Тернистый путь к счастью

      Безумный день, наполненный тревогами, поисками и сражениями подходил к концу. Всё закончилось — они победили. Вот только в своей голове Марго продолжала сражение, хоть и чувствовала собственное поражение. Марго закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она надеялась, что с выдохом она сможет отпустить себя. В этот момент в голову пришла совершенно дурацкая мысль, о том, что на могильных плитах надо ставить эпитафию «Устал», возможно не от самой жизни, просто слишком устал за неё цепляться. По крайне мере она бы у себя написала что-то похожее. Переживания прошлого дня давили и назойливой мухой вертелись в сознании. Она прокручивала в голове, что могла бы изменить. Она думала о Адаме, Еве, о Тиме, об Алисе, о Эде, о собственной силе. Она изменилась и когда эйфория закончиться ей придется заново учиться с этим жить. Вот только она уснула, стоило голове коснутся подушки.       Ночью ей снились кошмары. Она видела Арианну, которая плакала и молила о помощи. Девочка хотела жить. А Марго её убивала множеством различных способов. Она всаживала в грудь нож и прокручивала его несколько раз. Руки заливало кровью, а девочка кричала и молила о помощи. Каждый раз, когда она пыталась остановится и спасти Арианну, что-то отвлекало её: тёмные фигуры, шепоты, которые звучали как её собственный голос. Марго чувствовала, как паника нарастает, и в тот момент, когда она почти достигала девочки, её руки становились тяжелыми, как свинец.       — Нет, пожалуйста! — кричала Ариана и всё начиналось заново.       Она снова убивала девочку.       Марго чувствовала, как магия, вырывающаяся из её рук, поглощает жизненную силу Арианны. Сначала это было лишь лёгкое прикосновение, но с каждым разом становилось всё более интенсивным и разрушительным. Она видела, как глаза Арианны наполняются страхом, а потом — безнадежностью. Это причиняло ей боль, но в то же время она чувствовала, что не может остановиться.       Она убивала её множеством способов.       Девочка смотрела на неё своими зелёными глазами с болью и отчаяньем.       Крики Арианны эхом раздавались в её сознании. Подсознание словно издевалось над ней подменяя реальность на её худший кошмар. Она проснулась в холодном поту, сердце колотилось. Грудь сдавливало, дышать было тяжело. В голове набатом звучала одна и та же мысль: «Она убила человека». Марго зашла в душ и умыла лицо холодной водой. «Всё в порядке. Она всё сделала правильно», повторяла она себе. Аберфорд не смог бы остановится, пока Арианна была жива. Её убийство — это освобождение. Её время пришло. Так было надо. Разум говорил правильные вещи, но сердце вопило о том, что так нельзя, так не должно быть.       Когда она вернулась в комнату, в окно настойчиво стучала рыжая сова Невилла. Только этого ей не хватало. Она так долго ждала его ответа, желала расставить все точки над ё, но не теперь, когда она окончательно приняла свою силу. Она не готова решать проблемы с ним сейчас. Его слова о том, что мы не можем быть вместе её добьет, но у нее не было выбора. Она приняла письмо и написала согласие.       У неё было полчаса чтобы подготовится морально и физически. Её бы воля, она бы предложила встретится прямо сейчас. Пока она не успела накрутить себя. Она попросила у домовушки кофе. Есть не хотелось, пить тоже, но кофе обладало волшебной способностью приводить её в чувство.       Посмотрев на часы, она отправила патронус Антонину и Алисе, желая узнать, как там дети. То, что всё прошло хорошо, не означало, что всё так и будет дальше. Последствия всегда непредсказуемы, и катастрофа может наступить в любой момент. Марго считала, что близнецам не помешал бы дополнительный ритуал очищения и восстановления. В принципе можно обойтись и без него, но, учитывая всё что детям пришлось пережить, Марго предпочла бы перестраховаться. Ещё нужно было сходить в Мунго, то что нет больше реципиента, не значит, что тёмный сгусток перестанет выкачивать магию. Скорее не имея его, заболевание будет прогрессировать быстрее, но станет не заразным и от него будет проще избавится. Теперь им не надо работать большой командой, с этим вполне может справится один человек меньше чем за полчаса. Работы в клинике было много, но она вполне рутинная и безопасная. Несколько недель и она сможет забрать дочь.       