Последний танец

Шуга закрылся ото всех в своей студии. Ни Техён, ни тем более Хосок не могут к нему попасть. Друзья пытались вразумить его, но всё пошло из рук вон плохо и стало только хуже. Он прогнал их посылая всеми возможными словами из его лексикона. Прошлая ночь стала для Юнги окончательной. Он столько раз пытался рассказать о своих истинных чувствах, но Чимин ему не позволял. Не нужно быть гением, чтобы понять — Чимин не хочет их слышать. Это и делает больнее всего. Что-то в его сердце постоянно колит, а в горле душит. Такое Мин испытывает впервые и ему трудно это описать, но он может передать в песне. Два дня он проводит перед монитором и блокнотом с ручкой. Внезапно нахлынувшее вдохновение не оставляет его в покое, он обязан рассказать о своей любви всему миру. Поделиться болью через песню и показать её первым Чимину. Юнги успел настрочить текст и даже записать ее часть - она должна покорить всех. Именно с этими мыслями он садился за монитор. Когда Юнги одолело чувство голода, он наконец решается выйти. В столовой компании он встречает Намджуна. Ким предлагает ему немного развеется и отдохнуть в доме за городом. Юнги хотел бы отказаться и как следует поспать, но понимает, что начинает терять вкус жизни, а этого допускать никак нельзя, потому соглашается. И только поэтому. В доме очень шумно, много пьяных и обкуренных людей. Сам не понимая почему, но Юнги среди них чувствует себя, как в своей среде. Намджун успел его напоить и свалить с какой-то девушкой. Он лежит на диване и смотрит как люди вокруг развлекаются. К нему подходит брюнетка и тянет танцевать, на что тот отталкивает ее и посылает. Он берет со столика бокал пива и достает из кармана таблетку, которую достал у местного барыги. Кидает в рот и запивает пивом. Джун будет его ругать, но это только утром. Сейчас же ему всё равно. В мысли постоянно лезет Чимин и всегда со слезами на глазах, с наркотой он хотя бы рядом и улыбается своей самой прекрасной улыбкой. Вмиг забывается все самое плохое, уступая место кайфу. Музыка становится все тише. Мин пробирается сквозь танцующую толпу, хромая в пьяном бреду и держась за что только можно, пока не выходит из дома. Свежий прохладный воздух окрыляет и отрезвляет мозги. Его мысли возвращаються в нужное русло и нет больше никакого Пака. Неподалеку стоит его BMW. Пошарив в своих карманах он не находит ключей. Плевать. Он берет в руки массивный камень и со всей силы бьёт по стеклу. Он садится, не утруждаясь убрать стекло с сидения. Выключив сигнализацию он заводит авто и даёт задний, выезжая на трассу. Минуту он проезжает без всяких происшествий. Через разбитое окно дует прохладный ветерок, проясняет затуманенный разум. Дорога пустует, за долгое время мимо не проехала ни одна машина. На горизонте уже встаёт солнце. Он едет навстречу ей. Небо окрасилось в красный, а воздух стал теплее, Юнги закрыл глаза отдаваясь блаженству момента. Звук мотора отходит на второй план, вместо нее он слышит вой сирен, а вместо солнечного света в его глаза светит фонарик. Он ничего не чувствует — ни физической, ни душевной боли. Он ощущает её — свободу. Его тело лёгкое, словно пушинка и, кажется парит над небом. Он летит. Куда? К кому? Неважно. Ему все по душе. Его больше нет, а значит и боли больше не будет. Юнги открывает налитые свинцом веки и видит нависшего над ним мужчину в белом халате и в маске. К его пальцам что-то прикреплено, а на носу кислородная маска. Голова сильно гудит, а рядом что-то пищит. Он жмурит глаза, от нахлынувшей боли в височной части и дёргает головой, в попытках избавиться от нее. Доктор крепко держит его, припечатывая к кровати и просит о чем-то, Юнги его не слышит. Ему больно, и очень. Невыносимо терпеть подобное, дайте ему умереть.  — Господин Мин, успокойтесь, сейчас всё пройдёт. — В него вкалывают препарат, что оттупляет боль, но полностью от нее не избавляет. Из его глаз по щеке текут слезы, оставляя на подушке мокрые следы, и он в немом крике просит даровать ему быструю смерть.  — Что с ним? — сразу же подбегает, к вышедшему из палаты Мина доктору, Техён. Рядом встаёт Хосок. На скамейке сидит держась за голову Джун. Минуту назад между ними произошел конфликт. Техён, на всю больницу кричал, что Намджун во всём виноват, проклинал его всеми словами, что знал, а Хосок пытался удержать его на месте и успокоить, хотя тоже сам был бы не против втащить Киму. Он не уследил за Юнги, позволил сесть пьяным и под наркотой за руль своей машины. Джун не меньше беспокоившийся о своем друге, молча выслушивал все гадости в свою сторону. Он понимал его боль утраты, сам еле держался.  — Он очнулся, сейчас спит, но дела не очень хороши. Он… Как бы сказать?  — Говорите как есть — требует Хосок.  — Он хочет умереть. Вполне естественное поведение для человека, который под дозой и в пьяном угаре осмелился сесть за руль. На счёт его состояния… — доктор устало выдохнул — Все хорошо, он не умрет, но вероятность, что вскором времени может впасть кому довольно высока.  — Насколько все плохо? Что с ним вообще произошло? — спрашивает Тэ.  — Ну… Сотрясение головного мозга, черепно-мозговая травма, травма позвоночника и спинного мозга, перелом шейных позвонков, повреждение внутренних органов и перелом ребер и это ещё не весь список. Я перечислил только самые тяжёлые. — доктор не решался говорить, так как перед ним стояли не его родственники, но всё же потом посчитал, что они обязаны знать. — Самое ужасное во всём этом то, что он не сможет больше ходить и нормально дышать. Мне очень жаль. — доктор поклонился принося свои извинения. Техён схватился обеими руками за рот и зарыдал в немом ужасе. Джей Хоуп обнял друга и в шоке уставился на пол. Его лучший друг, соратник, больше не сможет ходить и петь. Неужели это его конец? С такими повреждениями он точно не захочет жить и при первой же возможности совершит попытку суицида. От таких мыслей Хосок заплакал. Он спрятал глаза в плечо Техена, пока тот над ним глухо рыдал. Намджун резко встал после услышанного, от чего его телефон с курткой на коленях повалились на пол. Он уставился на троих широко раскрыв глаза.  — Как? Нет… Не верю. — как можно такому верить. Джун бы своему врагу такой участи не пожелал, а тут его лучший друг. Не сможет больше петь? — Вы все напридумали! С ним все будет хорошо. Будет он петь и ходить. Техён с Хосоком зло на него уставились. В их глазах, так и читалось — «Это ты во всём виноват.» Не выдержав этого, Джун подобрал свои вещи и убежал прочь. Зайдя в уборную, он впервую очередь включил воду, затем вытащил из кармана куртки футляр с таблетками. Трясущимися руками, он пытался открыть ее. Случайно, он уронил коробку и все таблетки рассыпались по полу. Подняв пару штук он закинул в рот и запил водой из-под крана. Теперь все хорошо, он справиться, должен ради Юнги. Умывшись холодной водой, он посмотрел в свое отражение — измученный и разбитый, он смотрел на себя. Намджун завопил, что есть сил и ударил кулаком по зеркалу, оставляя на ней трещины и капли собственной крови. xxx Юнги смотрел в потолок стеклянными глазами. Доктор оставил его наедине со своими мыслями. Оставил разбираться одному со всем и переосмыслить свою жизнь, но всё чего ему хотелось, на самом деле, спокойно умереть. Он не ощущал собственного тела. Часть ниже шеи словно и не ему принадлежит. Дышал он с трудом и только с кислородной маске, тоже самое, что не вдыхать воздух и вовсе. Устройство делало все за тебя. Его тело, наверно изуродовано. За что ему всё это? Интересно, захочет ли Чимин его таким? Рядом с ним пищала машинка считывающая каждое его биение сердца. Это давало понять, что он ещё жив. От этого легче не становилось. Краем уха он услышал как заскрипела дверь в его палату. К нему кто-то вошёл и сел рядом, не промолвив и слово. Юнги повернул голову, чтобы увидеть внезапного гостя и его сердце забилось быстрее, от чего стало только больнее. Он убаюкивал Мина своими ручками. Его теплые ладони согревали щеки и Юнги забыл обо всем. О боли, о пиликании машинки и о том, что давно не дышит. Существо перед