Верни мне крылья

Дорога домой прошла в почти оглушительной тишине. Юнги крепко сжимал руль, но его взгляды, которые он каждую минуту бросал на Чимина, были полны такой смеси обожания и тревоги, что у омеги перехватывало дыхание. Юнги молча купил в аптеке несколько тестов разных марок – он всегда привык перестраховываться и доверять только фактам. Когда они вошли в квартиру, Чимин сходу направился в ванную комнату. Руки дрожали так сильно, что он чуть не уронил пластиковую коробочку. Юнги остался ждать под дверью, меряя коридор шагами. Он, обычно спокойный и сдержанный, сейчас чувствовал, как сердце бьется где-то в горле. Прошло пять минут, показавшихся вечностью. ​Дверь ванной медленно распахнулась. Чимин стоял на пороге, бледный, с глазами, полными слез. Он ничего не сказал, просто протянул Юнги тест. Две четкие розовые полоски. Юнги замер. Весь его мир, который он так старательно выстраивал вокруг своей карьеры и спокойствия, в мгновение ока перевернулся. Он смотрел на этот маленький кусочек пластика, и в голове пронеслось только одно мнение: «Это наше. Наше продолжение». — Чимин... — Юнги отбросил тест на тумбочку и в один шаг преодолел расстояние между ними, подхватывая омегу на руки. Он прижал его к себе так крепко, словно пытался скрыть от всего мира. - Боже, малыш... я так счастлив. – Ты не сердишься? – прошептал Чимин в плечо альфы, наконец позволяя слезам облегчения течь по щекам. - Мы ведь планировали подождать... я еще учусь... – К черту планы, Мини, – Юнги отстранился, чтобы заглянуть ему в глаза. Его глаза подозрительно блестели. – Какая разница, когда это от тебя? Мы справимся. Я буду работать вдвое больше, я сделаю все, чтобы ты закончил обучение, если ты этого захочешь. Только не смей думать, что это не вовремя. Это самое лучшее, что могло произойти. Он опустился на колени перед Чимином, и этот жест – обычно гордого и холодного Мина Юнги – заставил сердце омеги сжаться. Альфа осторожно приложил ухо к еще абсолютно плоскому животу Чимина. - Привет, маленькая фасолинка, - тихо произнес Юнги, и в его голосе было столько нежности, что Чимин почувствовал, как его омега внутри замурлыкала от удовольствия. – Я твой отец. И я обещаю, что никто и никогда не причинит тебя или твоему папе боли. ​Между тем в Ли Фэнми ​Фэнми сидел в своей комнате, глядя на экран ноутбука. Его репутация была уничтожена, друзья отвернулись, но злоба была сильнее стыда. Он видел Чимина в кафе, видел, как тот выходил с Техеном, и заметил ту самую характерную бледность. Он получил телефон и набрал номер одного из бывших одноклассников Чимина — того самого, кто когда-то был учасником буллинга в школе. — Привет. Ты говорил, что у тебя остались интересные видео с Паком Чимином, которые ты не решился опубликовать из-за полиции? - голос Фэнми был ледяным. – Сейчас самое время. Я хочу, чтобы о «прошлой жизни» нового фаворита Мина Юнги узнали все. Беременность омеги – очень хрупкая вещь, не правда ли? Достаточно одного сильного стресса... Фэнми не собирались останавливаться. Если он не мог получить Юнги, он хотел уничтожить то единственное, что делало Юнги счастливым. ​На следующее утро Чимин проснулся от нежного поцелуя в нос. Юнги уже принес завтрак в постель: свежие фрукты, йогурт и чай без резкого запаха, который мог бы спровоцировать тошноту. - Завтракай, Мини. Сегодня у нас много дел. Нужно записаться к лучшему врачу и... я уже присмотрел несколько вариантов новых квартир. Эта маловато для трех. – Юнги-хен, ты слишком торопишься, – засмеялся Чимин, чувствуя себя невероятно легко. Но его телефон, лежавший на тумбочке, вдруг начал разрываться от сообщений. Сотни извещены из соцсетей. Чимин открыл первое лучшее и почувствовал, как мир вокруг снова начинает темнеть. Это было видео из его прошлого. Сцена в школьной раздевалке, снята втайне. Юнги мгновенно заметил изменение в лице Чимина. Он выхватил телефон из его рук. Увидев кадры, альфа почувствовал такую ​​свободную ярость, что в комнате чуть не треснуло