Она ожидала облечение. Всё стало проще, они победили, «Хэпии энд», но чувствовала лишь напряжение и беспокойство. Голова болела, руки тряслись. Она думала о Арианне, о том, как та радостно встретила смерть. Она ни в чем её не винила, и умом Марго всё понимала, но сердце говорило о том, что она ошиблась. Так нельзя — это неправильно. Её беспокоило, то что её это не беспокоило. Она понимала, что Эд был прав, на следующий день стало только хуже.       Спустя несколько минут пришёл ответ от Алисы:       — Всё в порядке. Тим проснулся, чувствует себя нормально.       Долохов ответил чуть дольше:       — Ночь выдалась спокойной. Но в себя ещё никто не приходил, через час Нарцисса обещала забрать их, перенести в Менор. Можешь приходить туда для повторного ритуала.       Марго облечено выдохнула. Пока всё в порядке, дети справились со сложным ритуалом, значит и она сможет пережить эту встречу. Она знала, что его присутствие может вызвать в ней бурю эмоций, которую она не сможет контролировать. Каждый раз, когда она думала о Невилле, сердце наполнялось противоречивыми чувствами: любовью и страхом. Она боялась, что если они встретятся, то не сможет сдержать свои эмоции. Внутри неё нарастало напряжение, как пружина, готовая сорваться в любой момент. Она не хотела причинять ему боль, но и сама не могла оставаться в этом состоянии.              Марго вспомнила все те моменты, когда её сила выходила из-под контроля. Один неверный шаг — и последствия могли быть катастрофическими. Она не могла позволить себе снова потерять контроль, особенно рядом с Невиллом. Он не заслуживал того, чтобы стать жертвой её внутренней борьбы. Магия может вырваться на свободу и навредить Невиллу. Марго достала из аптечки успокоительное зелье и сразу выпила весь флакон.       Часы показывали только начало одиннадцатого. Марго села у окна, достала припрятанную чёрную шоколадку и отломала кусочек. С кофе он на удивление пошел. Марго не любила сладкое, предпочитая фрукты шоколаду, но в этот момент ей не хватало гормона счастья.       Вчера было проще. Эйфория от успешного проведённого ритуала, выключала другие мысли и не заставляла решать моральные дилеммы о правильности и неправильности происходящего.       Марго почувствовала, как зелье начинает действовать, и её тело постепенно расслабляется. Мысли, которые ранее кружили в голове, теперь стали медленными и ясными. Она закрыла глаза, пытаясь погрузиться в состояние покоя, но в глубине души понимала, что это лишь временное облегчение. Она всё чертовски нестабильна. Но лучше один раз больно, чем жить в вечном ожидании.       На фоне того, что она вчера убила человека, то что Невилл её бросит, казалось чем-то не важным и малозначительным. Это не конец света, жизнь продолжится. Она сумеет забыть его, как забыла Стаса и продолжить дальше. Возможно так будет лучше. Алиса права, дар обременяет ответственностью. Ты не можешь контролировать свою жизнь и в какой-то степени становишься его заложником. Ты не сможешь уделять возлюбленному так много времени, как хочешь. Ты не властен над собой. Чем больше сила — тем больше ответственность и тем больше ограничений, с которыми нужно жить. Другой человек не обязан с этим мирится. Это слишком сложно. В её случае дополнительной проблемой было то, что она стала частью тьмы, посланником самой Смерти. Таким как она издревна не везло со вторыми половинками. От силы портится характер, а от этого страдают близкие.       Марго не хотела, чтобы Невилл страдал. Поэтому пусть это закончится. Она избавит его от чувства вины, и они продолжат жить, только уже не вместе. К счастью, ритуал помолвки они не успели провести, а значит и отменять ничего не надо. Просто передумали, с кем не бывает.       Невилл переместился к её крыльцу через пятнадцать минут. Она сразу почувствовала его присутствие.       Марго тяжело вздохнула, взглянула на себя в зеркало. Тёмные волосы в таком освещении казались черными, а собственную тёмную магию можно было пощупать. Она наложила на себя легкие косметические чары, ни на что особо не надеясь, и открыла дверь.       — Здравствуй, — поздоровался Невилл и неуверенно потянулся к ней, дабы поцеловать в щечку.       — Привет, — ответила Марго, почувствовав, как Невилла бросило в дрожь от её движения навстречу.       Все понятно.       Все очевидно.       