ним, нельзя назвать никак иначе, как ангелом. Юнги закрыл глаза в блаженстве отдаваясь в руки своего спасителя. Яркий свет, исходящий от него, слепил и как бы не хотелось терять из виду ангела, пришлось. В друг он почувствовал укол в сердце, которое сразу же сменилось лёгкостью. Вновь это необъяснимое чувство, когда тело не имеет никакого веса. Он открывает один глаз, за ним второй и завороженно смотрит. Он улыбается, словно ребенок. Улыбается, потому что вместо больничных стен, он видит ангела ведущего его по тропе в неизвестность. С каждым шагом, кошмар остаётся позади, все плохое и страшащее остаётся в том мире, а все чистое и доброе входит в иной мир вместе с Юнги. Намджун стоит перед койкой держа в стиснутых ладонях провод от устройства обеспечения искусственного дыхания. Он горько улыбается и шепчет — Всего хорошего, Юнги. По пищанию аппарата в палату влетают доктора и медсестры и, видя перед собой подобную картину, застывают. Время смерти Мин ЮнГи — 15 часов 31 минута и 45 секунда, 3 апреля 2022 года. Пациент Мин скончался от кислородного голодания. Прошло три дня после смерти Юнги. Похороны состоялись 5 числа. Все эти дни земля оплакивала его. Дожди не прекращались до самих похорон. Гроб с Юнги, давно поместили в яму и посыпали сверху сырой землей. Его семья решила похоронить Юнги на родной земле — в Дегу. И в этот день там собрались самые близкие ему люди, кроме одного. Его фанаты объявили траур в честь потери известного певца, продюсера и музыканта. Все прощались с ним, оставляя по цветочку, его любимых роз. Чимин положил стебелёк перед надгробием и помолился. Отпустил и отправил в свой путь. Как бы больно не было, как бы его не мучала совесть, он не мог не прийти и попрощаться. Сколько всего он потерял, сколько мог приобрести с ним, но Чимин оказался слаб. Вот так вот взял и исчез — поверить сложно, что это случилось на самом деле. Виноват ли он в этом? Не знает. Любил ли Чимин Юнги? Простой и верный ответ — да. Любил, но смог отпустить, любил, но заставил страдать, любил, но не смог признаться. Поздно — момент уже упущен и больше такого шанса никогда не будет. Юнги больше нет.  — Юнги больше нет — повторял про себя Чимин — Юнги больше нет. С каждым разом все сложнее, с каждым разом произнесенным одним и тем же именем — только больнее.  — Юнги… — Чимин вытирал слезы рукавом пальто — Юнги… Нет — он упал перед его могилой и все молвил — Прости Его слезы не останавливались. Он потерял единственного человека, который делился с ним своей любовью. Чимин в ответ болью. Обидно до скрежета в зубах, стыдно за все, что он ему сделал. Невыносимо плохо без него. — Прости. Как ты не хотелось, его больше не вернуть. Чимин упустил свой шанс быть и любить, а теперь обязан выбирать — идти по тому же пути, что и всегда - «всё по новой», или же — забыть, что такое любовь навсегда. Со смерти Шуги прошел месяц. Известного репера не забыли, хоть без него и многое изменилось, его песни не переставали слушать и любить. Как минимум множество его набросков и песен остались невыпущенными. Среди них хранилась и она — песня о неразделённой и жестокой любви. Хосок прослушивал мелодию песню каждый день. Ноты, одна за другой кружились в танце и ложились друг на друга, создавая музыку, биты добавляли песне живости и ритма, хриплый мужской голос на фоне идеально вписывался во всю эту картину. Текст не мог оставить равнодушным никого. Прекрасное так и неизданное творение Шуги. Было неизданным. Сегодня, 5 мая, это песня дошла до ушей многих фанатов. Месяц назад в студию Юнги пришел Чимин и обнаружил там Джей Хоупа, в наушниках именно с этой мелодией. Он разрешил Паку послушать, ведь сама песня и была написана для него. Стоило Чимину услышать его голос, из глаз тут же потекли слезы утраты. Прослушивая много раз один и тот же куплет, он все больше понимал о чем писал и, что чувствовал Юнги. Больно. И это ещё не всё. Это песня таит в себе множество чувств и эмоций, каждый интерпретирует ее для себя по своему. Тогда и было решено закончить начатое.

