город первой любви

уметь любить — значит уметь отпускать.

май. 1990 год. — Ты даже представить себе не можешь, как подло он поступил. Он бросил меня ничего не сказав, просто уехал, уехал и не звонил, игнорировал и избегал меня. А потом, потом знаешь что? Потом спустя 3 месяца он вернулся, как будто ничего не было, не было никакого расставания, никаких отношений до этого, ещё и отчитывать начал за все, что было за те 3 месяца. Он следил за мной, представляешь? Но я ему все высказала! Я же правильно поступила? -Мяу, — промурчал кот. -Вот, вот и я о том же. Он использовал меня, нагло использовал, денег мне должен, новую машину купить можно, но я гордая, сказала оставить себе все эти деньги, чтоб мог и дальше дрянь свою покупать. И знаешь, не жалею! Не жалею, что расстались, пусть катится на все 4 стороны! Видеть его не хочу! , — импульсивно кричала брюнетка, попутно поджигая сигарету. Дым затуманил разум и девушка облегчённо выдохнула, то ли от табака, медленно обволакивающего лёгкие, то ли от чувства пустоты и свободы. Скорее всего от пустоты, ведь теперь она осталась одна, даже парень, вернее, уже бывший парень, бросил её. Арина посвятила ему всю себя, почти 3 года была для него как девочка по вызову, отвечала ему на звонки круглые сутки, сбегала из дома, за что получала от бабушки, занимала деньги. Делала все, лишь бы побыть с ним наедине хоть минуту, и плевать, что они не обнимались, не целовались и вообще не касались друг друга. в свои 15 она считала это даже крутым, говоря, что в этом и есть изюминка их любви. Слепо верила, что любви. Сделав последнюю тягу, девушка затушила окурок и встала с асфальта. двумя часами ранее. квартира Арины Александровой. — А что на счёт тебя? Ты святой? Кто из нас наркоман? Я? Кто из нас бандит? Тоже я? Ты даже признать свою вину не можешь, не говоря уже о каком-то «прости»! Холмогоров, я прошу тебя, исчезни! Из моей жизни, из жизни моей семьи, да хоть из своей, делай что хочешь, я устала! И если ты забыл, ты сам меня бросил! — срывая голос, кричала Арина, на уже бывшего парня, — Я прошу тебя, перестань контролировать меня, перестань приходить ко мне домой, я тебя не люблю, не люблю, слышишь? Прошла любовь твоя, все, хватит, налюбились досыта. Я больше не твоя «Риша» из 87, я уже не та девочка с косичками, хватит! Собирай вещи и проваливай! — сказала она, буквально, вылетая из квартиры. Бежать было некуда, поэтому брюнетка шла туда, куда глаза глядят. Спустя время зашла в парк, и провела там, казалось бы вечность.

***

-Пошли Марс, пошли домой, а то не хочется на лавочке ночевать, — говорила Александрова, отрывая свою пятую точку от скамейки, и параллельно выкидывая уже третью, выпитую бутылку шампанского. Она шла, немного шатаясь, хотя чего скрывать, не немного, её шатало из стороны в сторону, но Марс, кот, шёл рядом. Марса, юная леди подобрала на улице, он словно ждал её. Мяукал, говоря, чтоб его забрали, и Арина, без раздумий, сделала это. Сейчас для девушки он как сын, он «разговаривает» с ней, поддерживает, ну и этим настораживает. Стоит всё-таки обратится к психиатру. В потоке мыслей девушка и не заметила как дошла до дома. Отекрыв двери, не раздеваясь, сразу же легла в кровать.