Он её боится, и он никогда не сможет её понять. Можно сказать, ему спасибо, хотя бы за то, что он нашел в себе силы сказать это лично.       Он протянул ей цветы и коробку с любимыми конфетами, которые до того держал за спиной.       Подсластить пилюлю никогда не бывает лишним.       — Завтракать будешь? — спросила Марго пропуская его в дом.       — Да, нет, не знаю, — растеряно ответил Невилл.       — Спасибо, что пришел, — кивнула Марго отворачиваясь и едва слышно добавила: — Я рада, что ты решил бросить меня лично, а не через письмо.       — Почему, ты решила, что я тебя бросаю? — удивленно спросил Невилл, легко проводя по её спине.       — А разве нет? Я все еще некромант, маг которым пугают маленьких детей.       — Ты все еще та же девушка, которую я встретил в Мунго, которая спасала моих родителей. Ты невероятная, добрая, милая и я люблю тебя, — сказал Невилл, заставляя её посмотреть в глаза.       — Это правда? — спросила Марго, не веря собственным ушам. — И тебя не пугает моя сила?       — Пугает, — честно признался Невилл, — но меня много вещей пугает. Если бы я позволял страху управлять своей жизнью, то никогда бы не убил Нагайну и не стал магом. В моей жизни все происходит через страх.       — Я не хочу, чтобы ты меня боялся. Я не хочу, чтобы ты это делал потому что надо. Я хочу, чтобы меня любили.       — Я люблю и не боюсь тебя. Я боюсь твоей силы, но я порылся в архивах, желая узнать больше о некромантах и нашел много интересного, — признался Невилл. Марго подошла ближе сокращая расстояние к минимуму. Она смотрела в него желая увидеть ложь, неуверенность. Но он правда был искренен. Это удивило. Он действительно пытался разобраться. Значит ему не всё равно.       — Я не зло в чистом виде? — с надеждой спросила Марго. — Сегодня я прошла полную инициализацию. У меня больше нет пути обратно. Я активный носитель, и мои дети могут быть такими как я.       — А могут и не быть, на самом деле даже в древние времена появление некромантов было редкостью. И обычно это считалось великим благословением от Магии. Мой далекий предок был Некромантом, он был целителем и выращивал необычные травы с магией смерти. Но люди не понимали его силы, а значит боялись. Он был затворником, но сумел остаться в архивах великим магом.       — Но в современном мире все сложнее.       — Да, но я верю, что у нас всё получится.       — А твоя бабушка? — с опасной спросила Марго, вспоминая неприязнь самого близкого человека Невилла.       — Ну женится на тебе буду я, а не она. Ей не обязательно знать об этом.       — Хорошо. Но, боюсь, вместе мы не уживемся.       — Ты всё еще согласна выйти за меня?       — Я люблю тебя, — кивнула Марго, — но твоя бабушка вряд-ли допустит этот брак. А ты сам понимаешь, если она будет доводить, я буду очень опасна. Я не хочу никому навредить.       — У нас есть небольшой домик на юге Италии, он принадлежал ей ещё до свадьбы, и если бы не родители, она бы уехала туда.       — Я не знаю, что смогу сделать с ними, — честно сказала Марго. Она работала с ними уже полгода. Изменения в разуме необратимы. Им стало лучше. Но откатились в развитие на уровень пятилеток и по сути жили за счет её магии. Ей интересно было посмотреть на них с новыми возможностями. Но она боялась, что с некромантией она почувствует, что им тоже нужно умереть, — у них их уровень развития как у маленьких детей.       — Ну тогда маме будет не скучно. Мы закажем апартационные ключи. Найдем врачей, морской климат будет полезен для них.       — Я люблю тебя, — она приблизилась к нему ближе.       В его взгляде всё ещё мелькало опасение, но и безумная нежность и любовь. Он приблизился к ней ближе осторожно убрал прядь волос с лица провел кончиками пальцев по лицу, прижал её ближе и поцеловал её нежно и трепетно.       Марго углубила поцелуй.       В этот момент все заботы и тревоги растворились в воздухе. Она почувствовала тепло его тела, его дыхание, которое было таким знакомым и одновременно новым. В его объятиях Марго нашла утешение, которое так долго искала.              Он отстранился на мгновение, заглянул ей в глаза, и в его взгляде она прочитала обещание — обещание быть рядом, несмотря на все испытания.       В этот момент она поняла, что вместе они смогут справится со всеми трудностями. Вместе им любое море по колено.

