда-то под ноги. На самом деле ему тоже как-то совсем не хочется прощаться, ещё и то происшествие в кабинки никак не выходит из головы. Может Хёнджин уже наконец готов?       — Ты на работу или домой? — уже подходя к машине спрашивает старший и остановившись смотрит прямо в карие глаза Ликса, в которых всегда утопает, как в первый раз. Сегодня его взгляд кажется по-настоящему нежным, а волшебное обрамление в виде веснушек придает ему ещё более милый вид.       — Домой, — отвечает Ли и обхватив шею старшего тянется чтобы оставить на его губах лёгкий поцелуй и всё-таки шепчет такое важное для Хвана сейчас «спасибо», а затем быстро прыгает в машину, пока Хёнджин не учел осознать того, что сегодня для Феликса стало действительно важным днём.       Как и ожидалось на секунду старший замирает в немом шоке, но почти сразу оклемавшись садится в машину, однако заводить двигатель не собирается, будто бы чего-то ждёт. Парень через зеркало искоса поглядывает на Ликса, будто бы знает что тот что-то затеял и не ошибается. Он успел слишком хорошо узнать младшего. Его рука вдруг резко оказывается на ноге Хвана и постепенно поднимается вверх к паху, накрывая его промежность ладонью и слегка сжимая. Ухмыляясь Хёнджина тянется к лицу Ли и поворачивает его лицо к себе за подбородок.       — Ах ты, маленький чертёнок, — облизываясь шепчет он, пока Феликс заворожённо смотрит на язык, который медленно проходится по губам, увлажняя из и желая ещё более манящими. Эта привычка Хвана всегда сводила младшего сума.       Поддавшись вперёд Ли первым касается губ, медленно, нежно и аккуратно, как обычно, пока вдруг снова не срывает крышу и тонкие пальцы оказываются в пышной светлой шевелюре, а зубы подразнивающе прикусывает чужие губы. Феликс уже было ожидает что Хёнджин как обычно прервет всё это, но Хван наоборот притягивает младшего ближе к себе за плечи, грязно врываясь собственным языком в чужой рот. Руки похотливо опускаются на плечи, дразняще подергивая ворот футболки, затем спускаются на спину, гуляя по ней и даря невероятные ласки, а затем и вовсе опускаются ниже, к манящим ягодицам веснушчатого.       — Ликси, — отстраняясь шепчет Хван, — я больше не могу так. Поехали ко мне, — сквозь накатывающую бурю желания произносит Хёнджин и получив утвердительный кивок заводит машину и тут же срывается с места.

***

      Прохладная комната, успевшая обрести одиночество из-за скрывшихся вслед за ушедшим за горизонт солнцем тёплых лучей, стала наполняться вздохами двух страстных парней, которые сейчас так отчаянно цепляются друг за друга, сминая одежду помявшуюся ещё в том самом парке, оставившем такие воспоминания, которые эти двое потом будут ещё долго хранить в стеклянной витрине, каждый раз пересматривая момент за моментом, заставляя их сердца бешено биться, а лица — расплываться в улыбке. Именно сегодня эта комната будет наполнена желанием, к которому они медленно подкрадывались.       — Хёнджин… давай я сейчас в душ, мне нужно подготовиться, — произносит Феликс, напоследок приминая чужие губы, а затем, видя одобрительный кивок старшего, так неохотно отрывается, направляясь в душевую. У Ли перед глазами сразу всплывает то, как в прошлый раз он ходил в эту душевую…мда…это было очень весело.       — Да я выиграл тебя, — возмущённо кричит Феликс, затем встав с пола, начиная пританцовывать, — признава-а-ай, — издевательским тоном проговаривает он, продолжая двигаться под свой победительский ритм.       — Нет, ты мухлевал, — стоя на своём твердит ему Хван, при этом строя недовольное лицо, словно ребёнку не разрешили купить какую-то очередную вкусняшку и он уже почти смирился с этим. Он обижаясь наблюдает, как Ли берёт налить себе ещё апельсинного сока, купленного Хёнджином для них двоих, от которого пока что осталась только половина. Первую же половину конечно же выпил этот солнечный мальчик.       «Неужели он заряжается от него энергией, » — даже начинает думать про себя Хёнджин.       — При-зна-ваАААААА, — потешаясь говорит Феликс, но его тут же сильно одёргивают за край футболки, отчего он выливает почти всё содержимое бутылки, хотя всё-таки пару глотков остались у него в стакане, прямо на себя, окрашивая белую футболку в оранжевый оттенок, а джинсовые шорты, делая ужасно липкими. Теперь вместо возмущённого Хёнджина и ликующего Феликса, теперь можно было видеть, как первый разрывается от смеха, после чего на него брызгают оставшийся в стакане сок и второй из недовольного испорченными новыми вещами состояния теперь перешёл в «побег по всей квартире».       Конечно же после этого им пришлось обоим мыться, а Феликсу даже одалживать одежду Хвана, потому что даже если в жаркую погоду вода будет его охлаждать, то навряд ли липкость будет чувствоваться невесомой, а окружающие подумают, что это на нём какой-то модный наряд а-ля свежая весна.»       Закончив принимать душ, Ликс надевает на себя белый халат, но так как насчёт пояса у него другие планы, то он прячет его в карман и придерживая одной рукой халат, чтобы не распахнулся, поворачивает ручку ванны и выходит. Он видит перед собой Хёнджина, который сейчас полу сидит, закинув ногу на ногу, в таком же халате, как и Ли, на своей бежевой кровати. Волосы Хвана беспорядочно лежат на голове будучи ещё влажными, а глаза скользнув по телу младшего тёплым взглядом, возратились обратно к чтению чего-то с экрана телефона.       — Хёнджин-а, мы вроде как переспать хотели, почему ты уткнулся в свой телефон? — растроённо сообщает своё недовольство младший, подходя к Хвану.       — Пфф, милашка, — начинает улыбаться слишком мило Хёнджин такой реакции младшего. — Я просто хотел, что бы ты ты сам подошёл ко мне и отвлёк, как ты прекрасно это умеешь делать, — тепло поясняет старший, притягивая цокнувшего Ли к себе за талию.       — Раз так, тогда я тебя отвлеку, — произносит Феликс и после чего, устанавив зрительный контакт, продолжает, — Но, тебе нужно завязать глаза, — расплываясь в ухмылке говорит младший, доставая из кармана пояс.       — Ты не перестаёшь меня поражать, действуй, — сообщает Хван, после чего практически сразу к его лицу протягивают белую, как и халат на нём, «повязку» и завязывают сзади.       — Джинни~, слушай, нам нужно заказать тебе такую же белую повязку, либо к этой приделать кружева, — поражённо говорит Феликс, оглаживая лицо старшего рукой, — Я хочу увидеть, как ты вбиваешься в меня, а с твоего лица начинает сползать эта повязка, — проговаривает медленно Ли, из-за чего Хван начинает задыхаться представляя эту картину, после чего с их губ одновременно срывается стон от рук Ликса на члене сквозь ткань халата. Левая на Хёнджине, правая на Феликсе, что ещё нужно для счастья.       Феликс подаётся вперёд, садясь на колени старшего и утягивает того в поцелуй, начиная хозяйничать в чужом рту и Хёнджин вроде как не против, поддаётся ласке языка младшего, прижимает к себе за талию, стараясь как можно ярче ощущать близость горячего тела. Руки Ликса крепко обвивают шею Хвана, пока руки старшего начинают хозяйничать над телом Феликса: нежно поглаживают по спине, плавно приспускают халат с плеч, проводят кончиками пальцев по проглядывающем из халата ключицам. Довольный младший поднимается руками к волосам, крепко сжимая их, как вдруг перестает ощущать руки старшего на собственном теле и уже было недовольно стонет в поцелуй, как вдруг его резко хватают за ягодицы придвигая ещё ближе.       — Не смей наглеть, Ликси, — отстранившись шепчет Хёнджин и резко приподняв Феликса бросает его на кровать, нависнув сверху. Наблюдая за таким разгорячённым Хваном, Ли чуть ли не задыхается, слишком прекрасный вид перед ним, точнее над ним.       — Я надеюсь ты подготовил себя, малыш, — шепчет парень продвигаясь ближе к Ликсу и поудобнее устраиваясь между его ног.       — Вроде клишированная фраза, но от тебя это звучит так жгуче, — произносит Ликс, а затем получает шлепок, вырывающий блаженный стон. Они явно наслаждаются развернувшейся ситуацией, а Хёнджин ещё и развернувшимся под ним Феликсом.       В ответ парень мычит что-то похожее на согласие, умоляя старшего поскорее войти в него. Хёнджин ухмыляется и разместив одну руку на талии младшего, а второй подставив собственный член к колечку мышц младшего сначала аккуратно входит лишь головкой, а затем одним резким толчком вдалбливается в Ликса до конца, срывая с его губ громкие стоны. Внутри младшего тепло и узко и Хван ярко ощущает плотно обволакивающие его член стенки. Слыша частое дыхание Ликса, старший на ощупь ищет мягкую ткань халата и убедившись, что он достаточно приспустил её с плеч, припадает к нежной коже резко кусая.       — А-а, Хён.джин, — стонет Феликс прижимая старшего к себе за шею, ощущая как парень оставляет на нем многочисленные укусы и засосы.       — Ты только мой, Феликс, — шепчет Хван куда-то в шею, опаляя кожу горячим дыханием от чего по телу младшего пробегается табун мурашек.       Отстранившись Хёнджин подхватывает Ли под ноги и покинув тело младшего снова резко входит, начиная вдалбливается в тело младшего, срывая с его губ множественные стоны. Каждый новый толчок становится всё агрессивнее и через раз да проезжается по чувствительному комочку нервов, от чего Феликсу кажется, что он сейчас потеряет сознание от получаемого удовольствия. В какой-то момент Ликс замечает как импровизированная повязка начинает спадать с Хёнджина, открывая один его глаз и от этого зрелища в помещении будто бы становится ещё жарче.       — Хёнджин-ах, — стонет младший часто дыша, когда чувствует подходящий пик возбуждения и опускает одну руку на свой член, начиная надрачивать в такт толчков. И спустя несколько мгновений кончает себе на живот.       Хёнджин ухмыляется и сделав ещё пару толчков склоняется к младшему, оставляя на его губах поцелуй, когда псевдо-повязка окончательно падает с его глаз и парень кончает внутрь Феликса.       — Ликси, — стонет Хёнджин и покинув тело Ли ложится рядом, крепко обнимая парня за талию и накрывая их двоих одеялом. — После такого тебе завтра опять прийдётся идти в душ, — посмеиваясь проговаривает Хван, вспоминая тот самый день.       — Ой, не напоминай, — раздражённо отвечает Феликс, — я ещё помню, как вручную вымачивал и отстиривал свою белоснежную футболку.       — В этот раз без сока, обещаю, тем более на тебе ничего нет, чтобы там что-то вымачивать, — опять начинает смеяться Хёнджин, на что получает кулаком в плечо, — Ау, хорошо, спокойной ночи, — почесав место удара, он опять подвинулся к младшему, бережно обнимая.       — Люблю тебя, малыш…— спустя пару минут молчания говорит старший, слыша мирное сопение Ли.