Ты правда хочешь знать, почему всё так? Использовали снова слезы об кровать И, давно потеряв веру, нет спокойствия внутри Лишь хочу обнять тебя и утонуть в твоей любви, Ты даже не узнаешь, О том, как я мечтаю, стать Таким каким был я, опять Зачем ты раздеваешься? Я так хочу сказать о том, что ты мне очень нравишься Не лезь ко мне в трусы, залезь мне в душу, ну, пожалуйста Давай с тобою в этом танце мы потеряемся.

xxx Техён сидел в своем любимом кафе и пил из трубочки фраппучино с карамелью — единственное, что ему нравилось с содержанием кофеина В последнее время его походы в это кафе зачастились, а все из-за одного человека. А вот и он.  — Привет, сладкий. — сказал Чон присаживаясь напротив Ви –Зачем звал? Ви помешал трубочкой свой коктейль. Он все оттягивал, никак не мог решиться сказать эти три несчастных слова. Несколько дней подряд его не покидала тревога и, сейчас, сидя напротив, он не может ничего сказать.  — Ну… Мне долго ждать? — спросил, явно торопящийся Чон.  — Чонгук — начал Тэхен — Я… Дай мне секунду. Как и просил Ви, Чонгук молча ждал. Долго ждал. Тэхён весь свой напиток до дна испил, но так и не собрался, чтобы продолжить. Терпения у Чона мало, а на Ви сейчас и вовсе с трудом найдется.  — Эй…  — Я хочу расстаться. — Чонгук только открыл рот, чтобы поторопить, но Тэ его перебил. То что услышал, его не порадовало. Он хочет расстаться с ним. Почему? Все же так хорошо было?  — Я не могу делить тебя с кем-то ещё. — а вот и причина. — Ты уже год не можешь с ним полноценно расстаться, из-за него страдал мой… друг. — Тэхен опустил голову, не желая вспоминать прошлое. — Прости. У меня отличный пример того, что такие отношения ничем хорошим не закончатся. Ви отложил стакан. Он встал из-за стола и, накинув на плечи пальто поспешил к выходу. В это кафе он больше не заявиться ни-ког-да. Чонгука он оставил сидеть на месте и мять салфетку от злости. Все прошло легче, чем Тэхён предполагал. Теперь он свободен и больше ничего не должно терзать его изнутри. Если бы. Смерть Юнги и ненависть к Чимину оставил свой заметный след. Достав из кармана пальто мобильный, он открыл чат, который в скором времени заблокирует . Перед тем как напечатать сообщение, он сел в такси и уже там настрочил: «Чимин изменял тебе с Юнги.» Отправлено и жизнь одного хрупкого парнишки разрушена. А Техён улыбается довольный. Чонгук вернулся домой в плохом настроении и без всякого желания с кем-либо контактировать. Но все его планы, прилечь и отдохнуть рушаться, когда он застаёт в квартире Чимина, только вернувшегося от Юнги. Он улыбается ему, так нежно и мягко — бесит. Бесит так, что глотку разодрать хочется.  — Ты чего, как не живой? — спрашивает Пак, замечая изменения в его поведении.  — Да так. Кое-что узнал. Лучше бы не знал, потому что мне сейчас хочется тебя убить. И твоего дружка в придачу, только он оказался умнее — сам сдох… Чимин понимает о чем речь и пугается. Боится каждого следующего шага или слова. — Знаешь, может всё не так уж и плохо? Его ведь больше нет, а значит бегать поплакаться больше к некому. — ухмыляется Чонгук, а в глазах боль. У Чимина сердце под ноги рухнуло. Он узнал. Его зрачки задрожали в страхе, а ноги подкосились, он еле держался на своих двоих.  — Чонгук — Чимин не знал, что нужно говорить. Кара его постигла и так скоро. Откуда он только узнал?  — Можешь… Ничего не говорить. Чонгук отворачивается к двери Он горько улыбается стоя спиною, а Чимин падает к его ногам и прижимаясь к ним все твердит:  — Чонгук, я люблю тебя и только тебя… Люблю, понимаешь. Очень сильно люблю. Раздается щелчок ключа в замке, за ним второй и дверь запирается изнутри. Чонгук и Чимин остаются на едине в огромном помещении их квартиры и никто не смеет им помешать.  — Люблю — шепчет Чимин, а дальше как в триллерах — душераздирающий вопль.