Impossible

Столас очень не хотел в этот раз отдавать гримуар. Не потому, что ему жалко или самому нужно. Точка невозврата уже пройдена и ситуацию ни при каких условиях не получится отмотать назад. Если раньше у принца хотя бы была возможность забыться в чужих руках, то сейчас он мог довольствоваться только холодной отстранённостью. Столас самый настоящий трус. Впрочем, сейчас это уже не важно. Хорошо бы дождаться Блитца и просто предложить поужинать — не как в прошлый раз, без намёков и пошлых подтекстов. И лучше всего — дома. Стеллы всё равно не будет до конца недели, как и Октавии. Столас очень не хотел отпускать дочь, но жена настояла и спорить с ней в очередной раз было бесполезно. Благо Октавия не рада этой разлуке, пусть и согласилась. Она всё ещё была обижена на отца и её можно понять — когда вся твоя жизнь рушится не по твоей вине, невольно начинаешь злиться. Столас дочь не винит и не собирается. Нужно было с самого начала рассказать правду. Жаль никто не способен отмотать время. С каждым днём ситуация становилась всё сложнее и не было понятно, как это прекратить или разрешить. Полностью отказаться от встреч? А смысл? Принц и так загнал себя достаточно глубоко, путь назад представлялся весьма тернистым. Невозможно замять историю, о которой знает такое количество демонов. Да и заминать, по сути, нечего. Трахались и трахались, чего бубнить? Столас невольно скривился от этой мысли. Секс, несомненно, штука очень приятная, он бы не отказался. Вот только после этого обычного не происходит ничего хорошего. Стоит лишь шумно выдохнуть и устало откинуться на подушки, как очарование момента разбивается об обстоятельства. И пока тело приходит в себя, мозг нагружается новыми переживаниями. Столас не может сконцентрироваться на моменте. Казалось бы, зачем беспокоиться тогда, когда нервы только-только отошли от оргазма, а тяжёлое дыхание не даёт сосредоточиться. И невозможно понять, чьё именно дыхание такое загнанное. Блитц, как заправский многолетний курильщик, откидывается на подушки и пытается выровнять дыхание. Через минуту он начнёт ворчать, Столас почти ждёт этого момента и не может сдержать улыбки, когда бес недовольно хмурится и заворачивается в одеяло. Причитает так, будто вчера вышел на пенсию. У Столаса замечательный вкус в выборе партнёров. Демон плотнее заворачивается в халат — сегодня прохладно. Люди отчего-то привыкли думать, что в аду жарко. Наивные существа, ничего не знают о мире, а пытаются делать вид, что во всём разбираются и всё понимают. Столас общался с ними одно время, только вот чужой — почти — оправданный страх очень мешал. Бей или беги, как говорится. Хотя бить в случае с демоном бесполезно. Люди порой весьма упорны в своей глупости. Хотя сам мир людей Столас по-своему уважал — в аду нет и быть не могло таких свежих и живых пейзажей, гор, морей, рек, садов… Демон ещё раз отмечает собственную сентиментальность. Впрочем, никто ему этого запретить не может. Да и осуждать вряд ли станет. А если и станет, то Столас спокойно проигнорирует. Звонок в дверь оказывается слишком неожиданным. Демон гостей не ждёт — страдание само себя не выстрадает, хотя Столасу порой и становится противно от этой слабости. И от того, что его слабость имеет слишком чёрствый характер. Звонок не хочет замолкать, поэтому демон неохотно спускается к двери, выбирая между тем, чтобы немного поворчать или же поворчать чуть больше. Однако тот факт, что за дверью стоял Блитц, всё меняло. Столас переменился в лице и быстро открыл. — Блитси, что случилось? — бес буквально ввалился в помещение, оставляя на полу грязные следы от смеси воды и крови. Демон на секунду задержал дыхание, предполагая самое худшее. Но Блитц только громко фыркнул и вложил в руки малосопротивляющегося Столаса гримуар. — Ебучие люди случились, — с отвращением ответил бес, отряхивая с одежды воду. Мало того, что миссия заняла гораздо больше запланированного времени, так ещё и они с трудом смогли унести ноги. Мокси норовил начать привычно ворчать, но увидев слишком уставший взгляд босса, решил повременить с внутрикомандными разборками. Милли только крепко сжала руку мужа, помогая успокоиться после пережитого стресса. Блитц не стал концентрировать внимание на этом жесте. — Ты выглядишь жутко. Пойдём, — настроение беса было ужасным и Столас совсем не хотел усугублять ситуацию. Гримуар неторопливо поднялся в воздух, после чего растворился, на пару секунд оставляя после себя фиолетовую дымку. Блитц поморщился — демон обходится с магией слишком просто и непринуждённо, словно это вообще не требует приложения сил. И всё же зрелище по-своему завораживающе. — Я отплачу позже, сегодня настрой дерьмовый, — бес нахмурился и не спешил идти за Столасом. Вряд ли бы демон начал приставать к такому изгвазданному в грязи Блитцу, но кто знает. Бес просто хотел упасть на любую горизонтальную поверхность и выпить чего-нибудь крепкого. Хвост болел, а голова с каждой минутой казалась всё тяжелее. Однако проклятую книгу хотелось вернуть. Демон собирался что-то ответить, но так и замер, подбирая слова. Столас знал — конечно знал, — что Блитц его конченным извращенцем считает, но чтобы настолько? Принц бы не стал мучить беса в его нынешнем