***

      Алисе часто говорили, если ты сделал всё что мог, а случилось что-то плохое — в этом нет твоей вины. Нужно гнать от себя это чувство прочь поганой метлой. Алиса всегда соглашалась, понимая, что комплекс Бога ни к чему хорошему не приведёт. Работу нужно оставлять на работе. Но сейчас она сама проникла к ней в дом и отогнать её казалось невозможно.       Она переживала, о девочке, которую спасти не удалось, о Дамблдоре, которого она позволила проклясть, о Адаме и Еве, которые участвовали в ритуале, о Тиме, который уже мирно спал в своей кровати. Рик лежал рядом с братом, крепка держа его за руку. Рик кажется, за эти сутки повзрослел еще больше. Она обещала им внимание и безопасность, но подвела.       Она чувствовала себя безумно виноватой перед ними. Она гладила брата по плечу, делилась своей магией и молилась всем известным богам, чтобы все обошлось. Магия вернулась к нему, и Дамблдор не успел нанести не повторимый вред его психике. Она не переживет если с ними что-то случиться. А ещё она боялась, что они возненавидят её за то, что им пришлось пережить из-за неё.       — Ты не в чем не виновата, — несколько раз повторил ей Эд, когда она принесла воду для ритуала.       Алиса умом это вроде и понимала, но… Она всегда брала на себя больше, чем могла унести и страдала из-за этого.       — Ритуал прошел успешно. Близнецы в Азкабане, завтра утром перенесем их в Малфой Менор. Я пойду к Поттеру, хочу проконтролировать допрос Аберфорда, — отправил ей патронус Эд.       — Всё закончилось. Дети в порядке. Антонин обещал за ними присмотреть, — получила она патронус от Нарциссы.       — Всё в порядке, — просто сказала ей Марго.       Алиса облегченно выдохнула. Это не значит, что всё обошлось, но на данном этапе это лучший результат из возможных. Она бы не перенесла ещё одну смерть. Особенно этой маленькой хрупкой, но невероятно сильной девочки. Близнецы запали ей в душу и за эти несколько месяцев стали по-настоящему родными. До появления Антонина она даже думала о том, чтобы официально их усыновить, когда закончится медицинская опека. Теперь это усложнялось. Он захочет стать членом их семьи и увезет их. Это правильно, им надо обучаться, после повторного ритуала магия Евы должна полностью восстановится. Им мало её школы для дошкольников. Она не сможет обучить их пользоваться своим даром. Ей нужно их отпустить, это грустно, но, если с ними всё будет в порядке она сможет это сделать.       Алиса вышла из комнаты. Усталость давила, зелье переставало действовать и ей пора было ложится спать. Но она боялась закрывать глаза, ожидая ночных кошмаров. Есть такие сны, после которых невозможно проснутся. Она укуталась в клетчатый плед и спустилась на кухню. Она знала, её холод шёл изнутри. Она боялась остаться одна, боялась их потерять.       Ей нужно согреться, а для этого подойдет горячий чай. Можно попросить домовушку, но ей нужно чем-то занять руки, если голова бедовая. Простые механические действия должны ненадолго отвлечь. На глаза снова навернулись слезы. Алиса сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Побочка от зелья в этот раз вылезла слишком быстро. Если она не побережется, то сможет занять одну из палат для безумцев в Мунго. Её отпуск явно пошел не плану.       Вода закипела, Алиса насыпала туда мяту и ромашку, и села на подоконник, стараясь дышать ровно. Всё будет хорошо, она ещё не прошла точку невозврата. Вряд-ли в Англии найдется ещё один безумец, решивший поохотится на магов. Ещё нужно подать отчет в гильдию целителей, спасти заболевших, вернуть школу.       Да, забот со временем меньше не становилось и всё это мало напоминало спокойствие и покой. Нужно будет, когда дети придут в себя, отправится в отпуск к морю или океану. Чистая вода, теплое солнышко и никаких проблем и забот. Но это всё потом, пока она спасалась простыми травами и полной луной в окне.       Ночь умела очаровывать. Она окутывала мир мягким покрывалом тишины, а звёзды, словно драгоценные камни, мерцали на бескрайнем небосводе. Луна, полная и яркая, освещала улицы, придавая им таинственный шарм. Алиса смотрела на луну и хотела ей подвыть.       Неожиданно кто-то прикоснулся к её спине, Алиса подняла взгляд вверх и увидела в отражении окна Рона.       — Всё хорошо? — осторожно спросил он, поглаживая её за плечи.       