Пробелы знаний

Гермиона уже добрые пять минут мялась у двери в спальню пятого курса, всё не решаясь постучаться. Только она возвела руку, дверь отворилась. Гриффиндорка, которую она до этого видела только в коридорах, непонимающе на неё уставилась. Неловкость разбавил знакомый голос за спиной девушки: — Гермиона, ты что-то хотела? В дверях показалась Уизли. Чуть потрёпанная но всё такая же приветливая. Гермиона хило ей улыбнулась и кивнула, выпуская её соседку. — Что-то ты какая-то тихая, всё хорошо? — осведомилась она, пропуская ту в комнату. Гермиона не была здесь раньше, но в каждой мелочи, будь то полевые цветы, плакаты с квиддичем или цветастые футболки на спинке стула, она видела Джинни. — Я, нет… — мысли, что она упорно собирала в голове всё утро, разлетелись в разные стороны. Солнце играло в витражах окна, слепя яркими пятнышками. — Но вообще-то да. — Тогда выкладывай. — Джинни залезла на кровать с ногами и села по-турецки. Рыжие волосы были чуть растрёпаны и Гермиона почувствовала глоток уюта: словно очередное летнее утро в Норе. — У меня к тебе небольшая просьба, — издалека начала она, схватив с тумбы какую-то безделушку из Зонко. Джинни внимательно на неё посмотрела и чуть подалась вперёд. Гермиона вперила уверенный взгляд, но слова почему-то до сих пор не находились. Глаза у Джинни в свете утренних лучей играли янтарным блеском. Что вызывало смутные ассоциации со вспышкой фотоаппарата — так и заставляет застыть. — Какая просьба? — подтолкнула та нетерпеливо и вскинула брови. — Я бы хотела… Ну, — Гермиона смутилась. — В общем, не могла бы ты со мной позаниматься заклинаниями? Джинни удивлённо притихла. Это было очень тяжким и долго обдумываемым решением. У Гермионы проседала ЗОТИ. И, конечно, для любого другого студента Хогвартса это было бы просто пустым звуком. Но не для неё. «Выше ожидаемого отличная оценка, Гермиона» — звучало в голове голосом Рона. Почему-то с как всегда набитым ртом. Но было в этом всё-таки что-то очень важное, безотлагательное. И дело даже не в оценке, хотя и она бесспорно играет немалую роль. И была в этом всём одна проблема. — А почему ты не попросишь об этом Гарри? — озвучила очевидное подруга. — Потому что!.. — вскинулась она, но тут же осела, — Потому что мальчишки иногда бывают просто придурками. — Мне ли не знать, — понимающе отозвалась Джинни. — Точно, — несколько замялась Гермиона, но тут же приободрилась и продолжила. — поэтому из тебя точно выйдет учитель получше, чем из Гарри или Рона. — Особенно из Рона, — наморщила нос Джинни, и веснушки рассыпались, когда она усмехнулась. — Ты бы видела, как он в детстве пытался научить меня летать на метле… — она закатила глаза. — в итоге психанул и убежал. Гермиона выдавила потерянный смешок. Она не знала куда себя деть, и казалось, что её подозрительная неловкость слишком бросается в глаза. То-то Джинни так ухмыляется время от времени! — Ну что, — заговорила та, соскакивая с кровати, — когда начнём? * Кабинет утопал в сумраке. — Профессор Снейп рекомендовал держаться подальше от банок в углу, — проговорила Гермиона, пытаясь отогнать лёгкое чувство наваждения. Джинни довольно хмыкнула, оглядывая полки. — И как он вообще тебя сюда пустил? — О, ну я же староста, — Гермиона вскинула руку в широком жесте. — Ну а вообще, — она припомнила непривычно суетливого Снейпа. — ему, кажется, вообще не до того было. «Делайте что хотите, только убирайтесь поскорее», — бросил он, перебирая какие-то зелья на столе. Уизли залезла на одну из парт. — Теперь не могу перестать думать об этих банках, — протянула она, бросив взгляд на темнеющий в углу шкаф. — Мы вообще-то заниматься пришли, — сложила руки на груди Гермиона, всё-таки не удержавшись от улыбки. Джинни с наигранным сожалением вздохнула. В её руках резко оказалась палочка: — Экспеллиармус, — тихо произнесла она. Грейнджер выдохнула от неожиданности. — Так нечестно! Джинни пожала плечами, разглядывая её палочку. — Так оно чаще и бывает, — её глаза опасно блеснули. Покачав головой, Гермиона приблизилась к ней, и потянулась было ту забрать. Но Джинни юрко завела её за спину и перехватила запястье, хитро изогнув губы в усмешке. Гермиона опешила. Даже мысли попрятались. Джинни оказалась так близко, что воздух затянуло ароматом земляники. Она примирительно вернула ей палочку: — Давай ещё раз. Только не позволяй себя отвлечь. * Осень подходила под цвет её волос. Наверное, ударившее в голову сливочное пиво навевало поэтические ассоциации. Гермиона не понимала, в какую сторону текут её мысли. Джинни потащила её в Кабанью голову, дабы как она выразилась "проветриться", после их неуклюжей попытки заниматься. Они уже были на обратном пути в замок. — Думаю, мне нужна ещё практика, — подметила