стекло. - Фэнми... - прорычал Юнги. – В этот раз я тебя не просто выгоню. Я тебя уничтожу. Это был момент, который должен сломать Чимина. Раньше он бы просто исчез, заперся в себе и позволил темноте снова поглотить его запах. Но сейчас он был не один. Он чувствовал тепло Юнги рядом и знал о теплившейся внутри маленькой жизни. Это дало ему силу, о которой он раньше не догадывался. ​ Юнги уже собирался крушить все на своем пути, но Чимин мягко остановил его, положив руку на запястье альфы. Его глаза все еще были влажными от слез, но горел огонь. — Хен, не надо. Если ты просто пойдешь и сделаешь ему что то, он выставит себя жертвой. Я больше не хочу, чтобы мое прошлое было стыдом моим. Это их грех, не мой. ​Чимин взял свой телефон обратно. Его пальцы быстро бегали по экрану. Он открыл прямой эфир в своем профиле, который в считанные минуты собрал тысячи зрителей — весь университет и бывшие знакомые следили за скандалом. - Привет всем, - голос Чимина звучал чисто. — Многие из вас видели видео, которое сегодня «доброжелатели» выложили в сеть. На нем мне шестнадцать, и меня пытаются сломать. Долгое время я думал, что это видео – мой конец. Что я грязный, сломанный и ненужный. Чимин посмотрел прямо в камеру, и в этот момент Юнги подошел к нему, кладя руку на плечо, открыто демонстрируя свою поддержку всему миру. - Но сегодня я говорю: мне больше не страшно. То, что вы видите на видео – это доказательство человеческой жестокости, а не моей слабости. Я выжил. Я нашел силу снова пахнуть лаймом. Я нашел любовь, которая не боится моих шрамов. И главное... — Чимин едва улыбнулся, глядя на Юнги. – Я готовлюсь стать папой. И я научу своего ребенка, что правда всегда сильнее травли. А тем, кто это распространил... мне вас просто жалко. Ваша жизнь настолько пуста, что вы живете моей болью. ​ ​Эфир закончился. Несколько секунд в комнате царила тишина, а затем телефон Чимина начал «взрываться» от сообщений. Но в этот раз это были не обиды. ​«Чимин, ты невероятный!» «Спасибо за смелость, я тоже проходил через такое...» «Юнги и Чимин – лучшая пара университета!» Студенты, которые раньше молчали или подсмеивались, теперь массово отписывались от Фэнми и блокировали его. Реакция была мгновенной: деканат, увидев видео как доказательство буллинга (даже прошлого), вызвал Фэнми на комиссию по этике. Поскольку он являлся тем, кто способствовал распространению незаконных кадров, ему грозило немедленное отчисление без права восстановления. Вечером в квартиру Юнги пришли друзья. Они не могли оставить их самих в такой день. Техон принес огромную корзину с фруктами (конечно, там было много персиков), а Чонгук – несколько бутылок безалкогольного вина. — Мини, ты мой герой! — Техон обнял друга так крепко, что Юнги чуть не зарычал. - Ты видел лицо Фэнми, когда он выходил из деканата с вещами? Его родители в бешенстве, его репутация в пыль. Он больше никому не сможет помешать. - А мы с Джином уже нашли вам список лучших детских магазинов, - добавил Намджун, по-отцовски похлопав Юнги по плечу. – Готовься, Юнги-я, твоя жизнь теперь – это не только биты и микрофоны, но и подгузники. Юнги впервые за день искренне улыбнулся, притягивая Чимина к своей стороне. – Я готов. Если рядом Чимин – я готов ко всему. Чимин положил голову на плечо Юнги, чувствуя, как малыш внутри будто отозвался на покой папы. Он, наконец, был свободным. Прошлое осталось только кадрами на пленке, а будущее пахло молоком, сандалом и безграничным счастьем. ​ (через несколько месяцев) Живот Чимина стал заметно округлым, и он обожал носить облегающие свитера, которыми так гордился Юнги. Они переехали в светлую квартиру с большим окном в детской. Каждый раз, когда Юнги возвращался с работы, он прежде всего целовал Чимина, а потом долго разговаривал с животом, рассказывая малышу, как сильно они его ждут. ​Фэнми исчез из их жизни навсегда, уехав из страны. А в университете история Чимина стала легендой о том, как омега смог найти свой голос и свой аромат благодаря искренней любви.