Алиса повернулась к нему. В его глазах плескалось беспокойство. Он возвышался над ней, и был так спокоен, уверен в себе. Эмоции дня вырвались наружу, и она не выдержала и расплакалась.       — Тш, милая, все хорошо, — Рон обнял её и прижал себе осторожно поглаживая.       Это так правильно, хорошо. Она нуждалась в этом больше всего. Она нуждалась в том, чтобы понимать она не одна. Она облажалась не во всем. Ей не надо держать в голове все проблемы мира. Есть человек, который готов взять на себя толику её ответственности, окружить заботой и любовью. Она не сможет обеспечить себе отпуск, но он сможет.       — Просто плохой день, — тяжело вздохнув сказала Алиса, а потом устало добавила, — плохой месяц. Плохой год. Плохая я.       — Расскажешь, что случилось?       — Девочка не выжила. Тима и Еву едва удалось спасти. Если бы не дедуля и … — Алиса вовремя себя одернула, не стоило так просто говорить об Антонине. — Еще бы немного и всё было бы намного хуже.       — Но вы успели, всё хорошо. Ты молодец.       — Да, — кивнула Алиса, а потом честно прибавила: — Но я все равно волнуюсь. По опыту знаю, в любой момент всё может пойти не так. Порой я так сильно ненавижу свой дар, профессию, то что из-за меня Рику и Тиму приходится всё это проходить.       Рон поднял голову, провел рукой по лицу вытирая слезы.       — Благодаря тебе всё закончилось хорошо. Ты не виновата, что их похитили, — твердо произнес он, смотря прямо в глаза.       — Виновата. Я не обеспечила школе хорошую защиту.       — Ты не знала, что кто-то воспользуется артефактом.       — Я должна была это предвидеть.       — Алиса, ты всё сделала правильно.       — А если…       — С ними всё будет хорошо.       — Откуда ты знаешь? — с подозрением спросила Алиса.       — Не знаю, но верю. В тебя, в них, в благополучный исход, — улыбнулся Рон, — и ты тоже верь.       — Больше нам ничего не остается.       — Не остается, но это уже много.       — Спасибо, — сказала Алиса, зарываясь в рыжие волосы своего парня, и нежными движениями массируя голову.       — За что? — с улыбкой спросил он, закрыв глаза и наслаждаясь её прикосновениями. — Я ничего не сделал.       — За то, что ты рядом, — тихо ответила Алиса, продолжая поглаживать его волосы. — За то, что заботишься, за то, что ничего не требуешь, за то, что только с тобой я могу отпустить себя.       — Ты очень сильная, но при этом хрупкая. О тебе хочется заботится оберегать от жестокого мира.       — Ты не первый кто мне это говорит, только обычно мне нужно думать о том, как контролировать того, кто заботится обо мне, — призналась Алиса, вспоминая Драко, Эда, и всех своих бывших. Они видели в ней стержень, они любили и заботились её. Но она боялась срываться при них. Плакать она всегда приходила к Блейзу. На секунду снова стало стыдно. Она совсем забыла про него и свою подругу. Пэнси ведь беременна королевскими близнецами. Кажется, она не только некудышняя сестра, но и отвратительный друг.       — О чем ты опять загрузилась?       — Вспомнила Блейз и Пэнси.       — Напишешь им завтра утром.       — Но, я так давно с ними не общалась. А ведь Пэнс беременна, ей нужна моя помощь и поддержка. А я…       — А ты занималась тем, чтобы её ребенок рос в мире где нет тёмного сгустка. Никто не будет тебя винить, кроме тебя собой. Не бери на себя больше, чем можешь унести.       — Я люблю тебя, — выдохнула Алиса. Рон, странным образом действовал на неё успокаивающе и её слова чистая правда.       — Я тоже тебя люблю. Ты лучшая, кто встречалось в моей жизни. Может если бы мы подружились в Хогвартсе, я пересмотрел свое отношение к Слизирину.       — И к Драко Малфою?       — Фи, — скривился Рон, — ну если он неизбежное зло, то и к нему тоже.       Алиса посмотрела на Рона, в его теплые карие глаза и внезапно поняла, что хочет всегда возвращаться к нему. Хочет, быть рядом, хочет прятаться в его объятиях от всего мира.       — Рон Уизли, если твое предложение ещё в силе, я готова стать твоей женой и матерью наших детей. Я все ещё не знаю, что будет дальше, но я устала боятся. Жизнь слишком коротка.       — Всё еще в силе. Но моя семья то ещё наказание.       — Я думаю, я смогу это пережить.       — Мы вместе справимся, — улыбнулся Рон, и притянул Алису ближе легко касаясь её губами своими.       Мягко, нежно, ласково.       Иногда чтобы отпустить ситуацию нужна нежность и любовь.       