Гермиона отстранённо, отрывая взгляд от подруги. — Да брось, — отозвалась та непринуждённо, — будто ты завтра же собираешься записываться в Мракоборцы. Расслабься. Гермиона рассеянно кивнула и оборвала пожелтевший куст, останавливаясь. Будто тот был виноват, что в груди у неё поселился неспокойный улей эмоций. — И я считаю, что у тебя всё и так хорошо с успеваемостью, — Джинни ласково улыбнулась и положила руку ей на плечо. — Просто ты слишком себя накручиваешь. Она медленно вытянула из чужих рук жухлую листву, цепляясь за её внимание. И Гермиона подумала, что ей такое легко говорить — за последние годы Джинни умудрилась развить в себе небывалые спокойствие и беспечность. Но надо было отдать ей должное: мысли об учёбе и впрямь ушли на второй план. Даже приходя на стадион во время тренировок, Гермиона отрывалась от книги все чаще, оставляя её лежать раскрытой на коленях. Интереса к квиддичу у неё так и не прибавилось, но наблюдать за Джинни… Оказалось любопытно. Или залечивать ей разбитые колени, объясняя себе тем, что у мадам Помфри есть заботы поважнее. Но согласиться с утверждением, что ей не нужны дополнительные занятия, означало лишь то, что она пришла к Джинни с утра с надуманным поводом. А это признать оказалось проблематично. Ещё как назло, Уизли замерла на одном месте, как-то загадочно и дурашливо разом улыбаясь. — Кажется, у тебя что-то на уме, — протянула она скептично, — давай, рассказывай. — Возможно, — Гермиона спрятала руки в карманы пальто. — дело вовсе не в оценках… Воздух тянулся запахом костров и прелой земли. Прохладные набеги ветра не остужали разум, только путали, заодно с волосами. Джинни медленно кивнула, вслушиваясь, но нужные слова так и не находились. — Может, в моём брате? — догадалась она, — Я заметила у вас всё как-то… сложно. Изо рта вылетел перекрученный смешок. — Очень близко, но… Она обрубает себя вовремя, но недостаточно, оставляя прозрачную нить тянутся следом. Джинни делает шаг вперёд, выгибая бровь. Гермионе кажется, что она подбирается в ожидании ответа, как охотник перед подачей. — Отношения сложная штука, — понимающе выдала та, — Вспомни хотя бы меня с Гарри. Вообще кошмар. Ты сама говорила мне, что иногда нужно просто отпустить… — Но я не хочу.! — тут же вскинулась она, потупившись, — отпускать. Джинни лишь мотнула головой и всплеснула руками. Брови её решительно съехались к переносице. — Ну тогда всё ещё проще — просто поговори с ним. — Не с ним, — в конец скуксилась Гермиона. — А с кем? — С тобой, вообще-то. Изумление прошло всполохом по лицу Джинни. Она оцепенело уставилась на Грейнджер, словно пытаясь найти ключевой момент хитросочиненной шутки. Хваленая гриффиндорская храбрость прокисла, оставив мучительный вкус сожаления. Гермиона качнула головой. — Забудь об этом. — Хах, — ожила Джинни. — тебе придется воспользоваться Обливейтом. И она бы воспользовалась! Только бы не видеть этого странного удивлённого выражения. Гермиона подняла на неё взгляд и прищурилась. Сердце подскочило, стоило представить, что это вырвавшееся признание станет объектом завтрашних пересуд. Но по одному взгляду Джинни стало понятно, что такого уж точно не будет. Она лишь вновь сделала шаг ближе, принося кусочки июля в затяжную осень. Гермионе бы задержать дыхание, будто присутствие Уизли — пары Амортенции. Или зажмуриться, чтобы голова перестала идти кругом от вида потемневших карих глаз. Джинни привносила суету и волнение только едва касаясь, просто присутствуя в её жизни. Поначалу это не приносило беспокойств: просто Гермиона научилась выделять её смех среди гвалта Большого зала или отрываться от уроков, чтобы увидеть, как рыжим вихрем сестра Рона проносится по гостиной. — Уроки заклинаний, хах? — тихо спросила она, переплетая их пальцы. Но затем лёгкий цветочный шлейф и звонкий голос превратились в острую форму одержимости. Когда Джинни поблизости, легче не замечать глупых подшучиваний Рона и срывающегося на всех и вся Гарри. Её отсутствие остужало утренний чай, подчёркивало глупость на лицах однокурсников и даже — отбивало желание тянуть руку первой во время занятий. — Вышло не так складно, как я думала, — призналась Гермиона, пытая взглядом упавшую на лицо Джинни прядь. Глядеть в глаза до смешного страшно. Остаётся лишь поскользнуться на собственном смятении, когда россыпь тёплого дыхания разбегается по лицу. Джинни коснулась лёгким поцелуем съехавшего вниз уголка её губ, норовя будто вернуть его обратно. Гермиона обрела смелость, растягивая прикосновение, пуская лето себе под кожу. — Ты слишком много думаешь, — вынесла Джинни вердикт, проведя ладонью по её раскрасневшейся щеке. И она бы согласилась, не будь в данный момент занятия более увлекательного, нежели разговоры.