состоянии, особенно когда чужой взгляд был настолько убитым. Хотелось лишь прижать его к себе и поделиться хлопьями. Жаль, они закончились. — Пойдём, — голос демона прозвучал достаточно властно, но при этом мягко. Лучше не говорить лишнего, иначе они снова усложнят ситуацию. А Столас просто хочет помочь. Не для того, чтобы получить свою долю благодарности, а потому что не может смотреть на страдания дорогого для себя существа. Блитц слишком устал, чтобы спорить. Похуй. Нет сил даже возмущаться. Пусть делает, что хочет, похотливый демон. Хотя вид Столаса ничем не выдавал его привычного желания пристать и пустить в ход самые грязные намёки. Похоже, они оба сильно устали. Бес просто идёт следом, краем глаза отмечая, что с его прошлого визита ничего не изменилось. Тем лучше, не придётся с утра петлять в поисках выхода. А Блитц был уверен, что останется на ночь. Иначе просто свалится где-нибудь по дороге и его отправят на помойку вместе с вонючими разноцветными пакетами. Замечательная перспектива. На её фоне ночь в логове Столаса кажется благословением. — В ванной есть халат, переоденься, — из голоса даже пропали привычные игривые нотки. Не оттолкнуть, не вызвать отвращения. Показать, что можно расслабиться и выдохнуть. Столас раньше не думал об этом, но сейчас видел, что в его компании Блитц практически всегда напряжён. Разве это способствует развитию хороших отношений? Скорее уж желанию как можно быстрее сбежать. Демон грустно улыбается. — Ладно, — буркнул бес, решая, что сейчас слишком мало сил для препирательств. Ванная оказывается большой и богато обставленной. Если бы Блитц не был так заёбан обстоятельствами, то максимально остро почувствовал бы свою неуместность. Скинув грязную одежду на пол, бес сразу же забрался в тёплую воду. Стало немного легче, так что Блитц смог выдохнуть. Хвост пришлось держать за пределами ванны, чтобы не сделать хуже. Бес откинул голову на бортик. Голова всё ещё раскалывается, но становится получше. В конце концов даже Блитцу нужен отдых. Он не железный. Получаса хватило на то, чтобы отчасти привести себя в порядок. Бес выбрался из воды и закутался в длинный халат, который очень удобно висел на крючке. Ткань приятно согревала и Блитц на секунду позволяет себе ощутить спокойствие момента. Он никогда не будет здесь уместным. Бес фыркает и выходит из ванной. В гостиной темно и странно уютно. Лучше не думать о том, что через секунду всё разобьётся о чужую похоть. Забавно — низший бес, который должен быть готов жопу порвать на адский флаг ради доступа в постель к Принцу, но нет. Блитц просто хочет отоспаться. И не хочет отвечать на идиотские вопросы. Столас, что странно, их не задаёт. Он лишь освобождает место на диване. Бес слишком заебался, чтобы видеть в этом подвох, поэтому лениво забирается на мягкие подушки, бесцеремонно развалившись. Всё тело немилосердно болит, в особенности хвост, который Блитц так и не обработал. Отвратительно. В такие идиотские моменты бес особенно остро ощущал свою слабость. Если Столас захотел бы сотворить что-то ужасное — не один из своих подкатов, от которых уши вянут, — то Блитцу было бы нечем защититься. И если когда-нибудь принц решит, что пора проучить наглеца — придётся очень постараться, чтобы сохранить хотя бы часть конечностей. Демон подсел ближе. — Можно? — Блитц повернул голову, наблюдая за тем, как длинные пальцы касаются многострадального хвоста. Захотелось дёрнуться и поскорее свалить. Нахуй спрашивать, если всё равно сделаешь по-своему? Бес выругался. — Плевать, — Блитц провокационно повёл хвостом, ощущая, как мышцы немеют от боли. Жалкое зрелище, да? Весьма и весьма. Столас же аккуратно размотал импровизированную повязку, осматривая рану. Ничего серьёзного, но судя по виду беса, дискомфорт причиняла приличный. Демон покачал головой, по щелчку пальцев получая небольшую склянку со спиртом. Магия особенно полезна, когда не хочется никуда двигаться. Столас плеснул немного жидкости на рану, предусмотрительно сжав задёргавшуюся конечность. — Ты совсем плохого мнения обо мне, Блитси, — в голосе демона сквозила какая-то вселенская усталость и Блитц даже перестал дёргаться, хотя и щипало порядочно. Почему Столас это делает? Ладно бы сразу потребовал отплатить за свой гримуар, а тут… Бес снова громко фыркнул. — А кто постоянно говорит дохуя пошлостей? Серьёзно, ты себя со стороны слышал? — Блитц шипит, когда спирт сильнее раздражает ткани. Столас на чужие слова только вымученно улыбается и накладывает на рану новую повязку. Бесполезно считать, что бес хоть когда-нибудь сможет понять чужое отношение. — Какой же ты грубый, Блитси, — Столасу очень хочется разозлиться, но он не может. Не сейчас. Конечно Блитц раздражён. И поэтому старается отыграться на демоне. К слову, абсолютно незаслуженно. Повязка ложится ровно и аккуратно. — Отвратительный бес, да? — Блитц только хрипло смеётся, прекрасно осознавая своё место. Злость, усталость, ужасный настрой — всё это накатывает как большой ком и заставляет говорить то, что говорить не нужно. Разве бес действительно хочет, чтобы его возненавидели ещё и здесь? По крайней мере все его действия кричат именно об этом. Столас только качает головой и мягко кладёт руку на чужое плечо.