***

      Выбрать человека, с которым хочешь разделить свою жизнь, — это самое важное решение в нашей жизни. Астория не была готова к тому, что ей придется это решать. Её с детства убеждали — всё предопределено, девушке не нужно думать, анализировать. У неё для этого есть родители, а потом муж. Когда она вышла замуж и поняла, что хочет получить образование и пришла с этим к Драко, он сказал выбирать самой. Он не против, чтобы она строила свою жизнь. За десять лет брака Тори научилась самостоятельности. Вот только она не ожидала, что ей придется выбирать мужчину. Стабильность, ребенок, муж — первая влюбленность, и человек в которого она, кажется, влюбилась. Локонс нравился ей. С ним можно было разговаривать обо всем, а ещё он смотрел на неё так, как никто не смотрел. Называл музой и ничего не хотел взамен. Астория ценила его отношение, и он был дорог ей как друг. Думать о большем она себе запрещала, хотя ловила себя на мысли, что было бы окажись они в одной постели. Каким бы любовником он был, какие на вкус его губы.       Но она не хотела изменять, даже учитывая, что Драко это сделал. Она знала для неё изменится всё. Это усложнит её жизнь ещё больше.       Когда она узнала, что Локонс в больнице, у неё словно что-то оборвалось внутри. Она испугалась, что он может умереть, что она потеряет его навсегда. В этот момент она осознала, что действительно влюблена в него. Как только начались приёмные часы, она сразу же поспешила к нему.       Ожидая Драко, Астория бесконечно прокручивала в своей голове диалог с Локонсом.              Когда наступили приёмные часы, мужчина ещё спал, но Эмбер впустила Асторию, позволив ей самой убедиться, что всё в порядке. Астория внимательно рассматривала его светлые золотистые волосы, правильные черты лица и, не удержавшись, осторожно коснулась его, убирая челку со лба. Именно в этот момент он решил открыть глаза и очаровательно улыбнулся ей.       — Ангел? — спросил он. — Я умер и попал в рай.       — Ты живой, — честно сказала Тори. Улыбка мужчины вызвала у Астории целую бурю эмоций. Её сердце забилось быстрее, а в груди разлилось тёпло. Она почувствовала, как её лицо невольно озаряется ответной улыбкой, хотя внутри всё ещё сохранялась лёгкая тревога за его состояние, а ещё страх от того, что всё серьёзнее, чем она думала. Она немного отстранилась. — Ты в больнице. Как ты себя чувствуешь?       — Слабость, а так бывало и хуже. Как я тут оказался?       — А ты не помнишь?       — Я… — растеряно начал Гилдерой, а потом испуганно спросил. — Что с детьми?       — Не знаю, их ищут.       — Там были Рик и Тимми, Адам и Ева. Я хотел им помочь, но меня вырубили.       — Я надеюсь с ними всё будет в порядке.       — Я тоже. Рада что ты жив, — ласково сказала Астория, опуская руку и сжимая его передавая свою поддержку.       — Астория, — мужчина сжал её руку в своей. Он смотрел на неё с долей решительности. Астория знала, сейчас произойдет, то что навсегда изменит её жизнь.       — Постой, не надо, — попросила она, но было поздно.       — Я люблю тебя, Астория, так сильно, что мои мысли о тебе становятся светлыми лучами солнца, согревающими душу даже в самые холодные дни. Ты — мой мир, мое вдохновение, моя радость. С каждым днем я понимаю, насколько глубоко и искренне я привязан к тебе. Я хочу делить с тобой каждый миг, каждую улыбку, каждое мгновение счастья. Ты наполняешь мою жизнь смыслом. Люблю тебя всем сердцем, душой и каждой клеточкой своего существа.       — Я… — растеряно сказала Астория. Она знала это, всё шло к чему-то подобному. Она любила его, но она не готова разрушить свою жизнь ради внезапных чувств. «Аристократы не разводятся, влюбляются только тупые грязнокровки» в голове всплыли слова мамы. Она помотала головой и честно сказала. — Я не могу бросит мужа и сына.       — Я долго держал свои чувства при себе, но, оказавшись на грани между жизнью и смертью, понял, что больше не могу их скрывать. Боялся, что уйду, так и не сказав тебе всего, что чувствую. Я ничего не жду взамен, просто хочу, чтобы ты знала правду. Я буду ждать столько, сколько понадобится, потому что ты для меня важнее всего.       — Я … — Астория не знала, что сказать, — мне пора. Я приду завтра.       Она вернулась домой, пообщалась с сыном, бесконечно прокручивая в голове признания Локонса. Даже сейчас, уложив сына спать и ожидая мужа с новостями, она не могла избавится от этих мыслей.       Она держала в руке кружку с давно остывшим чаем, смотрела в одну точку и пыталась понять, что ей делать дальше. Внутри неё бушевал настоящий шторм эмоций. Гилдерой, человек, которого она считала другом, только что признался ей в своих чувствах. Он говорил искренне, с такой теплотой и страстью, что невозможно было сомневаться в его словах. Но в то же время, она помнила, как много значил для неё муж. Их отношения прошли через множество испытаний, но в последние месяцы они действительно стали ближе друг другу. Драко старался ради неё, пытался понять её потребности и желания. Он не был идеален. Но их связывал сын, статус, и маленькая девочка внутри неё вопила, о том, что она любит его. Она не может так поступить с ним, с собой с их семьей.              Ей хотелось убежать, спрятаться от этих мыслей, но куда бы она ни пошла, вопросы продолжали преследовать её. Сможет ли она жить дальше, зная, что предаст одного из тех, кто ей дорог? Или стоит рискнуть и пойти навстречу своим новым чувствам, даже если это разрушит всё, что она построила с Драко? Стоит ли вообще слушать глупое сердце, или разум всё же знает лучше.       Драко ведь правда хороший и она отчаянно боялась его потерять.       Камин полыхнул сообщая, что Драко вернулся. Увидев её, он устало опустился рядом.       — Вы нашли детей? — обеспокоенно спросила Астория. Она так увязла в собственных страданиях, что совершенно упустила самое важное. Дети находились в опасности, а тёмный сгусток всё ещё распространялся по городу.       — Да, нашли. Во всем был виноват Аберфорд Дамблдор и Мириэтта Эджком.       — Мариэтта? — удивилась Астория.       — Да, она что-то кому-то хотела доказать. Я так и не понял, больше занимался больными. Многим пришлось оказывать первую помощь.       — Как они?       — Тима я перенес домой, его дедушка провел ритуал. С ним все в порядке. Еву и Адама забрали.       — Надеюсь с ними все в порядке.       — Я тоже.       — Я была у Локхарта, — словно перед казнью выдохнула Астория.       — Ты хочешь от меня уйти? — спросил Драко повернувшись к ней. Его лицо было бледным, глаза тусклыми, а тёмные круги под ними говорили о бессонных ночах. Он смотрел на неё с отчаяньем. Она тоже ему дорога и ему было бы безумно больно её потерять.       — Нет, я… — Астория взяла в себя в руки и подсела ближе. Почему-то в этот момент пришло решение. Она не смогла ответить Гилдерою, но Драко может. Ей не хватало его. Она послушает ту маленькую девочку. Ломать всегда сложнее чем, строить. — Давай попробуем начать сначала, попробуем сохранить брак.       — Я только за, — кивнула Драко, а потом взял её руку в свою. — Только давай пообещаем друг другу, если у нас ничего не получится, мы закончим всё до того, как возненавидим друг друга.       — Хорошо, — улыбнулась Астория.       Драко мягко притянул Асторию к себе, помогая ей устроиться на его коленях. Его сильные руки обвили её талию, и он прижал её к своей груди. Астория почувствовала, как его дыхание стало чуть чаще, когда он наклонился и нежно коснулся её губ своими. Поцелуй был сначала лёгким, почти невесомым, но вскоре страсть взяла верх, и их объятия стали более интенсивными. Тепло его тела передавалось ей, и она ответила взаимностью, ощущая, как нежность переплетается с нарастающей страстью.       Как же давно у них не было подобной интимной близости. Он опустился поцелуями к шее, стянул халат, прижался губами к груди. Обхватил её посасывая соски.       — Ты такая красивая, — нежно прошептал он ей на ухо.       В этот момент Астория по-настоящему поверила, что из их договорного брака может что-то получится. По крайне мере она сделает для этого всё, что будет в её силах.