***

Утро сменило ночь и лучи солнца нагло пробирались сквозь шторы. Сушняк не давал сказать и слова, поэтому Арина была вынуждена встать с кровати и пойти на кухню, где был бардак. Голова раскалывалась, а Марс, усевшись на подоконник, мяукал, как бы давая понять, что и он тоже не прочь позавтракать. После трапезы и уборки во всей квартире, девушка легла на диван и включила телевизор. — «Ласковый май» вёл не ласковую жизнь в кровавых девяностых: О замятом покушении на убийство Юры Шатунова, поговорим сегодня в 19: 00 на канале «Первый», — сказала девушка корреспондент и телевизор тут же был выключен. — Н-да, Марсик, уже даже Юрку Шатунова грохнуть пытались. Живём с тобой в страшное время, не зная, что будет завтра и будет ли оно вообще. Хотя, мы с тобой люди простые, не бандиты какие-нибудь, до нас с тобой дела никому нет, поэтому, я собираться и пойду-ка я до Сашки. Квартира Беловых. 16: 00 После сборов и трех часов в пробке, Аринка наконец добралась до дома своего друга, чтобы сообщить немало важную для неё новость. Новость об их с Холмогоровым расставании. Пройдя через консьержку, которая знает девушку, но все равно каждый раз просит паспорт, она поднялась на второй этаж и постучала в дверь Беловых. Дверь ей открыл Александр Белов. — Саш, доставай виски, сегодня отмечаем, — на радостях сказала девчонка, не глядя по сторонам. А зря. Не дождавшись ответа и оглянувшись по сторонам, Рина заметила, что в гостиной сидели все бригадиры, и даже виновник торжества — Космос. выглядел он так, будто плакал. Глаза красные — опухшие, лицо бледное и дыхание было сбито. — Арин, иди на кухню, я сейчас выйду, — сказал Саша, даже не посмотрев на неё. Его взгляд был устремлен на Космоса, как и взгляды Вити и Валеры, они смотрели на него с неким сожалением, будто он лишился чего-то по-настоящему дорогого. Он выглядел как ребёнок, у которого отобрали конфету. Ариша сделала так, как сказал Саша. Пошла на кухню и села на кожаный диван. и, попросив у Ольги кофе, принялась ждать. Ждать пришлось не долго, спустя 10 минут вышел злой Саша и, ещё не дойдя до дивана, где сидела девушка, начал свою речь. — Знаешь, Александрова, я всегда считал тебя своей подругой, ты была для меня самой близкой из всех девчонок, что окружали меня на протяжении всей жизни, — наконец выдохнув сказала Саша, — Но после этой ситуации с Космосом, у меня даже язык не поворачивается назвать тебя подругой. Как ты могла? Он любил тебя, да что уж говорить, до сих пор любит, а ты с ним так! — Как?! — не выдержав обвинений в свой адрес, крикнула Александрова, — Как я с ним поступила? Выгнала его из своей квартиры? Выгнала его из своей жизни потому что он чёртов наркоман и рэкетир? Как я поступила, Саш? Неправильно? А что правильно? Правильно было бы терпеть то, что он срывался на меня каждый раз, когда у него была ломка? Терпеть, когда он поднимал на меня руку? Или правильно было бы ждать, когда мне позвонили бы из морга или милиции и попросили бы прийти на опознание? — сдерживая слёзы, и подступающий в горле ком, глядя в глаза другу, говорила девушка. — Нет, Ариш, я не это имел ввиду, — парень только, что в очередной раз убедился, что чужие отношения-омут, что не нужно было лезть. По словам Холмогорова, Арина его выгнала из квартиры, потому что она ему изменила. А оно вот как, никто никому не изменял физически, изменяла Арина — своим принципам. Арина столько лет терпела все выходки его друга, молчала, что тот её бьёт. — Риш, я не хотел доводить тебя, и до сих пор не хочу, ваши отношения с Космосом действительно омут, и я стал лишь невольным свидетелем, но прошу, не перебивай меня. Всё, что я скажу дальше — наш общий с парнями вердикт. Основной причиной этого решения естественно стало ваше расставание, но помимо этого были ещё десятки причин, — парень томно вздохнул и глядя мне в глаза, продолжил, — Тебе нужно покинуть город, покинуть нас и забыть это всё как страшный сон, ты должна забыть меня и парней и никогда больше не вспоминать. Я надеюсь, что ты будешь счастлива, но без нас. Хотя не могу сказать, что мы бы подарили тебе счастье, — Саша встал с дивана и распахнув руки для объятий, стал ждать, когда Рина наконец соберётся с мыслями и попрощается с ним. Жгучие слёзы, которые было уже невозможно сдерживать, предательски покатились по щекам, брюнетка ещё не полностью осознав, всю суть сказанных Беловым слов, ринулась прочь из квартиры, так и не попрощавшись. Арина Александрова бежала так быстро, что не замечала никого и ничего вокруг. Перебегала дороги, не обращая внимания на еле тормозящие авто и ругающихся водителей, не обращала внимания на людей, которых сбивала с ног. Было плевать куда бежать и зачем, главное подальше от того здания, что было уже в километре от неё.

***

Спустя три часа истерики в парке и двухчасовой поездки на такси до дома, Рина наконец собралась с мыслями, стоя под струёй холодного душа. Сил плакать не было, как и мыслей о том, что у неё больше нет никого. Тебе нужно покинуть город, покинуть нас и забыть это всё как страшный сон, ты должна забыть меня и парней и никогда больше не вспоминать, — фраза крутилась в голове в который раз, не давая думать о чём-то другом. Единственным, на тот момент, вариантом казался переезд в другой город. Но был ли тот единственный вариант — правильным?