Когда я умру я стану ветром, И буду жить на твоей крыши. Когда ты умрешь то станешь солнцем, И всё равно меня будешь выше…

      Солнечный день. Невысокий парень идёт по коридору общежития, направляясь к своей комнате, где его друг уже сидел в телефоне и ждал только того, чтобы пойти с ним в магазин за новыми вещами. Тихо открывшаяся дверь отвлекла парня от айфона, и он встал с кровати.       — Джисон, тебя где черти носят? Я уже заждался, — произнёс парень чуть младше него.       — Да как сказать, Чонин… то у физика был, то у химика, задрали своими работами и предметами!       — А нехуй было шляться в тот день допоздно, что сразу две пары проспал, — произнёс Ян, тыча пальцем в друга.       — А я что виноват? — начал возмущаться Хан на такие заявления его друга. — Ты эти гадости Ликсу выговаривай! Он в тот день так напился, что пришлось до дома его тащить! Хватит меня во всех смертных грехах обвинять, пошли уже, а то этот магазин скоро закроется, а он единственный, в котором такие дорогие и модные вещи, — сказал практически на одном дыхании Хан, поправив свой дорогущий пиджак, который, на минуточку был куплен три дня назад, и это было не таким уж и странным делом, ведь они оба были из богатых семей, вот только Джисону с отцом не очень ладилось, ну и да бог с ним всё равно мать — отдаёт долю сына и на этом хорошо.       Парни вышли из общежития и направились в сторону магазина. Чонни всю дорогу только и ворчал на Хана за его безрассудство.       — Слушай, Чон, не надоедай мне, а то я тебе приставку последней модели не дам! Её больше ни у кого во всей Южной Корее нет! И не будет! — произнёс Хан выдыхая, услышав только тишину в ответ.       Они шли около дороги и на ней были лужи, которые очень бесили Джисона, и не случайно. Не успев понять, что Чонин все еще молчит, как вдруг раздался рёв мотора, и Джисона окатили с ног до головы грязной водой.       — Чёрт побери, что за ублюдок?! — первое, что выходит из Джисона после такого происшествия. Он всегда дорожил своими вещами и старался держать их в хорошем виде, чтобы показать эту дорогую марку и свой статус. Но какой-то идиот взял и все испортил! — Блять, и как мне в этом идти? — все еще никак не мог осознать все произошедшее, думая, что Чонин решит в миг все его проблемы. — Тварь, если увижу, помоями оболью, чтобы страдал также, как и я! — произнёс Хан, пытаясь как-то избавиться от грязи.       — Ой, какие мы нежные стали… — произнёс Чонин, даже не собираясь помогать другу. Его только пробирало на смех.       — Ах, я это тут неженка? — произнёс Хан, смотря на друга с ухмылкой, как будто уже что-то затевая. В головушку пришла довольно-таки хорошая идея, чтобы приподать урок этому мелкому. — Смотри мне тут, не умри от грязи, — сказал Хан, вытеревшись об Чонина так, как будто считая его своим платком.       — Блять, ты офонарел? — Яну оставалось только возмущать и проклинать Хана трехэтажным матом, ну и бегать от него, чтобы не запачкать шмотки, которые напялил на себя только сегодня.       — Ой, а кто это у нас такой нежный? Ни сам ли Ян Чонин? — продолжал издеваться над ним, чтобы малец знал с кем имеет дело. А особенно то, что нельзя так вести себя со старшими, даже если и разница в возрасте небольшая.       — Эй, я и Чану могу рассказать что ты сделал!       — Хлебушек без масла не еда, давай рассказывай! — произнёс Хан, смеясь над другом.       От парней на всю улицу начал разноситься смех, которой остановился только в тот момент, когда они дошли до магазина. Их начала обслуживать старая знакомая, к которой ходят уже не первый год и готовы продолжать ходить даже вечность.       — Парни, вы что из лужи вышли? — произнесла невысокая девушка, когда только увидела своих друзей в стенах магазина, осматривая их своими голубыми глазами. — Такое ощущение, что вас из фонтана грязи поливали.       — Ну, если быть точным, то нас окатил какой-то дебил на байке, тот ещё придурок. — произнёс Хан, косясь на Чонина.       — А вы про Минхо? — спрашивала девушка так, как будто эти парни знали о существовании этого имени в жизни своей подруги. Для них Ли Минхо — это просто знаменитый актер, но только он не выйдет сейчас из примерочной и не будет извиняться за такой свой поступок. — Он как раз здесь, Ли ты долго ещё? — прокричала девушка, закатив глаза и откинув голову назад. Парни слегка напряглись, ибо это что правда тот самый Ли Минхо? Хотя только в голову Чонина закралась такая мысль, пока Хану хотелось влезть в примерочную и обматерить этого байкера с ног до головы.       — Что? Этот парень здесь? А можно я ему помойное ведро на голову одену? — произнёс Хан, начиная хрустеть пальцами, как будто готовясь к бойне.       — Эй, офигел? — была недовольна девушка, смотря на такого серьёзно настроенного Джисона. — Моего брата никто не смеет обижать! Он вообще-то сам кого хочет обидит! Ещё тот хулиган и эгоист! — она вроде бы и одновременно защищала своего братишку, но в тоже время и восхваляла так, что ему будет не нужна ее помощь с этими парнями. Либо просто предупреждает, что связываться не стоит и лучше пропустить ситуация сквозь себя. Чонин бы так и поступил, но… Точно не Хан Джисон.       — Чего? Этот придурок твой брат, нет мы ждали, конечно же, какого-нибудь сюрприза, но не этого, — произнёс Чон, смотря на своего друга, потому что уже готовился к пиздецу и тому, что придется останавливать старшего от чего-то ужасного. Они переглянулись и тут из гримёрной вышел парень, его лицо было обычным, глаза узкими, а волосы покрашены в фиолетовый цвет. — Господи, это твой брат? Вообще не похожи да уж, скажи Джи, — произнёс парень, переведя взгляд на друга. — Джисон?       Но его друг стоял и смотрел на парня, не отводя взгляда. В животе как будто бабочки неожиданно появились, заставляя у Хана тут же перехватить дыхание, мешая вздохнуть полной грудью. Чонин оставалось только помахать рукой перед глазами парня и рассмеяться.       — Похоже, ледяное сердце нашего снежного принца растопил хулиган. Я в шоке…